НЕЗАГОРЕЛЫЕ  РИФМЫ




* РЕЧНЫЕ НАРЕЧИЯ * НЕСТЕРПИМО ЛЕТНЕЕ * ЧЕРНИКА * ПОЧТИ ОСЕНЬ

* РЫЖАЯ * ЧЕТВЕРТЬ ЧАСА * СЕКРЕТНЫЕ КАРТОЧКИ




РЕЧНЫЕ  НАРЕЧИЯ

Упрямое солнце никак не заходит.
Лопатки сгорели. Наверно, облезут.
Лежу на стрекозьем цветном мелководье,
Черчу на песке под водой "бесполезно".

Меж пальцами - рыбки, речные насечки,
Живое драже леденцового лета.
Щекотно... В песок соскользнуло колечко.
Мне жалко, хоть я и не верю в приметы.

Усталый, серьезный, ничуть не влюбленный,
Ты, кажется, больше не знаешь наречий.
Молчание стелется ряской зеленой,
И камешек чмокает сонную речку.

Двенадцать, тринадцать - нет, все-таки тонет,
Запутавшись в ласках насмешливых лилий.
Тринадцать - неплохо... Но в прошлом сезоне
Мы больше другую забаву любили.

Ты помнишь - травинкой, а после губами
Все ниже и ниже, по венке, до самой
Ладони... Не помнишь? Удобная память...
(Лопатки бы надо намазать сметаной)

И верно, в такую жару до забав ли?
Стрекозы назойливо звонки от зноя...
А сердце качается, будто кораблик,
И пальцы все тоньше под светлой водою.

_^_




НЕСТЕРПИМО  ЛЕТНЕЕ

Это просто июнь, и усталость чуть-чуть заметнее.
Я сдержалась бы и до осени, только незачем.
Босоножки и платья мои нестерпимо летние,
Так что можешь теперь меня целовать в предплечие.
Ты же знаешь, я по утрам невозможно нежная.
Мне так мало твоих торопливых прощальных... Господи,
Я устала твой запах лимонной цедры отслеживать
На чужой, проштампованной, слишком короткой простыни.
Я всю зиму носила что-то занудно-брючное
Или длинные юбки в клетку, такие мрачные,
Но теперь берегись: я тебя закручу, замучаю
В легкомысленных лямочках, ямочках, прядках, пальчиках,
И мы будем с тобой ненавидеть сентябрь, как школьники,
Но пока лишь июнь... Ты глядишь на меня опасливо.
Говори что угодно, а я отыскала родинку
У тебя на запястье.
И значит, мы будем счастливы.

_^_




ЧЕРНИКА

"Нужно сначала доесть, тут осталось немножко..."
Хитрые ямки у губ: "Ну, давай поиграем".
Как ты забавно щекочешь губами ладошку,
Влажные бусинки ягод с нее собирая.

В радужке серой качаются крошки латуни,
В темных зрачках - белоснежные крапинки чаек...
Жалко, что только чернику для нас и придумал
Тот, кто на небе за эти дела отвечает.

Что ты торопишься, глупый? Все будет, как скажешь.
Нам-то с тобою не надо следить за часами.
На обнаженно-задумчивом северном пляже
Только ветровка твоя от тоски и спасает.

Если б еще и от памяти где-то укрыться...
Память неистребима, как запах аптечный,
Как пропитавшая воздух в обеих столицах
Горько-соленая нежность без права на вечность.

Плачу? О чем же мне плакать... Тебе показалось.
Ладно, давай целоваться, иначе замерзнем.
Я постараюсь, чтоб ты эту милую шалость
Быстро забыл вопреки романтичным прогнозам.

Чайки исчезли в белесых полосках тумана.
Солнце запуталось в дымке над сонной осокой.
Вечность нарезана дольками, стынет в карманах.
Губы немного горчат от черничного сока.

_^_




ПОЧТИ  ОСЕНЬ

Вот уже похрустывает август
Глянцевой оберткой от конфеты.
Я в осенней памяти останусь
Лишь забавной рифмой к слову "лето".

Ткани чем прозрачней, тем дороже.
Никакого ситца и сатина.
Солнце льнуло к удивленной коже
Темно-рыжей ласковой сангиной.

Только я опять не угадала -
Видимо, наряды были плотны.
От июля мне не перепало
Даже золотистого налета.

И теперь в каком-то пыльном парке,
Воспаленных глаз не открывая,
С чьих-то губ, растерянных и жарких,
Торопливо лето добираю.

Узкую зеленую скамейку
Даже через платье плавит тело,
И скользят испуганно бретельки
По плечам моим незагорелым.

_^_




РЫЖАЯ

Рыжая, какая же я рыжая!
Ух, зацелую! Ну что, боишься меня?
Я буду сегодня такая красивая,
Как бы ты меня не изнасиловал!
Открываю шкаф - надеть нечего.
Качаются, вздрагивают пустые плечики,
Как плечи обиженных тобой женщин.
Я раздала все свои вещи
Веселым тридцатилетним подругам,
Улетевшим стайками к югу,
Прихватив мужей, смешных и не очень,
(с которыми я близко знакома заочно),
И курортные мальчики где-то пялятся
На мои строптивые блузки и платьица...
А впрочем, о чем я, какая разница,
Придешь - не придется уже одеваться нам,
Чего нам прятаться - оба рыжие,
Буду слушать всем телом, как дышишь,
Будешь медом течь по постели,
Где любишь меня два часа в неделю,
Ты, главное, подбирайся ближе,
Меня-то ты никак не обидишь,
Тебя-то никто не отпустит в отпуск...
Боишься меня? Ух, бойся!

_^_




ЧЕТВЕРТЬ  ЧАСА

чёртова молния
отчёркиваю
губами по коже черту молочную
ты изучен от корки до корки
от
ямки до трещинки
многоточия
сладкие тянутся по предплечиям
бёдрам
теряются в невыразимости
тают в ней
языком вычерчиваю
фразы на диком наречии
выпусти
выдохни выживи
трудно вытерпеть
лёгкость влажной пунктирной линии
пульс чечёточный
чёткость длительных
пауз
вдох
не терпи
возьми меня

_^_




СЕКРЕТНЫЕ  КАРТОЧКИ

Родинки-метки на теле города,
Словно на память булавки вколоты,

Карта метро - узелки-завязочки,
Плотная стопка секретных карточек:

На Краснопресненской - слойку с курицей,
"Слышала новый CD Кустурицы?",

Завтра на семь два билета в Пушкинский,
Вроде комедия, треп с подружками,

Селинджер, запах кофейных зернышек,
Слезы на Киевском и в Черемушках,

Меланхоличная девочка-неженка,
Мятые мятные губы в трещинках,

Брючки из Mango, кармашек замшевый,
Боже, когда же мы будем счастливы,

Отпуск в июле, чуть-чуть обижена,
В сумке "Афиша" и йогурт с вишенкой,

Стрижка в салоне на Малой Дмитровке,
Мальчик с нелепой военной выправкой,

Кофе на кафель, звонок родителям,
Старая фотка Полинки в Питере,

Надо бы, что ли, заняться танцами,
Кажется, я пропустила станцию,

Невыносимо в субботу вечером,
Карточки собраны и засекречены,

Лишь на усталых губах послевкусие
Ласковых, чуть горьковатых суффиксов...

_^_



© Ирина Рубанова, 2003-2026.
© Сетевая Словесность, 2003-2026.