Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность


Словесность: Поэзия: Дмитрий Сирик


      МУТАБОР



        * Светский волк, серый лев...
        * Впервые пели про хеппи кристмасс...
        * Наступил медведь на душу...
        * Когда я чудачил, я был чуть тронут...
        * Злой, как перец; упорный, как червь...


        * * *

        Светский волк, серый лев, из лесов капитана Жиглова,
        обнажающий "паркер" и стали дамасской топор,
        помечая мочой свой метраж бурелома жилого,
        запиши на манжетах, храни и тверди: "Мутабор!".

        Мутабор - это прямохожденье смешных и субтильных,
        это аверс и реверс двери, т.е. выход и вход,
        аварийное всплытие в сне или просто будильник
        с циферблатом в полжизни, сигналом одиножды в год.

        Мы врубились в семантику птичьих, взахлеб, междометий,
        понимаем речь рыб, что набрали воды морской в рот.
        неолита акцент в популяции уж не заметен,
        а вожак стаи стар, а Гауф, как сказочник, врет.

        _^_



        * * *

        Впервые пели про хеппи кристмасс
        у разных елок. Еще не кризис,
        мы разминулись - и вся проблема -
        меж новостройками Вифлеема.
        Я обращаюсь к тебе по факсу,
        еrgo, мы входим в иную фазу.
        Уже исчез - облизнулись волки -
        олень с капота и сами "Волги".
        Цена исконной, как имя Вани,
        бутылки с пятой графой в названьи
        уже не кратна рублю Госбанка,
        троице Петька, Чапаев, Анка
        и мушкетерству, в котором Вицин
        предполагает двух види, вици.
        Милости просим в Мальборо кантри!
        Курс указует не компас - кантор.
        Что ж, Бальтазар, если встретишь Гаспара,
        передавай, что три валенка - пара.
        Ваш Мельхиор. И постскриптум: к прочей
        обуви вряд ли относится. Прочерк.
        Если нужна наверху звезда,
        рисую в заглавии, трижды, да.

        _^_



        * * *

        Наступил медведь на душу - прохожу себе транзитом,
        где наряженною елкой мироздание дразнило.
        Боинг сменит кукурузник, четвертуя серафима,
        и Останкинская- с башней Вячеслава не сравнима.
        Но когда выходит месяц, выймет ножик - и маячит,
        и в законе Архимеда не уверен в речке мячик,
        давит горло от горючих, как встряхнули кока-колу,
        оттого что все - всего лишь, и нельзя игрушек в школу.
        Заскулил - выходит басом. Разве повод, что, чужая,
        ты раздела шею стрижкой, только холод ощущая,
        что, в числителе раздельны - под землей сплелись корнями,
        что волхвов авансы сплыли через дырочку в кармане,
        что нет истины в кефире, а в трактире нет гармони?
        Это железы и музы, аониды и гормоны:
        радость слюноотделенья - от скоромного со шкуркой,
        и невидимые миру - от короткого окурка.

        _^_



        * * *

        Когда я чудачил, я был чуть тронут
        той, чья спина параллельна трону
        из книг, которые вы не листали.
        Хоть "стать" в отдаленном родстве со "сталью",
        осанка и гибкость присущи розгам,
        но как в белый стих переходит проза,
        она забиралась с ногами в кресло -
        рок-н-ролл мертв, рококо воскресло.
        Свет стал честней. Выключатель ныне
        задул все свечи, как именинник.
        Был хлеб с повидлом, а стал - насущный,
        я разеваю жабры на суше,
        прикрыв стакан, если льется жидкость.
        Люблю чужих жен, как цветы и живность.
        Однако, пока мы не околели,
        литеру Z, подбородок в колени,
        память хранит, учредив опеку,
        последнее, как мой карман - копейку,
        что долговечней квартиры, дачи:
        не разменять, так как нету сдачи.

        _^_



        * * *

        Злой, как перец; упорный, как червь; и живучий, как вирус,
        написавший пером Марш сквозь зубы и Шепотом гимн,
        гадкий лебедь однажды в прекрасного коршуна вырос,
        исклевал Прометея цирроз, неповадный другим.

        Это марш-стиснув-пломбы двоих персонажей, чье завтра -
        лишь гипотеза вилами по водным знакам верже.
        Словно мышка-норушка махнула хвостом динозавра -
        и разбила все их жили-были, яйцо Фаберже.

        Жилы были накручены в них на лебедку для баржи,
        шито-крыто жилье и белье. Тихой сапой примет-
        2ПR передвинутой вазы, зиянье пропажи -
        штили пыли, осадок минут, осаждают предмет.

        Рафинадная кладка и пряничный домик от пули,
        в этой лавке посудной что может быт крепким? Один,
        отрицающий сладость своей смолянистой пилюли,
        разгоняющий пульс, вместо всякой любви, кодеин.

        Пой, синица в руках, про заботу жить-быть, о напрасных
        лотерейных билетах (давали на сдачу - отверг).
        И на нашей мейн-стрит будет праздник
        после неба в алмазах в четверг.

        _^_




        © Дмитрий Сирик, 1999-2018.
        © Сетевая Словесность, 1999-2018.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Мария Косовская: Жуки, гекконы и улитки [По радужным мокрым камням дорожки, по изумрудно-восковым листьям кустарников и по сочно-зеленой упругой траве медленно ползали улитки. Их были тысячи...] Марина Кудимова: Одесский апвеллинг [О книге: Вера Зубарева. Одесский трамвайчик. Стихи, поэмы и записи из блога. - Charles Schlacks, Jr. Publisher, Idyllwild, CA 2018.] Светлана Богданова: Украшения и вещи [Выхожу за первого встречного. / Покупаю первый попавшийся дворец. / Оглядываюсь на первый же окрик, / Кладу богатство в первый же сберегательный...] Елена Иноземцева: Косматое время [что ж, как-нибудь, но все устроится, / дождись, спокоен и смирен: / когда-нибудь - дай Бог на Троицу - / повсюду расцветет сирень...] Александр Уваров: Убить Буку [Я подумал, что напрасно детей на Буку посылают. Бука - очень сильный. С ним и взрослый не справится...] Александр Чусов: Не уйти одному во тьму [Многие стихи Александра сюрреалистичны, они как бы на глазах вырастают из бессознательного... /] Аркадий Шнайдер: N*** [ты вертишься, ты крутишься, поёшь, / ты ввяжешься в разлуку, словно в осень, / ты упадёшь на землю и замрёшь, / цветная смерть деревьев, - листьев...]
Словесность