Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Конкурсы

   
П
О
И
С
К

Словесность



СТИХОТВОРЕНИЯ


      Время собирать камешки

      Недостаток любой ограниченной подборки стихов Эмили Дикинсон, по-английски или в русских переводах - неважно, состоит в том, что в ней теряется одно из главных достоинств ее поэзии. Об этой стороне при собственно художественном разборе обычно не упоминают, стараясь обратить внимание читателей на другие вещи: например, что Эмили Дикинсон в каждой сточке говорит с вечностью. Однако на мой взгляд, одно из главных достоинств ее стихов состоит в том, что их очень много и они почти все простые и одинаковые, как камешки на берегу моря. По отдельности они имеют мало ценности. Но все вместе производят странный эффект - что-то вроде пустого пляжа, одинокой фигуры у кромки воды… Короче, вечность. Лично мне всегда нравилось перебирать камешки на берегу. Ходовой ценности в них - никакой. Красивыми они становятся, только если смочить их в море людской сентиментальности или поместить в аквариум - в искусственный мирок с покупными золотыми рыбками. Причем ярче всех заблестит бутылочное стеклышко.

      Леонид Ситник  



      От редактора раздела

      Эмили Дикинсон обречена на то, чтобы ее переводили - и обречена на то, что переводы эти заведомо не будут адекватными. Первое обусловлено лапидарностью ее стихотворений, их кажущейся простотой и безыскусностью (точнее даже "неискусностью"), второе - уникальностью ее поэтики и самой личности поэтессы.

      Пожалуй, мало где с такой наглядностью, как в случае с Дикинсон, проступает железное правило: стихотворный перевод интересен не настолько, насколько интересен поэт, а ровно настолько, насколько интересен переводчик.

      Леонид Ситник как переводчик английской классики - фигура по меньшей мере любопытная. В 1996 году, 25 лет от роду, он умудрился издать на прекрасной глянцевой бумаге книгу переводов сонетов Шекспира, куда кропотливо собрал образчики сего жанра (перевод сонетов Шекспира - отдельный жанр) за последние 200 лет, включая весьма малоизвестные, добавил собственные, подчеркнуто неортодоксальные вариации на ту же тему, снабдил все это задиристым предисловием, в которых разносит в пух и прах Шекспира-сонетиста и его переводчиков, а также послесловием, в котором устами некоего бакалавра Ника Нидело (привет Владимиру Набокову и его анаграмматическому двойнику Вивиан Дамор-Блок)... разносит в пух и прах собственные переводы и говорит о себе любимом буквально следующее: "Признаться, я люблю этого человека! Люблю, несмотря на его резкость и стремление доводить все до крайности. ... Люблю его вызов и соперничество к признанным авторитетам, его кипящую к ним ревность. Ведь, возможно, эта ревность и есть самое живое чувство сопричастности мировой культуре.".

      Словом, трудно подобрать более несходную пару "поэт - переводчик", чем Эмили Дикинсон и Леонид Ситник: пол, возраст, темперамент, любовь к театральным жестам - всё в них разнится. И тем не менее Леонид взялся именно за нее, и взялся азартно, подготовив целую книгу - почти на два авторских листа, в которой, как и в случае с Шекспиром, собраны чужие и его собственные переводы.

      Книга дожидается публикации - на бумаге или на Вебе, а пока что у нас есть возможность решить, каждый для себя: возникает ли ток при такой разности потенциалов?

      Михаил Визель  



      Оригинальный текст, нумерация и время написания стихотворений взяты из "Полного собрания стихотворений Эмили Дикинсон" под редакцией Томаса Джонсона.


106

The Daisy follows soft the Sun -
And when his golden walk is done -
Sits shyly at his feet -
He - waking - finds the flower there -
Wherefore - Marauder - art thou here?
Because, Sir, love is sweet!

We are the Flower - Thou the Sun!
Forgive us, if as days decline -
We nearer steal to Thee!
Enamored of the parting West -
The peace - the flight - the Amethyst -
Night's possibility!

1859


106

Цветок следит за солнцем взглядом,
И к вечеру, заметив рядом
С собой глаза цветка,
Оно ворчит, склонившись низко:
"Зачем ко мне садишься близко?"
"Затем, что жизнь сладка!"

Мы все - цветы, а Ты - светило!
Прости нас, если не хватило
Нам дня тебя любить, -
Мы влюблены в твои закаты,
В твои полеты и агаты,
И в полночь впереди!


180

As if some little Arctic flower
Upon the polar hem -
Went wandering down the Latitudes
Until it puzzled came
To continents of summer -
To firmaments of sun -
To strange, bright crowds of flowers -
And birds, of foreign tongue!
I say, As if this little flower
To Eden, wandered in -
What then? Why nothing,
Only, your inference therefrom!

