Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



НЕМНОЖЕЧКО  ВИДЕН  РАЙ


 


      ТАТОЧКЕ  ПРО  ПТИЧЕК

      ...а я, вот, знаете ли, кормлю голубей.
      Высовываюсь в форточку: "Эге-гей, гули-гули!"
      Знаешь, они - как собаки.
      Они - прилетают!
      Они прилетают ко мне
      С мусорных баков, с помойки,
      а так же с ближайшей стройки -
      в зависимости от погоды и направления ветра.
      Глазки у них красные, лапки у них - грязные,
      И свинцовые крылья.
      Голуби, детка, в сущности, свинорылы.
      Гаже дворняжек. Подонки бездонного неба.
      Ну а я? Я кидаю им хлебные крошки.
      Божии курочки - хвостик трубой.
      Все-таки дурочки мы с тобой,
      Душа моя.

      _^_




      ЧЕЛОВЕЧКИ

      В городе у речки жили человечки.
      Много человечков: мальчиков и женщин.
      Той летней ночью все было очень.
      Один человечек слегка за двадцать
      решил искупаться и их стало меньше.

      Другой передознулся, третий не проснулся
      повесился четвертый, пятый - синячил,
      шестой застрелился, седьмой обкурился.
      Могло быть иначе, но не было иначе.

      В каждой биографии есть фотография
      хорошей девочки по имени Лена,
      разбирая вещи, не трогай верхний ящик
      там непременно увидишь Лену.

      В городе у речки жили человечки,
      в домиках-коробках, многоэтажных.
      Все они умерли, почти все умерли,
      мы с тобой живы, милый, но это - не важно.

      _^_




      * * *

      и будет март насквозь дырявый март
      дежурят мертвецы в дверях больницы
      через ресницы - блики и синицы
      плыть наугад без компаса и карт

      а это просто небо стало больше
      пресветлый беспечальный водоем
      не бойся ничего теперь не бойся
      открой глаза да вот уже и дом

      _^_




      * * *

      знаешь не было никакого кая
      и никакой королевы конечно
      я их придумала грустно нежно
      маленький садик свой поливая

      в мае немножечко виден рай
      даже из нашего городка
      в мае немножечко виден рай
      в сторону рая течет река

      белое-белое облако с краю
      справа слева одно только небо
      не было никакого кая
      никакой королевы не было

      _^_




      БУДЕШЬ  КУЗЬКИНА  МАТЬ

      А когда окончилось время утех,
      отсырел порох в шутихе,
      она замела по углам конфетти,
      стала нервной и тихой.

      И, подражая принцессе Атех,
      как могла, навела уют:
      собрала лото, продала пальто
      и купила соль девяти сортов -
      научилась брать что дают.

      Взгляд ее диковат, быт ее суров,
      караваном через ее кровать -
      переселенцы - чужие сны
      и толпа неприкаянных слов
      им ничего нечего здесь клевать.

      Обметала ей губы стальная сыпь,
      а она - закусила кончик косы,
      повторяя себе: "Не ссы!"
      Таракан, сова и черная выпь
      Собрались, чтоб держать совет:
      как ее такую теперь назвать?
      Что за слово ей крикнуть вслед?
      И решили новое имя дать -
      будешь Кузькина Мать.

      _^_




      ИЗ  БИОГРАФИИ  КУЗЬКИНОЙ  МАТЕРИ  -  ФЛЕШБЭК

      И в тот год ты решила быть ни при чем.
      Отменила мечту свою стать врачом.
      Вместо чтобы немедленно выйти вон -
      досмотреть этот город, как страшный сон.
      Ты решила остаться просто ручьем,
      который к морю течет.

      Этот город, где сам себе каждый - волк
      подливает тоску в сковородку вок
      и плюет всегда против ветра.
      Он годами копившийся поп и арт
      предлагает немедля снести в ломбард:
      "Это будет cool, это будет hot,
      если вдруг немедля пустить в расход
      твой клубок неразмотанных километров!"

      Этот город случился с тобой давно,
      но ты смотришь его как дурное кино.
      Невозможно покинуть кресло.
      Вот опять и снова к тебе идет:
      и сквозь волжской тиной набитый рот
      говорит: "Ты моя невеста!"

      Этот год остался в очень давно,
      возвращается изредка, но - иной.
      Он стучит в окно, говорит: "Пусти!"
      Возвращается, пробуя новый стиль и меняя метод.
      И под взглядом его выдыхается все вино
      и уже в июле на переучет закрывается лето.

      _^_




      ТАМ,  ГДЕ  НАС  НЕТ

      Наша любовь накрепко вшита в жизнь:
      дернешь за ниточку, и поползет петля,
      такое вытянет, что только тогда держись.
      И побегут за окном родные поля,
      и загудит вокруг такой Мулен Руж.
      Вот посмотри - маленький садик наш,
      где восседает под сенью груш бывший наш муж.

