Словесность

[ Оглавление ]



Новые публикации
"Сетевой Словесности":
Борис Бергин. Помяни нас, Господи, по именам... Стихи
Ярослав Попов. Стихотворения.
Елена Ступак. Поверь. Стихи
Елена Таганова. Не выключай свет. Стихи
Вячеслав Харченко. Прилёт. Повесть из миниатюр
Вадим Банников. О поэтике С.К.К. (Сергея Кудрина). Статья
Николай Пав. Васильев. Душа, излучавшая свет. Цикл статей
Юлия Великанова. Любовь, "которая даёт всё и берет всё, и не торгуется" Статья
Леонид Фокин. Триптих "Россия – Таганрог – Ростов-на-Дону" в восьми этюдах. Цикл статей
Литературные хроники: Светлана Сазонова. Ироничный интеллигент. Встреча с поэтом Александром Воловиком


   
П
О
И
С
К

Словесность




Я  ТВОЙ  ГОЛОС


Ночью выпал снег - тот самый, настоящий, который будет лежать всю зиму.

Я вышел купить хлеба и сигарет. Мне нравилось выходить из дома именно в это время - между десятью и одиннадцатью утра, когда те, кто должен заниматься делом, давным-давно заняты делом, а те, кто спит, еще не проснулись.

Я шел по первому снегу и ни о чем не думал - так хорошо и тихо было вокруг.

Прямо передо мной на узкой, едва протоптанной тропинке вырос человек с лицом, будто бы обожженным нездешним горячим ветром. Человек показал мне бритву, зажатую между средним и безымянным пальцами, и сказал:

- Побежишь - догоню. Закричишь - ляжешь.

Бежать было поздно, звать на помощь - некого. Я знал, как это делается. Один взмах, один надрез за ухом в форме буквы Z - и я действительно лягу поперек тропинки в черную лужу.

Я объяснил человеку с бритвой, что денег у меня ровно на буханку хлеба и пачку сигарет. В свою очередь он объяснил мне, что деньги его не интересуют. Ему нужна была хата, чтобы отсидеться без палева.

Трое суток назад он рванул с ИТУ строгого режима №5 - знаменитой "пятерочки" для полосатиков, то есть для особо опасных. Сейчас он был бы уже далеко отсюда, но в Тугарине у него оставались жена и дочка.

Про побеги с "пятерки" время от времени возникали легенды в духе узника замка Иф - с подкопами и проламыванием тройных, кладки девятнадцатого столетия, стен. Насчет семьи - такую чушь урки лепят автоматически, применительно к обстоятельствам. Короче говоря, я сильно подозревал, что мне ссут в уши, но бритва в руках моего нового знакомца была убедительнее его слов.

И тут я придумал, как от него избавиться.



Васька жил один в пустой двухкомнатной квартире, где было продано все, что можно продать. Даже сливной бачок Васька умудрился как-то сбыть. Дверь в квартиру запиралась только изнутри - на щеколду-вертушку, как в деревенских нужниках. Все предметы обстановки - громадная кровать с шишечками, уцелевшая ввиду своей крупногабаритности и нетранспортабельности, картина с названием "Я твой голос", подаренная спившимся гением местного разлива, и двенадцатидюймовый гвоздь на веревочке - он имел для Васьки, не иначе, сакральное значение. Вместо ковра на полу была расстелена громадная и подробная карта полушарий мира.

Васька был музыкант, давший деру из армейского оркестра и потерявший все документы. Он никогда нигде не работал. На что он жил, как добывал пропитание, как его не вычислили через военкомат-паспортный стол-жэкэо-милицию - я не знаю.



Я также не знаю, о чем они тогда говорили ночь напролет, рассевшись на карте полушарий - один попирая мыс Фарвель (Гренландия), другой заняв задницей половину Фолклендских островов. Я долго убеждал себя, что это был наилучший выход из ситуации, что никакой он не урка, что я не струсил, не подставил Ваську. Думаю, они нашли общий язык. Когда им обоим захотелось чего-нибудь съесть и выпить, беглец снял со стены тот самый дюжинный гвоздь, спустился на первый этаж, постучался в первую попавшуюся дверь и, до полусмерти напугав хозяйку-пенсионерку, взял ровно половину пенсии из кошелька и сковородку жареной картошки - с плиты.



Он ушел где-то между десятью и одиннадцатью следующего утра. Надо было раньше, пока темно; он задержался, чтобы показать Ваське фотографии жены и дочери.

О побеге с "пятерки" сообщили по радио с опозданием на пять суток. Видимо, надеялись, что возьмут в течение этого срока. Его взяли на шестые сутки. Никто из мусоров не получил отпуска, потому что беглеца разорвали собаки. Потом мы с Васькой сообразили, что беглец так и не назвал своего имени ни мне, ни ему.




– Третья Война С Буратинами –




© Алексей Сомов, 2007-2026.
© Сетевая Словесность, 2007-2026.





НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Вячеслав Харченко. Прилёт. Повесть из миниатюр. [Тарас медленно посмотрел в ночное небо, дожевал травинку эвкалипта, сплюнул её на жирную крымскую землю, медленно натянул на каску свой тепловизор и...] Николай Пав. Васильев. Душа, излучавшая свет. Цикл статей. [Цикл статей, посвященных творчеству поэта Николая Рубцова.] Борис Бергин. Помяни нас, Господи, по именам... [Помянёт нас Господь на своей литургии / по именам, даже если они другие, / даже если ники или позывные, / Он знает сам, кем мы стали отныне...] Елена Ступак. Поверь. [Наутро тёплый луч зовёт к заутрене, / а сон на веки вечное и присно. / И город за ночь в снежное припудренный, / и мир, так до сих пор и не...] Ярослав Попов. Стихотворения. [А иногда я просыпался по ночам / и проходился языком по дёснам, / цепляясь за осколки букв...] Леонид Фокин. Триптих "Россия – Таганрог – Ростов-на-Дону" в восьми этюдах. Статьи. [Путешествия по России в сонетах: Райнер Мария Рильке, Лу Андреас-Саломе, Адель Омер де Гелль, Фридрих фон Клопшток-младший, Жозе Мария де Эредиа,...] Юлия Великанова. Любовь, "которая даёт всё и берет всё, и не торгуется". Статья. [О Лизелотте Негели, значимом персонаже Дептфордской трилогии Робертсона Дэвиса.] Вадим Банников. О поэтике С.К.К. (Сергея Кудрина) Статья. [Читателю предлагается через внешние перемещения поверх текстов, с держанием его на мета-уровне, стать таким наблюдателем-созерцателем, который...] Литературные хроники: Светлана Сазонова. Ироничный интеллигент. [Литературная встреча с поэтом Александром Воловиком в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Елена Таганова. Не выключай свет. [Мама, мне страшно, не выключай свет! / Ночью придёт волчок и меня съест, / даром я сорок лет его приручала...]
Словесность