Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




ДЕЛО  МАСТЕРА  БО

К книге Дмитрия Болотова "Роман Бо"


1.

Я не видел Диму Болотова сто лет. Ну, не сто, а девяносто девять, это не меняет дела. Могу даже напрячься и вспомнить, где мы видались в последний раз: на киевской кухне одного из героев его романа, где ходили по стене задумчивые украинские долгоусые тараканы, а за стеной сдержанно покашливали коммунальные соседи героя. Герой называл их "Хвощами".



2.

Я не перечитывал романа Димы Болотова сто лет. Ну, не сто, а семьдесят пять. Могу даже напрячься и вспомнить, как это было: роман прочитал один очень хороший человек, родившийся как раз в годы, когда развертывается действие книги. Человеку роман понравился, а я задумался об этом и начал опять перечитывать эту книгу, пытаясь понять, как воспринимает текст читатель, не соотносящий наших тартуских реалий со словами, прихотливо выстроенными автором в ряды и колонки.



3.

Впервые я задался этим вопросом сто лет назад. Ну, не сто, а десять. Могу даже напрячься и вспомнить, когда: "Роман Бо" впервые был опубликован тогда в интернете Женей Горным ("Журнал.Ру"). А. Левин напечатал по этому поводу содержательную рецензию в "Знамени" (1998, № 11), она называлась "Ключ в форме крючка" - заглавие обыгрывало жанровое определение "роман с ключом". В конце своей рецензии А. Левин писал: "[Ч]тобы заняться расшифровкой, пожелать оказаться в "позиции интимного знакомства с поэтом", о чем писал "Кьюрмих", читатель должен быть уверен: речь идет о чем-то, стоящем усилий. О Пушкине и его друзьях. О поэтах серебряного века. О МХАТе. Если усилиями людей, прошедших через "Пяльсони", удастся создать притягательную легенду о тартуском университете, поставить Лотмана и его студентов наравне с Пушкиным и его друзьями, то читатель у "Романа Бо" постепенно найдется. И не только в Интернете". Кажется, настало время, предсказанное в рецензии, и я искренне рад, что книга Димы Болотова, представляющаяся мне замечательной даже при чтении без ключа, наконец увидела свет в традиционном виде.



4.

Традиционный вид света - это волна. Но, как учит нас неумолимая физика, где волна, там и частица. Корпускулы, составляющие жизнь общежития на Пяльсони - персонажи "Романа Бо". Позволим себе здесь в виде комментария раскрыть дальнейшие судьбы основных героев, не явленные в сюжете романа, но важные для его понимания.

Сплетень так сплетень. Подумаешь. Дело мастера боится. Итак:



5.

Маска нарисовала обнаженную Маху.

Аркан научился показывать, как Тынянов показывал Пушкина.

Обладарский уехал в Австралию, но повздорил там с одним кенгуру и вернулся в N. Теперь он музыкальный критик.

Бер ел жука с американскими студентами и съел его.

Коля-убийца в Техасе учил национальных гвардейцев стрелять.

Гу бегала по Питеру и все время смеялась.

Каубамая написала много каких-то стихов и такой же прозы.

Величка в Париже ломал круассаны тонкими пальцами.

Слайк завел себе очки. И шляпу.

Плуцер написал словарь в трех томах про слово "жопа".

Грегуар уехал в Москву и сочинил, напротив, комментарий к слову "вот" у Мандельштама.

ГГП уехал в Москву, потом защитил две докторских диссертации в Пизе и в Оксфорде, потом купил четыре гектара земли возле Тобольска, выстроил там сруб и живет анахоретом в свое удовольствие.

Текстлистов тоже уехал в Москву и сочинил саундтрек к жизни. Очень громкий.

Пилька успешно разводил бультерьеров.

Шива стал худым, весь оброс волосами и бросил пить.

Килрак торговал канцелярским товаром, но одновременно пел песни.

Солонич отбыл в многократное кругосветное путешествие.

Видик в Америке брал омаров голыми руками.

Ворона на голове про всех помнит.

Петя скончался.

Парников погиб.

Кюьрмих умер.

Бо написал роман.

Роман написал предисловие к роману.





Приложение: Дмитрий Болотов, Роман Бо



© Роман Лейбов, 2008-2018.
© Сетевая Словесность, 2009-2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Владимир Гржонко: Три рассказа [После, уже сидя в покачивающемся вагоне метро, Майла почувствовала, что никак не может избавиться от назойливого видения: на нее несется огромный зверь...] Алексей Вакуленко: Очарование разочарования [О Поэтических чтениях на острове Новая Голландия, Санкт-Петербург, май 2017 г.] Владимир Кисаров. "Бегемота" посетила "Муза" [Областное музейно-литературное объединение из Тулы в гостях у литературного клуба "Стихотворный бегемот".] Татьяна Разумовская: "В лесу родилась ёлочка..." [Я попробовала написать "В лесу родилась ёлочка..." в стиле разных поэтов...] Виктор Каган: А они окликают с небес [С пустотой говорит тишина / в галерее забытых имён. / Только память темна и смурна / среди выцветших бродит знамён...] Михаил Метс: Повесть о безмятежном детстве [Ученик девятого класса, если честно, не может представить тему своего будущего сочинения, но ясно видит его темно-малиновый переплет и золоченые буквы...] Екатерина Ливи-Монастырская. На разрыве двух миров [Репортаж с Пятых Литературных чтений "Они ушли. Они остались", посвящённых памяти безвременно погибших поэтов XX века (Москва, 30 ноября и 1-2 декабря)...] Михаил Рабинович: Бабочки и коровы, птицы и собаки, коты и поэты... [У кошки нет национальности - / в иной тональности она, / полна наивной музыкальности, / открыта и обнажена...] Максим Жуков: Другим наука [Если доживу до декабря, / Буду делать выводы зимой: / Те ли повстречались мне друзья? / Те ли были женщины со мной?]
Словесность