Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность






ЭТО  У  НЕГО  НИКАКАЯ  НЕ  ПАРАНОЙЯ


меня раскусили торопливо сказал он так что вышло меня скусили а ей послышалось меня укусили а? переспросила она глядясь в зеркало прихорашиваясь модница такая бледная красивая чуть усталая такая хорошая такая немного бледная он повторил кто спросила она повернулась к нему немного усталая чуть грустная не знаю ответил он но меня раскусили и за мной следят только не говори глупостей ты мне напоминаешь этих безумцев по телевизору твоя вечная беспечность начинал кипятиться он твоя вечная уверенность что все будет именно так как этого хочешь ты что все происходящее к тебе отношения не имеет тебя не коснется не заденет на столике перед ней стояли полупустые скляночки баночки коробочки гуччи ланком шанель пасьон и целый полк помад поблескивающих вицмундирами она не любила косметики я не холст для живописцев из ревлона и клема я женщина я не хочу прятать свое настоящее лицо говорила она и все-таки покупала и покупала все подряд и прятала прятала для чего спрашивал он когда находил а для чего тебе твои галстуки ведь какие-то ты ни разу не надевал а ты их все покупаешь и покупаешь и покупаешь половину из них подарила мне ты а ну да значит опять я во всем виновата никто тебя ни в чем не винит мне казалось ты всегда одобрял мой выбор а что я должен был по-твоему сказать какой омерзительный цвет убери эту гадость или широкие уже полгода никто не носит? и они рассмеялись она прильнула к нему поцеловала ну кто кто тебя раскусил глупенький мой кто не знаю вздохнул он но я не могу избавиться от ощущения что за мной постоянно кто-то следит и на работе и в такси и во время деловых встреч и в баре с друзьями после работы и дома и даже когда мы занимаемся любовью казалось бы одни казалось бы при закрытых дверях казалось бы бедный мой бедный ты просто переутомился нам необходим отпуск нам немедленно нужно в отпуск сколько можно позволять им сидеть у тебя на голове когда ну когда ну когда они обещали дать тебе отпуск на рождество? на день благодарения? на день поминовения? на день труда? тебе все обещают и обещают но приходит день поминовения проходит день труда приближается день благодарения а там и до рождества рукой подать а ты все работаешь и работаешь если б ты только знал как я ненавижу ее эту твою проклятую работу из-за нее у тебя мешки под глазами из-за нее у тебя общая вялость хоть ты и пьешь тонну кофе все пьют без кофеина ты пьешь с кофеином у тебя стали выпадать волосы что значит нет вот зеркало сам посмотри сам тут и тут и тут а это что? ну? а этот живот когда ты последний раз был в спортклубе ну когда? волосы и живот это не от работы пытался возразить он она сидела у него на коленях поглаживая его действительно не по летам выпирающий живот живот и волосы это от возраста глупости не говори глупости она перешла на шепот: в тридцать два года (неразбр.) у мужчины быть не должно (неразбр.) работа дает нам возможность жить работа дает нам возможность выплачивать квартиру в одном из самых престижных районов города работа дает нам возможность (неразбр.) работа лишает нас половой активности работа заставит меня изменить тебе когда-нибудь вспомнишь мои слова сколько ну сколько раз за последние три месяца у нас был секс ну сколько она стала расстегивать ему ширинку раз шесть-семь сказал он неуверенно три сказала она и стала медленно делать ему массаж неправда только не три сказал он три сказала она я записывала даты продолжительность позиции я все записывала да ты у меня настоящая мастерс и джонсон пошутил он ай только не сейчас перестань слышишь она продолжала забавляться почему почему не сейчас сегодня суббота если не сейчас то когда же? скажи когда? когда бы я ни начинала ты всегда не сейчас а чем сейчас хуже чем потом я тебе говорю что не могу избавиться от чувства преследования даже сейчас даже сейчас? именно сейчас! это отговорки это все твои отговорки и эти твои отговорки уже не действуют это не отговорки отговорки нет неправда отговорки нет да нет да нет да это отговорки не отговорки сейчас же перестань не перестану перестанешь отговорки не отговорки нет да нет да не отговорки за мной следят за мной следят за мной следят кто не знаю знаю что следят следят следят днем и ночью следят не переставая за мной за мной отговорки ты просто избегаешь секса я не могу когда следят я не эксгибиционист в конце концов сказал он и застегнул ширинку а знаешь кто за тобой следит спросила она и резко встала с его колен не знаю еще как знаешь понятия не имею ответил он знаешь знаешь сказала она кто спросил он сам знаешь кто закричала и одним махом сшибла со столика все свои флакончики баночки коробочки флакончики баночки бутылочки коробочки они поскакали посыпались запрыгали по полу (на этом месте запись прерывается).

