ПЕТЕРБУРГСКИЙ ДНЕВНИК
ПОЛЁТ НАД ГНЕЗДОМ ХРУЩЁВОК
Они росли, как шампиньоны
на свалках старых пустырей -
хрущёвки новеньких районов
поры младенческой моей.
Плевать, что чих соседской кошки
был чётко слышен поутру,
квартиры новенькой лукошко
пленяло сразу детвору
невиданной доселе ванной,
красивым словом "туалет",
геометрическим сервантом,
сменившим бабушкин буфет.
И вместе с нами подрастали
сирени прутик за окном,
соседних строек вертикали,
"стекляшка" - ближний гастроном.
В тени сирени и высоток,
он до сих пор меня зовёт,
мой старый дом, в чьих тесных сотах
остался детства чистый мёд.
28 февраля 2014
_^_
В.Д.
В медном подсвечнике сальная
Свечка у няни плывет...
Милое, тихо-печальное,
Все это в сердце живет...
И. Анненский, "Сестре"
Ночь кудель сонливо тянет, перематывая дали,
заполняет сном корзинку, на скамеечку присев.
Под пушистыми кистями вижу кружево педали
и литые буквы "Зингеръ" на чугунном колесе.
По зелёному жаккарду бродят уличные тени,
звон последнего трамвая вязнет в плотных облаках.
И мурлычет песни барда наш приёмничек настенный,
сам себя перебивая позывными Маяка.
Стол, ночник, на гриб похожий, две кровати по соседству,
между ними дверь в кладовку, пола узкая межа.
Сладко-сладко, не тревожась, спит твоё смешное детство,
сдвинув узенькие бровки, мишку бережно прижав.
Спи, малыш, пока мы вместе. Сон с годами всё короче.
Жизнь таких узлов навяжет без раздумий и стыда!
Пусть тебе послужит вестью нежность этих междустрочий.
Может быть, прочтёшь однажды. Может, вспомнится когда...
7 мая 2010
_^_
А В ПИТЕРЕ И СЫРО, И ТЕПЛО...
А в Питере и сыро, и тепло.
Растерянные липы босоноги.
На лист двора январское стило
наносит иероглифы тревоги.
Корявой ветки чёрный мокрый крюк
сливается с нахохленной вороной.
Футбольный мяч - забытый кем-то друг -
забился точкой в угол стадиона.
Забавно: календарная зима
с еловой хвоей, снегом, пусть из ваты,
не там, а здесь, где толстые тома
с высоких полок смотрят виновато.
Поскольку ни один лохматый том
не знает и не может дать совета,
что делать с этой хмарью за окном,
и ждать ли этим летом снова лета.
Но ель сулит, что будет Рождество.
Есть кофе в банке, есть в запасе слово.
И шепчет вечер: пóлно, ничего.
И расстилает лист дворовый снова.
05 января 2014
_^_
ПЕТЕРБУРГСКИЙ ТРАМВАЙ
Над Питером привычно небо хмурится,
ложась на колпачки фонарных свай.
Как маленький ковчег, плывёт по улице,
спешит неунывающий трамвай.
В него мы прыгнем, мокрые, замёрзшие,
дождинки я смахну с усов твоих,
и оторвёт бабулька-контролёрша нам
один билет счастливый на двоих.
И мы опять проедем, бестолковые,
тот дом, в котором двадцать лет назад
родители мои пришли в столовую,
и там нас ждут, тревожатся, не спят.
А маленький трамвай бежит, качается,
на стыках рельс бормочет на ходу.
И ночь, бесед ковчежных соучастница,
запаливает первую звезду.
28 февраля 2014
_^_
ТРАМВАЙНЫЙ БЛЮЗ
В году котором, не скажу,
но точно здесь, на Невском,
сидел усатый, будто жук,
дедок, мохнат и большерук,
сморкаясь в занавеску.
.
Сидел, качая головой,
на кухне коммунальной.
Бывают просто домовой,
гуменник, банник, полевой,
а этот был трамвайный...
.
Он помнил конку, паровик
и путь одноколейный,
к езде размеренной привык
и знал на рельсах каждый стык,
и каждый дом питейный.
.
Взобравшись на империал,
когда бывал под мухой,
бывало, пятки щекотал
и юным девам (вот нахал!),
и чопорным старухам.
.
В двадцатом как-то морячки,
опять же с перепоя,
его увидели-таки,
отмолотили мастерски,
бывало и такое.
.
В блокаду голодно пришлось,
однако в сорок третьем,
пускай надсадно ныла ось,
проехал Невский свой насквозь
в тележке, как в карете.
.
И вот теперь - сиди, бухай
над стопкой с самогоном:
уже почти пять лет, считай,
убрали с Невского трамвай.
Его, вон, звал вагонный.
.
Мол, парень, повидаешь свет,
чем поезд конки хуже?
А он в ответ - всё нет да нет,
не спишешь столько добрых лет,
трамвай да Невский нужен...
