Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Цитотрон

   
П
О
И
С
К

Словесность



у порно упор на упорно


* 06:23 a.m.
* plage nudiste autorisee
* полуденное время шахмат...
* 02:30 [d. trem.]
* сырье
* леночка с ленинского, 6
* люб/off
* скорый подан на первый путь
* соседка sincopa
 
* ль
* 6Х8 inch
* кофейник
* о любви на тему б.
* pro|за
* ooh
* анти-грустное
* ха®мский funk
* piter-net



    06:23 a.m.

    ты спишь. горит в углу лампадка.
    ты улыбаешься во сне.
    оголена твоя лопатка.
    "и эта женщина так падка!.." -
    опять подумается мне
    под тренье об асфальт резины. -
    "но я люблю ее одну,
    как холод, как гудеж осиный,
    как эти вечные осины,
    как эту странную страну,
    где я родился ненароком
    (зачем?), где я иду вперед
    и лгу себе, как все, под богом,
    где я умру, въезжая боком
    на следующий поворот..."

    2006

    _^_




    plage nudiste autorisee

        одной русской графоманке

    где солнце разливает оранжад
    (как кварцевая лампа в кабинете?),
    на пляже, как на кладбище, лежат
    бесформенные взрослые и дети.

    как странно: в этом месте их свела
    судьба. свела и уложила рядом.
    и ветерок ласкает их тела,
    как опытный патологоанатом.

    мне нравится, как смотришь живо ты
    на их зады, промежности и члены,
    на вставленные шрамы в животы...
    они, как будто мумии, нетленны.

    у них у всех закрытые глаза.
    у них у всех раскинутые руки.
    и волны заглушают голоса,
    расспрашивающие друг о друге.

    и мы - что удивительно - молчим.
    шипит волна, древесных крон аналог.
    и время состоит из величин
    объемлемых, но бесконечно малых.

    и все равно часы, как мы, спешат
    и останавливаются, по сути,
    где бахус разливает оранжад
    в безжизненные ржавые сосуды.

    а мы с тобой? мы живы? мы мертвы?
    бежим ли прочь? или лежим, недвижны?
    иль волны обе наши головы
    слюнявят, точно косточки от вишни?..

    (...ты сбрасываешь пелерину с плеч.
    ты по себе отыскиваешь ровню
    и, опускаясь, норовишь прилечь
    на выделенную тебе жаровню.

    и запеваешь, пав под свет дневной,
    купаясь в кем-то выкопанной ванне:
    - мне нравится, что вы больны не мной...
    - мне нравится, что я больна не вами...)

    2006

    _^_




    * * *

    к.к., с любовью

    ...полуденное время шахмат, раскладывания пасьянса и тишины, задержит шаг над широкою доской. терраса - то место, где бы ты хотела не разговаривать подолгу, но просто предоставить тело идущему с небес потоку. июль выталкивает с полок фантастику и переводы. над горизонтом каждый всполох как дуновение свободы. температура дня и ночи, наличие воды и суши уравновешены, как ноши в руках берущих и несущих. крылом зачеркивает птица все, что принадлежало лету. и ты в изделии из ситца в мундштук вставляешь сигарету. непроизвольный вскрик калитки на сердце оставляет слепок. язык сухой. запястья липки. июль - на память, напоследок. осыпан пепел. взгляд поранен. седое солнце словно лого. как настоящий северянин, я верю в немость монолога. мне кажется немного скудным все, что стоит за словом "псевдо": смысл - переносным, мир - лоскутным, горбатою - спина соседа (который, при костюме строгом, хохочет, в борозде копаясь. и взгляд его бежит по строкам и ударяется о палец, прижавший книгу, как купюру, а книгой - на колене гнуса, заставившего вскрикнуть сдуру и от укола содрогнуться)... а ты, как истая южанка, имеешь голос низкий, грубый и вдавливаешь слово "жарко" в мои растресканные губы. ты пальцы длинные разжала. ты думаешь, что так и надо. жара, напарница пожара, полопалась от лимонада. ты позволяешь в кои веки задуматься о человеке, который к крашенной скамейке рассматривает волн набеги. ты слышишь? слышишь? это правда - когда стихи заполнят улья, деревья трением смарагда напомнят о конце июля. и крикнет сверху: "отдохни-ка, чудовище!.." - большая птица. и непрочитанная книга опять на место возвратится. светило растворится в пене и потечет, что лето, к югу. ты прыгнешь на мои колени и легкую поднимешь юбку. и, все увидев, скажет: "амен!" - небесный сторож и служака. - "ты начинаешь, северянин; выигрываешь ты, южанка..."

    2006

    _^_




    02:30 [d. trem.]

    лоскутный сон, как легкое, пробит подъездными напевами про быт, про трах, про бац, про суд, про пересылку. сготовленный из бед и из обид, вприглядку, вперебранку и вприсыпку февраль прошел по-русски. по-мужски. разбросаны квитанции, носки, цветные донца, горлышки бутылок... все позади, а впереди - ни зги. назавтра март наставит ствол в затылок.

