Словесность

[ Оглавление ]



Новые публикации
"Сетевой Словесности":
Борис Бергин. Помяни нас, Господи, по именам... Стихи
Ярослав Попов. Стихотворения.
Елена Ступак. Поверь. Стихи
Елена Таганова. Не выключай свет. Стихи
Вячеслав Харченко. Прилёт. Повесть из миниатюр
Вадим Банников. О поэтике С.К.К. (Сергея Кудрина). Статья
Николай Пав. Васильев. Душа, излучавшая свет. Цикл статей
Юлия Великанова. Любовь, "которая даёт всё и берет всё, и не торгуется" Статья
Леонид Фокин. Триптих "Россия – Таганрог – Ростов-на-Дону" в восьми этюдах. Цикл статей
Литературные хроники: Светлана Сазонова. Ироничный интеллигент. Встреча с поэтом Александром Воловиком


   
П
О
И
С
К

Словесность




ТОЖЕ  НАПИСАНО


Окрыленный первым успехом, он с удвоенной силой схватился за перо. Его друг из Женевы смеялся над ним в ихней нечастой корреспонденции: Ну что, опять мараешь бумагу, Петруль? Он его Петрулем звал, когда дело не шло. А дело то шло, то не шло. Володе женевскому легче как раз, он женился на дочке министра юстиции и забыл язык окончательно, как отрубил его, и давай на всех томагавкать. Потерял охоту на нем изъясняться и принял католичество, астраханский еврей - а туда же. Есть тут связь или нету ее? Он был счастлив с Патрицией, тоже из Астрахани. Там и познакомились, в кофейне "Бубны-Черви" она плохо видела, но мужчину все же очень желала, очень, все равно какого, и размер не так важен, главное чтоб стоял иногда, однако и это необязательно, главное чтоб Пушкина любил и В.Ульянова, но можно только Пушкина. Или только Файбисовича. Потом сюда перебрались, по гостевой: сначала он, потом ее забрал, затем Ганделю Борисовну, тещу, не к ночи будь помянута. Звали тещу Берта Георгиевна, но он ее Ганделей Борисовной за тяжелый характер прозвал. Она сейчас с ними: моет полы, ворчит, кровоточит, по-женски губу закусив. Пати сначала к нему наезжала в Нижний семя для банка отсасывать, тогда девчата бойчее были, ноги врозь расторопнее демонстрировали, их на семя и бросали ответственное - вперед и с песней. В турбине или на валюту бывший муж ее, в какой турбине, на какую валюту, забыто все. Как же, 14 миллиардов за границу ушло в 91-м, кажется. Как? А очень просто. Этот бывший ее с женевским дружком за бугром вот что творили: один свесился и на трубе сидел, другой спецэскпортера пас и ногой болтал. Их офис на Мясницкой омоновцы в кокошниках стерегли круглосутошно. Его чуть как цыпку не сделали, подставить хотели, в татуировках распальцовка у пресс-атташе, эх, дубинушка, черный нал, сбросили по факсу контракт, фирмач не въезжал: что, мля, все схвачено? А мы? Опять мимо кассы? Тогда им три дня дали, на счетчик поставили, ресторан "Жив Курилка и Ко" загребли, суши-сашими, жаркое из угря, макароны по-флотски. Этот друг из Женевы стал тогда думу думать, наглый тип, но нал-то громче драм-энд-басса жужжит-твистует. Тогда один волшебник-ортодокс из Тамани, гнилой, но зубы пока все его, в птиц обратить их сподобился, в халибрей, а сам лисой вослед бросился, портативной, запугать хотел. Те полетели себе, полетели, на головку сели, жиры пускать через анусы стали, как рябчики, право слово, так они скроены, другие оне. А тот порешил в прозе стихами все описать. Ишь, Лотреамон уругвайский нашелся, на совдеповское бабло латиносам на брылья лапшу вешать. Ганделя эта подставной оказалась, на чтении познакомились: ох, как вы это выпукло всё, и глазки, глазки ему. А А и Б, что сидели, ну, на этой трубе, записывать все давай, для акций будущих, для перформансов первомайских, они в постконцептуалисты двинули, мозги отмывать, тогда это канало еще. На Пер-Лашез там к Дж. Моррисону двери приделали, скрыпеть ими стали и гнуться, что сказать этим хотели - как всегда ничего, так они куратора одного лупоглазого выкопали там же, он им все описал: и про гендер, и про блендер, и про субъективность рекурсивно конституирующую локальность, и про пространство артикуляции расширяющееся по экспоненте и дефлектирующее объект репрезентации, сейчас в Химках лечится в больнице для актуальных. Очень продвинутый по фазе. Очень, я проверял. А в Женеве все тихо пока. Ганделя, кажется, не сдохла еще, но смердит что твой страдиварий в чулане.



Это для презентации текст написан. Для акции на панели. Для массового ценителя прекрасного по Канту. Писал три минуты. А мог в две уложиться легко. Но куда спешить? Еще не вечер.




Вынужденная посадка: сборник рассказов
– Оглавление –
– Следующий рассказ –




© Павел Лемберский, 2009-2026.
© Сетевая Словесность, 2009-2026.





НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Вячеслав Харченко. Прилёт. Повесть из миниатюр. [Тарас медленно посмотрел в ночное небо, дожевал травинку эвкалипта, сплюнул её на жирную крымскую землю, медленно натянул на каску свой тепловизор и...] Николай Пав. Васильев. Душа, излучавшая свет. Цикл статей. [Цикл статей, посвященных творчеству поэта Николая Рубцова.] Борис Бергин. Помяни нас, Господи, по именам... [Помянёт нас Господь на своей литургии / по именам, даже если они другие, / даже если ники или позывные, / Он знает сам, кем мы стали отныне...] Елена Ступак. Поверь. [Наутро тёплый луч зовёт к заутрене, / а сон на веки вечное и присно. / И город за ночь в снежное припудренный, / и мир, так до сих пор и не...] Ярослав Попов. Стихотворения. [А иногда я просыпался по ночам / и проходился языком по дёснам, / цепляясь за осколки букв...] Леонид Фокин. Триптих "Россия – Таганрог – Ростов-на-Дону" в восьми этюдах. Статьи. [Путешествия по России в сонетах: Райнер Мария Рильке, Лу Андреас-Саломе, Адель Омер де Гелль, Фридрих фон Клопшток-младший, Жозе Мария де Эредиа,...] Юлия Великанова. Любовь, "которая даёт всё и берет всё, и не торгуется". Статья. [О Лизелотте Негели, значимом персонаже Дептфордской трилогии Робертсона Дэвиса.] Вадим Банников. О поэтике С.К.К. (Сергея Кудрина) Статья. [Читателю предлагается через внешние перемещения поверх текстов, с держанием его на мета-уровне, стать таким наблюдателем-созерцателем, который...] Литературные хроники: Светлана Сазонова. Ироничный интеллигент. [Литературная встреча с поэтом Александром Воловиком в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Елена Таганова. Не выключай свет. [Мама, мне страшно, не выключай свет! / Ночью придёт волчок и меня съест, / даром я сорок лет его приручала...]
Словесность