Словесность

[ Оглавление ]



Новые публикации
"Сетевой Словесности":
Дмитрий Аникин. Два музыканта. Поэма
Елена Кабардина. Морошка. Стихи
Ольга Расташанская. Полчаса до весны. Стихи
Дмитрий Рябоконь. Кот да Винчи. Стихи
Бекки Сквиррел. Следуя за вопросами... Стихи для детей
Виктория Орлова. "На подоконнике" и другие истории. Рассказы
Яков Каунатор. Жил-был мужик... Эссе
Ингвар Коротков. О своеобразной литературной критике или когда кукушка хвалит петуха... Статья
Наталья Гвелесиани. Новый Завет: художественный перевод в духе современных понятий.
Борис Кутенков. Алексей Небыков: "Немало нерастраченного огня для внимательного писателя...". Интервью
Литературные хроники: Полина Пехтерева. Поэт, смотрящий в глубину. Вечер памяти Алексея Ильичёва


   
П
О
И
С
К

Словесность




БЕСЕДКА


Кум Кумыч Кила пошарил в почтовом ящике и выудил бумажку. Он отшатнулся, едва прочел: "Приглашение Поговорить". Воровато оглянувшись, Кила сунул ее в карман. Отпер дверь, вошел в прихожую, развернулся и заперся на четыре замка. Бумажку изорвал в мелкие клочья и бросил в пепельницу. Поджег. Из кухни пришла жена.

– Почему паленым воняет?

Кум Кумыч молча уставился на нее. Она все поняла и грузно села на пуфик.

– Двери не открывать, – монотонно проговорил Кила. – Трубку не брать.

– Да тебя перекосило, – ахнула жена и прикрыла ладонью рот.

– Ерунда.

Он подошел к зеркалу и прищурился на отражение. Действительно, переклинило, но самую малость. Сырые щеки, сосудистая сеточка, судачьи глаза, мышиные брови – в общем и целом порядок. Все на месте.

Заверещал телефон.

– Не бери, – одними губами произнесла жена.

Кум Кумыч не собирался, но рука сама сняла трубку. Из нее донеслось:

– Я могу поговорить с Килой Кумом Кумовичем?

– Возможно. А кто вы и по какому вопросу?

– Мы приглашаем его поговорить. Это придется сделать по адресу...

Кила отключился. Вавакнул второй телефон, мобильный. Пришло сообщение с почты: заказное письмо. Кила криво улыбнулся:

– Не пойду.

– Возьми больничный, – сказала жена.

– А дальше? Сколько времени болеть?

– Так, может, лучше сходить и поговорить? Люди ходят.

– Вот люди пусть ходят, а я не пойду.

Пошел он на работу, где его сразу вызвали в кадры. Тогда он с работы ушел.

Завернул за чекушкой.

На кассе ему выдали чек и еще листок. Кила его скомкал, бросил, подошел человек в зеленой футболке и с планшетом.

– Добрый день, мы проводим социологическое исследование. Не уделите мне буквально минуту...

Кила взглянул на его бейсболку с эмблемой. В рисунке не сразу, но угадывалась беседка.

– Вали отсюда, – прохрипел он и бросился к выходу.

– Постойте, а поговорить? – крикнули следом. – Мы приглашаем!

Кум Кумыч выбежал на проспект, свернул во двор, хотел метнуться в беседку, но отпрянул, сообразив, что это беседка; он укрылся под кривой липой и постарался слиться с ее стволом. Он выкушал чекушку, отер губы, огляделся. Прищурился на транспарант, где было написано: "Беседка Приглашает Поговорить! "Слово – одежда всех мыслей". Максим Горький".

После чекушки его слегка отпустило. Он покинул двор и осторожно вернулся на проспект. Там струилась обыкновенная жизнь. Проехал автобус, на табличке был пропечатан маршрут "Вещевой рынок – Беседка".

– Возьмите Приглашение Поговорить, – послышалось сзади.

Кум Кумыч не стал смотреть, кто это. Чертыхнувшись, огрызнувшись, он быстро заковылял прочь. Впереди маячил огромный рекламный щит. Мигали буквы:

"В начале было Слово. Слово и дело! Беседка Приглашает Поговорить. Мы гарантируем, что слово к делу не пришьешь!"

