|
Лиха беда начало
Воробьиная ночь
Приближалась ночь, а грозы все не
было. Темнота и духота объединились против нас и
сдавили узкие коридоры больницы. Свет потушили
везде, и только столик сестры был слабо освещен,
как островок спасения. Я бродил в темноте, среди
стонов и тяжкого дыхания. Здесь люди умирали от
рака, и я, молодой и здоровый, каждый день умирал
вместе с ними. Я представлял себе раньше жизнь
как борьбу, и в конце - славную смерть, а здесь
увидел, какое грязное и унизительное дело -
умирание. Чем я лучше их, и внутри у меня все
также, кровь и зловоние, и все так хрупко и
непрочно, что страшно двигаться, есть, пить,
дышать, страшно за сердце, которое чудом каким-то
приведено в движение и беспрерывно бьется... и за
любое место в теле, которое может внезапно
взбунтоваться и стать безобразной язвой или
наростом, разрушающим все вокруг... Как можно
жить?.. Моя вера в устойчивость жизни была
поколеблена.
Белый халат был виден из палаты, и
меня окликнул кто-то. Звала старуха, которая
лежала у двери. "Молодой человек, помогите
подняться повыше..." Она почти ничего не весила и
неизвестно, как еще жила. Теперь она почти сидела
и смотрела в окно. Я спросил, нужно ли ей
что-нибудь еще. "Если переживу эту ночь, то и день
проживу... Дышать нечем, а грозы нет и не будет.
Смотрите туда..." Я посмотрел в окно. На горизонте
вспыхивали и гасли огни, судорожно разгорались -
и гасли снова, а над нами простерлось огромное
черное небо. "Это воробьиная ночь, - она
сказала. - В такую вот ночь пришли и увели моего
мужа. Он сказал мне - живи, только живи... Я
жила, сколько могла, еще сорок лет..." Я
поправил постель и почувствовал, как ее пальцы
держатся за край одеяла - мертвой хваткой. "Я
жила, - она повторила,- а теперь такая же ночь. Вы
молодой, живите долго, живите..."
Меня позвала сестра и я ушел в
другую палату. Утром старуха спала, и днем тоже, а
вечером тихо умерла во сне. Я был рад, что она
умерла легко, не сознавая этого. Хорошо бы так
умереть, когда придет время, и, может быть,
сказать кому-нибудь: "Живите, только живите..."
Оглавление
Следующий рассказ
© Дан Маркович, 1991-2026.
© Сетевая Словесность, 2002-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