1860


180

Представь, что маленький цветок
Из северных широт
Спустился вниз вдоль долготы
И вот, открывши рот,
Глядит на летний континент,
На солнце без границ,
На пеструю толпу цветов,
На иностранцев-птиц!
Скажи, пусть даже это Рай,
Куда забрел цветок,
То что с того? Какой тому
Ты подведешь итог!


182

If I shouldn't be alive
When the Robins come,
Give the one in Red Cravat,
A Memorial crumb.

If I couldn't thank you,
Being fast asleep,
You will know I'm trying
Why my Granite lip!

1860


182

Если мне живой не встретить
Птиц, вернувшихся на небо,
Брось одной из них, что в красном,
Поминальный мякиш хлеба.

Если я тебе спасибо,
Задремав, сказать забуду,
Знай, что этого хотели
Мои каменные губы.

235

The Court is far away -
No Umpire - have I -
My Sovereign is offended -
To gain his grace - I'd die!

I'll seek his royal feet -
I'll say - Remember - King -
Thou shalt - thyself - one day - a Child -
Implore a larger - thing -

That Empire - is of Czars -
As small - they say - as I -
Grant me - that day - the royalty -
To intercede - for Thee -

1861


235

Правды нет - и далек
Справедливый судья -
На меня рассердился Король -
Чтоб вернуть его милость - я

Умерла у монарших ног
Со словами - Король -
Ты - когда-нибудь - будешь так мал -
А попросишь - о столь -

Великом - о большем - чем Власть -
Будешь меньше - чем я -
Обещай мне - в тот день - Сан -
Заступиться - за Тебя.

275

Doubt Me! My Dim Companion!
Why, God, would be content
With but a fraction of the Life -
Poured thee, without a stint -
The whole of me - forever -
What more the Woman can,
Say quick, that I may dower thee
With last Delight I own!

It cannot be my Spirit -
For that was thine, before -
I ceded all of Dust I knew -
What Opulence the more
Had I - a freckled Maiden,
Whose farthest of Degree,
Was - that she might -
Some distant Heaven,
Dwell timidly, with thee!

Sift her, from Brow to Barefoot!
Strain till your last Surmise -
Drop, like a Tapestry, away,
Before the Fire's Eyes -
Winnow her finest fondness -
But hallow just the snow
Intact, in Everlasting flake -
Oh, Caviler, for you!

1861


275

Не веришь мне, мой странный друг!
Поверь! Ведь даже Бог
Крупицей от такой любви
Доволен быть бы мог.
Лишь всю себя и навсегда -
Что женщина еще
Способна дать, скажи, чтоб я
Могла принять в расчет!

То не душа моя - она
Была твоей всегда;
Я уступила весь свой прах, -
Каких еще наград
Не получил ты от меня,
Какой еще судьбой
Гордиться деве, кроме как
На неких дальних небесах,
Смиренно жить с тобой!

Проверь ее, сожни ее,
Просей от лба до пят,
И все сомнения твои
В ее огне сгорят.
Развей всю нежность, все тепло,
Всю легкость ее нег,
И ты получишь ледяной
И вечно чистый снег.

289

I know some lonely Houses off the Road
A Robber'd like the look of -
Wooden barred,
And Windows hanging low,
Inviting to -
A Portico,
Where two could creep -
One - hand the Tools -
The other peep -
To make sure All's Asleep -
Old fashioned eyes -
Not easy to surprise!

How orderly the Kitchen'd look, by night,
With just a Clock -
But they could gag the Tick -
And Mice won't bark -
And so the Walls - don't tell -
None - will -

A pair of Spectacles ajar just stir -
An Almanac's aware -
Was it the Mat - winked,
Or a Nervous Star?
The Moon - slides down the stair,
To see who's there!

There's plunder - where
Tankard, or Spoon -
Earring - or Stone -
A Watch - Some Ancient Brooch
To match the Grandmama -
Staid sleeping - there -

Day - rattles - too
Stealth's - slow -
The Sun has got as far
As the third Sycamore -
Screams Chanticleer,
"Who's there"?

And Echoes - Trains away,
Sneer - "Where"!
While the old Couple, just astir,
Fancy the Sunrise - left the door ajar!

1861


289

Есть пустые дома в стороне от дорог,
Вид которых приятен лишь вору -
Заколочены досками,
Окна смотрят не выше ног,
Приглашая зайти
По пути
На порог,
Где двое наткнутся на дверь взаперти.
Один - с отмычкой - лезет в дом,
Другой косится - все ли спит кругом.
Старый глаз новый вид
Вряд ли чем-нибудь удивит.