    я чувствую себя отвратно, встав. в моих трусах - все смыслы слова tough. а в голове - все смыслы слова chilly. во рту - коктейль из суффиксов, октав и прочего, чему меня учили давным-давно. глаза увлечены открытой поясницею жены (жена на кухне занята стряпнею) и тем, что...так себе величины (мне кажется, что я сейчас заною).

    жена моя! good что-то... how are you? позволь тебе-себе-себе налью. чего-нибудь сооруди на закусь - устроим отходную февралю. он удался. и на прощанье: "...накось, - он скажет на пороге, - быть добру! унты и полушубок я сопру, базарному ворюге уподобясь. а карандаш, планшет и кобуру сдаю тебе, подопытный, под опись..."

    одну-вторую-третью - чпок! - и пас. зрачок у кухни медленно погас. в окне напротив для седого тигра кокетка раздевалась напоказ ко мне спиною. и меня настигла такая разливанная тоска... жена моя! пожарь еще мяска, долей стакан, а то нервишки шатки. мне чудится, что смерть моя близка. я слышу, слышу храп ее лошадки...

    2006

    _^_




    сырье

    - Помнишь Асю Мирскую? - Горяча!..
    - А жену Синельникова? - Как раз то,
    что мне доктор... Но поворот плеча
    добавляет сказанному контраста...
    Я сижу в кафе. Тереблю меню.
    Пережевываю ростбифы, как и
    все сюда пришедшие - на корню
    обыватели, ворчуны, зеваки.
    А напротив дом. А на нем балкон.
    А за ним окно. Через занавески
    заводская люстра под потолком
    выпускает жало на Старый Невский.
    По нему патруль погоняет слуг
    до участка, где - нарочито долог -
    о своей мигрени вещает вслух
    педерасту лицемер-маркетолог.
    Шаг за шагом. Переходя на "ты",
    пограничники пропускают ночь, но
    ветер запечатывает шрифты
    во дворах, между которыми прочно
    и надолго переплелась тесьма
    соляных путей, водостоков, и под-
    линную длину отвела зима
    покидающему кафе - на выпад.
    После оного время сойдет на нет,
    то есть обесценится, и, пожалуй,
    что чикушка сделает мне минет
    и еще какому-нибудь клошару.
    И на это купится следопыт,
    точно траурница, парящий по-над
    многодомьем города, и недопит
    будет день и, как и я, недопонят.

    2004

    _^_




    леночка с ленинского, 6

    ...леночка прислонилась к ограде,
    для ноября оставаясь раздетой
    и нарочито скованной (ради
    этой леночки в городе этой
    осенью все рифмуется). впору
    новые туфли на каучуке.
    руки ее привыкли к позору
    и к сбрасыванью мужской кольчуги.
    благоречивый, как уистен х.оден,
    кажущий мускульную удаль,
    всякий входящий леночке годен,
    а выходящий назван иудой.
    леночка впитывается в лица,
    падкие до луковичных форм,
    и в потаенных архивах хранится
    как "часовая под светофором".
    красный! желтый!! зеленый!!! прохожий,
    будучи выбранною, в фаворе
    эта леночка теплою кожей
    вылечит немощь твою и хвори.
    леночка меньше желает чуда,
    просто ей хочется, чтобы поспал и
    воодушевился слепец, покуда
    ветер прощупывает шпалы,
    знаки дорожные или люки,
    вывески, окна - слева и справа
    словно зарубки на теле шлюхи,
    имя которой золотоглаво...
    глянь же, перчаточник, в шаровары
    и перед многоколесной койкой -
    вылепленный телесный товар и
    девичье "я" окунается в фары:
    - сколько стоишь, фартовая? сколько?..

    2004

    _^_




    люб/off

        "незрелый, но уже червивый плод..."
                в.павлова

    пока на город наколот венозный профиль луны, -
    подошвы ставят на город бойцовые шалуны.

    но город лежит без тока на лобных местах афродит.
    по городу можно только, не вдумываясь, бродить

    в бушлатах, шарфах, шартрезах, неся фарисейства ковш.
    но город не любит трезвых, не любит девственников.

    и как начинает сверху отстреливаться имам, -
    рассвет учиняет сверку вернувшихся по домам.

    их члены находит утро в окрестных подворьях - там
    автоартерия вздута, привязан запах ко ртам.

    а жизнь, наивная дура, от ртов, от сердец, от лбов
    отводит дымные дула и вкладывает любовь.

    2005

    _^_




    скорый подан на первый путь

    здесь ничему не сбыться: в сердце у края рва тычет и тычет спица ливня ленивого, в самую мякоть, в лаги далее проходя. здесь без любовной влаги чувствую похоть я.
    что бы ты ни сказала в сторону, только здесь, в сальной стене вокзала выросла эта весть:
    "я не приеду..." - "ближе!" - "да отпусти же..." - "дай!" - "люди вокруг же..." - и ж/д утекает вдаль: в рысий, в животный, в древний мир, выпуская с лап тысячи ударений в фетр безымянных шляп.
    так иногда бывает: ветер бежит иуд и со столбов срывает песни про пять минут...

