Словесность

[ Оглавление ]



Новые публикации
"Сетевой Словесности":
Наталья Захарцева. Особенности жизни в Тартарарах. Стихи
Фёдор Назаров. Когда встают песочные часы. Стихи
Вера Поварницына. Словами проще. Стихи
Идёт по звёздной ниточке луна... Стихи табасаранских поэтов в переводах Миясат Муслимовой
Татьяна Горохова. Ангел с маленькой буквы. Рассказ
Лев Ревуцкий. По страницам "Мертвых Душ" или Смерть Ноздрёва. Рассказ
Ирина Романец. Найди меня в подстрочниках... Миниатюры
Айдар Сахибзадинов. Жданово-Эсперанто-Назарбаева Рассказ
Юрий Бородин. По ту сторону текста (Неореализм Сергея Катукова). Статья
Ингвар Коротков. Об "искпедиции" Винни Пуха и Кролика и очередном сборнике-антологии А.Ревякиной "Новый Блок". Статья
Олеся Сабанова. Пульсирующие стихи (О книге Бориса Кутенкова "Простите, Омаровна"). Рецензия
Наталия Черных. Напросвет в небытии (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия


   
П
О
И
С
К

Словесность




СЫН
Короткий сценарий

Посвящается матерям и их, иногда, непутёвым сыновьям.


Действие происходит в небольшом, уютном и благополучном городе США.


Сцена Первая

У пожилой мамы, проживающей в доме-пансионе для пенсионеров, нет ни одной свободной минуты; она тщательно готовится к еженедельному приходу сына.

Небольшая, очень уютная и очень чистая квартира: две маленькие комнаты, маленький кабинет, совсем небольшие кухонька, прихожая и ванная. Для двоих было бы тесновато, но для одного человека – более чем достаточно.

Она живёт здесь уже более пяти лет. Переехала сюда через полгода после смерти мужа. В пансионе проживает более сотни человек, возраст которых – от 70 до 90 лет. Её здесь всё устраивает: трёхразовое питание в местном ресторане, экскурсии, бассейн со спортзалом и занятия с инструктором по йоге. Но главное – ей нравятся люди. С ними можно поболтать за ужином, сходить в ближайшую немецкую кондитерскую или итальянский ресторанчик. Когда хочется побыть одной, она уходит в одну из беседок на территории пансионата и читает. Или просто смотрит телевизор у себя дома.

На стенах висят картины и гравюры, а в книжном шкафчике – любимые книги. Их немного: последние десять лет она читает на планшете, хотя глаза быстро устают. Сын должен прийти с минуты на минуту, и она проверяет, готов ли её фирменный сливовый пирог, накрывает на стол, ставит закуски, смотрит на часы.


Сцена Вторая

Перенесёмся в квартиру сына. Даже рядом с самыми тихими и зажиточными американскими городками всегда есть неблагополучные районы. Мужчина 45-50 лет живёт в одном из таких мест. Однокомнатная квартира-студия, узкие окна выходят во двор, где стоят мусорные баки и играют в бейсбол мальчишки. Квартиры плохо изолированы, шумные, а в коридорах грязно. Обстановка в квартире сына спартанская, если не сказать бедная. Сейчас он собирается навестить мать и ищет чистую рубашку. Наконец всё готово, он выводит свою старую "Хонду" и едет в пансионат. Ехать недолго – минут 15-20, не больше. По дороге он заезжает в мексиканский магазин за букетом гвоздик и бутылкой вина – здесь всё на несколько долларов дешевле, чем в других местах.

Доехав до пансионата, мужчина ставит машину не в гараже, а в пяти минутах ходьбы от пансионата – он не хочет, чтобы соседи матери видели, на каком куске железа он приехал. Старая "Хонда" намотала более 300 000 миль, и хоть с трудом, но продолжает ездить.


Сцена Третья

Пожилая мать и сын сидят за столом. Бутылка вина наполовину пуста, хотя мать лишь для вида пригубливает вино. Выпив, сын начинает рассказывать о своей книге, которую он пишет уже одиннадцать лет, о встрече с редакторами, которые хотят её издать, о новых идеях. С каждым бокалом его голос становится увереннее, а рассказ – ярче и красочнее. Мать участливо слушает и поддакивает: матери – последние, кто теряет веру в своих детей. Она подкладывает сыну еду на тарелку, сын же больше пьёт, чем ест. Когда мать отошла на кухню поменять тарелки, сын быстрым движением достал фляжку и сделал несколько глотков.


Сцена Четвёртая

Традиционный воскресный обед подходит к концу. Мать молча и терпеливо слушает сына, не перебивая. Сын, расслабленный выпивкой и воодушевлённый присутствием благодарного слушателя, рассказывает, когда наконец будет издана его книга, как он занят новым сценарием, что старый друг обещал устроить его на работу в издательство. Похоже, сын сам верит в то, что говорит. Мать всё это слышала десятки раз. Она знает, что её сын последние 14 лет работает охранником и с трудом сводит концы с концами. У него нет ни друзей, ни жены. Вместо друзей – случайные собутыльники в дешёвых барах. Там же он находит временных спутниц. Жёны (две) не задержались: кто захочет жить с медленно спивающимся неудачником? И никогда он свою книгу не напишет, и ни в каком издательстве его на работу не ждут. Так и будет работать охранником до пенсии. Хорошо, что хотя бы на работе он не пьёт.

