Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



ЛАТИНИССИМО

V, c любовью




* венеция
* из пизы (в рим)
* напутствие
* Найдя с ходу десять отличий меж...
* из пизы дуо
 
* площадь св. петра
* к лесбии
* верона
* песенка
* л&п



    венеция

    Топча венецианских голубей,
    дожёвывая кислое капрезе,
    без страха в целом, но боясь дробей
    (а небо над Сан-Марко голубей
    его же на полотнах Веронезе
    что во дворце, где в тёмные века
    вершили суд и денюжку ковали,
    и за неё, не ведая стыда,
    художники, безвестные тогда,
    безвестных ныне дожей рисовали.
    А рядом для плезиру, не со зла -
    знакомых шлюх, натурщиц без окладов.
    И вот они - ничто, труха, зола,
    но юные бесстыдные тела
    по-прежнему объект нескромных взглядов.
    Смешно, предпочитая правде лесть,
    не видя ни имён, ни лиц, ни чина,
    на гору из осклизлых трупов лезть
    и изучать бессмертье, как болезнь,
    которая почти неизлечима.
    Ещё бряцать морщинами во лбу,
    уже свыкаться с небесами кельи
    и тупо называть игрой судьбу,
    пусть бедный Бродский вертится в гробу
    на Сан-Микеле)...
    Строках во первых я бежал, топча
    венецианских голубей, куда-то.
    Замри. Пускай торчит из-за плеча
    крылатый лев. Накапай сургуча
    и запечатай. Место. Подпись. Дата.

    _^_




    из  пизы  (в  рим)

    над башнею месяц качается сизый
    пути ведут в рим но кончаются пизой
    а дальше под неба кровавые клочья
    немногие могут и мало кто хочет

    тем паче согласно традиции древней
    почётней и лучше быть первым в деревне
    и бродят меж козочек рощ и ухабов
    потертые гении местных масштабов

    едва познакомившись хором плюются
    что в риме всё куплено все продаются
    богема фуфло иерархия липа
    что если б не лень то они бы смогли бы

    придти победить станцевать на останках
    украсить собою всю табель о рангах
    эх белые флаги на ржавых флагштоках
    но сплин и дожди и ворьё на дорогах

    неделю с приезда кутил бесшабашно
    ударился ночью башкою о башню
    она покосилась нестойки тут эти
    постройки надеюсь никто не заметит

    творю по часам принимаю как данность
    признание кажется я здесь останусь
    поскольку другую деревню едва ли
    найду где так часто и искренне хвалят

    почти мол гораций чуть-чуть не овидий
    и что в этом риме чего я не видел

    _^_




    напутствие

    Меня зовут Аттила. Мы пойдём
    в экскурсию на Рим. Большая просьба:
    не надо называть меня вождём,
    я представитель турагенства. Врозь бы
    вы не собрались. Славно, что возрос
    в простом народе интерес к латыни.

    Отвечу сразу на один вопрос,
    что задают, глазея на святыни,
    все экскурсанты: вот, в кружочках черных,
    на карте - топография уборных,
    не проходите мимо. За едой
    не увлекайтесь жирным и зелёным,
    но вдруг... и унесённые бедой
    присядете за мраморной колонной -
    принюхайтесь к окрестной пасторали:
    Империю до вас уже засрали,
    поэтому, когда стоим постоем,
    прошу к порядкам здешним и устоям
    иметь решпект, хоть это нелегко...
    Халявный завтрак - слабая отрада,
    но! если вам подали молоко,
    корову уводить с собой не надо!

    Готов огнепоклонников карать
    по высшей мере - не бывает дыма
    у Клио без желания соврать,
    что варвары опять сожгли пол-Рима.
    Так будьте так добры и щепетильны -
    оставьте дома верный кипятильник.
    Последнее. Не стоит, если вдруг
    проснётся за душой любовь к искусству,
    кричать: "Я без Венеры, как без рук"
    и статуи распиливать на бюсты.

    А в остальном - и сердцу, и уму:
    ристалища и капища, и храмы.
    Моя экскурсионная программа
    скучать не позволяет никому.
    Хотите - в термы, хочете - в музеи...
    Распишетесь на стенах Колизея,
    и даже, если пребыванье тут
    в Истории накроется лакуной,
    ваш труд не пропадёт - "ЗДЕСЬ БЫЛИ ГУННЫ"
    пытливые наследники прочтут.