    2004

    _^_




    соседка sincopa

        "звенит ключа-ми-мо-края соседка..."
                е.никитин

                  н.з.

    [подумать только: сколько раз
    недалеко от лета
    крестьяне видели из сказ-
    ки фею и атлета.
    они босыми по траве
    шли, чуть обняв друг друга.
    и ахали приезжие.
    и охала округа...]

    за словом ночь стоят в графе причастия на выбор.
    сижу в кафе. пишу к а. ф.. из будущего выбыл.
    соседка s. сосет сироп и гладит мне колено.
    и смуглый продавец сыров, похожий на алена,
    надкусывает золотой и смотрит исподлобья,
    как осень серой кислотой заваривает хлопья.
    отстукивает ритм капель в сознание, в откос ли.
    сначала, милая, допей сырой коктейль, а после
    давай поговорим начистоту. намокнув, где-то
    стоят влюбленные в ночи слова и ждут ответа

    слова так просто не идут. путь выбирают дальний.
    сплетаются в тяжелый жгут из жалоб, оправданий.
    пытаются тебя увлечь, как путника в саванне,
    хозяева разлук и встреч, жонглируя словами.
    но обращайся к тем на ты, в кого надежда вдета,
    кто не боится темноты и не боится света.
    упрямые, они - подстать твоим мечтам, а я - из
    тех, кто умеет и рыдать, и ладить притворяясь.
    когда же ветряной мастак ажиотаж поднимет,
    давай встречаться на мостах: всегда бурлит под ними.
    давай встречаться по утрам, когда заря атласна.
    и ветер пьян. и я упрям. и ты на все согласна.

    скажи нам тост, официант! разлей нам по бокалам
    пурпурно-розовый циан. а ты в костюме алом
    отбрось салфетку, поднимись над суетою и под-
    нимая верх, спуская низ, последний сделай выпад -
    губами губы захвати. приличья никакие
    не в состоянии противодействовать стихии.
    пускай натянется струна и - дзинь! и никуда не
    уйдут от этого вина уступчивые ткани.
    предстанет взгляду красота. за ней, коснувшись кожи,
    изодранными изо рта слова пойдут. и все же
    сегодня, милая, нам не дождаться чаевых от
    полуночного ливня вне сомнения... чей выход?
    и на меня, когда уйдешь в свою ты круговерть,
    опустится решеткой дождь. зачеркнутому - верить.
    не останавливайся над-о-мной - пусть тает пленный
    среди сонетов и сонат, и слез, и сожалений...
    но мне не заменить стихи печатной жизнью от-до.
    ночь. улица. фонарь. апчхи. да здравствует свобода!..


    [дави-на-колесо-жерар-
    иначе-что-за-мельник-
    ты-раз-совсем-не-пожелал-
    подать-влюбленным-денег-
    не-поддаё-не-поддаё-
    поехало-заело-
    какое-дело-ё-моё-
    твоё-какое-дело-
    крути-большое-колесо-
    покуда-на-экране
    еще-стоит-мальчонка-со-
    стыда-сгоревший-к раме-
    прилипший-в-спальне-богача-
    танцующего-ча-ча-ча-
    с-смазливой-гувернанткой-
    а-за-спиною-мать-честна-
    толпится-очередь-из-зна-
    менитых-комиков-и-сна-
    ряженные-войска-а-на-
    всем-этом-разлеглась-весна-
    ко-зрителю-изнанкой...]

    2005

    _^_




    ль
          "я о воздухе, дурмане..."
              а.найман

    ну, наконец-то: за шорохом шантрапы
    вечер охотится. я становлюсь всеядным.
    имя+имя=начало тропы
    на марокканской мозаике при парадном.
    эта тропинка и нас приведет к ручью.
    ты будешь думать о выпечке. я - о том, что
    локомотив-цска сыграли вничью.
    тошно. ты: что? - переспрашиваешь. прожито,
    я говорю, много-много ненужных дней,
    только и видевших, что падение рифм.
    ты соглашаешься. и растворяет эль
    голос того, кто некогда был говорливым.
    я рою туннели сразу со всех сторон -
    вдруг обернется тропинка строкою джойса.
    за перелеском скрипнет двужильный паром.
    ты: как тихо. я: ой. выпадет папироса.
    пудрой или корицей? - ты спрашиваешь.
    что?.. а разница есть? - может быть, жребий бросим?..
    раз, 2, 3, 4, 5 поцелуев меж-
    ду дуновениями рассыпчатых сосен.
    ты: не сейчас. задираю голову вверх -
    звезды на небе оценит лишь дерматолог.
    темь накапливается, оползает с век.
    только зрачку непонятно, какой в ней толк.
    ты: здесь. ты: быстрей. ты: нет. ты: да. я со ска-
    зочной зычной интонацией: ку-ка-ре-ку!
    и губа моя соскальзывает с соска.
    и ничейный ручей утыкается в реку.
    ее зеркало напоминает батут,
    тело твое на кушетке после обеда...
    ф-ф-филин вспархивает, крича: мне больно. и тут
    в нас оживает бог. настоящий. in petto.
    в ноздри, во рты и в уши втекает вода.
    я говорю: влюбляюсь в тебя. ты: да что ты!
    но прилив настойчив: никогда...никогда...
    не закончится...тихая...прелесть...субботы...

