МЕЖДУ СУДЬБОЮ И ЖИЗНЬЮ
* * *
Искусство или жизнь, реальности черты, -
Сравнения порой бывают не просты,
И до конца понять едва ли мы вольны,
Все краски, все слова, что запечатлены.
Есть в тайне этой смысл небесный и земной -
Молчание звучит, звук полон тишиной.
Бывает иногда - и пчёлка в янтаре
Живее пчёлки той, что кружит во дворе.
_^_
* * *
Среди убеждённых и бодрых,
Постигших законы систем,
Ну что ты, стареющий отрок,
Всё мечешься, бьёшься, зачем?
Тебе ли не знать аксиому,
Что короток век на земле, -
Отдайся покою и дому,
Погрейся в недолгом тепле.
Но странное свойство пиита -
Прозренье ловить слепотой,
Бежать от спокойного быта
К ограде над стылой водой...
Не думать о будущей тризне,
Но видеть сквозь будничный сор
Тот, между судьбою и жизнью,
Сужающийся зазор.
_^_
В ДЕРЕВЯННОМ КВАРТАЛЕ
В заброшенных домах такая власть живёт,
Что втягивает внутрь, засасывает словно,
Как будто кто-то в мир поруганный зовёт,
Иль тащит, как палач, на это место лобно.
Здесь встанет новострой - безликий оттиск дней
Других, где никогда того тепла не будет.
А тишина звенит сильней, сильней, сильней,
Да только прошлых лет не тронет, не разбудит.
Пора идти, пора, но вот забыл куда, -
Всё держит странный мир, пустынная обитель;
Не зря же я попал нечаянно сюда,
Под этот грустный кров, его последний житель?..
_^_
БОЛЬНОЕ
Девяностые. Век на пределе.
Раскололась на части страна.
Всё, куда мы стремились, глядели,
Вдруг исчезло навечно, сполна.
И в годах безысходно-тоскливых
Помытарило нас не слегка,
В тупиках, переулках, извивах
Мы искали хотя бы пивка.
Заливали бессилье тревожно,
Загоняли себя, точно в клеть,
И похмельем тех лет невозможно
Даже в трезвости переболеть.
Тот - в элиту, другой - на помойку,
Ну а скольких земля приняла,
И поныне ещё неустойку
Платим за роковые дела.
Нет уже никакой укоризны,
Возраст - мемориальный музей,
Где лишь тризны и тризны, и тризны -
Эти встречи последних друзей.
_^_
* * *
Если нет никакого лечения,
То хоть видимость надо создать.
Скоро толпы козлов отпущения
Станут грустные долы топтать.
Им, козлам, по заслугам, наверное,
По делам и породе своей,
Только зрелище всё-таки скверное -
Видеть в облике оном людей.
Потому как едва ли достаточно
Отыскать для примера козла,
А явленье бытует остаточно,
И ничуть не уменьшилось зла.
Ни раскаянья, ни очищения
Даже малых не видно примет.
...Вереницы козлов отпущения,
А волков отпущения нет.
_^_
* * *
Как хорошо в полуночном вагоне,
В купейной беспросветной темноте
Полудремать, на дальнем перегоне
Забыв на время о земной тщете.
И думать, что на этих поворотах
Возможны изменения в судьбе,
Что женщина, лежащая напротив,
Тихонько улыбается тебе.
_^_
* * *
Не к торговцам устремляюсь липким,
Что влекут обилием товаров, -
Изучаю классику по скрипкам
И гармошкам около базаров.
От имён далёких и великих
До простых народных русских песен, -
Вид "маэстро" грустно-безъязыких
Мне всегда печально-интересен.
Музыка важней для них иль сотка
Зелья, что согреет и возвысит,
Иль вниманья тоненькая нотка
Что сейчас и от меня зависит?..
Ну а я, оторванный от бега
Приземленной жизни на потребу,
Искупаю грех глухого века,
Хоть чуть-чуть приподымаясь к небу.
