Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность


    Словесность: Переводы: Уильям Шекспир


        ИЗБРАННЫЕ  СОНЕТЫ

        Перевод Юрия Изотова


        * I. Мы ждём семян от дивного цветка...
        * II. Когда придёт зима сороковая...
        * XXII. Не стар я вовсе - зеркалу назло!..
        * XXVII. Измучен я, - скорей спешу на ложе...
        * LVII. Да, я твой раб; быть может потому...
        * LVIII. Твоим невольником я стал по воле Бога...
        * LIX. Давно мы знаем - мир вокруг не нов...
        * LX. Подобно волнам к берегу бегущим...
         
        * LXI. Твой образ не даёт в томлении ночном...
        * LXXIII. Меня ты видишь в той поре...
        * LXXIX. Пока я для тебя один писал стихи...
        * XC. Захочешь - отвернись, но лучше уж сейчас...
        * CII. Люблю сильней, но вида не подам...
        * CXXX. В её глазах не солнце, а луна...
        * CXL. Благоразумьем искупи бездушье...


          I

          Мы ждём семян от дивного цветка,
          Чтоб жили вновь прекрасные творенья:
          Они скрепляют памятью века,
          В потомках обретая повторенье.
          А ты, свой взор сияющий любя,
          Его огнём обманчивым влеком;
          Питая этим пламенем себя,
          Себе ж становишься врагом.
          Ты, наших дней жемчужина живая,
          Упорно славишь новую весну;
          Плод нерождённый убивая,
          Растрачиваешь скудную казну.

          Насытясь жизнью, к ней не будь жесток -
          Для мира сохрани прекраснейший цветок!

          _^_




          II

          Когда придёт зима сороковая,
          Морщинами покрыв чело твоё,
          Ты, все одежды прежние меняя,
          Оденешься в дырявое тряпьё.
          И, если спросят: "Где ж твоя краса?
          Где нажитое полнокровных дней?" -
          Опустишь ты потухшие глаза,
          Стыдясь невольной немоты своей.
          О, если б мог ты, смело говоря,
          На те вопросы с гордостью ответить:
          "Я на земле свой век прожил не зря
          И воплотился в благодарных детях!"

          Когда могильным холодом повеет,
          Кровь молодая старость обогреет.

          _^_




          XXII

          Не стар я вовсе - зеркалу назло!
          Ведь меж тобой и мной одна лишь юность встала;
          Когда твоё исчертится чело,
          То я пойму - мне жить осталось мало.
          Весь облик твой, что молодость даёт,
          Я во влюблённом сердце берегу;
          Оно в тебе, твоё ж во мне живёт,
          И я казаться старше не могу.
          Мы будем осторожными с тобой,
          Через сердца друг друга обретя:
          Так от невзгод и горести любой
          Оберегают малое дитя.

          В сердцах живёт союз незримый наш -
          Когда моё замрёт, ты мне своё отдашь.

          _^_




          XXVII

          Измучен я, - скорей спешу на ложе
          В надежде отдохнуть от пройденных дорог;
          Но утомлённый ум уснуть никак не может,
          И мыслей череда стучится в мой висок.
          Все помыслы мои, как странники в пустыне,
          Упрямо держат путь к порогу твоему;
          И будто бы слепец с глазницами пустыми,
          Я горестно смотрю в неведомую тьму.
          Я сохраню в душе игру воображенья,
          Лишь только тенью ты предстанешь предо мной;
          И будет образ твой прекрасным украшеньем
          Для жуткой черноты бессонной ночи той.

          Покоя для себя не нахожу весь день я,
          И ночью не найдёт душа отдохновенья.

          _^_




          LVII

          Да, я твой раб; быть может потому
          Тебе судьбу я отдаю смиренно?
          Блаженство - приходить по зову твоему,
          Служить тебе и преданно и верно.
          Винить часов неторопливый ход
          За бесконечность ожидания - не смею;
          И только горечь сердце обожжёт,
          Когда отвергнешь волею своею...
          Твоих забот незримую границу
          В ревнивых мыслях я не смею перейти;
          Покорный раб, завидую счастливцу,
          Что на твоём окажется пути.

