Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



ПО  ОСНЕЖЁННЫМ  МОСТОВЫМ


* В ЭЛЕКТРИЧКЕ
* АХ, КАК КОГДА-ТО
* ЧТО Я ПОМНЮ
* ЕЙ, ГОСПОДИ! ЭТО Я! Я ЗДЕСЬ!
* КРИЗИС СРЕДНЕГО ВОЗРАСТА
 
* НЕДЕТСКИЕ ИГРЫ
* В КАЖДОМ МУЖЧИНЕ ОСОБЕННО ЕСЛИ ОН НЕСВОБОДЕН
* ФАНТАЗИЯ НА ТЕМУ "ВРЕМЯ"
* МОЯ ЭСХАТОЛОГИЯ



    В  ЭЛЕКТРИЧКЕ

    Вот девушка в вагоне у окна
    стоит, сияя юностью своею.
    Она великолепно сложена,
    и ореол любви горит над нею.

    В её глазах весны пьянящий свет -
    в моей душе сплела тенёта осень.
    Ей девятнадцать или двадцать лет -
    мне сорок пять, точнее, сорок восемь.

    Вот мы стоим в вагоне у окна,
    и наш вагон, как парусник, качает...
    И смотрим друг на друга, но она,
    по-моему, меня не замечает.

    _^_




    АХ,  КАК  КОГДА-ТО

    Ах, как когда-то вино меня веселило!
    Особенно из винограда крымских отборных сортов.
    Вместе с мускатом меня наполняла сила
    и уносила в Питер или Ростов.

    Ах, как когда-то любовь меня окрыляла,
    впрыскивая мне в вены терпкий адреналин!
    Ради смазливой девчонки с самым могучим амбалом
    я мог подраться один на один.

    Ах, как когда-то в дали меня тянуло:
    кинул рюкзак за плечи - и на поляну в лес!
    Дома - голые стены, кровать да четыре стула,
    зато за городом так много обжитых мест!

    Ах, как когда-то сердце моё звенело,
    помните, как у Баха - хорошо темперированный клавир?
    Не барахлило и не болело тело,
    а оголтело впитывало весь мир.

    Ах, как когда-то... Кончились наши годы.
    Ветер свободы выпорхнул и затих...
    Мы неугодны. Мы из другой породы -
    мы из породы что-это-там-за-псих?

    _^_




    ЧТО  Я  ПОМНЮ

    Мне 30, тебе 26.
    Мы молоды, в сущности, - дети.
    На перекрестке столетий
    нам встретиться выпала честь.
    Под "Ласковый май" и "Фристайл"
    трещали опоры Союза,
    челночники полные груза
    носились подобием стай.
    Страна превращалась в отстой,
    забрызгана кровью и грязью,
    но словно назло безобразию
    любовь нас настигла с тобой.
    Обычно встречались в кафе
    в полпятого после работы.
    И, взяв для приличия что-то,
    какой-нибудь кофе лате
    (нам было тогда всё равно),
    мы долго сидели, курили,
    потом по бульварам бродили,
    потом целовались в кино.
    Тот год был велик и смешон,
    в агонии билась Эпоха.
    Я помню всё это - но плохо,
    а губы твои - хорошо.

    _^_




    ЕЙ,  ГОСПОДИ!  ЭТО  Я!  Я  ЗДЕСЬ!

    Ей, Господи! Это я! Я здесь!
    Господи, услышь меня, незаметного!
    Я ведь знаю, Господи, что Ты есть,
    хоть и болтают многие, что нет Тебя.
    Господи, я о многом не попрошу,
    планов Твоих божественных не нарушу:
    Господи, дай мне маленький парашют,
    чтобы катапультировать мою душу!
    Слишком уж глубоко я в жизни увяз
    в этой густой и липкой болотной сырости,
    где под ногами грязь и на сердце грязь -
    больше не вынести...
    Ты же в ответ смеёшься: "Чувак, прости,
    то, что ты здесь задумал, чертовски круто!
    Если решил лететь, то давай - лети!
    Нет и не может быть тебе парашюта".

    _^_




    КРИЗИС  СРЕДНЕГО  ВОЗРАСТА

    Ну, вот и стал я ужасно взрослым,
    телесно грузным, душевно косным,
    в любви ненужным, в быту несносным -
    плешивый дядька под пятьдесят.
    Давно мои оперились дети
    и разлетелись по всей планете,
    а я зажился на этом свете,
    чему по сути уже не рад.

    Я встроен в цепи, включён в обоймы,
    веду за место под солнцем войны,
    а помнишь, в юности как с тобой мы
    мечтали вечером у реки
    на дебаркадере за паромом,
    как подрастём и уйдём из дома,
    и будет всё у нас по-другому,
    и будут души легки-легки...