.
Что Невский - вот он, хоть не тот,
а всё же, братцы, Невский.
Сидел дедок, кривился рот...
И кто, трамвайных, их поймёт?
Подумаешь, железка...
18 октября 2012
_^_
ПИТЕРЦАМ
Ветрами высушена улица,
по ней, как чёрные грачи,
идут-бредут, на солнце жмурятся
мои безвестные врачи.
И что с того, что им, наверное,
до бед моих и дела нет.
Навстречу мне идут вселенные,
к примеру, этот строгий дед,
хозяйка с полными авоськами,
мадам, закутанная в мех,
худой очкарик с толстой моськой, и
мне кажется, я знаю всех.
Мы этим городом повязаны,
мы память общую храним,
мы все бездонные и разные,
но дышим воздухом одним.
И оттого что есть вы, милые,
весна замёрзшая теплей,
и снова наполняет силами
меня родство с землёй моей.
3 апреля 2014
_^_
ЛЕТНИЙ САД
Мокнут белые статуи в Летнем саду,
на Аничковом маются чёрные кони.
А от лета остался ранет на балконе
да малиновый привкус осенних простуд.
Пестрядинной дорожкой ложится листва
на холодные лужи парадной аллеи.
И от этого вроде немного теплее,
и как будто дымком потянуло едва.
От гранита и мрамора, зябких квартир
в деревенский уют - с головой без оглядки.
Обжигая о печку замёрзшие пятки
и с горячей картошки сдирая мундир,
с мимолётным раскаяньем думать о том,
как без нас под нависшим челом Ленинграда
мокнут белые статуи Летнего сада.
Мы вернёмся туда. Чуть попозже. Потом.
27.09.2013
_^_
* * *
В Летний сад открывается летняя дверь,
над Лебяжьей канавкой дорожка прохлады.
В жарком воздухе плавятся, тают фасады,
и на каждом хохочет и скалится зверь.
А над Марсовым в мареве тени дрожат,
растекаясь над полем бесплотной завесой,
как развеянный пепел далёкой Одессы,
как больного ребёнка измученный взгляд.
От жары и бессилия тягостных дней
в деревенский уют, в деревянные стены,
где не ловится спутник и сдохла антенна,
где поёт на закате шальной соловей.
Где скрипит по ночам остывающий дом,
и не снятся огонь батарей и блокада,
Вы простите нас, статуи Летнего сада.
Мы вернёмся к вам. Только попозже. Потом.
06.06.2014
_^_
ШЕРБУРСКИЕ ЗОНТИКИ
В неярком круге абажура,
чихая на аутодафе,
порхают зонтики Шербура
в дешёвом питерском кафе.
Пришла пора промозглых ливней,
не разводящихся мостов,
и стынет город, синий-синий
от подступивших холодов.
Стекают грушки мелких капель
по запотевшему стеклу,
пустые столики, как цапли,
сиротски сгрудились в углу.
И остаётся только это:
Легран и кофе у окна.
И снова вроде бы согрета,
и снова вроде не одна,
когда плывёт сквозь сумрак хмурый
стоваттной лампочки огонь,
и яркий зонтик из Шербура
легко садится на ладонь.
25 октября 2013
_^_
ЧИЖИК-ПЫЖИК
Чижик-пыжик, где ты раньше был?
водку пил, болтался по кофейням?
В недрах пёстрой питерской толпы
мок под мелким дождиком осенним?
Что же ты потерянно молчишь
и не можешь вымолвить ни слова?
Нас с тобой накрыла шалью тишь
в шумном баре вечером лиловым.
Чижик-пыжик, я тебе не снюсь,
сон - всего лишь встречи предисловье.
Я - твоя пропавшая Мисюсь
с новой горькой складочкой над бровью.
Спрятаны от прошлого ключи
там, на дне Фонтанки, в вязком иле.
Здравствуй, Чижик-пыжик, не молчи.
Мы с тобой сто лет не говорили.
10 января 2014
_^_
О БАЛОВСТВЕ
Я балую подросших моих сыновей,
потому что не знаю, надолго ли это.
В сизом небе рудой отливают рассветы,
и темнеют кресты златоглавых церквей.
В жёлтый дом сентября угодила земля,
но шныряет по лоджии та же синица,
и пруду за окном в страшном сне не приснится,
как горят под Донецком ржаные поля.
Дышит дом за спиной, половицы скрипят.
Слышен девичий смех, рокот кофемашины.
А в окне монитора - мундирчик мышиный
и седого ребёнка затравленный взгляд.
Как сложить это в бедной моей голове?
Рассыпается мир на осколки и фразы.
Я сметаю их в синюю мамину вазу,
я свой мир вышиваю по старой канве.
Где цветущая роза, живой соловей,
где в Каспийское море вливается Волга.
И не надо пенять мне за то, что так долго
я балую подросших моих сыновей...
28 сентября 2014
_^_
© Клавдия Смирягина, 2010-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2014-2026.