    2005

    _^_




    6Х8 inch

    Молочным утром выйдет фея
    за тихим солнечным лучом.
    Запахнет наготой портфеля
    и кожаным твоим плечом.

    За вышивкой ночного хлопка
    под верхнюю губу сосок
    войдет, как уличная зловка,
    канючащая адресок.

    Так, путаясь в случайной связи,
    кусает насыпи туман
    и позволяет восвояси
    еще не включенным умам

    податься без разбора, скоро-
    палительно по рукавам
    асфальтового коридора
    к обязанностям и правам.

    Так, мной исторгнутая пуля,
    ты остановишься по ту
    черту и камнем вестибюля
    заполнишь эту пустоту.

    И увядающая в гриме
    моя оплавится щека
    над телеграммами скупыми -
    ВСКЛ и ТЧК...

    2003

    _^_




    кофейник

    мой взгляд и повсеместно,
    и нигде.
    но занимает площадь натюрморта,
    где накрепко привязана дремота
    к кофейнику
    на газовой плите.

    застывший и
    (составленный из рам
    напротив
    и поваленного вяза)
    привычный кадр удерживает ваза,
    которую не высветлил вольфрам...

    последние минуты сочтены
    давно.
    остатки взгляда унесло на
    твою кровать,
    где одеяла
    словно
    сползающая зелень со стены.

    ты поражаешь глубиною глаз.
    как город твой -
    отсутствием аварий.
    раз есть господь,
    таков его сценарий:
    сегодня он пересекает нас.

    под парою тяжелых одеял -
    подушка обязательно из пуха.
    на ней - лицо,
    лишенное испуга.
    лишенный продолженья сон
    подвял.

    от поцелуя вырастет сосок.
    незримые намокнут части тела.
    раз есть господь,
    рука его задела
    ловушку
    и прошла наискосок...

    любимую движения спасут.
    любимый приготовится к побегу,
    пока густую хрипоту,
    как пенку,
    теряет выкипающий сосуд...

    2006

    _^_




    о любви на тему б.

    "начать с поэта закончить поэтом"
    ю.норштейн

    ни прошлого
    ни денег
    ни
    чего
    как вор в живот
    наган направь
    уткни
    вдохни
    и выдохни
    и вот
    две церкви рядом купола как голой бабы грудь что на спину уже легла и ждет чего-нибудь чего ей ждать печальных нот случайных шин мишлен как комбинат трубу уткнет в туманность точно член и на вечерю из заготконтор пойдут пешком уставшие уже за год размахивать флажком

    вот солнце словно курага или провал лица не различает дурака льстеца и мудреца все знают истину одну и от нее весь пляс не смыться этому пятну не удалиться с глаз дорога рубленая брешь ложится без затей как переносица промежду главных площадей и эту площадь дождь полил ту площадь снег занес и лица что белей белил полным-полны заноз

    вот человек он вертикаль но только до поры он ест чеснок он пьет токай исследует миры здесь не ходи там не садись читай от сих до сих он днем отъявленный садист он ночью тихий псих он пахнет страхами из пор он заполняет клеть и мысль его как приговор ему мешает тлеть невозмутимость он обрел стирая да о нет и чело-вечный ореол составлен из монет

    вот ветер вытеснен из дул из дыр из ям из горл увлек прохожую и сдул другой подул в подол
    подлез подлизываться чтоб не утекать назад он водопийца кровохлеб филер и акробат ему дано что не дано по сути никому он видит всех и всюду но всегда по одному он настежь раскрывает день и дышит сгоряча жизнь для него как бюллетень до подписи врача

    и вот последнее что нам запомнить суждено прибита очередь к стенам под желтое окно
    собачьих шапок лисьих дох и валенных сапог цепь образует завиток до входа на порог за лавкой мясника пурга а в лавке мясника уткнулась в пол моя нога в кострец твоя рука
    и я кричу
    пусть теплая
    стекает кровь с куска
    наталья
    талия твоя
    бессовестно узка

    2006

    _^_




    pro|за
              "мне показано дважды в сутки
              принимать тебя..."
                      дания