– Слово не воробей, – хмыкнул опытный Кила.

Тут к нему подошел полицейский.

– Вы качаетесь, уважаемый. Ну-ка, дыхните. Понятно. Пройдемте со мной.

Кум Кумыч понял, что проиграл. Он отступил на шаг и вынул перочинный нож. Полицейский схватился за кобуру.

– Нет-нет! – вскричал Кум Кумыч и отступил на шаг. – Это не для вас! Дайте минуту.

– А, – расслабился тот. – Ладно, только побыстрее.

Кум Кумыч вытянул лезвие, разинул рот, высунул, сколько мог, язык и быстрым движением отхватил его. Кровь ударила струей. Он достал носовой платок, смял, сунул в рот. Затем настала очередь ушей. Он чиркнул по одному, оно шлепнулось; полоснул по второму.

– Все? – спросил полицейский. – Тогда проходим и не задерживаем.

В участке окровавленного Кума Кумыча усадили на лавочку и показали ему Приглашение Поговорить. Он замычал и показал сперва на рот, потом на уши.

– Ничего, – успокоили его. – На бумажке напишут.

Он прочел это по губам, отвел руку, растопырил пальцы и воткнул себе в глаза. Успех ему сопутствовал, он перестал видеть, зато почувствовал, как что-то вложили в руки.

"Азбука Брайля", – сообразил Кила.

Он выплюнул платок и сунул пальцы в рот. Кусанул со всей мочи, потом еще. Ему не препятствовали. Когда закончил, его подхватили под руки, вывели, повезли в Беседку.

Там с ним Поговорили.

– Нет слов! – Такими словами его там встретили.

К сожалению, Кум Кумыч лишился слишком многих репрезентативных систем, чтобы мы сумели достоверно передать содержание беседы.

апрель 2023




© Алексей Смирнов, 2023-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2023-2026.
Орфография и пунктуация авторские.





НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Виктория Орлова. "На подоконнике" и другие истории. Рассказы. [Аркадий был лось. Он сидел в шезлонге, смотрел на море и думал о вечном: что было, когда его не было...] Яков Каунатор. Жил-был мужик... Эссе. [О жизни, времени и поэзии Михаила Анищенко. Из цикла эссе "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Алексей Небыков: "Немало нерастраченного огня для внимательного писателя...". Интервью. [Мы поговорили с писателем о его новой книге "Неодолимая тишина света", о работе издательств с аудиторией и о том, как опыт альпинизма может...] Дмитрий Аникин. Два музыканта. Поэма. [Играют невозможное. Но как / проникновенно! Что нам всем по нраву? – / сентиментальность и скабрёзность... Да, / вот так и трафят общим низким...] Елена Кабардина. Морошка. [Мои стареющие сверстники / кто в Храм, кто в пьянство, кто в безумие. / Я – вышиваю русским крестиком / цветы из песен гамаюновых...] Ольга Расташанская. Полчаса до весны. [Это лето. Море. Мальчик – губы вишни, / Яркая улыбка, выбритый висок... / Поцелуи с солью. Роза. Кисть кишмиша. / Небо на закате – как томатный...] Ингвар Коротков. О своеобразной литературной критике или когда кукушка хвалит петуха... Статья. [Подытожить, честно говоря, получается плохо – улыбка чеширского критика постепенно превращается в оскал лабубы...] Наталья Гвелесиани. Новый Завет: художественный перевод в духе современных понятий. (файл PDF, 5,3 Мб). [Художественно-концептуальный перевод Нового Завета на современный язык, стремящийся сохранить смысловую глубину греческого оригинала и передать её в...] Литературные хроники: Полина Пехтерева. Поэт, смотрящий в глубину. [Вечер памяти Алексея Ильичёва (1970-1995) в рамках цикла "Уйти. Остаться. Жить".] Дмитрий Рябоконь. Кот да Винчи. [Кто просекает структуру момента, – / Тем не до бурных аплодисментов, / Не до восторженных рукоплесканий, / (И не до фиги в кармане).] Бекки Сквиррел. Следуя за вопросами... Стихи для детей. [На снегу следов цепочка, / А в конце цепочки – точка. / Кто за кем спешил по следу, / Кто кого ловил к обеду?..]
Словесность