Словесность

[ Оглавление ]








КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ


Наши проекты

Теория сетературы

   
П
О
И
С
К

Словесность




2 0 0 0


Проблеме двухтысячного года посвящается


Когда санки подъехали к избе плотника Фукина, тот еще спал. Печь согревала его истощенную аскетическим образом мысли задницу и сообщала ей беспокойство обыденной жизни. От этого плотник ворочался, скреб затылком подушку и не скупился на сны. Вот сейчас ему, например, ничего не снилось, он летаргически отдыхал от тяжелого сна, в котором катал перед собой по городу железную тачку. Во сне он все хотел купить себе лошадь и телегу, нужно было добыть деньги, и вроде можно было добыть, но одурманенный сонным многообразием Фукин не знал где.

И вот, провозившийся всю ночь с железной тачкой и заранее утомленный плотник Фукин разбужен. В дверь робко постукивает рука крестьянина Прохора.

- Семен, открой! – произносят его губы.

С кряхтением выгребая из под снежных завалов свою озимую душу, Семен сползает с печи, идет один за другим через восемь шагов до двери, открывает ее.

- Ух! – вырывается у него, при виде яркого снега в дверном проеме.

Свет слепит глаза, мутные образы всколыхивают сонную юшку плотникова существа... взявшись за руки, угрюмым хороводом проходят мгновения... и Фукин постепенно узревает проступающие контуры бородатой фигуры Прохора.

- Чего тебе, хуй волосатый? – постепенно придя в себя, спрашивает Семен.

- Семенушка, родной, здравствуй! – лопочет рыжая заиндевевшая борода крестьянина – Беда у меня, Семенушка, холкобитная машина ногу подвернула!

- Кому?

- Да себе, окаянная! Поршень весь в трещинах, зверюга бъется и только дальше доламывает!.. Одевайся, Семен, одолей бешанную... ты ж знаешь... я... да с ней коли что случится, я ж без нее жить не смогу!

Семен покряхтел, согласился и стал собираться. Он всегда жалел этого Прохора, нежно называя его японским именем, услышанным еще в детстве. Рукиизжопы, говорил иногда он, мастер, опередивший свое время.

- Обзаднивший – обычно кривлялась в такие минуты говорящая птичка плотника Фукина.

Птица жила у Семена в деревянной клетке на вешалке. Оттуда она регулярно дразнилась и дерзила, подучивая Фукина, а через него и всю деревню, новым словам. Птичку все любили, хоть и обижались частенько на ее задрочки. Протоирей Кузьма, например, как-то назвал ее ласково "Астральным Каналом". Быстроумная зверушка ответила доброму человеку "ослиным калом". Протоирей тогда заявил, что это не остроумно, и, распушив бороду, вышел.

Пока мужики в санях отдалялись от избы, мат утихал, а говорящая птица в деревянной клетке старалась снова заснуть. Она качалась, меняла глаза местами, напевала себе томные фюфюфю. Но крошечная вена колотилась под клювом с бешеной частотой и не собиралась утихать.

Тут вспышка света в окне озарила стены сруба. Пичужка, привычным движением разметав клетку, подлетела к окну. Смотреть туда было не обязательно и уже даже не интересно: она знала, что Семен с Прохором уже в тысяча девятьсот девяносто девятый раз взорвали холкобитную машину, и маленькой птичке снова придется поработать.

К дому неслась, снося все на своем пути, взрывная волна, а над деревней подымался зловещий огненный гриб.

Птица растопырила перья, напрягла скудный бульон мышц и сосредоточилась на взрыве. По мере того, как раскаленная волна приближалась к дому, умная птица наливалась силой и уверенностью в победе. И вот, подкатившись вплотную к дверям семенова сруба, волна вдруг исчезла, гриб тоже, и в мгновенно охладившемся воздухе появился снег, оседающий на крыши снова целехоньких деревенских изб.

Потом стемнело, целую ночь шел пушистый снег. Потом рассвело, снег перестал, а к калитке подкатил на санях крестьянин Прохор и постучал в дверь. Дверь открыл Семен и сказал "Чего тебе, хуй волосатый?", тот ответил, что...

Да, птичка выходила на двухтысячный круг, начиная слегка уставать.

3.1.2000  




© Александр Филиппов, 2000-2024.
© Сетевая Словесность, 2000-2024.

Обсуждение






НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Поторак. Признаки жизни [Люблю смотреть на людей. Мне интересно, как они себя ведут, и очень нравится глядеть, как у них иногда светло переменяются лица...] Елена Сомова. Рассказы. [Настало время покинуть светлый зал с окнами под потолком, такими, что лишь небо можно было увидеть в эти окна. Везде по воздуху сновали смычки и арфы...] Александр Карпенко. Акустическая живопись Юрия Годованца (О книге Юрия Годованца "Сказимир") [Для меня Юрий Годованец – один из самых неожиданных, нестандартных, запоминающихся авторов. Творчеству Юрия трудно дать оценку. Его лирика – где-то посредине...] Андрей Баранов. Давным-давно держали мир киты [часы идут и непреодолим / их мерный бой – судьба неотвратима / велик и славен вечный город Рим / один удар – и нет на свете Рима...] Екатерина Селюнина. Круги [там, на склоне, проросший меж двух церквей, / распахнулся сад, и легка, как сон, / собирает анис с золотых ветвей / незнакомая женщина в голубом...] Ольга Вирязова. Напрасный заяц [захлопнется как не моя печаль / в которой всё на свете заключалось / и пауза качается как чай / и я мечтаю чтобы не кончалась] Макс Неволошин. Два эссе. [Реалистический художественный текст имеет, на мой взгляд, пять вариантов финала. Для себя я называю их: халтурный, банальный, открытый, неожиданный и...] Владимир Буев. Две рецензии [О романе Михаила Турбина "Выше ноги от земли" и книге Михаила Визеля "Создатель".] Денис Плескачёв. Взыскующее облако (О книге Макса Батурина "Гений офигений") [Образы, которые живописует Батурин, буквально вырываются со страниц книги и нагнетают давление в помещении до звона молекул воздуха...] Анастасия Фомичёва. Красота спасёт мир [Презентация книги Льва Наумова "Итальянские маршруты Андрея Тарковского" в Зверевском центре свободного искусства в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри...] Дмитрий Шапенков. По озёрам Хокусая [Перезвоны льются, но не ломают / Звёзд привычный трассер из серебра, / Значит, по ту сторону – всё бывает, / А по эту сторону – всё игра...] Полина Михайлова. Стихотворения [Узелок из Калужской линии, / На запястье метро завязанный, / Мы-то думаем, мы – единое, / Но мы – время, мы – ссоры, мы – фразы...] Дмитрий Терентьев. Стихотворения [С песней о мире, с мыслью о славе / мы в проржавевшую землю бросали / наши слова, и они прорастали / стеблями стали...]
Словесность