|
*
Ты от старого мiра устал наконец
Напишите стихотворение о непредставимом.
Указывая на рай,
перебираешь производные от глагола мочь.
Возможность.
Вводится термин: политическая система.
Расщеплённый огонь,
интервенция коллективных сил.
Что это за тепло такое было и откуда райская тишина?
Они увеличиваются, приближаясь.
Вводится термин: супружество.
Прозрачная глубина
светит тебе любовью супружеской пары.
Может быть, плод воображения?
Забота о сокрытом.
Не утро туманное и не даль туманная,
туманное детское - не имущее существительного.
Вводится термин: тёмный варвар.
Ведьма и враг пугают, восходит угроза.
Не презирай себя,
не сдавливай горло.
Игра рассыпающихся частей
шаром, распирающим изнутри, поднимается,
растёт: и, как ты знаешь, колышется.
Расплющенная перспектива.
Твой сон разорван звуком утраты.
Внимание ходит по кругу, вонзается в себя самоё
от лица варвара тёмного, движением
человеческих конечностей.
Испуг.
И с яростью машины шумной распределяешь пространство,
режешь его,
именуя куски бáнцу хунцé.
Вводится термин: ум.
Trelilissimo: их согреваешь,
нежность не оставляет другому места для раскаянья.
Воображаешь тысячу трёхмерных вещей в полёте.
Тьфу - плевок,
знак презрения к низшему классу.
Ты стоишь в этом страхе как в потоке воды,
в ударной волне огня,
огненной воды.
Лишённый покровов, кредита - а он был так нужен.
Мысли хорошие, но не здесь.
Щадящая мягкость, движение, за сеткой стена. Чашки
на широком столе.
Понятие единичного.
Кружок, нарисованный карандашом в прямоугольнике.
Придут, изменят часовню
уникального, не знающего ни в чём повторения.
Вводится термин: привязанность.
Ты движешься в мiре обстоятельств и подробностей,
а можно: быть без меня,
быть, но - не я.
Блистающая фигура за границей вот этого вот,
любой ценой.
Cesare или ничто: материализованный принцип.
Вводится термин: винá.
Чего-нибудь, да избегаешь.
Сладость переливающаяся, сладость Закона.
Взгляд живой, обещающий - из под тёмных покровов.
Проповедник разумный глаголет:
штрихами намечу контур,
дам вектор движения. Обуздаю по мерке.
Горячишься, привычка к благожелательности.
Вводится термин: истерика.
Напрасно представляешь других: женщину лающую, мужчину
с ножиком в отведённой руке.
Защищён.
Ты мешаешь себе.
Вводится термин: страх.
Люди боятся неустранимого,
прячутся за рамами, за стёклами,
за мешаниной быстрых движений верхних конечностей. Чушь!
Здоров.
Вводится термин: игра.
Идёшь в предысторию, в надчеловечество, чтобы
уйти от игры. Осушить бы источник.
Внимание скользит поверхностью шара,
проходит вдоль занавеса,
украшает полстину - не ощущая её изнанки.
Тебе не освободить связанных. Прислушайся,
трещинами
восходят угрозы.
Вводится термин: знание.
Знаешь, как ты был смешан с мраком позорного.
Знает знание - воспринятое от других,
по частям и давно.
Оно-то и глядит на тебя.
Дегустация вкуса всего недобытого. Сильный же ветер
налёг сегодня!
Противоречие политических систем, гнев
от разделённости.
В не твоём времени нет ни пятна, ни скудости.
Вводится термин: след.
Под скрежет мечтаешь о мощёной площади, пустой, просторной,
не вмещающей впечатлений.
Вводится термин: отдача.
Неуловимое к неуловимому.
Боль и боль.
Совсем не важно, что ты делаешь.
Солнышко - позволь ему солнствовать, отпусти.
_^_
|
© Илья Семененко-Басин, 2021-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2021-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
