|
Жужжит в подсолнухах пчела...
|
ПАЦИФИСТСКАЯ ОКТАВА
Жужжит в подсолнухах пчела.
На пляже загорают музы.
Фаланги наши у села
Остановились. Жрем арбузы.
Под солнцем ратные дела
Куда паршивее медузы.
Но хочется волной плеснуть
В лицо, предплечия и грудь.
Щитом не скроешься от зноя.
И не спасет от мух лопух.
В награду славному герою,
Чтоб эллинский поднялся дух,
В обед опять - вино и соя.
А лучше б музу, можно двух.
И в тень, где нежный сквознячок,
На пикничок, на пикничок!
_^_
* * *
Шопенит шепотом рояль.
В кустах теряется баллада.
Какая в сумерках печаль!
Но предаваться ей не надо.
Перемахнув через забор,
Стал на колени у веранды.
И сквозь простуженные гланды
Хрипит бельканто мой тенОр.
- Я искушен тобой, мадонна!
О, выйдь, мерзавка, на крыльцо. -
Пою нежнее на полтона.
И вдохновенное лицо
Горит, пылает, словно мак.
И сердце просится наружу.
- О, придержи своих собак
И пригласи меня на ужин!
_^_
* * *
Выхухоль ухала, хлопала.
Падал засушливый лист.
Пьяница шел Попандопуло.
Выхухоль ухала, хлопала
Там или здесь, или около.
В плавнях, где шорох и свист
Выхухоль ухала, хлопала.
Падал засушливый лист.
_^_
* * *
Не унять, не понять, не посеять
Тихой улочки хлипкую скуку.
Пал туман вместе с вечером
в девять.
Потревожил облезлую суку.
И в облаенном сукой пространстве
Задрожал огонёк, сожалея,
Что зануда-репейник убранством
Уколол близорукую фею.
Тени нежных моих приведений
В дом стучались стрельнуть сигаретки.
Только фея, забыв огорченья,
Всё качалась на грушевой ветке.
_^_
* * *
Упало облако в стакан.
Торчат снаружи только пятки.
Его мы выплеснем в туман,
Потом со дна допьём остатки.
И, напевая чепуху,
Полезем, как всегда, в бутылку.
И не заметим, что вверху
Вдруг получилась в небе дырка.
_^_
* * *
Зачем же, выдумка моя, я топал на тебя ногами?
Вот пластилиновый араб кромсает булочки ножами.
Вот пластилиновый верблюд трясёт горбами над подушкой
И пластилиновую пыль себе я сыплю на макушку.
Слезу медовую твою ловлю в шершавые ладони.
И мной придуманный Восток в ней безнадёжно тонет,
тонет...
_^_
* * *
Последний сапожник ругается матом.
Он шьет сапоги двум последним солдатам,
Которые, вытянув босые ноги,
Сидят за столом рассуждают о Боге.
А Бог из последнего неба глядит
Туда, где художник последний стоит,
Где свежие краски тяжелой рукою
Кладет он на холст. Холст последний - не скрою.
... На этой последней предсмертной картине
Медведь белоснежный ест рыбу на льдине.
_^_
|
© Владимир Пимонов, 2003-2026.
© Сетевая Словесность, 2003-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