    _^_




    * * *

    Найдя с ходу десять отличий меж пинакотекой и пинаколадой
    (а раньше Плотина считал, недоумок, кузеном плотины)
    стою, наслаждаюсь прохладой,
    картины
    развешаны густо: в искусстве, признаться, не рубим-с,
    ну с дюжину вспомню мазил, да и тех трафаретно...
    мне, кстати, понравился Рубенс -
    конкретный
    мужик, пот и кровь, не сравнить с Рафаэлем сопливым
    блудницы и грешники смотрятся ох офигенно
    и видно: идут не за пивом -
    в геенну -
    воздастся сполна попирающим Божьи законы.
    Сходил бы ещё, чтобы лучше прочувствовать, кабы
    не снились под утро драконы
    и бабы.

    _^_




    из  пизы  дуо

    бью баклуши реже даю дрозда
    есть вопросы с которыми нет и да
    несовместны валандайся год ли час ли
    мама как-то спросила меня ты счастлив
    я задум-дум-думался крепко аж не
    ответил что подпираю башню
    это вроде терцо а что же примо
    не припомню жду новостей из рима
    но акулы в перьях герои буден
    третий год говорят лишь про ути-пути
    и сорок-рок-рок надоело сука
    недосуг смотреть на часы досуга
    как один из местных заметил мудро
    что всего-то есть одиночь и двутро
    значит пить винище стирать кальсоны
    близоруко вступать сапогом в масоны
    не любить-бить-бить не имать их срама
    и еще написать что я счастлив мама

    _^_




    площадь  св.  петра

    Как будто в буре есть покой,
    по Ватикану шло цунами
    зевак, надеющихся плоть
    смирить искусством на часок,
    вертя кружащейся башкой,
    шурша бумажными штанами,
    поскольку тамошний Господь
    не любит волосатых ног.

    Эх, Пётр Ионыч, погляди -
    в твоем божественном овале,
    а может, круге, как в душе,
    укромных мест наперечёт.
    И мы, застывши посреди,
    самозабвенно целовались,
    забыв прошедшие "уже",
    не веря будущим "ещё",

    скрипя губами и вдвойне
    осознавая, что memento
    не то чтоб mori, но прогноз
    неутешителен пока.
    И старый папа в тишине
    своих пустых апартаментов
    смотрел внимательно в окно
    и мне завидовал слегка.

    _^_




    к  лесбии

    О, Лесбия, скажи, какого хрена
    роскошные округлые колена
    ты открываешь разным обезьянам-
    фракийцам. Хорошо, не коринфянам.
    Покрытый ревностью, как патиною бронза,
    я приучился здесь творить добро за
    казённый счёт, деля свои деянья
    на одеванья и на раздеванья.
    Ни новостей, ни даже сплетен кроме
    того, что нынче днем на ипподроме
    вознице проломили лоб копытом,
    какая-то красотка над убитым
    рыдала. Говорят, причиной было,
    что он себя меж нею и кобылой
    делил. Украсить сей союз прекрасный
    кобыла оказалась не согласной.
    Ах, Лесбия, вдали тебя уныло,
    пришли мне пару строк, а лучше мыло,
    засим я собираюсь удавиться...
    Бывалоча залезешь на девицу,
    проделаешь бессвязные движенья,
    а слезть не можешь: головокруженье
    и высотобоязнь, конечно. Ну я
    порочную, желанную, родную
    тебя припомню. И представлю кратко,
    как я лобзаю пальчики и пятку,
    бросая взгляды в трепетном испуге
    на прелести, лежащие на юге.
    Ведом благоговеньем и одышкой
    от щиколотки двигаюсь к лодыжке
    и выше, выше, где белеют бодро
    пленительные бархатные бёдра,
    где тонкая материя скрывает
    чудесный черенок, что заставляет
    тебя дрожать, а значит, я у цели...
    невидимой, о, Лесбия, отселе.

    _^_




    верона

    Развалина амфитеатра вдали,
    глухие истёртые камни в пыли,
    оплывшее марево лета...
    Гонимы по свету восторгом своим,
    мы ходим под Богом, а если стоим,
    стоим под балконом Джульетты.

