"Ладонь  на  груди  забыв..." * эта зима заморочит и вымочит... * мой внутренний тюремщик цербер цензор * запойного походя опоить... * не включая звучания... * здрав ли ты в палестинах дальних, любезный Постум?..   * такое хреновое лето тринадцать прохла... * утро струйка воды робуста автобус центр... * брось какой ещё кризис... * cалве, мин херц... * так и спала бы...

* * * эта зима заморочит и вымочит климат сошёл с ума не воеводой - расхристанной нищенкой санта стучит в дома словно бродя непролазными хлябями с ляхами с сентября чудом в сочельник поспел с колядами посохом в стенку бряк ряжен юродивым в торбе под рубищем сказочные дары там до тепла твоих рук или губ ещё месяцы мишуры но золотятся сквозь стружева пенного спутанную кудель две високосные чаши терпения в патине льда дождей _^_ * * * мой внутренний тюремщик цербер цензор привратник у вранья и страж у рта ты прав красноречивей немота сонорики моих реминисценций ты - правь фильтруй перекрывай поток купируй хвост ату сбивай охоту- неволи-пуще прочирикать сходу сгущай смолу подмешивая к мёду ты справишься увязнет коготок _^_ * * * запойного походя опоить прожжённого ли прожечь - не фляжка не плошка: льняная нить рогожка родная речь иглою глагольной проткнёшь рядно и кожу в глазах темно твоим ли моим закипевшим вином заплакано полотно раскроено сшито любить носить листками хрустеть беречь поэта запойного опоить прозаика вдрызг прожечь _^_ * * * не включая звучания музыку шорох речь не пытаясь затеплить светильник ночник свечу аки тать за спиною в нощи тишину стеречь замереть подбородком прильнув к твоему плечу спи шарахнет разрыв капели ничком-о-жесть замерцает в испуге прижмуриваясь фонарь только б Лету не смял не сморщил ни cтон ни жест да не бухнул в набат встрепенувшийся пономарь затаишься и в прорубь времени сон скользнёт невесомо-кисейным велением плавника ошалев от апреля форель разбивает лёд и на горных порогах с камнями бранясь, река кружева рукава на косые лоскутья рвёт пляшет флюгер над крышами бюргерский городок залихватская полька вот-вот перебьёт гавот плёс расстелен как плед у осочьих девичьих ног клавесин рассыпает на площадь монетки нот cпи ты чувствуешь как теченьем кружит наш плот как стремительны стрелки как сердце летит в галоп как срываясь с озёр словно завтра уже цейтнот сотни диких гусей поднимаются на крыло как по жилам деревьев бежит ускоряя ритм тот же сок, что пульсирует присно в любом из нас?.. спи, осталось недолго полоска зари горит за окном рассветает ты слышишь? уже весна... _^_ * * * "Неперелётными созданы люди. Боже! за что нелетальности месть?.." (с) Т. Бориневич здрав ли ты в палестинах дальних, любезный Постум? есть ли час для эпистол? в провинции нынче ливни, и строка для стишка, шелестя, прорастает в воздух - цвет вишнёвый завидишь ли, тронешь ли куст крапивный или белым туманом в прорехах истерик чаек добредёшь до брабантских манжет полосы прибоя, где анапест стишка налетает, как шквал, качая, по лазурным барханам щепой унося с собою вплавь до стен белокаменных (Рим твой красив, как риф, но строг, как чудище мавров - обло, озорно и лаяй) ... а строка у стишка догорает, взрываясь рифмой: вспоминаешь друзей и светлеешь лицом, скучая, и печаль ворошит на просушке пустые верши, и вот-вот одолеешь проклятую нелетальность - но стишок запускает в песок корешок и держит, и врастаешь в провинцию крепче, чем в дюну тальник, привыкая к неспешности волн, поцелуев, слога и, к эфиру прильнув, будто ртом к саксофонной трости, выдыхаешь стишок монологом - к тебе и Богу. слышно ль там, в палестинах дальних, любезный Постум? _^_ * * * такое хреновое лето тринадцать прохла да северо северо зябкий семнадцать в секунду порывисто треплет простуженный плащик пола азартно транжиря последние крохи тепла косит на лету по-вороньи фальшивым корундом застёжки и хлещет по голени шанс прозева в Париж отлететь или к тётушке скажем в Саратов гулять по полям улыбаясь гортанным "са ва" а лучше бы грузди в бору собирать в кузова и хрусткую сладость черешни срывать воровато в соседском саду замерев провожать парапла на миг потеряться в слепящей просторности свода беспечно доверившись хитросплетеньям узла но нити основы трещат истрепавшись дотла и падает пуговка брызнув осколком стекла ничком в леденящий сквозняк високосного года _^_ * * * "курить траву ночевать в траве слушать прибой "болеро-равель" споры решать полюбовно..." (с) Augustas Borzhomskis утро струйка воды робуста автобус центр черепица ажур решётки балкон клеймо фамильярности ветра солёный густой акцент за домами бунтуют волны ломая мол пересадка гудит брусчатка подножка шаг закачает трамвайчик не к морю свернёт правей пыль сочась наполняет воздух шумит в ушах будоражит зовёт прибой болеро равель остановка очнуться лицо кабинет ключи восемь пуговиц день застёгнут подавлен бунт но поймав на запястье пульс (пациент, молчим) биться Роджером в шквале пятнадцать тугих секунд _^_ * * * брось какой ещё кризис я просто хочу покоя тишины и покоя зеркальной озёрной глади утра - сливок левкоев кофе продрогла, роясь в мокрых россыпях гальки единого слова ради подберёшь его отшлифованным халцедоном в гуще смальты пристроишь слегка языком прищёлкнув ай да строчка а строчка тебя через год догонит и сверкающей поварёшкой залепит по лбу получи небеса в алмазах с доставкой на дом захлебнись этой манной емеля твоя неделя фейерверки? оплачены бонусом - канонада ...а ведь знаешь и тишины-то совсем не надо лишь бы бабочки под ногами не так хрустели _^_ * * * cалве, мин херц нас опять занесло в тупик мы с тобой доки играючи находить их снова летишь на свет а в итоге - пшик холод и пепел такой вот сердитый диптих и, натурально, опять виноват весь мир (сиречь, театр - абсурда и погорелый) роли зачитаны задник протёрт до дыр да и пророку в отечестве нехрен делать... хочешь рецепт? не хватает тепла - раздай вещи из шерсти - в церковь крупу - синицам сёcтрам - по серьгам а снится потерянный рай - на ночь согрей молока: это всем здесь снится... _^_ * * * так и спала бы ладонь на груди забыв мерным дыханьем качая медузу сна да по смоленской дороге гудят столбы да предрасстрельно по окнам луна, луна так и смотрела бы в ночь самолёту вслед впрочем не суть каравану ли кораблю да разрезает рассвета стальной стилет нить неуёмного шарика цвета блю так и жила бы даром, что сладу нет с шелестом ливней в мелькании юрких дней только тоскует заезжий трубач в окне только стигматы рябин бередят сильней день ото дня проступая в вершинах крон и над пожарищем радуясь и скорбя льётся адажио сбив капюшон, Харон мокнет у лодки окурок втоптав в бетон ждёт ... не могу, не могу отпустить тебя. _^_

© Елена Гуляева, 2004-2026.
© Сетевая Словесность, 2004-2026.