    ...великая уездная стена возведена в конце командировки:
    изученные формулы вина; консервные ножи; тугие пробки;
    помеченные утварь, мебель; предсказуемая очередь пластинок;
    уставленный ботинками паркет на шахматный походит поединок...
    не помню, кто проговорил "на старт!" смеркается. по коже, по сетчатке
    плохое настроение мостят бессмысленные редкие осадки.
    четверг. один четверг на четверых внутри одной из нескольких гостиниц:
    я - рисовал. джей - не раздевшись, дрых. мо - собиралась в бар. и только ты не с-
    водила глаз от акварели на стене напротив, прямо над комодом.
    казалось, ты была удивлена. накрашена, на шее шарф намотан,
    мо вышла, наконец. уснувший джей не двигался. за окнами стемнело.
    дождь состоял из множества ножей, насквозь пронзавших земляное тело.
    (я понял вдруг, свой страх преодолев: кто первым попадет под дождь - пора бы
    ему заметить необычный шлейф светящихся за каплями парабол.
    рисую их. рискую быть не понятым, рискую быть enfant terrible...)
    я: "подойди ко мне." ты: "а слабо тебе подняться самому..." игривый,
    я: "хорошо." встаю. иду. и не могу сообразить - мои рисунки
    нанизаны на острия в окне или торчат из незакрытой сумки?
    стук в дверь. я: "нет!" джей - спит. но ты: "да-да! не заперто, входите..." я: "с ума ты
    сошла? зачем?.." за дверью: "господа! попробуйте иные ароматы..."
    и ты, и я одновременно: "н-нет!" смеемся. у-уф! моя рука, коснувшись
    твоих манжет, использует момент. от близости рождается лишь ужас.
    ты: "джей..." я: "джей? он здесь?.." ты: "не спеши..." мой голос внутренний: "в свою картину в-
    рисуй ее, с офелии спиши, пока она, головку запрокинув,
    открыла рот..." без боя, без огня сдается мне упрямая полоска.
    как боль существовала до меня, так вопль существовал до отголоска.
    в ход кто-то подготовленный полез. в ход метод шел лукавый и обманный.
    вход состоял из нескольких колец. из нескольких уверенных сжиманий.
    не помню, кто проговорил "на старт!" тела соединяются. и - на вот:
    нам темнота и время не простят языческие действия in-out.
    ты держишься за полы пиджака. проваливаюсь я в объем овала.
    а все недостающее рука моя на темноте дорисовала...
    ...а дальше?.. дальше все пошло само собой: и свет, разлитый перед входом;
    и фраза "скука", сказанная мо; и крик разбуженного джея " кто там?.."
    а ты? что - ты? тебя и след простыл. а я? в горящем оголенном теле
    посередине номера застыл, задумавшись, кто автор акварели...

    2006

    _^_




    ooh

    ник.

    1.
    ротшильд и пролетарий агнец и дебошир как бы ни пролетали в разных частях машин
    взявшись за кипятильник только сделав соскоб все тормозят у шпилек ластовиц и сосков
    русский щупает яйца крутит хачик усы ничего не боятся сытые жеребцы
    стало блядей до черта в городе эн моем словно с досок почета смотрят ночью и днем
    с телемоста с биллборда со световых реклам чья-то блатная морда делает папе план
    добрая половина словно орет бери дам говорит на вынос дам говорит внутри

    2.
    жизнь неслышную кряду на размытую степь подуставшему взгляду насмотреться невтерпь
    тяготит эта вера этот страх поперек нет такого примера чтобы он уберег
    взгляд от рва от обрыва от обычных обид коли тело как нива на закате дрожит
    что бы ни означала не пытаться не сметь смерти нет до начала за началом не смерть
    смерть знакома как кожа виртуальна слепа и лишь жизнь подытожа назовется судьба

    3.
    утро время нагое пахнет спермою дом коля суть алкоголя заключается в том
    что в его недостатке есть его перебор мысли делают ставки на раскрытие штор
    из-под хлопка неброско возвышается грудь полушарие мозга вспоминай что-нибудь

    4а, б.
    над кроватью картинка за штакетником лай кличут как тебя инга а тебя николай
    ус как орден повис на потной коже без сна с этой ночи и присно ты мне будешь жена
    уд как святыню трогай доведи до прямой пахнут губы жарехой пахнут губы зимой
    поцелуи нерезки поцелуи как заплаты не занавески покрывают глаза
    вместе вместе и вместе досчитаем до трех со слюной из отверстий вырывается оох
    небо залито сталью где мы я не узнал и пока полистаю кулинарный журнал

    5-6.
    кровохарканье кашель на крыльце произвел у березы опавшей раздвоившийся ствол
    осень изморось ноги зябнут пар изо рта на изгибе дороги остановка пуста
    только споря и ссорясь трейлер и лимузин делят время на скорость в окруженье осин
    низкая и сырая и не чиста на лист яблоня у сарая будто за ней гнались
    старый высохший мох на бревнах окрашен в тон ставнями скрыты окна будто оставлен дом станет крыльями хлопать птица она больна будто и в небе копоть будто прошла война

    7-8.
    жизнь сложение чисел и невиданных мест пах у женщины кисел как случайный подъезд
    инга прибавь-ка газу город еще далек после пролога сразу видится эпилог
    инга спеши скорее в сторону где земля прячет между деревьев вспаханные поля
    брызгами и солярой местность окружена где становится лярвой молодая жена
    вот то самое место дверь заперта на гвоздь первый этаж подъезда можно пройти насквозь
    плачет в авто пластинка рвется бурная связь я убегаю инга не оглядываясь
    в самую суть деталей где поделили мир ротшильд и пролетарий агнец и дебошир

