Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность




ТРАУРНЫЙ  КАМЕНЬ  ГАГАТ


1.

Мать все не уходила. Словно в нерешительности, стояла посреди комнаты - что-то ей было нужно.

- Ну, что еще? - грубовато спросил мальчик.

Ему не терпелось снова остаться одному.

- Да вот, вспомнила: пока ты был днем на озере, приезжал Лужанский, тот, который работал у дедушки в экспедиции в пустыне... Спрашивал насчет коллекции. Может быть, ее и в самом деле лучше продать? Он обещал хорошо заплатить.

- Начинается... Я же сказал - нет.

Дед предупреждал. Твоя мать - слабая женщина, говорил. Слабая и непостоянная. Сегодня ей нравится одно, завтра другое. Желаний всегда с избытком и она мечется от одного к другому, не зная покоя. Может дед и был прав - слабая. Только, что при этой своей слабости она всегда умела добиваться своего.

- Коллекция моя, - угрюмо сказал мальчик, отворачиваясь к окну.

- Конечно твоя! Никто ее у тебя силой не отнимает. Просто я подумала...- И не оборачиваясь, он знал, что у нее сейчас смущенное и просительное выражение лица. - Ведь ты не собираешься, как дед, всю жизнь болтаться по экспедициям? Помню-помню, ты еще ничего окончательно не решил, и впереди целый год. Но по складу характера...

- При чем здесь характер?!

- ... и по состоянию здоровья - я это тебе как врач говорю - ты комиссию не пройдешь.

- Откуда ты знаешь? Я же не у тебя ее буду проходить.

- Напрасно грубишь, - кажется, теперь она обиделась по-настоящему. - Хочешь оставить эту коллекцию себе? Оставь! Только через месяц она тебе надоест, и ты раздашь все друзьям-приятелям. А эти камни представляют какую-то ценность только в коллекции! И не каждый день появляются такие покупатели, как Лужанский. Он предложил...

- Ты же и дедову дачу продаешь. Зачем тебе столько денег?

- При чем здесь дача?!

Очень даже причем, хотел ответить мальчик, но побоялся, что голос может выдать его. Он не хотел, чтобы кто-то знал, каково ему сейчас. Дачу она все равно продаст - уже нашелся покупатель, но коллекция - его.

- Я тоже люблю этот дом! Я в нем выросла! Но я просто вынуждена его продать! За ним нужен присмотр, а у меня нет никакой возможности ездить сюда каждые выходные! Здесь нужен ремонт, а у меня нет денег! Через год ты поступаешь в университет, нужно брать репетиторов, нужно платить за твое обучение! За все надо платить! Зачем, зачем тебе эта коллекция?! И в кого ты такой упрямый?

Мать вышла, хлопнув дверью. А он остался стоять, прижавшись лбом к прохладному стеклу, глядя в темноту ночи за окном. Завтра они должны вернуться в город. Пожалуй, это было страшнее всего - возвращение в городскую квартиру. Где никогда больше не будет деда. И дачи не будет, построенной его руками. Останется только коллекция... если останется. Похоже, мать решительно настроена ее продать. Ну, нет!

Он подошел к старому письменному столу, уставленному коробками. До его прихода мать начала складывать в них камни - спешила освободить комнату. Коллекция деда. Ее я оставлю тебе, сказал дед, когда они - в последний раз! - но кто знал об этом? - гуляли в начале лета в прозрачной осиновой рощице. Никому не отдавай и не продавай, сказал дед. Она, конечно, стоит немалых денег, но главная ее ценность не в деньгах. Собирать эту коллекцию начал еще мой отец, твой, значит, прадед. Когда-нибудь ты поймешь, что это значит, - дед внимательно посмотрел на внука - если, конечно, сможешь ее сохранить. Это будет непросто - слишком многим она нравится. А твоя мать - женщина слабая... и ей всегда нужны деньги.

Мальчик шмыгнул носом и зажмурился - невозможно поверить, что теперь этот голос будет жить только в его памяти, что дед никогда больше не возьмет в руки ни один из этих камней, чтобы рассказать очередную историю. История была у каждого камня. А он, дурак, еще не хотел слушать, всегда куда-то торопился - то на каток погонять шайбу, то к друзьям, потрепаться о жизни... Он взял в руки слабо мерцающую аметистовую щетку. Дед говорил, это с мыса Корабль, уникального месторождения аметистов на берегу Белого моря. Про аметист дед рассказывал много занятного. Хотя это всего лишь разновидность кварца, говорил дед, камень этот необычный, по старинным поверьям, обладает магической силой. Тем, кто носит его, аметист во всех делах помощник. Защищает от наговора и колдовства, предохраняет от пьянства, помогает в охоте, в бою, сохраняет и делает острым разум. Излюбленный был камень для украшения церкви - и в иконы его ставили, и в алтари, и в кресты... Сильный камень.