      Мертвая бабушка тебя поцелует в лоб,
      мертвый дружок вену найдет иглой.
      Пепельный бражник рвется туда, где люб
      ему этот свет - теплый и золотой,
      чтобы стать пеплом, горькою злой золой.
      Только тот свет - больше не наш свет
      Там, где нас нет.

      Бывшей любви нет, бабочка умерла,
      тает тяжелый ключ, гаснет свет золотой.
      Ниточку не тяни, чтобы не всплыл из туч
      морок мирка жуткий и обжитой -

      Там, где нас нет.

      _^_




      ЩЕЛКУНЧИК

      Дитя сияет и бледнеет,
      вцепившись в кресло, обмирает,
      когда из-за кулис, нелепый
      выходит мастер Дроссельмейер.

      У него седой сюртук,
      а под мышкой черный ящик.
      Сердце маленькое - стук,
      затрепещет в лунной чаще
      В зале, где детишек куча,
      среди петь, никит и кать,
      знаю - ждет меня щелкунчик,
      Я иду его искать.

      Когда уснут аплодисменты,
      под потолком погаснут лампы,
      из гардероба, с мамой, с папой.
      Выходит мастер Дроссельмейер -
      печальный зверь на волчьих лапах.

      _^_




      ЛАФЕРТОВСКАЯ  МАКОВНИЦА

      она ходит над Яузой словно я
      она ходит словно сама не своя
      она ходит здесь двести лет назад
      до Введенского кладбища и назад

      сюжет прослеживается во снах
      хотя днем ты сны посылаешь на
      ах какую фигню ты живешь
      но сны входят в реальность
      как в масло нож и без малейшей паузы
      вот уже по дворам ты идешь
      над Яузой Яузой Яузой

      как бесшумно и страшно она идет
      она и охотник и дичь как
      вдруг сердце на раз замедляет счет
      чувствуя как под асфальтом течет
      и плещется речка Синичка

      крепко спят введенские мертвецы
      чьи-то дети матери и отцы
      эта ночь чернее чем антрацит
      подробнее тысячи книг
      эта ночь a la vie a la mort
      сквозь нее как кот крадется Лефорт
      белеет его парик
      она ходит дворами по введенским горам
      мимо мертвецов что ведают срам
      слушает речки подземную речь
      она кружит и ищет место
      где время дало течь
      там сплю я и мне себя не сберечь

      она ходит над Яузой словно я
      она ходит словно сама не своя
      она ходит здесь двести лет назад
      до Введенского кладбища и назад

      _^_




      зверек

      московский зоопарк
      кликабельный зверек
      пригрелся под плащом
      прогрыз себе гнездо
      то по плечам бежит
      то тявкает у ног
      он нежный, как сова
      он ласковый как дог
      небесную глазурь
      я развожу в тазу
      лисенок на груди
      прилежен и жесток
      он слишком мало спит
      он слишком много ест
      мы ляжем рядом с ним
      в формате "только текст"

      _^_



© Алиса Орлова, 2016-2017.
© Сетевая Словесность, публикация, 2016-2017.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Можно [Мрак сомкнулся, едва собравшиеся успели увидеть взметнувшийся серый дым. Змеиное шипение прозвучало, как акустический аналог отточия или красной строки...] Виктор Хатеновский: День протрезвел от нашествия сплетен [День протрезвел от нашествия сплетен. / Сдуру расторгнув контракт с ремеслом, / Ты, словно мышь подзаборная, беден. / Дом твой давно предназначен...] Владимир Алейников: Скифское письмо [Живы скифы! - не мы растворились, / Не в петле наших рек удавились - / Мы возвысились там, где явились, / И не прах наш развеян, а круг...] Татьяна Костандогло: Стихотворения [Мелодия забытых сновидений / За мной уже не бродит по пятам, / Дождь отрезвел, причудливые тени / На голых ветках пляшут по утрам...] Айдар Сахибзадинов: Детские слезы: и У обочины вечности: Рассказы [Мы глубоко понимаем друг друга. И начинаем плакать. Слезы горькие, непритворные. О глубоком и непонятном, возможно, о жизни и смерти, о тех, кто никогда...] Полифония или всеядность? / Полифоничная среда / По ту сторону мостов [Презентация седьмого выпуска альманаха "Среда" в Санкт-Петербурге 4-5 марта 2017 г.] Татьяна Вольтская: Стихотворения [И когда слово повернется, как ключик, / Заводное сердце запрыгает - скок-поскок, / Посмотри внимательно - это пространство глючит / Серым волком...] Татьяна Парсанова: Стихотворения [Когда с тебя сдерут седьмую шкуру, / Когда в душе мятущейся - ни зги; / Знай - там ты должен лечь на амбразуру, / А здесь - тебе прощают все долги...]
Словесность