ПОЭТ, СМОТРЯЩИЙ В ГЛУБИНУ Вечер памяти Алексея Ильичёва (1970–1995) в рамках цикла "Уйти. Остаться. Жить" арт-проекта "БегемотВнутри"

Литературный вечер, посвящённый поэту Алексею Ильичёву, прошёл в рамках тематики "Уйти. Остаться. Жить" – цикла встреч, сохраняющего память о талантливых авторах, чья жизнь оборвалась слишком рано. Этот вечер был приурочен к выходу книги Ильичёва "Праздник проигравших".

Встреча сразу обозначила свой тон. Это была не презентация книги в привычном смысле и не академическая конференция. Скорее – попытка коллективного прочтения поэта, которого каждый из выступавших открывал для зрителей заново. Здесь соседствовали филологический анализ, личные воспоминания, чтение стихов и музыка, а разговор о литературе неизменно переходил в разговор о человеке. Тон вечеру задавал куратор проекта Николай Милешкин. Благодаря его ненавязчивой режиссуре, вечер не распадался на отдельные доклады, а сохранил ощущение единого повествования, в котором личная память, филологический анализ и звучание стихов постоянно перекликались друг с другом.

Книга, подготовленная Борисом Кутенковым на основе архивных материалов и рукописей, стала отправной точкой вечера. С экрана телевизора составитель рассказал о работе над изданием, принципах отбора текстов и стремлении приблизиться к авторской воле, сохранив особенности рукописных вариантов. Эта кропотливая текстологическая работа оказалась важной не только для исследователей: она позволила вернуть читателю живой голос поэта, не сглаженный поздней редакторской правкой.

Одним из центральных эпизодов вечера стало выступление поэта Сергея Криницына, лично знавшего Алексея Ильичёва. Его рассказ оказался свободен от привычной мемориальной патетики. Вместо попытки создать литературный миф прозвучали живые воспоминания о молодом человеке, работавшем на стройке, посещавшем литературную студию Вячеслава Лейкина, молчаливом и удивительно точно слышавшем окружающий мир. За бытовыми подробностями постепенно проступал портрет автора, для которого поэзия была не способом самовыражения, а формой существования.

Литературоведческие выступления показали, насколько по-разному может быть прочитан Ильичёв сегодня. Литературный критик Валерий Шубинский (также с экрана) говорил о его месте среди поэтов конца советской эпохи, отмечая редкое сочетание классической поэтической дисциплины и свободы образного мышления.

Не менее важным оказалось выступление поэта Дмитрия Тернового, для которого разговор об Ильичёве стал не столько филологическим анализом, сколько размышлением о природе поэтического присутствия. Читая стихи поэта и вступая с ними в своеобразный творческий диалог, он показал, что наследие Ильичёва продолжает жить не только в памяти современников, но и в новой поэзии.

Вера Липатова, избегая категоричных оценок, сосредоточилась на самом опыте встречи со стихами Алексея Ильичёва – опыте, в котором биография автора постепенно отступает перед внутренней логикой поэтического слова.

Филипп Хаустов предложил, пожалуй, самую неожиданную интерпретацию, увидев в поэзии Ильичёва своеобразную форму даосского мироощущения. По его наблюдению, герой этих стихов не противопоставляет себя миру, а словно отступает на шаг, чтобы увидеть его целиком. Отсюда – особая интонация отрешённости, в которой отсутствие громких деклараций становится способом говорить о самом важном. Даже трагические мотивы у Ильичёва существуют рядом с почти безусловной верой в свет и любовь – категориями, которые, по словам выступающего, поэт никогда не подвергает сомнению.

Эту мысль неожиданно продолжил филолог Василий Геронимус. Анализируя стихи Ильичёва, он обратил внимание на постоянное сосуществование бытового и метафизического. Петербургские окраины, троллейбусы, стройка, тяжёлые камни, виноград, старуха у окна – всё это у Ильичёва никогда не остаётся только предметом изображения. Повседневность оказывается лишь поверхностью, под которой открывается тревожное пространство памяти, подсознания и внутренней жизни человека.

Важной частью вечера стали стихи Алексея Ильичёва. Их читали все участники встречи, и постепенно стало очевидно: разговор об Ильичёве невозможен без непосредственного соприкосновения с его текстами. Любой анализ здесь неизбежно возвращался к поэзии, а каждое новое прочтение обнаруживало неожиданные смыслы.

Финальным аккордом стала песня группы "Мегаполис", вошедшая в альбом "Ноябрь", целиком построенный на стихах русских поэтов XX века. Композиция на стихи Алексея Ильичёва прозвучала не как музыкальная иллюстрация, а как подтверждение того, что его поэзия продолжает жить за пределами книжных страниц. Музыка словно завершила разговор, который вёлся разными голосами, но об одном – о способности настоящего поэта оставаться современником независимо от времени.

Завершая встречу, Николай Милешкин вновь обратился к стихам Ильичёва, прочитав одно из самых известных его коротких произведений:

Я полюбил свою лопату, Я полюбил свою работу, Я полюбил свою зарплату – Пусть и меня полюбит кто-то.

А затем, уже от себя, добавил: "Давайте будем любить друг друга".

Фотография Николая Милешкина


© Полина Пехтерева, 2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2026.
Орфография и пунктуация авторские.