СОН В ЛЕТНЮЮ НОЧЬ
От жары и духоты зеркало запотело, была теплая летняя ночь, но он все равно любовался собой в зеркале. Вдруг его отражение исчезло.
- "Самый красивый, что ли?", - услышал он голос зеркала.
- "Да, и самый умный!", - немного удивившись, ответил он.
Вдруг в зеркале вместо себя он увидел обезьяну.
- "Ну и шуточки!", - засмеялся он.
- "Ой! Обезьяна!", - заорала его жена, глядя на него.
- "Это зеркало прикалывается!" - объяснил он.
- "Говорящая обезьяна!", - еще громче заорала его жена.
- "Возмутительно!" - сказал он и проснулся...
Солнышко не светило, и он решил опять уснуть.
Вдруг профессору Зафуку неожиданно показалось, что он - шашка.
- "Как ходить?" - подумал профессор Зафук.
- "Ходишь не ты, а тот, кто играет", - подсказал профессору Зафуку внутренний голос.
- "Нет, не буду шашкой!" - сказал профессор Зафук и проснулся.
Солнышко еще не светило, и он решил опять уснуть.
- "Я имею право отличаться от других!" - сказал профессор Зафук и залез на крючок шахматной доски.
Раскачиваясь все сильнее и сильнее, профессор Зафук испытывал чувство гордости и... шлепнулся.
Профессор Зафук уже который раз проснулся, но теперь почему-то под кроватью.
Солнышко еще не светило, и он решил опять уснуть.
Он был современником Пушкина и Ломоносова, у него даже были дальние родственники из хозяйства Екатерины... Все были гуси как гуси, а он... изучал людей. Читал Лермонтова и Некрасова. Однако...
- "Людям вообще не стоит писать!" - считал он... Да, кстати, гуся звали Никифор Петрович...
Никифор Петрович мечтал обсудить этот вопрос в дворянском собрании. А потом - записаться на аудиенцию к его императорскому величеству и, заручившись поддержкой благородного общества, -.... отменить письмо...
- "Вы гусь утонченный, наверняка вам не чужда поэзия", - скажет, сидя в роскошном пушистом кресле, Никифору Петровичу государь.
- "о! Да..., " - ответит Никифор Петрович. - "Но позвольте... перья, которыми вы пишете. Они же, они же..." И тут он многозначительно промолчит... Государь все поймет сам...
Вдруг... Никифор Петрович проснулся... И... опять наступил 21 век. Увы...
- "За что бороться? Зачем жить?" - безысходно вздохнул он...
А солнышка все не было. Пришлось опять засыпать.
- "Разве можно играть в шашки без компаса?" - удивился заблудившийся на шахматной доске профессор Зафук.
Иногда минутная стрелка часов профессора Зафука показывала на юг и часы могли бы сгодиться вместо компаса, но сегодня часы почему-то показывали вес профессора Зафука.
- "За фук!" - вдруг услышал профессор Зафук и... был взят за фук...
Очутившись вне шахматной доски, профессор Зафук заблудился еще сильнее...
- "Буду ждать следующей партии, выбираться лучше по клеточкам!" - принял решение профессор Зафук, но... случайно закатился под стол...
- "Просыпайся!" - подсказал профессору Зафуку внутренний голос.
- "Жизнь - это сон и проснуться нам не дано!" - возразил профессор Зафук и перевернулся на другой бок...
Профессор Зафук никак не мог найти компромисс между шашками и шахматами. Он не понимал, по каким правилам он живет. По ту сторону шахматной доски существовали нарды, в них профессор Зафук играл всего несколько раз, но тоже чувствовал свою причастность.
Иногда профессору Зафуку казалось, что это именно он изобрел игру в поддавки. А игру в уголки Зафук не понимал.
Игр было много, а шахматная доска была всего одна. И надо было понять, в какой он игре. Чтобы лучше это понять, профессор Зафук засунул голову под подушку и уткнулся носом в диван.
Солнечные лучики осознали, что теперь им профессора Зафука не разбудить, и удалились будить других профессоров...
А бык вышел на арену.
- "Это еще не факт, что я бодаюсь! Это вы бодаетесь, а не я!" - сказал тореадору бык. А вокруг становилось все краснее и краснее. Бык боднул солнышко, взял солнце на рога и публика зааплодировала! Тореадор решил, что уже ночь и уснул, а бык открыл глаза и... проснулся.
Солнышко мешало спать, но он, перевернувшись на другой бок, опять уснул.
© Юрий Тубольцев, 2009-2026.
© Сетевая Словесность, 2009-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X |
Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