    9а, б.
    справа от колокольни сидючи в полутьме ставят рифму прикольны игроки в буриме
    утекают коктейли в черные дыры рож выступает на теле плохо скрытая дрожь
    вертит бедрами жертва дай мне дашь побожись коля думаешь это настоящая жизнь
    где за альфой омега сразу видится в снах снова с неба из снега снисходительный знак
    на груди колокольни женский лик как пандан улыбнись коля коли этот знак тебе дан

    10.
    утро тело в холщовке мысль меняет окрас в щеки вставлены щелки вместо высохших глаз
    будто под чьей-то плетью из синевы дымка сразу рычаг на третью переводит рука
    старт буксовка со старым чувством вины замедленным одним ударом перебит парапет
    и прошедшая наискось гудит голова жидкостью наполняясь инга инга аа

    2005-2006

    _^_




    анти-грустное

    ну вот родная мы дома сцепленье нейтралка стоп глядится на нас медово избушка из-за кустов здесь все чего мы хотели ни правил ни болтовни никто не делит недели на жаропрочные дни никто не гладит сорочек не парит стрелки у брюк ни дел ни заданий прочих не появляется вдруг ни связи ни интернета ни радио ни тв здесь можно ходить раздетым и просто лежать в траве здесь нет газонокосилок здесь нет газетных рядов лишь миллионы красивых раскрытых взгляду цветов никто никуда не едет не изменяет с другой смотри какие соседи маши маши им рукой без спеха без канители здесь жители узнают что птицы не улетели ни к северу ни на юг что надо есть в магазине с кем хочешь сразу на ты здесь нет ни слякоти зимней ни пагубной духоты вокруг пространство в покое вокруг песок и сосняк раньше встречалось такое только в особенных снах мы долго искали место где все сойдется в одном где мы с тобой наконец-то от суеты отдохнем мы будем бродить по пляжу по сонму лесных дорог я руку тебе поглажу ты мне испечешь пирог но извини мне часть груза в подвал отнести пора пока разрезают наш кузов дорожные мастера пока сирена клокочет и катится колесо и старый доктор не хочет смотреть на твое лицо

    2006

    _^_




    ха®мский funk

    "стрекочет зингер и мурлычет кот..."
    м.дынкин

    один художник суп варил при этом что-то говорил какую-то крамолу
    ругал гуашь хвалил акрил и что-то снова говорил на ухо псу хромому
    на численнике был четверг стоящий рядом человек казался то ли нищим
    то ли побитым как назло он плакал от него несло подмышкой и винищем
    в одном исподнем за столом сидел поэт авессалом стирая сопли тюлем
    старушка берта мойшевна копалась в банке с-под пшена и лезла в пасть к кастрюлям
    был виден город за окном внутри него как метроном качался на веревке
    один ньютон его бином опал и дело было днем час пик стояли пробки
    из камер выйдя в поле дня брела без дела студентня сосали девки пиво
    сад александровский лысел был купол неба хмур и сер и было некрасиво
    мингаз минатом и горсвет выплевывали на обед на улицы дотошных
    носящих яйца фаберже но повернем однако же туда где был художник
    он был почти всегда поддат он даже не был бородат носил в обтяжку ляжки
    он точно не был дураком но был наверное митьком в нестиранной тельняшке
    торчали кисти в рукаве пальто как реплики в тв откуда.шла беседа
    ведущий сообщить был рад о понижении зарплат работникам бюджета
    часы висели на стене и знающая толк в вине вторая слева с фото
    расстегивала лиф пока провинциальная нога тянулась из ботфорта
    известно правило одно чем дольше головой о дно чем далее от центра
    столичного ты рождена тем круче пред тобой стена из страха и акцента
    на каждый вдох на каждый шаг колчак волчак собчак общак идет за шоу шоу
    здесь каждый голоден горласт но предпочтение отдаст тугому и большому
    нагнись и будешь впереди не хочешь гнуться так иди не на хер так на волю
    здесь каждый занят и зашит как лужин лучшей из защит накрывшись с головою
    в обрезки бархата пархат здесь знает каждый адвокат что смех за смех есть ссора
    так вот мой друг я повторю один маляр искал зарю как кличку у боксера
    кличко а где-то далеко жена кличко с вдовой клико играли в подкидного
    а сам боксер стола из-за зашел с бубнового с туза зашел и вышел снова
    он уезжал он был готов сниматься в ролике шварцкопф чинить митральный клапан
    вокруг него стоял бедлам и верх и низ вальтов и дам был тщательно залапан
    вставало утро из-за карт стирала ластиком закат старушка-поэтесса
    из очень вольного стиха пошитая на букву ха заканчивалась пьеса
    басил орган фабричных труб ноль-три сворачивала труп запахшего ньютона
    в прозрачный полиэтилен в постели некоего n лежала примадонна
    чулки торчали из ботфорт во рту табак меж ног комфорт все мысли о диете
    разменянные на глагол оставлены на произвол некормленные дети
    под именем виссарион авессалом катил баллон на всех желая чуда
    стонала берта мойшевна ей снилась банка с-под пшена и грязная посуда
    хромавший пес залег на люк под микрофоны журналюг апологетов этих
    боксер кличко покинул трап на всю округу проорав genossen ich bin fertig
    а что же наш художник он держал chateau talbot как горн седую бровь насупил
    он верил в чудо very real стоял и снова суп варил помешивал как жупел

