СТИХОТВАРИ * В мускулатуру хитрого лица... * Я под ремнём поцеловал цепочку... * Вести затылок в завтра напролом... * Клубы фабричных труб Сиама... * HAMLET * Аждабоб, мром, птубокс набобо...   * ЮНЫЙ НАТУРАЛИСТ * У КАРТИНЫ МАЛЕВИЧА * Могу селен, закрыв глаза... * Кристобаль, ты сказку чудесную мне... * Мрог-пост - приказ из летних жил... * От обрыва северной земли... * * * В мускулатуру хитрого лица Бандиту проникая до конца, Включаю безнофтодот в сетку вен, Чтоб сразу ощутить малейший крен Его сознанья в поле цифровом, Где каждый миг сопровождает гром Рожденья слов под розовой гортанью, Когда они, сверкнув тяжёлой гранью, Взлетают по изгибам языка И, логики достигнув потолка, Самозабвенно атакуют гору Моих мозгов, в надежде через поры Замедлить ход поршней, нарушить схему, Пустить поток в ошибочную вену, Перегрузить печёнку, дать наклон И выйти сквозь затылок напролом. _^_ * * * Я под ремнём поцеловал цепочку, Когда ты заглянула в паровоз. Излом бровей - и вот уже на кочку Летит мой череп, полный горьких слёз. Зато рука скользит от полушарий К изгибу шёлком скрытого бедра, И глаз, в траву упавший, светло-карий, Любуется тобой из-под ребра. _^_ * * * Вести затылок в завтра напролом Через вчера, а полдень - на потом. В тяжёлом времени бросайтесь в полупляс. Вот, посмотри на время - это газ. И там, где дат и чисел смерч ревёт В скафандре я бреду наоборот, Смещаясь в бок, и тянутся чредой Движенья предстоящие за мной. _^_ * * * Клубы фабричных труб Сиама в комбайны тонкие свились. Сейчас впишу в них диаграмму с медвежьей силою. Молись. А ты - задумчивая фея, была спокойна и бледна. Гудели тихо галереи неординарного ума. _^_ HAMLET Кричали шторы. Я с кинжалом Стоял и мыслями гудел. А из-под штор в потоке алом Мертвец уж искоса глядел. Поодаль взвыла королева Холодным мрамором лица. Ей в потолок ударил слева Висок тяжёлого дворца. Я напрямик рублю ступени Сквозь толщу выгнувшихся стен. Вот и пустота: на колени! Король-убийца, сгинь во тлен! _^_ * * * Аждабоб, мром, птубокс набобо. Мы шли усталые с завода. Вдруг птикаборштукс заревел. И Бнобо вынул самострел. Мы ждали, слушали, молчали. Дубы тихонько затрещали, И вышел крупный птикабор, Весь в кружевах фламандских штор. Ажнопсуд, бром, и грянул выстрел. С дубов посыпались министры. Птикандр осел, как мнимый слон, И сник. Скатились под уклон Его подшипники стальные. Три шестерёнки золотые Сточились друг о друга в пыль. Птиборг запел - о, богатырь... Динамик смолк, стрельнув искрами, Торец окутался дымами И вот, сквозь сумрачный пролом На мониторе, за ребром, Среди мерцания и дыма Читаем надпись "стоп машина". _^_ ЮНЫЙ  НАТУРАЛИСТ Я шёл меж буйных стволоформ, И не выдерживали норм Больные крестики на мяте. Пришлось тайком в стерильной вате Их на комбайны растолочь. Чуть пеликан метнулся прочь - я пригвоздил его кувалдой. Теперь за шёлковые фалды Тащу контейнер соловья. Он упирается, ревя. Земля скрипит, деревья рвутся. Вот-вот крепленья разогнутся. Но там уже ползёт за мной, ломая заросли стеной, не соловей в сети лиан, а грозный, как левиафан, увязший в тине и грязи, трамвай московский №3. _^_ У  КАРТИНЫ  МАЛЕВИЧА Поди на стул присядь вдали. Шага здесь будет ровно три. Когда куб времени стечёт, Поставлю галочку в отчёт. А ты, усталый и больной, До стула не достав собой, Уйдёшь, брыкаясь, под углом В психофизический пролом. _^_ * * * Могу селен, закрыв глаза, Воспламенить. И вот гроза Дрожит, мерцая, над Москвой. Беру тяжёлыя гобой... Музыка сбрасывает на пол. Всё бесполезно. Баха - на кол. А впереди - Берлин, Варшава, Цветы, немеркнущая слава. Я кланяюсь. Партер ревёт. Последний отзвук в спину бьёт И распадается на соли. Дрожат беспомощно бемоли В предсмертных корчах на полу. По ним задумчиво бреду За побелевшие кулисы, Туда, где мёртвые актрисы, Что нот не выдержали вой, Лежат чудовищной горой. _^_ * * * Кристобаль, ты сказку чудесную мне Молекулой бора шептал И пальцами нежно виски в тишине До сладкого треска сжимал. Волна подступала, и не было сил Мне стон наслажденья сдержать. Ты взор мой давлением крови затмил, От счастья заставив кричать. Корона, сковавшая тонкий висок, Распалась в летучую взвесь. Закончилась сказка, растаял дымок. Лишь буквы усталые здесь. _^_ * * * Мрог-пост - приказ из летних жил Им генерал проговорил, А сам упал. Его сосуды Заиндевели от простуды. В комбайн заправили тогда И портсигар и провода. Включили газ, пустили токи, Вскипели внутренние соки, И выпал новый агрегат. В манчжурском шлеме на парад Его почтительно уносят. Дед Малахай травинку скосит, Замочит в розовых грибах, А там на вилочку, и - ах! Плывут за темечком разводы, Иные складывая коды, Взамен известных. Генерал На порнучекопсы нажал И взвился в пасмурное небо. Закапал дождик. Всё! Победа! _^_ * * * От обрыва северной земли Отвалились в космос корабли, Глухо сочлененьями скрипя. Развернулась медленно Земля И ушла бесформенной громадой. Только бледных башен Ленинграда Проблеснул причудливый оскал. Сбоку капитан захохотал, Оперевшись лбом о стеомиду. Подали варёную ставриду. Ужин был на удивленье прост. Натянув до глаз суровый холст, Я забылся сном полуголодным. Мы летели в сумраке холодном В поисках какой-нибудь звезды. Тьма неимоверной красоты Обнимала нас тягучей массой. Лишь печальный отзвук контрабаса Нарушал порою тишину, В час, когда вдруг вспомнив про Луну, Повар Лазарчук играл кантату, Заперевшись в душной аппаратной. _^_

© Сергей Зхус, 2005-2026.
© Сетевая Словесность, 2006-2026.