ИМЕНА ГОДА
-
День. Гостиничный номер провинции. Пусто. Среда
окружает теснее и просит оплаты по счету.
Или просто на чай. Или просто - люби-не-хочу.
Этой самой любви здесь хватило б на целую роту.
Этим здесь не живут. Здесь мечта виртуала - не спать -
перелита в термометр и ртутью застыла в деленьях
в назиданье приезжим потомкам, спешащим отстать
от стук-тук каблучков пробегающих мимо мгновений.
-
Переступишь порог, а за ним - ничего. Пустота.
Еще небо хранит силуэт разводного моста
и высокая мачта, его разбивая, звенит.
Не беги, если в спину услышишь: "Сейчас побежит
до метро, где околыш с кокардой за каждым углом
и с разбега запрыгнет в пустой уходящий вагон,
и помчится сквозь камень,как быстрый, стремителный сон
до конца. И конец тот, наверное, и будет концом."
Отзвенит пустота. Еще небо хранит. Не беги.
Сигаретный дымок. Что-то будет еще впереди?
предпоследний вагон и фуражка мелькнут за углом.
Оглянись. Никого? Ничего. И порог перейден.
-
Эти длинные сны...
До полудня кричит вороньё.
Утверждают, что осень,
но, кажется, это - враньё.
Смена года времен -
только смена пальто и сапог.
Говорят, в наших жилах
течет электрический ток.
И сближенье частиц
порождает в итоге любовь.
Ведь, чего не болтают.
К чему это чешется бровь?
До обеда не встану,
а после - остывший бульон...
Я люблю тебя, жизнь.
В этот день, в этот год,
в этот сон.
-
Городским, аммиаком пропахшим, снежком
заметает февраль.
Перекатывать в горле комок
и листать календарь.
Свой простуженый голос
в глухое окно подавать,
не желая вставать,
нежилая кровать,
не желая желать.
А лететь по этапу
несбывшихся снов на мосты,
где в разбитом стекле
ещё можно увидеть черты.
Перелётные белые мухи
вращают часы.
И мотают часы
и минуты себе на усы.
-
Август сыгран бездарно.
Но зрителям нравится
предвкушенье: вот-вот
и артисты представятся
и предстанут на сцене,
завернуты в занавес,
словно в карту Европы
какой-нибудь Каунас,
над которым и нам
облаками ползти,
чтоб вернуться дождями
и, сердце в горсти,
но сезон доиграть
и услышать "виват"
на последнее - с выдохом -
"ах, виноват".
И в промокшем кафе
разрядить наугад
именной парабеллум
в первый зрительский ряд.
-
Только к вечеру сад опустеет,
от зачеркнутых строчек темно,
ладно, ладно - тебе напевает
в приоткрытое ветер окно,
ладно-ладно,спроси себя: где я,
а ответу - не хочешь, не верь:
за окном догорает Помпея
и Венеция плещется в дверь.
-
Когда старятся вещи,
их убирают в шкаф.
Поэтому вещи
переживают своих хозяев.
Сколько ещё
провисят пиджак или шарф,
очертания тел
бессмысленно повторяя.
Очертания душ.
Их привычки и их повадки.
Вот - след поцелуя, вот пепла,
конфет-помадки.
На сто тысяч лет одино...
Нафталина. Моли.
Куда б они делись,
была бы на то их воля?
На парсеки ВПЕРЕД,
где НАЗАД навсегда забывая,
просто в р е м я
от ВРЕМЕНИ спрячет их,
не примеряя.
-
Век выходит из моды -
"Человек" не звучит.
Человек выходит из дома.
Время молчит.
То есть, буквально -
часы не идут, хоть тресни.
Впрочем, чу! Кукушка?
Трамвай? "Воскресни"?
Нет.
Не воскреснет.
Некоторые в таких случаях
говорят "капут".
Что значит - сдавайся.
Приехали.
Cкоро в моду войдут
сплошные ноли.
Человек промолчит
и впустит
конец столетья.
к себе во двор. Или
на край земли.
-
Я уже привыкаю к первому этажу.
Я уже скорее промолчу, чем скажу.
И уже скоро при порыве ветра
закажу себе шляпу из серого фетра.
Я уже при слове «люблю» не жмурюсь
и уже не вмещаюсь в сплетение улиц.
И при виде к свету летящей птицы
знаю, что лето и могу не злиться
на последний автобус, отрывистость речи,
но возможность спать при зажженной свечке
не дает забыть по утру о бывшем
в прошлом и оттуда сюда прибывшем.
Вятка - Екатеринбург 1991 - 1997.
|
© Вячеслав Литусов, 1991-2026.
© Сетевая Словесность, 1998-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Михаил Поторак. Жизнь и приключения Левтолстоя. Миниатюры. [Во дни сомнений Левтолстоя, во дни тягостных его раздумий заглянем мы нынче – с самою виноватою миною и полным осознаньем всей постыдности подобного...] Леонид Фокин. Пять этюдов об английском сонете. Цикл статей. [Цикл посвящен малоизвестным и символически значимым эпизодам истории английского сонета, раскрывающим взаимодействие литературы, искусства и...] Борис Кутенков. Об одном цикле и об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Поэт "сходит" на пастернаковском полустанке и мучительно ищет подход к собственному слову, будучи "под стопой" классика. Это удаётся...] Иван Белоусов. В глубине чернозёмного горя. [И дольше жизни длился этот день, /
Но дневника кончаются страницы... /
Мне долго зимовать, и ждать апрель. /
И все простить. И не суметь...] Андрей Баранов. Жизнь – это два-три события. [Опадают цветы нежности, /
Зарастают сады нужности, /
Приближая час неизбежности, /
В старину говорили – ужасти...] Братья Бри. Эвелин. Рассказ. [Обыгрывай надежду, когда она несёт на себе хотя бы блёклый знак будущности. Но не играй в надежду, когда её нет. Сегодня ты играл бы в пустышку,...] Евгений Антипов. Угол зрения. Цикл статей. [Персоналиями цикла статей выступают Александр Солженицын, Алексей Ахматов, Тарас Шевченко и Виктор Соснора.] Литературные хроники: "В нынешней ситуации нельзя оставлять культуру". [Беседа Геннадия Чернова с Борисом Кутенковым в рамках подкаста "Летопись культуры".] Ирина Подюкова. Про жизнь. [и чудилось – это начало, /
и всё у истока времён /
ждёт Слова... Оно прозвучало – /
и сделался мир сотворён...] Ирина Ремизова. Знаю – будет так. [собираю ночью ноченской /
и теряю днём деньским /
дрёмы маковой отточия, /
снов цветные лепестки...] Анастасия Скорикова. В тишайшем снегу. [Два поэта идут будто рядом. /
День к весне начинает разбег. /
В бледно-розовом и синеватом – /
тень от дыма и тающий снег...] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