Прищурившись, мальчик вглядывался в сине-сиреневые кристаллы долго и пристально, пока на глаза не навернулись слезы. Снова шмыгнув носом, он вытащил из коробки и опустил щетку в карман. Под ней оказался другой, синий, камень. Этот тоже нужно обязательно взять с собой. Апатит. Дед считал этот камень своим талисманом. Тоже с Кольского полуострова, как и аметист. Апатиты, говорил дед, это моя молодость. И первые удачи. На том месте, где мне посчастливилось отыскать этот камешек, сейчас целый город, носит, между прочим, имя этого камня. Вообще-то они разные, апатиты. Это - ювелирный апатит, большая редкость. В основном же, этот минерал сырье для удобрений и производства фосфорной кислоты.

А это гагат. Руки деда бережно касались блестящей, будто отполированной, поверхности. Его еще называют черный янтарь. Что мы о нем знаем? Всего лишь разновидность бурого угля. На Кавказе из него четки, бусы делают, траурные украшения - черный он, как ночь. Когда-то росло себе большое хвойное дерево из семейства араурикариевых, и не подозревало даже, что через много-много лет обратится в камень. И в новом качестве обретет новую жизнь... нам бы так, а? Дед знал, что болезнь его неизлечима, но находил в себе силы шутить. А может, не шутил, когда мечтал превратиться в один из камней своей коллекции? Гагат этот - еще из коллекции прадеда, его тоже нужно спрятать, отдельно от всей коллекции хранить. На тот случай, если мать в его отсутствие... Гагат, сказал дед, для меня дороже всего, он начало отцовской коллекции. Говорят, если долго смотреть на него, можно увидеть будущее. Возьми его и подумай о том, что его твой прадед вот так же держал его в руках. Если сумеешь сосредоточиться - может быть, увидишь то, что видел он, и узнаешь, о чем он думал, когда смотрел на гагат. А ты знаешь, о чем? - спросил мальчик. Дед в ответ только таинственно улыбнулся.



- Ни за какие деньги, - громко сказал мальчик. - Ни за что! Ни за что...




2.

Такэити Тацуо поднялся, потянулся, и вышел на террасу из зала, где провел более десяти часов у компьютеров. Стояла теплая летняя ночь. Он поднял голову и посмотрел на яркую россыпь звезд. Где-то там, в центре неба, слабо мерцало Солнце и, невидимая отсюда, вращалась Земля. Она была слишком далеко, и не было ни возможности, ни времени, чтобы обратиться к ней за помощью. Да и сохранилась ли цивилизация на Земле? Давным-давно прекратились всякие контакты, и уже несколько столетий оттуда не прилетал ни один корабль. Оставалось полагаться только на собственные силы.

Было много вопросов, на которые не было ответов.

Но главной проблемой оставалось катастрофическое уменьшение населения Планеты. И никакие Программы, включая последнюю - Программу Активизации Личности, не смогли остановить этого процесса.

Одно из предположений ученых - люди утратили способность приспосабливаться к постоянно меняющемуся климату Планеты. Если это верно, то почему утрачены адаптационные механизмы? Возможно, жизнь в комфортных условиях больших домов, наполненных автоматикой, так изменила людей? Большинство из них действительно с трудом переносит пребывание под открытым небом, особенно днем, когда ярко сияет жаркое солнце Планеты. Как изменить ситуацию? Десять лет безрезультатно работает специальная комиссия.

