Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



ГОСПОДИН К.

п р о д о л ж е н и е

Перевод Вити Воска


См. также первую часть



Встреча

Один человек, давно не видевший господина К., поприветствовал его словами: "Вы ни чуточки не изменились". "Ой!" - сказал господин К. и побледнел.




Материал и форма

Господин К рассматривал картину, на которой предметы имели довольно своеобразную форму. Он сказал: "Некоторые художники видят мир так же как многие философы. Они заботятся о форме и упускают из виду содержание. Однажды я работал у одного садовника. Он дал мне секатор и поручил подстричь лавровое дерево. Дерево стояло в горшке, его брали на прокат для торжеств. Оно должно было иметь форму шара. Я сразу принялся за работу, но, как ни старался, шар у меня не выходил. Я обрезал то с одной, то с другой стороны слишком много. Когда, наконец, шар был готов, он оказался очень маленьким. Садовник сказал огорчённо: "Хорошо, шар есть, а где же дерево?""




Беседы

"Мы с вами больше не можем беседовать". - сказал господин К. одному человеку. "Почему?" - спросил тот испуганно. "При вас я не в состоянии сказать ничего стоящего". - пожаловался господин К. "Мне это не мешает". - успокоил его тот. "Охотно верю", - сказал господин К. огорчённо. - "зато это мешает мне".




Если бы акулы были людьми

"Если бы акулы были людьми", - спросила у господина К маленькая дочка его квартирной хозяйки. - "они бы лучше обращались с маленькими рыбками?" "Кoнечно". - ответил он. "Если бы акулы были людьми, они бы приказали построить в море гигантcкие ящики для маленьких рыбок. В ящики они бы поместили всевозможный корм, растительный и животный. Они бы заботились о притоке свежей воды в ящики и вообще приняли бы разные санитарные меры. Если, к примеру, рыбка поранит плавник, её сразу перевяжут, чтоб она не умерла раньше времени. Для того, чтоб рыбки не унывали, изредка устраивались бы морские праздники. Ведь весёлые рыбки гораздо вкуснее грустных. В больших ящиках были бы, конечно, и школы. В них рыбок учили бы заплывать в пасть к акулам. Им, к примеру, нужна была бы география, чтоб они могло отыскивать где-нибудь лениво лежащих больших акул. Cамым важным было бы, конечно, моральное воспитание рыбок. Им бы разъяснили, что нету ничего более прекрасного и высокого, чем самопожертвование, что они должны верить в акул, тем более те обещают позаботиться о прекрасном будущем. Рыбкам преподавали бы, что это будущее обеспечено им лишь в том случае, если они будут послушными. Рыбки должны остерегаться всех низких, материалистических, эгоистических и марксистских течений и сразу сообщать акулам, если кто-нибудь поддастся этим течениям. Если бы акулы были людьми, они, конечно, вели бы войны, чтоб завладеть чужими ящиками и рыбками. Войны они вели бы при помощи своих собственных рыбок. Они бы объяснили рыбкам, что между ними и рыбками из других ящиков огромная разница. Всем известно, заявили бы они, что рыбы немы, но они молчат на совершенно разных языках - им друг друга никак не понять. За убийство вражеских, молчащих на другом языке рыбок они бы вручали орден из водорослей и присваивали звание героя. Если бы акулы были людьми, было б у них, конечно, и искусство. Прекрасные картины, на коих зубы акул были бы написаны сочными красками, а их пасти представлены райскими садами, где можно великолепно порезвиться. театры на дне морском показывали бы, как доблестные рыбки восторженно заплывают в акулью пасть, и музыка была бы такой прекрасной, что под её звуки убаюканные самыми приятными мыслями и мечтами рыбки во главе с капеллой устремились бы в акульи пасти. Была бы там и религия, если бы акулы были людьми. Суть её заключалась бы в том, что рыбки по-настоящему начинают жить только в акульих животах. Кстати, если бы акулы были людьми, между рыбками исчезло бы равенство. Некоторые получили бы должности и власть над другими. Рыбкам побольше разрешалось бы даже поедать рыбок поменьше. Акулам это было бы только приятно - им самим попадались бы тогда кусочки побольше. Рыбки больших размеров следили бы за порядком, были бы учителями, офицерами, инженерами-ящикостроителями. Короче говоря, в море начался бы расцвет культуры, если бы акулы были людьми".




© Витя Воск, 2001-2017.
© Сетевая Словесность, 2001-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Рабинович: Рассказы [Она взяла меня под руку, я почувствовал, как нежные мурашки побежали от ее пальчиков, я выпрямился, я все еще намного выше ее, она молчала - я даже испугался...] Любовь Шарий: Астрид Линдгрен и ее книга "равная целой жизни" [Меня бесконечно трогает ее жизнь на всех этапах - эта драма в молодости и то, как она трансформировала свое чувство вины, то, как она впитала в себя войну...] Марина Черноскутова: В округлой синеве стиха... (О книге Натальи Лясковской "Сильный ангел") [Книга, словно спираль, воронка, закрученная ветром, а каждое стихотворение - былинка одуванчика, попавшая в круговорот...] Дмитрий Близнюк: Тебе и апрелю [век мой, мальчишка, / давай присядем на берегу, / посмотрим - что же мы натворили? / и кто эти муаровые цифровые великаны?..] Джозеф Фазано: Стихотворения [Джозеф Фазано (Joseph Fasano) - американский поэт, лауреат и финалист различных литературных премий США, в том числе поэтической премии RATTLE 2008 года...] Николай Васильев: Дом, покосившийся к разуму (О книге Василия Филиппова "Карандашом зрачка") [Поэтика Василия Филиппова - это место поворота от магического ли, мистического - и в равной степени чувственного - начала поэзии, поднимающего душу на...] Александр М. Кобринский: Безъязыкий одуванчик [В зените солнце. Час полуденный. / Но город вымер. Нет людей. / Жара привязана к безлюдью / невыносимостью своей.] Георгий Жердев: В садах Поэзии [в садах / поэзии / и лютик / не сорняк]
Словесность