Как строго смотрит ряд посуды на кухне,
Но мебель не ухнет,
И стены не заговорят,
И только часы давят свой нервный тик,
Чтоб не нарушить тишь,
И не тявкнет мышь.

Переглянулись очки - календарь настороже.
Это зеркало корчит рожи,
Или спросонья мигает звезда?
Луна, не тревожа паркета,
Входит взглянуть - кто это
Влез сюда.

Здесь грабеж - где
Ложки и нож,
Чашки, кружки,
Серьги, камни,
Часы - старая брошь
Спит на подушке.

Издали день грохочет,
Вползая в окна.
Солнечный свет уже там,
Где третья смоква.
И кочет хлопочет -
"Кто это здесь?"

И эхо хохочет,
Дразня его - "Есть"!
А старая пара уходит, жмурясь на свет,
И дверь приоткрытая смотрит ей вслед.

583

A Toad, can die of Light -
Death is the Common Right
Of Toads and Men -
Of Earl and Midge
The privilege -
Why swagger, then?
The Gnat's supremacy is large as Thine -

Life - is a different Thing -
So measure Wine -
Naked of Flask - Naked of Cask -
Bare Rhine -
Which Ruby's mine?

1862


583

Свет для жабы - отрава.
Смерть - это общее право
Жабы и человека -
Никто не живет два века.
Равен пред смертью каждый.
Никто не добился славы
Умереть дважды.

Жизнь - другое дело.
Красное вино
Льют в пустое тело,
Но каждому оно
Разное дано.

619

Glee - The great storm is over -
Four - have recovered the Land -
Forty - gone down together -
Into the boiling Sand -

Ring - for the Scant Salvation -
Toll - for the bonnie Souls -
Neighbor - and friend - and Bridegroom -
Spinning upon the Shoals -

How they will tell the Story -
When Winter shake the Door -
Till the Children urge -
But the Forty -
Did they - come back no more?

Then a softness - suffuse the Story -
And a silence - the Teller's eye -
And the Children - no further question -
And only the Sea - reply -

1862


619

Радуйтесь! Кончилась буря!
Четверо - спасены,
Сорок других не вернулись
Из-под кипящей волны.

В колокол бей о спасенных!
А о погибших моли -
Друг, сосед и невеста -
Водоворот на мели!

Долгими будут рассказы
О чудном спасеньи зимой,
И спросит ребенок: "А сорок?
Они не вернутся домой?"

Тогда тишина воцарится,
И ляжет на лица свет;
Ребенок больше не спросит,
Но волны дадут ответ.

622

To know just how He suffered - would be dear -
To know if any Human eyes were near
To whom He could entrust His wavering gaze -
Until it settled broad - on Paradise -

To know if He was patient - part content -
Was Dying as He thought - or different -
Was it a pleasant Day to die -
And did the Sunshine face His way -

What was His furthest mind - Of Home - or God -
Or what the Distant say -
At news that He ceased Human Nature
Such a Day -

And Wishes - Had He Any -
Just His Sigh - Accented -
Had been legible - to Me -
And was He Confident until
Ill fluttered out - in Everlasting Well -

And if He spoke - What name was Best -
What last
What One broke off with
At the Drowsiest -

Was He afraid - or tranquil -
Might He know
How Conscious Consiousness - could grow -
Till Love that was - and Love too best to be -
Meet - and the Junction be Eternity

1862

622

Узнать, как страдал он - уже награда;
Узнать, был ли кто-нибудь рядом,
Кому его взгляд последний отпущен,
Пока не застыть ему - в Райских кущах.

Узнать, был ли он терпелив - умер в плаче -
Скончался, как думал - или иначе -
Был ли тот день благоприятен,
Для смерти, бежавшей его объятий?

О чем он думал - о доме - о Боге,
О том, что скажут, узнав, что бремя
Людской природы с себя он сбросил
В такое время?

Желанья - имел ли он их?
Только бы вздох - чтоб могла я услышать -
Не был бы слишком тих.
И был ли он так же доверчив, доколе
Боли не стало слышно - в верховной воле?

И если он произнес - то чье имя?
Чье он выкрикнул первым?
А чье в конце перемолото было
Языком, тяжелым, как жернов?

Был ли испуган он - или спокоен?
Мог ли он думать
О том, что получится в сумме,
Когда любовь - что была - и которая будет,
Сольются пред вечностью - в людях.


623

It was too late for Man -
But early, yet, for God -
Creation - impotent to help -
But Prayer - remained - Our Side -

How excellent the Heaven -
When Earth - cannot be had -
How hospitable - then - the face
Of our Old Neighbor - God -

1862


623

Слишком поздно для человека,
Но рано для Бога
Спасать твою душу;
Лишь молитва - подмога.

