ДВЕРИ НАРУЖУ
07.01.2011
На нашей лестничной площадке в доме-корабле длиной метров семьсот соседи те же, что и сорок лет назад, когда дом был сдан для заселения. То есть, в основном те же. Потому что некоторых уже нет на Земле, а молодое поколение почти все разъехалось и теперь заходит в гости с внуками первых квартиросъемщиков. Сначала умер сосед из квартиры, что слева от нашей - было ему под девяносто, вторым - мой отец. Третьей умерла соседка из квартиры напротив, учительница. Кажется, из-за тромба ей ампутировали ногу, и потом еще года два за ней ухаживала другая наша соседка из квартиры, что справа, в торце коридора. Ухаживала под завещание, что эта однокомнатная квартира отойдет ей. Спустя два года учительница умерла, а квартира стала сдаваться под жилье... Потом умерла моя матушка, правда, не здесь, а в Испании, - в Питер я привез только ее прах в урне.
После этого семнадцать лет больше никто не умирал.
Соседи жили дружно, дружбу в свое время наладила еще моя матушка. На праздники угощали друг друга выпечкой. У кого дача, дарили оттуда цветы.
Общий коридор мы отделили от площадки с лифтами запирающейся дверью, и в основном именно я менял в ней износившиеся замки на новые. А полгода назад вскладчину мы купили и поставили там нарядную металлическую дверь.
Вообще, дверей на нашей площадке много. Если лифт занят, можно спуститься по черному ходу - дверь на лоджию и дальше - дверь на черную лестницу, где кто-то из жильцов сверху вот уже сорок лет регулярно справляет малую нужду.
Так вот, три дня назад двустворчатую дверь на лоджию кто-то повредил - запоры, на которые закрывается одна из створок, оказались выбиты, и мне не удалось ее закрепить. Мы с женой решили, что это кто-то из соседей протаскивал какую-то громоздкую покупку вроде дивана, скорее, молодая пара, недавно поселившаяся в квартире умершей учительницы. Я было собрался поговорить с ними на предмет ремонта, но сегодня утром узнаю, что три дня назад умер наш сосед из той квартиры, что в торце коридора...
Я их помню еще молодыми, соседа и соседку. Он был шофер, она работала где-то в системе домоуправления, а потом на складе. Он крепко поддавал, и раз в неделю, а то и чаще, я видел его лежащим в коридоре под родной дверью. Потом он поддавать бросил и стал толстеть. Толстели они оба постепенно, но непоправимо. Они были всегда вместе, как птички-неразлучники. Хотя и поругивались. Из их квартиры всегда шли сочные горячие запахи пищи.
Раза три за сорок лет я к ним заходил - за дрелью, длинными гвоздями, однажды за пилой (все по поводу общей двери - при этом он, желая хоть чем-нибудь помочь, стоял рядом для поддержки...) Запомнились потолки, обклеенные цветными обоями, отменный порядок, всякие там макраме и картинки с котятами и собачками. У них был сын, отслуживший срочную в комендантском взводе Кремля. Их внучок от этого сына и поселился недавно со своей подружкой в квартире напротив нашей.
И вот я узнаю, что наш сосед умер. Было ему лет шестьдесят. В последние годы он много болел и передвигался с трудом. Человеком был добрым и смирным. Видимо, три дня назад именно санитары расковыряли дверь, чтобы вынести его, большегрузного, на узких носилках.
Как же ему не хотелось уходить...
Дальше: ШАНС ►
– Оглавление –
© Игорь Куберский, 2011-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2013-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X |
Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
