|
КРУГИ НА ВОДЕ
* * *
Внезапно родители сделались старыми,
Хотя и понятно, что долго старели.
И снится всё чаще, с глухими кошмарами,
Что не доглядел - и ушли, и сгорели...
И снится всё резче: могилы их вырыты
Сырые, и надо запомнить участки...
Но мысли такие - пока мы не сироты -
Мы гоним, пришедшие к нам для острастки.
И снится всё жестче, как в пору прощания,
Неловкий вопрос о долгах и наследстве,
Родители пишут уже завещания
И делят всё честно меж нами, как в детстве.
И снится всё четче: мое одиночество
Ночное, а если точнее, - сиротство.
Навеки от папы останется отчество,
И с мамой в чертах обнаружится сходство.
И снится всё глубже: от боли до жалости
Вся жизнь, что казалась дорогою дальней.
У мамы - синдромы любви и усталости,
А папа становится сентиментальней.
Вновь ходят с колясками - семьями, парами -
В тенистом июле, в прозрачном апреле...
Внезапно родители сделались старыми,
И мы неожиданно заматерели.
_^_
* * *
В этом городе, где-то -
Там, на Химиков, в "пьяном углу", -
Социальное гетто
Погружается в спальную мглу.
Там темно и при свете,
Словно город чужой за спиной.
Бесприютные дети
Там давно уже стали шпаной -
Те же игры на стройках,
Что и в детстве моем - чтоб за грань...
В ядовитых помойках -
Та же вонь, та же вечная брань.
Меж домами - промзона,
От которой колючая дрожь.
Никакого резона
Жить вот так и работать за грош.
В этом омуте сонном,
Что глядит в непроглядную серь,
За бюро похоронным
Общежитья распахнута дверь,
Словно чьи-то объятья,
В туалете на стенке висит
Там картина Распятья...
Так неловко за краткий визит,
Им же - некуда деться,
Хоть твердят: "Уезжайте скорей!"
Остается лишь греться
В общежитии, у батарей.
Манят многоэтажки
Наркоманов и самоубийц.
Как угрюмы и тяжки
Все черты типовых этих лиц!
Близ железной дороги,
В той общаге, у дня на краю,
Пес бросается в ноги,
Что заждался хозяйку свою.
В окнах - желтые лужи,
Где дожди - восемь суток подряд.
"Но могло быть и хуже", -
Так в народе, смеясь, говорят...
_^_
* * *
Как круги на воде,
То, что вдруг вспоминается,
Что неведомо где
Морщится и сминается.
За волною - волна:
Из застывшего омута
Дрогнет, хламом полна,
Моя детская комната.
В ней меня не найти
Мне, свой опыт таящему,
И в нее не войти
Прямо, по-настоящему.
То же всё, да не то,
Дело даже не в мебели,
Голова - решето:
Были, будто бы не были!
Тьма незримых преград,
Прошлое - замуровано,
И сквозь время утрат
Вглубь гляжу очарованно.
Пятна цвета во тьме
В мрак из света вошедшему
Вспыхнули на уме -
Вопреки ли отцветшему?
Вилами по воде
Мое прошлое писано,
И со дна, из "нигде"
Поднимается ввысь оно.
Что мне делать с тобой,
За собой потянувшее?
Словно вынес прибой
Так давно потонувшее!
_^_
КОСМИЧЕСКАЯ АЗБУКА
Спасибо фотону, что кистью художнику служит,
Спасибо молекулам воздуха также за то,
Что чуткое ухо симфонию в них обнаружит,
Сквозь сердце и ум пропустив их, как сквозь решето.
Фильтруют энергий поток, полируют детали
Едва приоткрытого замысла зренье и слух.
Век альфа-, и бета-, и гамма-частицы витали -
Космической азбуки буквы, вобравшие дух.
На холст мирозданья они оседают картиной,
Которую не сохранить, но и не удалить,
И ухо увидит за тиной и за паутиной
Всё то, что ни глазу, ни голосу не утолить.
А глаз, закрываясь и вновь открываясь, услышит,
Как станут звучать на листах единицы-нули,
Весь космос как будто из мелкого бисера вышит,
И байтов разбитых сверкают осколки в пыли...
_^_
* * *
Эти золотые дни,
Эта солнечность и млечность -
В них просвечивает вечность.
В атлас мира загляни -
Каллиграфии сродни
Черт природы безупречность.
То орнаменты, то вязь,
То танцует тень на соснах,
Ниже, в водах светоносных,
Языком владеет язь...
Дышит свет, струясь-смеясь,
Вместо дней тугих и косных.
На вершине года, как
На вершине жизни славной,
Самый яркий, самый главный -
Каждый цвет, и звук, и знак.
Отступает смертный мрак
Пред волною света плавной.
Пред волною звуковой
Отступает слабость слуха -
То, что прежде было глухо:
С речью, с музыкой живой
Слышен мир как таковой,
Что проник в улитку уха.
Первый голос - словно глас
Ангельский среди пустыни,
В гуще этой теплой сини
Шелковистей, чем атлас.
Миллионы лет до нас
Он звучал - звучит и ныне.
Вторит первому второй,
Птичий, а за ними - третий,
Всех цветов и всех соцветий,
Бабочек кружится рой
Краткой летнею порой
На заре тысячелетий...
_^_
* * *
Как жизнь свою ни трать,
Пред смертью как ни бредь,
Не страшно умирать,
Но страшно - умереть.
Так и осенний лист,
И пестрый, и шальной,
Теряет форму, мглист,
Что при смерти больной.
Как знать: воскреснем все ль,
Иль абсолютна смерть?
Веселья карусель,
Печали круговерть...
Под вечер день знобит,
Что поднялся в зенит.
Как зеркало, разбит,
Мерцает мир, звенит.
И то ли дальше звон,
Сиянья торжество,
И то ли выйдешь вон,
Где больше - ничего.
Но даже в пустоте,
В немыслимом ничём
Есть память о звезде
С мечтою стать лучом.
Пусть след и слеп, и слаб,
Бесследно не умрет
Душа, как ни несла б, -
Вперед, вперед, вперед!
_^_
|
© Григорий Князев, 2018-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2018-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