Как хорошо на небе,
Сколько в лике Господнем
Тепла, когда он выходит
По-соседски - в исподнем!

682

'Twould ease - a Butterfly -
Elate - a Bee -
Thou'rt neither -
Neither - thy capacity -

But, Blossom, were I,
I would rather be
Thy moment
Than a Bee's Eternity -

Content of fading
Is enough for me -
Fade I unto Divinity -

And Dying - Lifetime -
Ample as the Eye -
Her least attention raise on me -

1863


682

Легко быть мотыльком,
Еще лучше - пчелой.
Но ты - существуя мельком -
Ни в ком.

Хорошо быть цветком -
Всякий бы предпочел
Его краткость
Вечности пчел.

Удовольствие вянуть -
Не требуя многого - вполне -
Это веление Богово - по мне.

Умереть - заглянуть хотя раз
В этот глаз, чей огромный зрачок
Замечает - сужаясь - сучок.

1186

Too few the mornings be,
Too scant the nigthts.
No lodging can be had
For the delights
That come to earth to stay,
But no apartment find
And ride away.

1871


1186

Здесь слишком кратки дни
И скудны ночи,
Чтобы могли они
Сосредоточить
Восторги, что здесь жить хотели,
Но не нашли приюта
И улетели.

1599

Though the great Waters sleep,
That they are still the Deep,
We cannot doubt -
No vacillating God
Ignited this Abode
To put it out -

1884


1599

Пусть Великие Воды спят.
В том, что Бездну они хранят,
Сомневаться не смей -
Ведь всемогущий Бог
Встать, чтобы стало ясней,
Мог бы с ней.

1732

My life closed twice before its close -
It yet remains to see
If Immortality unveil
A third event to me

So huge, so hopeless to conceive
As these that twice befell.
Parting is all we know of heaven,
And all we need of hell.

?


1732

Я дважды скончаюсь, и перед концом
Глаза, чтоб еще посмотреть им,
Открою на миг: а вдруг меня смерть
Одарит чем-нибудь третьим,

Печальным, словно вторая жизнь.
Разлука - одна награда,
Что мы хотим получить от небес,
И все, что нам надо от ада.

1736

Proud of my broken heart, since thou didst break it,
Proud of the pain I did not feel till thee,

Proud of my night, since thou with moons dost slake it,
Not to partake thy passion, my humility.

Thou can'st not boast, like Jesus, drunken without companion
Was the strong cup of anguish brewed for the Nazarene

Thou can'st not pierce tradition with the peerless puncture,
See! I usurped thy crucifix to honor mine!

?

1736

Гордись моим сломанным сердцем, сломавший его,
Гордись моей болью, неведомой мне до того,

Гордись моей ночью, чью тьму погасил ты луной,
Смиреньем моим перед страстью твоей, но не мной,

Не полною чашей девичьих страданий и слез,
Которой ты мог бы хвалиться, хмельной, как Христос,

Раскрыв мне манящие новым мученьем объятия.
Смотри! Я краду у тебя распятье!



© Леонид Ситник, 2000-2017.
© Сетевая Словесность, 2000-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Семён Каминский: "Чёрный доктор" [Вроде и не подружки они были им совсем, не ровня, и вообще не было ничего, кроме задушевных разговоров под крымским небом и одного неполного термоса с...] Поэтический вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой в арт-кафе "Диван" [В московском арт-кафе "Диван" шестого мая 2017 года прошёл совместный авторский вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой.] Радислав Власенко: Из этой самой глубины [Между мною и небом - злая река. / Отступите, колючие воды. / Так надежда близка и так далека, / И мгновения - годы и годы.] Андрей Баранов: В закоулках жизни [и твёрдо зная, что вот здесь находится дверь, / в другой раз я не могу её найти, / а там, где раньше была глухая стена, / вдруг открывается ход...] Александр М. Кобринский: К вопросу о Шопенгауэре [Доступная нам информация выявляет <...> или - чисто познавательный интерес русскоязычного читателя к произведениям Шопенгауэра, или - впечатлительное...] Аркадий Шнайдер: Ближневосточная ночь [выходишь вечером, как килька из консервы, / прилипчивый оставив запах книг, / и радостно вдыхаешь непомерный, / так не похожий на предшествующий...] Алена Тайх: Больше не требует слов... [ни толпы, ни цветов или сдвинутых крепко столов / не хотело и нам не желать завещало столетье. / а искусство поэзии больше не требует слов / и берет...] Александр Уваров: Нирвана [Не рвана моя рана, / Не резана душа. / В дому моём нирвана, / В кармане - ни гроша...]
Словесность