    И просим судьбу или как тебя там,
    когда соберешься призвать по счетам
    к оплате, припомни, приятель,
    запачканный краской и кровью камзол
    незлых языков трудовую мозоль,
    и прочий набор обстоятельств:

    холодный подъезд, родовую вражду,
    предательство, веру, богатство, нужду,
    Фемиду, глядящую косо,
    и этих, мечтающих, как ни ряди,
    ширинку рвануть на широкой груди
    и что-нибудь вставить в колёса.

    Я сам был таким, я запомнил тогда
    прогорклую смесь упоенья, стыда
    и боли в дежурной обиде.
    Но нынче, замечу, утешив себя,
    никто уже не
    умирает, любя,
    а просто живут, ненавидя.

    _^_




    песенка

    Она на правом берегу
    попала в жуткую пургу,
    стоит, замерзшая, в снегу
    и машет тонкою рукою.
    А он на левом - кое-как
    добрался - пялится во мрак,
    и улыбается, дурак,
    и всё такое, всё такое.

    А между ними, окаян,
    безбрежный море-окиян,
    а может быть, пустырь-бурьян,
    цветущий чёрною тоскою.
    И остаётся, как репей,
    висеть, цепляясь всё слабей,
    гонять почтовых голубей,
    и всё такое, всё такое.

    И представлять почти всерьез
    снежинки слёз, букеты роз,
    наборы поз, разбитый нос,
    текущий красною строкою,
    разлуки-встречи коротать,
    воспоминания глотать,
    и простодушно щебетать,
    и всё такое, всё такое.

    У этих масок нет лица,
    у этих сказок нет конца:
    ни обручального кольца,
    ни пасторального покоя.
    Не спотыкайся при ходьбе,
    не беспокойся о судьбе,
    она кроится по тебе,
    и всё такое.

    _^_




    л&п

    огрей меня
    о грей меня зимой
    скажи мне боже мой не мой немой
    оставь надежду разомкни уста мне
    увидишь как по руслу языка
    толпой как полумёртвые зека
    с последней ходки головой о камни
    скользя цеплляясь падая ничком
    бочком по кочкам сереньким волчком
    кружась крошась клыками кулаками
    коленками назад вперед ногами
    не оползнем лавиною волной
    давай скорей скорей за мной за мной
    и вот уже лежат словами аминь
    так дева попадает в переплет
    со сноскою
    история про лёд
    и пламень

    _^_



© Игорь Петров, 2003-2017.
© Сетевая Словесность, 2003-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Рабинович: Рассказы [Она взяла меня под руку, я почувствовал, как нежные мурашки побежали от ее пальчиков, я выпрямился, я все еще намного выше ее, она молчала - я даже испугался...] Любовь Шарий: Астрид Линдгрен и ее книга "равная целой жизни" [Меня бесконечно трогает ее жизнь на всех этапах - эта драма в молодости и то, как она трансформировала свое чувство вины, то, как она впитала в себя войну...] Марина Черноскутова: В округлой синеве стиха... (О книге Натальи Лясковской "Сильный ангел") [Книга, словно спираль, воронка, закрученная ветром, а каждое стихотворение - былинка одуванчика, попавшая в круговорот...] Дмитрий Близнюк: Тебе и апрелю [век мой, мальчишка, / давай присядем на берегу, / посмотрим - что же мы натворили? / и кто эти муаровые цифровые великаны?..] Джозеф Фазано: Стихотворения [Джозеф Фазано (Joseph Fasano) - американский поэт, лауреат и финалист различных литературных премий США, в том числе поэтической премии RATTLE 2008 года...] Николай Васильев: Дом, покосившийся к разуму (О книге Василия Филиппова "Карандашом зрачка") [Поэтика Василия Филиппова - это место поворота от магического ли, мистического - и в равной степени чувственного - начала поэзии, поднимающего душу на...] Александр М. Кобринский: Безъязыкий одуванчик [В зените солнце. Час полуденный. / Но город вымер. Нет людей. / Жара привязана к безлюдью / невыносимостью своей.] Георгий Жердев: В садах Поэзии [в садах / поэзии / и лютик / не сорняк]
Словесность