    тут надо сделать перерыв в шкафах и сайтах перерыв библиотеки прозы
    я истый беженец любви тебе мой друг мой vis-à-vis отвечу на вопросы
    мой друг я эту песнь пропел в одной из перспектив пробел восполнил накалякал
    эпистолярий как никак но кто ж там у художника читай вначале плакал
    клон киберклоун каламбур коснемся аббревиатур профессоров отвадив
    гомункул гражданин герой наш нищий был одним из той чреды январских свадеб
    имел неугомонный пыл любил надумывать любил копаться в интернете
    он не был так уж одинок имел друзей но между строк он был как перст на свете
    работал мастером в кб любил свою жену а б ласкал ее по платью
    но неверна была жена ушла к художнику она и скоро стала блядью
    кого ты в этом обвинишь мой друг что мастер стал вдруг нищ запил точнее запил
    пришел к художнику а тот залил ему добавки в рот связал и на ночь запер
    а сам пошел к его жене и был внутри нее и вне оставил отпечатки
    а нищий в что-то упился и драл на чем-то волоса как листья из тетрадки
    такая вот у нас судьба покуда не подставишь лба штаны при всех не спустишь
    жизнь есть цепочка каторжан наивный детективный жанр очередная пустошь
    прислушайся мой друг к тому что мы умрем по одному в несчастье неужели
    по ком-то колокол звонит и трется шерсть об эбонит и бичева о шеи
    и ты поверил в это брось живи как прежде на авось и созерцай аккорд
    вульгарной темы острие как междуножие ее ложится тень на город
    его заполнил говорок приезжих и отбывших срок нырнувших в распродажи
    все пьют и нюхают дерьмо все движется собой само до лезвия и дальше
    болтается на леске снег играет мускулами негр игла вжик-вжик о диски
    танцуй трам-пам-пам-пам ва-банк an' let me dance my funckin' funk виссарион белинский
    ой-ей-ей-ей ой-ей-ей-ей ой-ей-ей-ей ой-ей-ей-ей а-па-па-па-па-пап-п-паа
    ой-ей-ей-ей ой-ей-ей-ей ой-ей-ей-ей ой-ей-ей-ей а-па-па-па-па-пап-п-паа
    мой друг прочтя это забудь с тобою мы когда-нибудь об этом пожалеем
    нажми на пуск пускайся в пляс пускай порадует нас хармс столетним юбилеем

    2005

    _^_




    piter-net

    "...о ком бобби джентри
    пела пока не канула в интернет..."
    а.цветков

    г.жердеву

    в доме дружбы на фонтанке фестиваль еврейской книги я читаю в интернете у коломенского димы на столе филе форели на окне горшок герани за окном окно соседа на часах число простое на лице клеймо бессонниц а на крышах восседают одинаковые боги не хватает только джаза port of call by silje nergaard полусладкая истома начинают ужиматься одинаковые стены

    вот так дело в кои веки я сижу на табурете я свободен от работы от дневного христианства я могу покуролесить покопаться в интернете в поисках сопоставлений в имитации сомнений в подтверждении различий скажем шварц и шульпякова пригова и рубинштейна оставляя комментарий в каждом пустяковом месте что еще могу я думать о родительской опеке и немного о ненужном

    по пути до туалета все дощатое покрытье в очень мокрых отпечатках очень мелких отпечатках у кого босые ноги у богов босые ноги может это были боги к сожаленью мы не боги на ногах у нас набойки на ногах у нас дороги на лице у нас тревоги на лице у нас пороки страхи стройки строки сроки черт-те что и сбоку банты ну а если приглядеться кто же все-таки здесь шастал может быть прошла полина или сонная собака или кто еще постойте а ведь их похоже было двое трое или больше

    так нарядна ариадна молодая петербуржка страстно длительно невнятно что-то шепчет мне на ушко не губой касаясь мочки но пылающей вагиной помоги мне расстегни мне распоясай мою душу и под ластовицу руку запусти могучий мальчик разотри мне разлижи мне чтобы я как ключ подземный как источник забурлила и скоромная сгорела перед тем как скажет кто-то ваш компьютер атакован

