Словесность

[ Оглавление ]








КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ


     
П
О
И
С
К

Словесность




Иоганнес Бобровский: Стихотворения


Иоганнес Бобровский (1917 - 1965) - немецкий прозаик и поэт. Во время Второй мировой войны был призван в гитлеровскую армию и воевал в России. Будучи военнопленным, работал в 1945-49 гг. на восстановлении разрушенного войной хозяйства в Ростовской области. Писать Бобровский начал в 1941 году, широкой публике стал известен в 1960 г. после выступления на заседании "Группы 47" - объединения, в которое входили многие ведущие немецкие писатели, в частности, Гюнтер Грасс. Первые сборники стихов опубликовал в 1961-62 гг., затем вышли сборники новелл и роман "Мельница Левина" (1964). Посмертно изданы роман "Литовские клавиры" (1966) и сборник новелл "Предостерегающий" (1967).






Полночная деревня

В извилистом небе
тяжелой поступью
бредет на ощупь меж тенями Сатурн
и зовет свои луны.

Его можно увидеть
сквозь дырявую крышу,
но полон дом сна
и колышется он в этом сне
будто лес,
на его дыханье спят птицы
с раскрытыми крыльями.

Заснем же
иным сном и услышим
не звезды и голоса из тьмы,
а лишь кровь, что впадает и опускается
краснообрамленными, темноватыми
листьями глубоко под сердце.

А на утро ты можешь рассеять
пепел по небу,
перед все приближающимися
шагами Сатурна.

Когда-нибудь

Когда-нибудь наши
руки будут полны света -
ночные строфы, стремительные
воды, вновь встретят
береговую линию и обнимутся с
шероховатыми, безглазыми
снами зверей в глубине камышей - и тогда мы будем
стоять у склона горы, овеваемой
застывшим холодным небом, сияющим водопадом,
будто замороженным светом звезд.

Я хочу на немного остаться
на твоем виске,
забывчиво, беззвучно пустить
свою кровь в путешествие
по твоему сердцу.

Вода

Ты все еще говоришь что-то,
вода, ты говоришь,
ты бредёшь в зарослях кустарника
мелкими шагами под ветром;
он искал реки позади
стороны затмения и лодку,
на которой плывет луна, меж сена,
ты слышишь его слова:
Здесь стоят ивы,
здесь живут совы.

Но засматривается луна на огонь на горе Синай.
Но вслушивается вода в стужу с земель Скифии.
Но поднимаются стаи птиц над лесами.
Но снег падает с неба и сооружает себе крышу.

В потоке

С опущенными плавниками,
в светлеющей серости чужого
берега, в сторону сияния, что
отодвигается назад, в сторону посеревшей
искаженной поверхности воды, из зеркал
в нас выстрелил свет.

Голова Крестителя на гладь
разорванного сна опустилась
и рука с синеватыми хрупкими
ногтями обхватила
срезанные волосы.

Когда я тебя полюбил, твое сердце
горело добычей над мерцавшим огнем и ртом
дрожащим открылось, в то время поток
проносился дождем вместе с цаплями в небе,
падали листья и наполняли его постель.

Мы склонились над разодетыми в чешую
замерзшими рыбами
и над песком раздалось пенье сверчка,
из листвы опавшей на берег
мы пришли, чтоб уснуть, никто
не минёт эту постель, никто
не потушит зеркал, никто
не разбудит нас
в наше время.

Отчуждение

Время
бродит вокруг,
облаченное в наряды
из счастья
и горя.

Тот, кто пребывает в гОре
говорит потрескиванием
голоса аиста, аисты
его избегают: его оперение
черное, его деревья отбрасывают тени,
здесь ночь, его дороги
проложены в воздухе.

Опыт

Символы,
крест и рыба,
начертанные на каменной стене пещеры.

Процессия людей
погружается в землю.
Почва сводом поднимается и
кустарник, зеленея, сквозь нее
прорастает.

К моей груди
устремляется поток,
голос из песка звучащий:

открой себя
я не могу войти
твои мертвецы
меня переполнили

Аир

На парусах дождя повсюду
проносится воем
водяной шквал.
Сизая голубка
распростерла крылья
над лесом.
Внутри сокрушенных
доспехов папоротника
сказочно теплится
свет с головой фазана.

Мое дыханье,
отсылаю тебя,
найди себе кров,
в окно проникни, в светлом
зеркале себя увидь,
и обернись беззвучно в мою сторону,
клинок зеленый.

Язык

дерево
большее чем ночь
вместе с дыханием долинных озер
вместе с шепотом говорящем
о тишине

камни
под ногами
сияющие артерии
давних времен
на веки в пыли

язык
затравленный
вместе с усталым ртом
в бесконечном пути
к дому своего соседа




© Иоганнес Бобровский.
© Ал Пантелят, перевод, 2015-2024.
© Сетевая Словесность, публикация, 2015-2024.





НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Поторак. Признаки жизни [Люблю смотреть на людей. Мне интересно, как они себя ведут, и очень нравится глядеть, как у них иногда светло переменяются лица...] Елена Сомова. Рассказы. [Настало время покинуть светлый зал с окнами под потолком, такими, что лишь небо можно было увидеть в эти окна. Везде по воздуху сновали смычки и арфы...] Александр Карпенко. Акустическая живопись Юрия Годованца (О книге Юрия Годованца "Сказимир") [Для меня Юрий Годованец – один из самых неожиданных, нестандартных, запоминающихся авторов. Творчеству Юрия трудно дать оценку. Его лирика – где-то посредине...] Андрей Баранов. Давным-давно держали мир киты [часы идут и непреодолим / их мерный бой – судьба неотвратима / велик и славен вечный город Рим / один удар – и нет на свете Рима...] Екатерина Селюнина. Круги [там, на склоне, проросший меж двух церквей, / распахнулся сад, и легка, как сон, / собирает анис с золотых ветвей / незнакомая женщина в голубом...] Ольга Вирязова. Напрасный заяц [захлопнется как не моя печаль / в которой всё на свете заключалось / и пауза качается как чай / и я мечтаю чтобы не кончалась] Макс Неволошин. Два эссе. [Реалистический художественный текст имеет, на мой взгляд, пять вариантов финала. Для себя я называю их: халтурный, банальный, открытый, неожиданный и...] Владимир Буев. Две рецензии [О романе Михаила Турбина "Выше ноги от земли" и книге Михаила Визеля "Создатель".] Денис Плескачёв. Взыскующее облако (О книге Макса Батурина "Гений офигений") [Образы, которые живописует Батурин, буквально вырываются со страниц книги и нагнетают давление в помещении до звона молекул воздуха...] Анастасия Фомичёва. Красота спасёт мир [Презентация книги Льва Наумова "Итальянские маршруты Андрея Тарковского" в Зверевском центре свободного искусства в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри...] Дмитрий Шапенков. По озёрам Хокусая [Перезвоны льются, но не ломают / Звёзд привычный трассер из серебра, / Значит, по ту сторону – всё бывает, / А по эту сторону – всё игра...] Полина Михайлова. Стихотворения [Узелок из Калужской линии, / На запястье метро завязанный, / Мы-то думаем, мы – единое, / Но мы – время, мы – ссоры, мы – фразы...] Дмитрий Терентьев. Стихотворения [С песней о мире, с мыслью о славе / мы в проржавевшую землю бросали / наши слова, и они прорастали / стеблями стали...]
Словесность