В  ЗАКОУЛКАХ  ЖИЗНИ СКОРО ЛЕТО! ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ КВАРТИРА БАЛЛАДА О ЗАВЕТНОМ ЛАРЦЕ И КРУГ ЗАМКНЁТСЯ СКОРО  ЛЕТО! Осенний лёгкий снег припорошил машины, пожухлую листву, деревья и дома. Октябрь перевалил с лихвой за середину. А там глядишь ещё немного - и зима! Я не люблю зимы. Народные веселья с санями и катком совсем не для меня. Чуть выйдя на мороз в январский ясный день, я спешу скорей домой погреться у огня. А что уж говорить про слякоть и про лужи, про лютую пургу и колкую метель, когда ты вечно зол, расстроен и простужен, и всё готов отдать за тёплую постель! А надо же идти, и где-то там работать - под мозглый дождеснег в кромешной тьме ночной. И шею в тёплый шарф, боясь ангины, кутать, ворчать на холода и жить одной мечтой: что, в космосе кружа, свершит свой путь планета, и снова солнца свет растопит толстый лёд. Что вот ещё чуть-чуть - и снова будет лето! И что на этот раз оно не подведёт! _^_ ПЕРВАЯ  ЛЮБОВЬ Как же было окаянно это лето! Боже ж мой! Помнишь ли, моя Татьяна, как встречались мы с тобой? По каштановым бульварам под зонтом гуляли как? Как по лестнице пожарной забирались на чердак и подолгу целовались там на этом чердаке? (Окна тихо зажигались, звезды плавали в реке). Как отец, вернувшись поздно, загонял тебя домой и расспрашивал серьёзно, что мы делали с тобой? Ты его не огорчала - отвечала невпопад, а на завтра всё сначала: так три месяца подряд! Я теперь не знаю, где ты. Таня, Таня, дай ответ! В закоулках жизни где-то навсегда пропал твой след. _^_ КВАРТИРА Никогда не знал точно, сколько же в ней комнат! И чем дальше уходит от меня время, или точнее, чем дальше я ухожу от того времени, когда впервые попал сюда, тем больше я запутываюсь, пытаясь их сосчитать. И дело даже не в том, что их слишком много, а в том, что их расположение всякий раз меняется - и твёрдо зная, что вот здесь находится дверь, в другой раз я не могу её найти, а там, где раньше была глухая стена, вдруг открывается ход на какую-то лестницу, ведущую в неведомое пространство. В квартире обитает много жильцов: мужчины и женщины, дети и старики, но я никак не могу их запомнить - они то появляются, то вдруг исчезают, неуловимо изменяются и меняются комнатами. Здесь жил портной, а сегодня стоит гроб и играет музыка. Там бабка поливала каждое утро герани на окне, а сегодня скачут ошалелые дети, играя в покемонов. Странная квартира! Но я в ней живу и тоже постоянно переезжаю из комнаты в комнату, и часто, глядя на себя в зеркало, вижу там совсем другого человека. Я живу в этой квартире много лет, и уже начинаю привыкать, да вот беда - срок аренды заканчивается. _^_ БАЛЛАДА  О  ЗАВЕТНОМ  ЛАРЦЕ Была великою страна, и вот она побеждена... Пришёл израненный король в заброшенный дворец, нашёл поверженный король потерянный ларец. Он много лет его искал и был ужасно зол, что в этом замке среди скал он так его и не сыскал. И вдруг теперь - нашёл! Когда-то много лет назад сказал ему отец, что положил бесценный клад в заветный тот ларец, что этот клад его спасёт от страшного конца. И вот слуга ему несёт посмертный дар отца. Почти в горячечном бреду вскрывает он замок - и видит медную трубу! "Отец, ты шутишь? Хоть в гробу серьёзней быть бы мог!" Он в руки инструмент берёт... И услыхав трубу, вдруг собирается народ в заброшенном саду. И затевает хоровод, и песни у костра. И сам король, а с ним народ, гуляют до утра! Играет на трубе король, танцует и поёт, и отступают страх и боль, и празднует народ. Играй, король, пляши и пой! Пусть видят стар и млад, что он с тобой, что он с тобой, твой драгоценный клад! Была великою страна... Нет, есть, и будет впредь и танцевать, и пить до дна, играть, любить и петь! _^_ И  КРУГ  ЗАМКНЁТСЯ Завеса тьмы рассеялась на миг: усталость мук, ребёнка горький крик... Сентябрь за окном, как наважденье. День N 7 - день моего рожденья. ............................................. Ах, детство, ты - вода на дне колодца. От дней твоих так мало остаётся в сознании! Сквозь розовый туман я помню чувств неясных океан - он бил в виски... (Он и сейчас там бьётся). В стихии этой тёмной, безъязыкой меня несло вперёд рекой великой среди затонов, омутов и скал, но я себя ещё не ощущал отдельностью в природе этой дикой. Я был вплетён в бескрайние просторы родной земли, в поля её и горы, как лютик, зверобой и девясил. Садилось солнце, дождик моросил, гасили свет, задёргивали шторы... Тянулись дни, и каждый был как век - от пробужденья до смеженья век он бесконечно длился, длился, длился: сирень пылала, тополь серебрился, кружился в танце новогодний снег. Вселенная, как комната для игр, меня влекла, и каждый божий миг наполнен был невыразимым смыслом, а радуги цветное коромысло казалось твёрдым. Страшен и велик был Божий мир, а дом совсем не тесен, а сад за домом - сказочно чудесен, а луг за садом - полон дивных тайн, а лес за лугом - что Вселенной край, а мир за лесом был мне неизвестен... И детству не предвиделось конца! Я вглядывался в контуры лица, стараясь различить следы взросления, и тяжело вздыхал от сожаления - лицом не походил я на отца. А годы шли. Хотелось поскорей так вырасти! Бряцанье якорей в речном порту, вагоны на вокзале манили в восхитительные дали... ........................................... Мир раскрывался, как заветный том: сначала стали тесны двор и дом, потом квартал, где мы учились в школе, потом и город, родственный до боли, воздвигнутый на берегу крутом широкой Волги. Вот уже страна великих таинств и чудес полна раскрылась, словно карта на ладони: Кавказ, Байкал, Саха, Камчатка, Коми... ................................................. Но молодость рассеялась, как дым... ............................................. На место эксцентрических мечтаний пришла пора суровых испытаний на прочность. Не всегда ж быть молодым! Плетётся серых будней череда. Вот дети разлетелись из гнезда. А вот уж у детей родились дети. И мы, давно живущие на свете, в них узнаём самих себя, когда пришли на этот свет. Теперь уходим. Увы, нет бесконечного в природе, а всё конечно: час, минута, год... Ещё вчера мелькнула надпись "вход" - и вот уж "выход" на вчерашнем входе. Аид? Долина мёртвых? Лимб? Ничто? Завеса тьмы сгущается, но что там, за чертой - никто из нас не знает: оттуда никого не выпускают, не возвращают сданное пальто. Представить мир, где больше нет меня, я не могу, как дыма без огня, как зрения без зрителя, как слуха без чуткого и трепетного уха, как ночи без сверкающего дня... Уходят все, и я как все уйду, и встрепенётся ворон на дубу. В пустом пространстве свет неровный сея, свои приметы позабуду все я и, увлечённый в чёрную трубу, опять услышу первозданный крик, и круг замкнётся............................. ........................................................ _^_

© Андрей Баранов, 2017-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2017-2026.