Но чем больше Такэити изучал жизнь землян, тем больше склонялся к тому, что главная причина - как ни абсурдно это звучит для представителей Комитета по Наследию - в изменении психики обитателей Планеты. Много лет назад, молодым ассистентом кафедры психологии, он сделал свою первую научную работу, посвященную эмоциям первых поселенцев, которые прилетели на Планету шесть веков назад. Они сильно отличались от своих потомков. Увлекшись, он пошел в своих исследованиях дальше, и многие годы посвятил изучению психики землян. В Музее Планеты на него смотрели как на чудака, когда он часами, снова и снова, смотрел несколько старых фильмов, привезенных когда-то с Земли. Это было нелегкое занятие. Поначалу после каждого просмотра он чувствовал себя очень плохо. Земляне в этих фильмах часто вели себя как безумцы. Они совсем не боялись губительных воздействий внешней среды. Им, как будто, нравились экстремальные ситуации. Им, например, доставляло удовольствие барахтаться в снегу, при этом они не думали о возможном переохлаждении. Смеялись, подставляя лица дождю или ветру, которые, несомненно, были ядовитыми, учитывая экологическую ситуацию на Земле. Ныряли в воду с высоких вышек и мостов, не думая о том, что могут повредить позвоночник или внутренние органы. Похоже, у них отсутствовало чувство опасности, и они не видели и не осознавали многообразия действительности в той глубокой степени, в какой это стало доступно жителям Планеты.

Но особенно бурно они почему-то реагировали на слова, произнесенные другим человеком. Иногда из глаз у них начинали литься слезы, лица постоянно искажали безобразные гримасы. Они беспричинно смеялись, показывая зубы, которые у многих были далеки от совершенства. Они могли наносить удары друг другу, и кажется, часто делали это безо всякой на то причины! Но фильмы - это искусственно созданные ситуации. Возможно, это все создавалось только для развлечения. А какими были земляне на самом деле?

Если судить по дошедшей информации, и память у них была несовершенной, избирательной - они удерживали в ней лишь какие-то фрагменты действительности, к тому же неотчетливо и ненадолго. Любой житель планеты навсегда запоминал все, что когда-либо происходило с ним. Почти с самого рождения каждый мог передать с высокой точностью, события любого дня, любого часа его существования. Неважно, произошло ли это вчера или много лет назад. Они могли сообщить даже температуру воздуха. Они помнили все, за исключением того, что пожелали забыть. Ни земляне, ни первые поселенцы Планеты не могли этого делать. Любой из их потомков, как только начинал осознавать себя, волевым усилием мог убрать из своей памяти нежелательные воспоминания. Люди знали, что такое страх, ненависть, злоба, страдания только из курса истории, лично никто из ныне живущих не переживал подобных эмоциональных состояний, которые, как известно, сильно сокращали жизнь предков-землян и первых поселенцев Планеты.

Сокращали, но почему-то не влияли на деторождение.




3.

Редкий случай - Комитет по Наследию был в полном составе. Даже самые старые советники прибыли лично послушать отчет Такэити Тацуо, который готовился рассказать о своих результатах работы с камнями, прибывшими с Земли. Впервые за многие годы ему удалось получить целостные живые картины прошлого. Но прежде, чем продемонстрировать их собравшимся, он попытался разъяснить суть своих исследований.

Давно известно, что жидкость - превосходный носитель информации. Но жидких веществ - даже если они и были когда-то доставлены с Земли - не сохранилось. Позже удалось выяснить, что кристаллы, а также камни органического происхождения, такие, как привезенные первыми переселенцами янтарь, жемчуг, кораллы, также обладали способностью "помнить". Находясь в биополе человека, они аккумулировали его, таким образом, накапливая информацию об обладателе, и чем дольше они были рядом с человеком - тем больше было о нем информации. К сожалению, невозможно восстановить последовательность запечатленных камнем моментов жизни. Обрывочность, множественность наслоений засоряла память компьютеров, и часто приводила к отказу хроновосстанавливающей аппаратуры. Никогда раньше не удавалось увидеть целостные картины. Такэити стал первым, кому удалось воссоздать целые эпизоды из жизни древних землян, и даже услышать их разговоры.

- Вы побываете в городах и селениях Земли, в жилищах землян, в горах, где они разыскивали свои минералы. Вы услышите их громкую, эмоциональную речь. Надеюсь, наши электронные переводчики расшифровали и перевели ее правильно. Лучше всего поддавались расшифровке те ситуации, при которых человек или люди, находящиеся рядом с камнем, испытывали высокую эмоциональную напряженность. В одной из картин нам удалось почти полностью восстановить разговор двух землян, только потому, что эмоции человека, в данном случае, мальчика, достигли высочайшего накала. Для описания подобного состояния у землян было специальное слово - "горе". Мне было трудно понять, - я не уверен, что до конца понял, - возникшую ситуацию. Как мне кажется, причиной сильнейшего всплеска отрицательных эмоций послужил совершенно необъяснимый, с нашей точки зрения, инцидент - ссора с матерью из-за коллекции камней. Мальчик, непонятно почему, не желал с ней расставаться.