Ей бы хотелось помочь сыну больше, но она поддерживает внучек-двойняшек (детей дочери) и помогает платить за их обучение в университете. На пенсию и накопления не разгуляешься. Так она и живёт: ждёт звонков и редких приездов внучек и воскресного ужина с сыном. У неё есть дочь, обожаемые внучки, подруги, память о муже. У сына никого нет, кроме неё. И ей страшно, что будет с ним, когда её не станет.

Время прощаться. Мать собирает сыну еду в дорогу – её должно хватить на несколько дней. Что-то она прикупает ему в магазине, что-то забирает домой из пансионатского ресторана, чтобы потом отдать сыну. Незаметно, она кладёт стодолларовую купюру ему в карман куртки, пока он моет руки. Так она поступает каждый раз, когда он бывает у неё. Сын прощается с ней и уходит. В лифте он достаёт купюру из кармана и перекладывает её в бумажник. На мгновение его мучают угрызения совести, но это быстро проходит.

По дороге домой он заезжает за бутылкой виски. Не раздеваясь, наливает полстакана и садится писать. Он пишет долго, до полуночи, не замечая времени. Закончив набросок сценария, он отправляет его по email своему другу и бывшему однокашнику, который работает в Голливуде. Ближе к часу ночи он засыпает тяжёлым сном, чтобы утром проснуться в своей комнате, похожей на большой и грязный чулан.

Он ещё не знает, что скоро его жизнь изменится к лучшему. Этот рассказ станет заявкой на сценарий фильма, сценарий утвердят, и фильм снимут. На это уйдёт несколько лет – почти пять. В дальнейшем выйдут сборники его рассказов, будут написаны другие сценарии. Он станет востребованным и популярным писателем, переедет в другой город, у него появятся деньги, свой дом и дорогая машина. К счастью, мама доживёт до этих дней. "American Dream", спросите вы? Нет, отвечу я. Такова сила материнской любви. Ну и немного везения. Без мамы, её любви и поддержки не было бы ни американской мечты, ни счастливого голливудского финала.



P.S. Я не планировал "удачный" финал этой, немного грустной, истории. Это получилось помимо моей воли. В мире так много горя и трагедий, что мне невольно захотелось, чтобы хоть кому-то повезло.




© Лев Ревуцкий, 2024-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2024-2026.
Орфография и пунктуация авторские.





НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Ирина Романец. Найди меня в подстрочниках... Миниатюры. [Увлечённые идеями, одни изобрели религию, другие – науку, третьи решили жить и умирать без помпы. Без величия и самооправдания...] Наталья Захарцева. Особенности жизни в Тартарарах. Стихи. [звучи, моя хорошая, звучи. от всех дверей находятся ключи, дороги длятся вопреки помехам. твоей душе не взять фальшивых нот, в ней только свет: ни...] Фёдор Назаров. Когда встают песочные часы. [Кто-то должен подняться, чтобы пойти не с теми, / Кто-то должен взвесить брошенные слова – / Я смотрю на тебя и во мне умирает время,...] Идёт по звёздной ниточке луна... Стихи табасаранских поэтов в переводах Миясат Муслимовой. [Стихи табасаранских поэтов Эльмиры Ашурбековой, Сунаханум Исаевой, Шамиля Казиева и Гаджимагомеда Гаджиева в переводах на русский язык.] Ингвар Коротков. Об "искпедиции" Винни Пуха и Кролика и очередном сборнике-антологии А.Ревякиной "Новый Блок". Статья. [Этот сборник будет пособием учителей на уроках патриотизма, в каждой школьной библиотеке, его будут цитировать, дети – читать стихи из этого сборника...] Наталия Черных. На взлете и потом (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [Вокруг творчества Анны Горенко все стало слишком темно и туманно. Но выход нового сборника дает новую возможность как познакомиться со стихами и...] Айдар Сахибзадинов. Жданово-Эсперанто-Назарбаева. Рассказ. [Люди не понимают, что Жданов – это не человек. Жданово – это ветер в лицо и леденеют ресницы, когда летишь со ждановской горы на таратайке...] Татьяна Горохова. Ангел с маленькой буквы. Рассказ. [Дни проходили за днями, с ежедневными драмами, детей и своими внутренними, с неудовлетворённостью общей, касающейся только ее одинешеньку, так и не...] Лев Ревуцкий. По страницам "Мертвых Душ" или Смерть Ноздрёва. Рассказ. [В одном из многочисленных монастырей, разбросанных по Руси, мирно доживал свои дни в молитвах и трудах праведных пожилой монах...] Вера Поварницына. Словами проще. [В начале слова – трудный стыд, / едва ль колосс – лишь ость колосьев, / но – выживает, прёт, болит, / и вот уже – многоголосье...] Юрий Бородин. По ту сторону текста (Неореализм Сергея Катукова). Статья. [Говоря о явлении неординарном, исключительном и не только в литературе, важно понять, ЧТО из себя представляет данное исключение как "дерево целей",...] Олеся Сабанова. Пульсирующие стихи (О книге Бориса Кутенкова "Простите, Омаровна"). Рецензия. [Такое чтение требует от каждого не только навыка смотреть под прямым углом, но в каких-то случаях обращаться к периферийному или даже бинокулярному...]
Словесность