    Ну, как же это, скажи на милость,
    всё незаметно переменилось!?
    Всё то, что грезилось, то, что снилось
    куда-то сгинуло, уплыло...
    И мы стоим под свинцовым небом,
    и нам виски заметает снегом,
    а под лопаткой ростком, побегом
    болит невыросшее крыло.

    _^_




    НЕДЕТСКИЕ  ИГРЫ

    На изломе двух тысячелетий
    были игры с жизнью нелегки:
    оборвались разрывные цепи,
    разлетелись к чёрту городки,
    дочки разругались с матерями,
    в нарушенье правил их коря,
    казаки разбойниками стали,
    гуси улетели за моря...
    Ойкумену игрового зала
    кто-то покидает каждый час,
    словно сумасшедший вышибала
    методично вышибает нас.
    И скрипучий голос косоротой
    объявляет "три, четыре, пять" -
    а потом по поводу кого-то
    очень тихо: "Я иду искать!"

    _^_




    В  КАЖДОМ  МУЖЧИНЕ  ОСОБЕННО  ЕСЛИ  ОН  НЕСВОБОДЕН

        В каждой кошке, если она не накормлена -
        есть черная, черная, черная комната,
                  А.Кабанов

    В каждом мужчине, особенно, если он несвободен,
    есть глубокий,
    глубокий,
    глубокий
    колодец.
    В том колодце вода - не достанешь до дна,
    и черным-
    черна
    глубина.

    В придорожном мотеле ты захочешь раздеться
    и нырнуть в это черное прямо под сердце.
    Не пытайся,
    прошу -
    это слишком опасно!
    Ты надеешься выплыть - надежда напрасна...
    Лучше ляг и усни головой на плечо -
    слишком черная,
    черная,
    черная,
    чё...
    там вода,
    и колодец ужасно глубок.
    Спи, мой зайчик,
    зайчонок,
    зайчо-
    нок.

    _^_




    ФАНТАЗИЯ  НА  ТЕМУ  РЕМЯ"

    Нет, время не учит -
    Оно нас ведет
    И метит из "Стечкина" в темя.
    Ни шагу обратно -
    Вперед и вперед
    За всеми,
    За всеми,
    За всеми!

    Нет, время не лечит -
    Оно нам дробит
    Прикладом суставы и кости.
    И с каждой минутой все больше обид,
    Все больше беспомощной злости.

    Нет, время не судит -
    Оно приговор
    Выносит без адвоката.
    Приходят народы от моря и гор,
    И снова уходят куда-то.

    Ветшают селенья,
    Горят города
    И много чего происходит.
    А время уходит незнамо куда,
    Да всё никуда не уходит.

    _^_




    МОЯ  ЭСХАТОЛОГИЯ

    Нет, не загробного спасенья,
    Не отпущения грехов,
    Проси у Бога вдохновенья
    Для новых песен и стихов.

    Когда придет кончина света
    Стремительно и огнево,
    Проблемно будет непоэтам
    Проникнуть в Царствие Его.

    Поэтам же - довольно просто,
    Ведь с малых лет известен им
    Плывущий в небе, словно остров,
    Небесный Иерусалим.

    Бродя по Киеву, Казани,
    Или осеннею Москвой
    Они его давно узнали
    С его несбыточной красой.

    В его небесных переулках
    Так хорошо скитаться им!
    Звучат шаги светло и гулко
    По оснеженным мостовым.

    _^_



© Андрей Баранов, 2008-2017.
© Сетевая Словесность, 2008-2017.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сергей Сутулов-Катеринич: Наташкина серёжка (Невероятная, но правдивая история Любви земной и небесной) [Жизнь теперь, после твоего ухода, и не жизнь вовсе, а затянувшееся послесловие к Любви. Мне уготована участь пересказать предисловие, точнее аж три предисловия...] Алексей Смирнов: Рассказы [Игорю Павловичу не исполнилось и пятидесяти, но он уже был белый, как лунь. Стригся коротко, без малого под ноль, обнажая багровый шрам на левом виске...] Нина Сергеева: Точка возвращения [У неё есть манера: послать всё в свободный полёт. / Никого не стесняться, танцуя на улице утром. / Где не надо, на принцип идти, где опасно - на взлёт...] Мохсин Хамид. Выход: Запад [Мохсин Хамид (Mohsin Hamid) - пакистанский писатель. Его романы дважды были номинированы на Букеровскую премию, собрали более двадцати пяти наград и переведены...] Владимир Алейников: Меж озарений и невзгод [О двух выдающихся художниках - Владимире Яковлеве (1934-1998) и Игоре Ворошилове (1939-1989).] Владислав Пеньков: Эллада, Таласса, Эгейя [Жизнь прекрасна, как невеста / в подвенечном платье белом. / А чему есть в жизни место - / да кому какое дело!]
Словесность