- Что же здесь непонятного? - спросила одна из молодых женщин. - Привязанность землян к вещам общеизвестна. И ссоры в их жизни были делом обычным. Удивительно, но они ссорились даже с теми, кому были обязаны своим появлением на свет...

- Да, для землян обладание вещами имело огромное значение, - согласился Чен Айрон, синтезирующий системы очищения Планеты. - Вещи имели власть и над жителями Планеты на первых порах ее освоения. Вспомните, как ценились у первых переселенцев машины и аппаратура, привезенные с Земли ... пока они не обнаружили синтезирующие смолы.

- Тогда они поняли, что все необходимое можно создавать, можно сказать, из ничего...- подхватила женщина. Кажется, ее звали Фирюза, ботаник из Тропических Поселений.

- Это они считали, что из "ничего", - уточнил Чен. - Научившись пользоваться смолами, они, тем не менее, еще целое столетие не могли понять законов синтеза. Это сейчас кажется так просто - разложить имеющийся везде в изобилии материал на атомы и синтезировать из них все, что необходимо, вместо того, чтобы искать новое сырье, перерабатывать его сложными, трудоемкими методами, чтобы получить громоздкие и малоэффективные машины, которые, в свою очередь, должны были производить для человека необходимые предметы, продукты... Первые поселенцы этого не знали. Как и земляне, чьи города - во всяком случае, на момент отлета кораблей на Планету, - были заполнены отходами производства, поскольку они не в силах были ни ликвидировать, ни каким-то образом использовать отходы своей жизнедеятельности.

- Неудивительно, что они стали покидать Землю, - заметил кто-то из молодых.

Старики, как всегда, молчали.

Их было пятеро в Комитете по Наследию, и самому младшему было, по меньшей мере, полтораста лет. В таком возрасте следовало хорошо подумать, прежде чем открывать рот.

- Давайте посмотрим, как они жили. - Такэити оглядел аудиторию. - Хочу предупредить о высокой напряженности биополя живых картин. Эмоции часто отрицательные, их воздействие на психику не изучено, поэтому тем, кто не знает, как их переносит, лучше пройти в соседний зал и смотреть через защитный экран. Мы же сейчас окажемся прямо в жилище мальчика.



Хотя он видел все не раз в процессе восстановления картины, просмотр сказался и на нем - он отчетливо ощущал, как бьется сердце. Он с трудом подбирал слова, комментируя картины. Необычное состояние. В то же время, каждый новый просмотр приносил много новых мыслей.

Старики перенесли просмотр спокойно. Сидели с равнодушным видом и, как всегда, молча выслушали его осторожное предположение о необходимости как отрицательных, так и сверхсильных, положительных эмоций для нормальной жизнедеятельности организма... любого живого организма.

- Животные, населяющие Планету, остались такими, какими их застали первые переселенцы. Те, что живут в Северных Заповедниках, все так же агрессивны и питаются более мелкими животными других видов, и - количество их увеличивается с каждым годом, деторождение на прежнем уровне. Моря по-прежнему полны рыбы, что свидетельствует об успешном размножении. - Он оглядел ничего не выражающие, неподвижные лица собравшихся. - Может быть, это звучит странно, но я почти уверен, что исчезновение, так называемых, крайних проявлений чувств и есть причина падения рождаемости. Благодаря изменениям, происшедшим в нашей психике со времен первых колонистов, жизнь на Планете стала стабильнее и комфортнее, чем она была на Земле или в колонии первых поселенцев. Земляне варварски обращались с окружающей средой, ради удовольствия убивали животных, могли убить даже себе подобных! У них были неуемные аппетиты, дикие желания. Возможно, что их цивилизация уже исчезла из-за раздирающих психику страстей ... Жители Планеты научились жить в гармонии с окружающим миром. Но - прошу вашего внимания - вместе с утратой состояния "горе", исчезло и понятие "счастье", избавившись от тяжелого психического состояния, известного под названием "ненависть", мы утратили и то, что чрезвычайно высоко ценилось среди землян и первых поселенцев... я имею в виду "любовь".

- Крайности чужды разуму. Только разум способен создать высокоразвитую цивилизацию, - сказала Фирюза.