_^_
* * *
И шумит чепуха мировая,
Ударяясь в гранит мировой.
Где та страсть, что когда-то была,
Где всё то, что былины рождало,
Невозможная тяжесть пришла,
От которой полцарства устало.
Да и сам ты почти неживой, -
Сумрак бренности над головою,
И дробится гранит мировой
Чепухою разбит мировою.
_^_
* * *
Свобода и являлась, может,
Но и она так часто гложет,
Что зверь, и воет по углам.
Свободен. Становись, кем хочешь:
Кричишь, рыдаешь иль хохочешь -
Решай по-своему и сам.
Живи, как этого желаешь, -
Поёшь иль по-собачьи лаешь,
Порвав железный поводок.
Но только не проси у мира,
У благодетеля-кумира
Какой-то выгоды, браток.
Но если всё-таки решился,
Сполна открылся, обнажился, -
Свой обретёшь законный рост.
Нет ни привета, ни просвета.
Испит, забит...Но сигарета
Твоя мерцает среди звёзд.
_^_
* * *
Забыть бы об унылой прозе,
Что обступает всё тесней...
Сойти бы где-то на Иосе*,
Вдали от здешних смутных дней.
И чувствуя, как дышит влага,
Ступать по зарослям - туда,
На самый край архипелага.
И вот она вода, вода...
Не различить какого цвета,
Рассвет или закат на ней,
И вдруг увидеть человека
Среди задумчивых камней.
Согбенного, видать, от горя,
Раздумий, нашим не в пример.
"Ты что, старик, сидишь у моря?
Давай знакомиться". -
___________________
* Греческий остров
_^_
* * *
А женщина, хранящая тебя,
Лишь с виду ничего не принимает,
Всё, что возможно только, претерпя,
Тебя ночами к сердцу прижимает.
Она - всечасный твой громоотвод,
Твой врач в минуту горького веселья,
Не сломленная глыбою забот
Меж кухней и тревожною постелью.
Ты ею жив и только ею жил,
Того за суетой не прозревая,
Что держит, держит из последних сил,
Земле и небесам не отдавая.
_^_
* * *
Думается всё чаще,
В чём он, удел земной?
Снова ночные чащи
Встали передо мной.
Звёзды ли путь мой метят
Или ступаю сам,
Или рогатый месяц
Что-то задумал там?
Слишком запутан жребий,
Слишком затуплен ум,
Нет ничего нелепей
Этих полночных дум.
Жалость к себе, усталость -
Вот приговор сквозной
В мире, где не осталось
Истины ни одной.
_^_
* * *
Осень, от ветра дрожат провода,
Собраны овощи с грядок,
Капает, капает с крыши вода -
Жизни осенней остаток.
Всё в этом слове соединено, -
Что и внутри, и снаружи, -
И перепутано, и сплетено
Перед нашествием стужи.
Дождь зачастил, перешёл в пелену,
К лету не будет возврата.
Если две осени слиты в одну, -
Это уже многовато.
_^_
* * *
Кирпич, древесная гнилуха, -
Фрагмент печального холста...
Но запустенье и разруха
Ещё не значит - пустота.
Ужель прибавят интереса
Творенья нынешних умов -
Завалы ржавого железа,
Драконьи головы дымов?
Нет в хаосе бездушном брода,
Исхода для живой земли...
Как празднично цветёт природа
В местах, откуда мы ушли.
_^_
* * *
Не жжёт - а просто пожирает пламя,
И душит обступающий угар,
Когда горит уже не дом, а память,
Чем заливать мифический пожар?
Зарыться в книги,
А стоит ли хоть что-то возвращать:
Былое с новым веком не сомкнется,
Ну а кого клеймить и уличать?..
Себя иль предков, -
И никаким судом не утвердить,
У памяти нет знаков безусловных,
Лишь нить, узлами связанная нить.
На ней уже не будет новых петель,
Останется, склоняясь головой,
Глядеть на серый
И понимать - что это пепел твой.
_^_
|