          Моя любовь слепа, и всё простить готова:
          Не будет никогда в тебе искать дурного.

          _^_




          LVIII

          Твоим невольником я стал по воле Бога;
          И видит Бог, что, честь твою храня,
          Я даже мысленно не спрашиваю строго:
          Как время праздное проводишь без меня?
          Приветливый кивок как знак твоей свободы
          Пусть будет избавлением моим, -
          И терпеливо жду я твоего прихода,
          Не сетуя на то, что не любим.
          Ты будь всегда собой, ни в чём не знай предела,
          Чем хочешь заполняй свои часы и дни;
          А, если, вдруг поступишь слишком смело,
          То ты себя за это не вини.

          Невыносимо ждать - где ты сейчас не зная!
          Но я всё жду и жду, тебя не осуждая.

          _^_




          LIX

          Давно мы знаем - мир вокруг не нов
          И прошлое когда-нибудь случится;
          Так почему ж, обманываясь вновь,
          Рождаем мы успевшее родиться?
          Но, если время, даже пусть на миг,
          Вернёт меня назад на пять столетий,
          Мне всё равно в любой из древних книг
          Твой образ доведётся встретить.
          И я увижу: и в минувшие года
          Его все грани дивные блистали!
          Мы иль они - живущие тогда,
          Ему по праву должное воздали?

          Но лики красоты эпохи той
          Не выдержат сравнения с тобой!

          _^_




          LX

          Подобно волнам к берегу бегущим,
          Спешат исчезнуть и мгновенья наши;
          И каждое на месте предыдущих
          Даёт нам что-то, устремляясь дальше.
          Все краски мира дарит нам рожденье,
          К вершинам жизни зрелость приведёт;
          Но Время, нам послав ряд сумрачных затмений,
          Безжалостно всё это отберёт.
          Избороздится под его дыханием мертвенным
          Цветущей юности прекрасное чело...
          Как много ценностей, казалось бы нетленных,
          Навечно под косу его легло!

          Но я надеюсь, что в моих стихах
          Тебя прославлю я и в будущих веках!

          _^_



          LXI

          Твой образ не даёт в томлении ночном
          Тяжёлых век сомкнуть, - не по твоей ли воле?
          Не ты ль сама с моим воюешь сном,
          Как призрачная тень в моём вселяясь взоре?
          Не твой ли это дух, что послан был тобой
          Найти во мне вместилище порока;
          Во всех поступках, совершённых мной
          Ревниво ищет он причину для упрёка?
          О, нет! Твоя любовь сильна, но не всесильна:
          Моя любовь развеяла покой;
          Моя любовь в бессоннице повинна, -
          Стоит на страже, словно часовой:

          Вот также у меня не будет сна,
          Пока ты далеко, - я знаю, не одна...

          _^_



          LXXIII

          Меня ты видишь в той поре,
          Когда в ветвях последние листы
          Дрожат от стужи в ноябре,
          А птичьи хоры тягостно пусты.
          Закатный мрак ты видишь у меня,
          Когда погасло яркое светило,
          И ночь, что стала смертью дня,
          Покоем землю поглотила.
          Во мне ты видишь слабый свет,
          Горящий в пепле юности былой;
          И пищи для огня уж больше нет -
          Всё скрыто за могильной мглой.

          Ты видишь впереди так мало светлых дней...
          И потому - люби меня сильней!

          _^_



          LXXIX

          Пока я для тебя один писал стихи,
          В них каждое тобой дышало слово!
          Теперь мои все опусы - плохи,
          А Муза, смолкнув, выбрала другого.
          Заслужит он пером неутомимым
          Твою добросердечную любовь
          За счёт того, что всё твоё отнимет,
          Ну а затем тебе подарит вновь.
          Он, взяв взаймы твою же добродетель,
          Крадёт слова, запутываясь в них;
          Он ищет красоту, но так и не заметил
          Достоинств удивительных твоих.

          За то, что скажет он, благодарить не надо;
          Ты для него и так - великая награда!