    я наверное повешусь говорил мне юра юргенс в интернате в третьем классе по уши влюбленный в лену становову перед тем как разбежаться и помчаться с горки ледяной на лыжах я за ним не успеваю догоняю у трамплина мы летим и я услышал я люблю ее ты знаешь я наверное повешусь
    брось-ка юра понял юра не дури мы в умывальной с юрой голые по пояс вафельные полотенца ждут когда мы обольемся ледяной водой из крана будем охать и кривляться и разглаживать повязки пионерские на плитке на холодной белой плитке и развешивать повязки на кроватных спинках на ночь
    помнится еще такое по субботним и воскресным вечерам нам привозили из районного из центра фильмы в жестяных коробках перед фильмом воспиталка александра алексевна ногу на ногу накинув закусив губу играла на своем аккордеоне полонез огинского и у детей сидящих в зале на пол опадали слезы у меня была тетрадка с перечнем желанных фильмов на ближайшие полгода я сидел у аппарата возле уха стрекотало пахло подгоревшей пылью и оплавившейся пленкой и пока по грузным шторам к потолку стекали титры я мечтал чтоб не кончалось это счастье это счастье
    а в большой и общей спальне по ночам я тихо плакал вспоминал отца и маму и просил под одеялом забери меня отсюда мама милая родная я не буду баловаться буду тихим и послушным на окно ложились тени тени от древесных веток тени словно оживали на ветру в фонарном свете и от этой от причуды в голове моей рождались акварельные начала фильмов и фантасмагорий что заканчивались снами

    хм закончилась пластинка к центру острая иголка побежала и колонка зашептала зашуршала как кристина орбакайте встану подойду ко стойке что же хочется послушать хорошо когда есть выбор плохо если его много

    время непреодолимо иногда оно не впору в черной шляпе борсалино я иду по коридору мимо ламп немноговаттных мимо копии фламандца мимо объявлений мимо узкой двери деканата кто же здесь теперь деканом раньше был ю.м.гуляев лысеватый полноватый в роговых очках в сандалях он писал статьи и вирши в институтские брошюры в стенгазеты и журналы улыбался и лоснился и на улице встречался в тренировочном костюме с сумкою набитой снедью из молочного отдела
    злая поступь института недосыпы переборы подарили в этой жизни безнаказанность и бренды бродского от мирзаяна поллитровку от кристалла поцелуй от михалевой д-т-д от карла маркса факбюро от комсомола позже в качестве десерта направление в хабаровск в военчасть п/о калинка

    лампа лопнула в настолке в голове пошли по кругу одинаковые мысли и господь мне замечает не теряйся в этом мире заэкранных ожиданий потому как эти люди за стеклом не карамели и от них ты не получишь ни любви ни полнокровья только разочарованье в русле собственных идиллий

    выпьем няня где же кружка пагубная где привычка молодая петербужка престарелая москвичка где вы лена становова юра юргенс ариадна рифмоплет ю.м.гуляев карьерист майор зиневич ни-ко-го лишь в ванной каплет по асфальтовым покрытьям охлажденная струится тишина за темнотою редко бьет форель хвостом о стебли и цветки герани зазывая в сон грядущий где вы где вы девы девы

    умер ланцберг умер ланцберг я читаю в интернете у коломенского димы как бы ни было печально неподатливым курсором я нацелюсь в перекрестье на котором очень крупно завершение работы

    то ли дождик то ли блестки то ли солнечные струи то ли легкие лианы то ли путанные тропы все что было воедино все куда-то исчезает и ко мне подходит дева и целует меня в губы и в ее зрачках я вижу отраженье своих мыслей попрощайся попрошайка с недобытым и добытым попрощайся с этим миром с интересом с интернетом и пускай тебя минует нежелательная почта


    2005-2006

    _^_



© Алексей Королев, 2006-2018.
© Сетевая Словесность, 2006-2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Мария Косовская: Жуки, гекконы и улитки [По радужным мокрым камням дорожки, по изумрудно-восковым листьям кустарников и по сочно-зеленой упругой траве медленно ползали улитки. Их были тысячи...] Марина Кудимова: Одесский апвеллинг [О книге: Вера Зубарева. Одесский трамвайчик. Стихи, поэмы и записи из блога. - Charles Schlacks, Jr. Publisher, Idyllwild, CA 2018.] Светлана Богданова: Украшения и вещи [Выхожу за первого встречного. / Покупаю первый попавшийся дворец. / Оглядываюсь на первый же окрик, / Кладу богатство в первый же сберегательный...] Елена Иноземцева: Косматое время [что ж, как-нибудь, но все устроится, / дождись, спокоен и смирен: / когда-нибудь - дай Бог на Троицу - / повсюду расцветет сирень...] Александр Уваров: Убить Буку [Я подумал, что напрасно детей на Буку посылают. Бука - очень сильный. С ним и взрослый не справится...] Александр Чусов: Не уйти одному во тьму [Многие стихи Александра сюрреалистичны, они как бы на глазах вырастают из бессознательного... /] Аркадий Шнайдер: N*** [ты вертишься, ты крутишься, поёшь, / ты ввяжешься в разлуку, словно в осень, / ты упадёшь на землю и замрёшь, / цветная смерть деревьев, - листьев...]
Словесность