Она была самой молодой среди собравшихся, и еще не умела хранить молчание. Что думают старейшины? Неожиданно Такэити поймал себя на мысли, что они уже неспособны ни к каким умственным усилиям, и тут же устыдился своего предположения. Но согласны ли они хотя бы частично с высказанными заключениями или для них такое предположение звучит кощунственно? Всю свою долгую жизнь они положили на сохранение всего живого и неживого мира в том состоянии, в каком они получили его от предков. Но если не принимать никаких мер, жизнь на Планете угаснет. Так что все исследования, в том числе и его, Такэити Тацуо, исследования и эксперименты оправданы, даже если и противоречат принципам Комитета по Наследию, девиз которого: спокойствие превыше всего.

Он так и не получил ответа.

Согласно традиции, старцы первыми покинули Центр, не произнеся ни слова. За ними стали улетать и другие. Впрочем, так было на всех конференциях. Каждому участнику требовалось время, чтобы тщательно обдумать новую информацию, прежде чем высказать свои мысли по обсуждаемому вопросу. Ответ обычно приходил по почте. Через месяц или два. Считалось неприличным отвечать сразу. Это указывало на неуважение к докладчику. Кроме того, могло привести к ошибкам в принятии окончательного решения. Думать следовало долго, обстоятельно взвешивая все за и против.

Такэити отправился обедать. Без аппетита он жевал свой брюллак, запивая соком из дерева ох, и размышляя, правильно ли поступил, высказав открыто свои предположения. Они могли быть ошибочны и тогда ему, без сомнений, придется оставить эту работу. Все будут ждать этого - ведь он ввел в заблуждение сообщество! А он так привык к общению с вещами, принадлежавшими далекому прошлому. Он ощущал удивительное, живительное воздействие биополей своих предков. Даже если они были отрицательными. С этим нелегко будет расстаться. И это странно и ново - испытывать... сожаление, кажется так называлось это ощущение? Ему нелегко будет расстаться и с этим Центром, где он провел десять лет. Разумеется, ему нужно создать семью. Он вспомнил блестящие раскосые глаза Фирюзы и улыбнулся. Он никогда не бывал в Тропических Поселениях. Нужно будет посмотреть, где они находятся и какой там климат. Может быть, там совсем неплохо... Но тогда не будет больше этих удивительных звездных вечеров. Там, в долинах, звезды не видны. А Такэити, похоже, уже не может обходиться без них.

Внезапно зажегся экран связи и ассистент попросил его срочно пройти в зал просмотров. Недоумевая, почему Хэлл не сообщил о причине вызова, Такэити поспешил вернуться.




4.

- Ты проделал большую работу. Может быть, ты на пороге истины. И я, кажется, могу немного помочь.

В зале было пусто и темно - неудивительно, что Такэити не сразу заметил сидящего у стены старика. Это был Мариакату с Дальнего Континента. Никто никогда не слышал его голоса. Да и редко кто видел - он почти не покидал своего дома. Он был самым старым в Комитете по Наследию и самым молчаливым среди всегда молчащих стариков.

- Я хочу сообщить один - известный всем Старейшинам - факт. Скорее всего, ни один из них не подозревает, насколько он важен. Я сам понял это только сейчас, после просмотра.

Мариакату надолго замолчал, словно собираясь с мыслями, а потом медленно продолжил:

- Земли Планеты, ее флора и фауна осваивались землянами в течение почти трех столетий. Самые первые переселенцы, прилетев сюда, на первых порах не рисковали употреблять в пищу то, чего не ели на Земле. И не без оснований: несколько животных, с большим трудом доставленных, погибли, попробовав голубую траву, которая абсолютно безвредна для травоядных животных Планеты. Люди также привезли с собой семена разных растений, но первые посевы были погублены ядовитыми ветрами. Тогда их еще не умели усмирять. Оставались только теплицы кораблей, кормившие людей во время долгого перелета - только они давали безопасную пищу. Скоро ее стало не хватать. Через год после прибытия первых восьми кораблей, а возможно и раньше, среди людей начинаются волнения.

- Все это известно из школьного курса истории, - мягко напомнил Такэити.

Мариакату продолжал, не обратив никакого внимания на эти слова.