          _^_



          XC

          Захочешь - отвернись, но лучше уж сейчас,
          Когда мир полон зла, и я отвергнут всеми;
          Пускай судьба согнёт в который раз, -
          Ты не добей, поставив на колени.
          Предательски не бей, ведь сердце сдавит боль,
          И вынести её мне будет не по силам:
          Ты ночи ураганной не позволь
          Стать утром серым и дождливым.
          Пусть не замкнёт собою твой уход
          Печальный список горестей и бед;
          Уйди в начале всех моих невзгод
          И я пойму: страшней несчастья нет!

          Что пережить казалось невозможным,
          Окажется вдруг мелким и ничтожным.

          _^_



          CII

          Люблю сильней, но вида не подам;
          Свою любовь не выведу на сцену;
          Её я на потребу не продам,
          На площади выкрикивая цену.
          Хотелось быть восторженным поэтом,
          Пока я нашу воспевал весну;
          Но соловей вдруг замолкает летом,
          Когда любовь теряет новизну.
          В тиши ночной не слышно больше трелей,
          Но лето так чудесно и без них!
          Когда б на всех деревьях птицы пели,
          То сладкий голос музыки - утих.

          И я как соловей решил молчать,
          Чтоб песнями тебе не докучать.

          _^_



          CXXX

          В её глазах не солнце, а луна,
          С кораллом губы трудно мне сравнить;
          Грудь не бела - как сумерки темна,
          А волос - как из проволоки нить.
          Цвет пышных роз, что разом бел и ал,
          Я на щеках у ней увидеть был бы рад;
          А в выдохе её я не узнал
          Прекрасных благовоний аромат.
          Люблю я слушать звук её речей,
          Но музыка мне более мила;
          В сравнении с богинями - у ней
          Земная поступь слишком тяжела.

          Пускай другим нужна сравнений лживых лесть,-
          Она мне дорога такой, какая есть.

          _^_



          CXL

          Благоразумьем искупи бездушье;
          Надменностью чрезмерной не позволь
          Мне мой обет молчания нарушить -
          В словах излить безжалостную боль.
          Уж если невозможно по-иному,
          Ты не люби - хотя бы сделай вид:
          Так лекарь безнадёжному больному
          Выздоровленье скорое сулит.
          Я в приступе отчаянья слепого
          Дар речи безрассудный обрету;
          А злобный свет любое ловит слово
          И тотчас превращает в клевету.

          Ты на себя навет не навлеки -
          Будь благосклонней, сердцу вопреки.

          _^_



          © Юрий Изотов, 2000-2017.
          © Сетевая Словесность, 2000-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Семён Каминский: "Чёрный доктор" [Вроде и не подружки они были им совсем, не ровня, и вообще не было ничего, кроме задушевных разговоров под крымским небом и одного неполного термоса с...] Поэтический вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой в арт-кафе "Диван" [В московском арт-кафе "Диван" шестого мая 2017 года прошёл совместный авторский вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой.] Радислав Власенко: Из этой самой глубины [Между мною и небом - злая река. / Отступите, колючие воды. / Так надежда близка и так далека, / И мгновения - годы и годы.] Андрей Баранов: В закоулках жизни [и твёрдо зная, что вот здесь находится дверь, / в другой раз я не могу её найти, / а там, где раньше была глухая стена, / вдруг открывается ход...] Александр М. Кобринский: К вопросу о Шопенгауэре [Доступная нам информация выявляет <...> или - чисто познавательный интерес русскоязычного читателя к произведениям Шопенгауэра, или - впечатлительное...] Аркадий Шнайдер: Ближневосточная ночь [выходишь вечером, как килька из консервы, / прилипчивый оставив запах книг, / и радостно вдыхаешь непомерный, / так не похожий на предшествующий...] Алена Тайх: Больше не требует слов... [ни толпы, ни цветов или сдвинутых крепко столов / не хотело и нам не желать завещало столетье. / а искусство поэзии больше не требует слов / и берет...] Александр Уваров: Нирвана [Не рвана моя рана, / Не резана душа. / В дому моём нирвана, / В кармане - ни гроша...]
Словесность