*




* Люблю водить по городу трамвай... * Поэты умирают рано... * ВЕРШИНА * Когда безумствует мороз...

* ПРИЗНАНИЕ * ТАК ГОВОРИЛ САВВА * Не спасают ни стены, ни крыши...




* * *

Люблю водить по городу трамвай -
Занятия нет лучше, хоть убейся -
Звони во все звонки, катись по рельсам
И двери открывай и закрывай.

Люблю водить по городу трамвай -
Пусть по утрам в нем тесно от рабочих
И служащих, зато не тесно ночью -
Проснись и самого себя катай.

Люблю водить по городу трамвай -
Кто говорит, что это безопасно -
И ты меня в депо не жди напрасно
И осторожным быть не убеждай.

Люблю водить по городу трамвай
Пустой и переполненный народом -
И ни за что не буду пешеходом,
Как хочешь это, так и понимай.

_^_




* * *

Поэты умирают рано -
Так трутней изгоняет рой,
Будь ты хоть дважды Лев Толстой
В именьи Ясная Поляна.

В одно сойдется: наутек
Из улья, из игры, из тела -
И сам собой под это дело
Удачный выпадет денек.

_^_




ВЕРШИНА

Я в школьном хоре пел когда-то
И репетировал в спортзале -
Напротив нас чернели маты,
И мы неспешно изнывали
На длинных лавках вдоль стены,
Натужно оживляя сны,
Хормейстера, крикливой дамы,
Чей слух язвили наши гаммы.

Был путь мой короток иль долог,
Но с той поры прошло лет сорок -
Так будь же проклят этот хор
С хормейстером столь ненавистным,
Ее подручным, баянистом,
Со мной - и кончен разговор!

Но разговор, увы, не кончен:
Хормейстер я и между прочим
Собственноручно гну в дугу
Себя, руководя умело
Академической капеллой,
Которой слышать не могу.

Остановиться бы, да поздно -
Неповторимо виртуозно
Звучит, что мы ни огласим:
Кантаты, мессы и куплеты
Любого автора планеты,
Любого государства гимн.

Нет, все хористами не стали
И вряд ли в этом виноваты,
Но, тем не менее, в спортзале
Мы вместе маялись когда-то -
Забыты лица и слова -
Зато осталось впечатленье,
Что хор - вершина песнопенья -
Пусть не у всех. У большинства.

_^_




* * *

Когда безумствует мороз
В окрестностях Ерусалима,
Ослу доверься, как Христос,
И с тем отдайся власти Рима.

Осел в пути не подведет,
А власть вину твою докажет,
И кесарь скажет:"О, Майн Готт,
Еще один еврей туда же...".

_^_




ПРИЗНАНИЕ


"Я не люблю тебя, как сын,
Я не люблю тебя, как русский,
Я просто не люблю тебя
И даже очень"

Из несуществующего

1.

Во сне, в бреду и наяву
Я очень не люблю Москву
И даже сам за что не знаю -
Наверное, я русофоб,
Америк фоб и фоб европ
И всей душой тянусь к Китаю.

Но и Китай я не люблю,
А лишь, поскольку есть, терплю,
Но по сравнению с Москвою
Активно я люблю Китай,
Хотя тибетских лам-далай
Я все же не люблю порою.

Да и за что мне их любить -
Не есть мне с ними и не пить,
И не крестить детей в купели,
Полезных трав не собирать
И, разумеется, не спать,
Тем более в одной постели.

А кто-то любит далай-лам,
И я такого видел сам,
А, может быть, еще увижу,
Он спросит:" Ты влюблен в Тибет?",
И я ему отвечу:" Нет!
Москву же просто ненавижу. ".



2.

Я вспоминаю с отвращеньем,
Как, может, помните и вы,
Москвы ночное освещенье
От первой площади Москвы
И вплоть до самых до окраин,
До безымянных авеню,
Где станет ясно и коню,
Что не отнять кремлевских таин
У тьмы египетской - она
Сугубо верная жена.



3.

Я ненавижу верных жен,
А жен неверных обожаю -
В беседы с ними погружен,
Я о себе воображаю.

Но сколько б ни воображал,
За все придется расплатиться:
Вот и приехали - вокзал...
Ядрена вошь - Москва-столица.



4.

Она бесспорно виновата,
Но дело, собственно, не в ней -
Я не любил ее когда-то
(Пусть лишь любовью, скажем, брата),
А нынче не люблю сильней.

Она страшнее красной кхмери,
С ней водит дружбу только псих,
И я слезам ее не верю,
Хоть никогда не видел их.



5.

Закономерен наш развод -
И ты не та, и я не тот -
И ты всегда была такая,
И я всегда был не такой,
За наш раздельный упокой
Молись, не слишком попрекая
Себя за наши рандеву
Во сне, в бреду и наяву.

_^_




ТАК  ГОВОРИЛ  САВВА

Так говорил отшельник Савва: "
Китай стабильная держава,
А мы дождемся, елки-палки,
Устроят на Руси гайд-парки,
Хоть мог без них любой слуга
Наставить Родине рога,
Не нарушая статус-кво,
Каков бы ни был, мать его!"

Так говорил отшельник Савва: "
Не знаю как там остров Ява,
А вот у нас и прохиндеи
Страдать способны за идеи
И разговорчики в строю
Вести у бездны на краю,
Где общей участи печальник
Все знает гражданин начальник,
Который малость одичал,
Хоть в детстве Пушкина читал,
Причем усвоил суть картины: "
Народ и партия едины" -
Народ безмолвен, но и власть
Блюдет свою в законе пасть."

Так говорил отшельник Савва: "
Стезя истории лукава -
Неровен час, и поголовно
К своим корням вернутся бревна,
А ведь имеются и крылья,
И прочих членов изобилье -
И хоть святых, мать их еси,
Из мавзолея выноси!"

Вдруг загрустил отшельник Савва: "
Во многом я не Окуджава,
А в чем-то и не Солженицын -
Меня не знают за границей,
Не знают, в общем-то, и тут,
Где только ангелы спасут,
Что, выражаясь осторожно,
Теоретически возможно."

Так говорил отшельник Савва -
Чем кончил он, не знаю право,
А мы, как водится, живем
Не только мыслями о нем:
Другие дни, другие нравы,
Другие мы, другие саввы.

_^_




* * *

Не спасают ни стены, ни крыши,
Даже если заткнешь себе рот,
Кому молишься, тот услышит
И тебя возьмет в оборот.
И забудешь, с чего ты начал,
Бесконечный мотая срок:
Из-под спуда садов висячих
Обозначит себя песок,
Будет ветром и солнцем встречен,
И однажды - когда, Бог весть -
Путь верблюжий и род человечий
Неслучайно сойдутся здесь.

_^_



© Петр Межурицкий, 2003-2026.
© Сетевая Словесность, 2003-2026.