Неделю они были в ссоре. Потом помирились. Вскоре после того, как нами была получена и транскрибирована видеозапись ее ссоры с мужем, с ней был установлен контакт одним из наших сотрудников. По предварительным данным вербовка проходит успешно. Он согласна с нами работать, однако деньги, по ее словам, ее не интересуют.




ВРЕМЯ,  КОТОРОЕ  МЫ  ИМЕЕМ


Помните, газеты стоили всего два цента? Помните: "что на второе?" все спрашивали? Помните, у Генри Джеймса? Цилиндры носили, перчатки, помните? Помните фильму "Новый Гулливер"? А это помните: "Похрумкивая, расползлась в тени лесов природа..."? А вот это:

"Импозантный мужчина сидит себе с каппучино. А с ним рядом жена, попивает эспрессо она"?

Помните, погода менялась раза три на день? Помните, хотелось написать нечто концептуальное, где каждое предложение начиналось бы с "помните", а потом все "помните" вычеркнуть? Помните, замысел удался, но не совсем? Не помните?

Эта цепь событий, которую язык не поворачивается назвать историей, разворачивалась в Нью-Йорке в конце рейгановских восьмидесятых, и, частично, в рузвельтовские тридцатые.

Рик и Дебби решили выйти пройтись. У них в квартире кондиционер жужжал и создавал благоприятный для половой жизни микроклимат. Чем они не преминули два раза воспользоваться. У Дебби во время оргазма шел из ушей сироп. Я не утрирую: клубничный сироп. У Рика тоже шел сироп, но уже не клубничный, а малиновый. Вот какая у них была сладкая жизнь.

- Смотри-ка, - сказал Рик и указал куда-то.

- Что? - не то не расслышал, не то не разглядел, а скорее всего, просто недопонял Дебби.

В Манхаттене тем временем убили человека. Ничего особенного - столкнули с платформы под колеса поезда R. Даже часы не успели сорвать - так торопились. Бессмысленная смерть, бессмысленная жизнь. "Мовадо" блестит на рельсах, а человек рядом лежит. "Мовадо" идет еще, а человек рядом лежит и только мешает всем. Смерть, и это я уже обобщаю немного, часто мешает жизни, заставляет остановиться, задуматься, позже обычного явиться на службу, а то и позвонить начальнице из морга, и извиняющимся голосом поставить в известность.

И вы, читатель, умрете. И вас, читатель, забудут. Я тоже умру, но меня хоть читать будут, читать и думать, что вот-де жил человек, любил, страдал от одиночества и несварения желудка, и по ходу дела делился эмоциями с миром в доступной для последнего форме. А вас, увы, ни в жизни не будет, ни в памяти. Дети, допустим, еще будут вас помнить, а вот внуки, те уже вряд ли. А правнуки - ну разве самые дотошные. Которые отличники, у которых кроме ЛСД и рэйва за душой еще что-то есть.

А по Нью-Йорку скорым шагом идут два писателя из молодой республики и обмениваются неточными цитатами из своих произведений.

- Время, которое мы имеем, - говорит один из них, - это деньги, которых у нас кот наплакал.

- Не фетишизируйте пищу, Иля, - отвечает ему другой и пытается отобрать у коллеги т.н. "горячую собаку".

Потом они долго глазеют на знаменитый небоскреб, придерживая шляпы, чтоб не слетели, но шляпы, точнее, траектория их полета, как у тех пикейных жилетов...

Рик и Дебби жениться порешили. Ну и правильно: сколько можно внебрачным сиропом истекать? Рик был протестант, а Дебби еврей, а венчал их реформистский раввин-трансвестит г-н Сэм Д. Московиц. У меня их фотки свадебные где-то лежат. Народу было человек сто, если не больше. Все такие нарядные. Я тоже приоделась, все-таки свадьба у людей.

- Иля, мы чужие на этом пиршестве жизни.

- Женя, меня почему-то ужасно тянет домой.

- Ноете? Ну и ну, - и хвать его за т.н. "претцель".

- Дорогие молодожены! Свидетели! Минуточку внимания! Пользуясь случаем, хочу сердечно поздравить вас с чудесным событием и пожелать вам всего самого-самого. И детей. И внуков. И правнуков. А что? Что вы смотрите на меня как матрос на мясо перед бунтом в русском кино? Сейчас наука и не то может, не смотрите на меня как матрос на мясо перед бунтом в русском кино!

После свадьбы Рик и Дебби на Гавайи махнули, но об их проделках на островах - давайте лучше в другой раз.

А два писателя еще долго обменивались неточными цитатами из своих произведений, и долго и обстоятельно описывали разноголосую жизнь, шумящую вокруг, но жизнь взяла и обошлась с ними так, как может обойтись одна лишь обстоятельно описанная жизнь: растащила на опознавательные знаки для вербальных нужд технической интеллигенции, пролетела мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями, перешла на противоположный тротуар при слове "свидетели", круша всех и вся изменившимся лицом весом в двести четырнадцать кило, и так далее и все такое прочее.




КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ЖИЗНИ
АЛЕКСАНДРА НИКОЛАЕВИЧА СИТНИКОВА,
ИЗЛОЖЕННАЯ ИМ САМИМ
ПО ДОРОГЕ НА РАБОТУ


Вы здесь давно? Вам легче. Я - полгода. Мой одессит мне так говорит: здесь, говорит, каждый должен съесть свою порцию дерьма, ну свою я, вроде, уже съел, потом съел чужую, а жизнь подкладывает все новые и новые сюрпризы. Сначала откуда родители: мамка рано померла, две сестрички, одна в эвакуации, другая потом, трудное детство, затем батя, его осколком задело, он по жизни хромая протопал, после ВУЗ, защита диплома, курсы повышения, в командировке девушка, спортивная фигура, спелые ягодицы, грудь вся еще впереди, кофточка из мохера, молодо-зелено, сорвал, попробовал, понравилось, расписались, как-то идем из кино, что-то Рязанова, двухсерийное что-то, поздно уже, у метро шпана, я их раньше там тоже, всегда ошивались, меня перышком чуть задели, и еще об киоск разок, с Ленкой тоже нехорошо обошлись, вот шрам, и тут еще, и вот здесь, вам видно? Потрогайте. Тогда решил валить, давно хотел, многое доставало, а она - ни в какую, погибнем, родина у человека одна, ну и что что хреновая, задрочила вконец, и не столько она, сколько теща, старая, блин, партизанка со своей Пугачевой и Рыбаковым. Да ну тебя вместе с мамашей, живите среди березок, приехал сюда на шоп-тур, все в Атлантик, я - в консулат, а они: от кого бежишь, коммунизм прекратился уже, я им: от беспредела бегу, а ихний переводчик не знает, так они решили от бесконечности - и давай реготать, как скаженные, убоища, америкосы. За ненормального посчитали. Сейчас я в Квинсе живу, на птичьих правах, работаю на одного еврея в магазине готовой одежды под тем же названием, каждую ночь снится Москва, жена, рядом индусы торгуют электроникой, корейцы - огурцами, мой еврей сам из Одессы, там был завскладом, русский почти забыл, английский почти не знает, на праздники зовет к себе, знакомит с еврейками не первой уже свежести, а у меня на них, если честно, не очень стоит, много, конечно, недоустроенных в плане счастья, но голодать - никто не голодает: фудстемпы, эсэсай, другие виды помощей, очень молодым и совсем дряхлым - им хорошо, что они понимают? У молодых МТВ с травкой и рэйвом, у стариков - восьмая программа, это нам, кому под полтинник, нам хреново, хотя поначалу, говорят, всем так, мой одессит тоже сначала мучился, даже назад хотел, а сейчас каждый второй тост - за Америку, где эта дырка, говорит, куда целовать эту великую державу? Иногда, после третьей, так и тянет спустить штаны, подставить зад - вот она, твоя дырка, но работу жалко, 350 в неделю чистыми, еще можно что-то откладывать, мало, но можно, и еще он со статусом обещал, это мне сейчас главней всего, профессию, конечно, забросил, ну куда я сейчас сейсмологом, в Южный Бронкс? А в Москву возвращаться стыдно, сам я из Ростова, бате недавно посылку собрал, Ленке и пацанам тоже, а живу я - до работы час пятнадцать сабвеем, вот такая петрушка, ну, ладно, мне здесь.



© Павел Лемберский, 2000-2018.
© Сетевая Словесность, 2000-2018.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Мария Косовская: Жуки, гекконы и улитки [По радужным мокрым камням дорожки, по изумрудно-восковым листьям кустарников и по сочно-зеленой упругой траве медленно ползали улитки. Их были тысячи...] Марина Кудимова: Одесский апвеллинг [О книге: Вера Зубарева. Одесский трамвайчик. Стихи, поэмы и записи из блога. - Charles Schlacks, Jr. Publisher, Idyllwild, CA 2018.] Светлана Богданова: Украшения и вещи [Выхожу за первого встречного. / Покупаю первый попавшийся дворец. / Оглядываюсь на первый же окрик, / Кладу богатство в первый же сберегательный...] Елена Иноземцева: Косматое время [что ж, как-нибудь, но все устроится, / дождись, спокоен и смирен: / когда-нибудь - дай Бог на Троицу - / повсюду расцветет сирень...] Александр Уваров: Убить Буку [Я подумал, что напрасно детей на Буку посылают. Бука - очень сильный. С ним и взрослый не справится...] Александр Чусов: Не уйти одному во тьму [Многие стихи Александра сюрреалистичны, они как бы на глазах вырастают из бессознательного... /] Аркадий Шнайдер: N*** [ты вертишься, ты крутишься, поёшь, / ты ввяжешься в разлуку, словно в осень, / ты упадёшь на землю и замрёшь, / цветная смерть деревьев, - листьев...]
Словесность