- Руководство экспедиции было напугано ссорами между людьми, и решилось пустить в ход препараты подавления агрессивного состояния и нежелательных эмоций. Они имелись на каждом космическом корабле. Но их, как известно из источников Центра Межпланетных Полетов, не рекомендовалось употреблять более одного месяца, поскольку никто, включая врачей, не имел сведений о последствиях их длительного применения. Никто не знал, кроме командиров кораблей и нескольких врачей, как долго использовались эти препараты на Планете, чтобы успокоить волнения. Возможно, не одно десятилетие. Их давали каждому под видом витаминов и повышающих иммунитет добавок к питанию. Вы хотите сказать, что вырождение это результат...

Голос старика звучал все так же тускло и невыразительно:

- Я сообщаю факты.

Такэити оглядел зал. Когда-то в этом здании работало более трехсот человек, а сейчас здесь только он с тремя помощниками. Когда-то здесь был Центр Космической Связи, а неподалеку находился самый крупный на Планете космодром, сейчас он зарастает молодым лесом. За последние сто лет ни один корабль не покинул пределы Планеты. Сворачивались всякие исследования и на самой Планете. Сворачивалась сама цивилизация, процветающая каких-то триста лет назад.

- Я только сообщаю факты, - повторил Мариакату. - Вполне возможно. лекарственные добавки были безвредными. Нет доказательств, что снижение рождаемости - результат употребления тех лекарств. Может быть, они были даже полезными, поскольку помогли найти выход из трудного положения, в какое попала колония. Возможно, они способствовали росту интеллекта, освободив человека от давления агрессивных чувств и стремления к неоправданному риску. Вероятно, тогда это был единственный выход уберечь поселения от разбойных нападений друг на друга. Люди приложили все усилия, чтобы освоить новый мир. Только разум способен вывести человека из любого тупика, но когда люди во власти чувств - разум бессилен.

Такэити почувствовал странное стеснение в груди - совершенно незнакомое чувство мешало ему правильно и ритмично вдыхать воздух. Ему остро, как никогда раньше, захотелось выйти на террасу и увидеть звезды. Но до времени звезд было еще далеко.

Вот она, разгадка!

Стремление к спокойной, размеренной жизни... Все стали благоразумными. Очень благоразумными и очень осторожными. Прекратились всякие исследования и полеты к соседней планете. Ни одного важного открытия, кроме открытия законов синтеза. Но и оно было сделано первыми поселенцами. Синтезировались лишь машины, созданные землянами, тиражировались их орудия труда - все, что доставили сюда первые космические корабли.

Как он раньше не думал об этом?

- За шесть столетий - ни одного кардинального открытия... - почти прошептал он, но старик услышал.

- Открытия? Зачем? На Планете у каждого есть все, необходимое для нормальной жизни. Разве благоразумие и спокойствие не важнее всех технических открытий?

- Но у благоразумия и спокойствия есть обратная сторона... - Никогда раньше Такэити не спорил со старшим по возрасту, но сейчас он почему-то не мог молчать. - Когда все есть, человек ничего не желает. Тихо и спокойно он живет одним днем, не думая о прошлом и не заботясь о будущем. Будущее - это дети... А дети - это всегда беспокойство. Но никто не желает себе беспокойства на этой Планете...и мало кто желает иметь детей.

- У тебя есть дети? - спросил Мариакату.

- Нет.

- Как же можешь ты осуждать других? - усмехнулся старик. - Но ты прав в том, что дети - большое беспокойство. Я это хорошо знаю... Моя прабабка была врачом в последней из экспедиций. Она не принимала никаких лекарств. У нее было пятеро детей. Мой отец имел семь братьев и трех сестер. У меня было шестеро... К сожалению, я не смог сохранить жизнь им всем. Я потерял двоих - они были очень беспокойными...- Мариакату вновь замолчал на какое-то время. Казалось, он устал от этого, слишком долгого для него, разговора. - Еще я хотел сказать о твоих картинах. Никто до тебя не делал ничего подобного, значит, ты сделал открытие. И ты правильно определил состояние мальчика в картине ссоры. Это действительно горе. Но такое чувство люди испытывают не от утраты вещей, а от потери близких. Похоже, что этот мальчик кого-то потерял.

Мариакату нажал кнопку передвижения на своем кресле и медленно вылетел из зала просмотров.

Почему старики никогда не прощаются?

Такэити вернулся на свое место и включил видеопроектор. Он хотел еще раз просмотреть последнюю картину - воссозданный им кусочек жизни древнего человека, выросшего на Земле и ставшего Главным геологом Первой экспедиции. Этот мальчик сохранил свою коллекцию и взял ее с собой на корабль, летевший к далекой неизвестной Планете. Скорее всего, этот тревожный эпизод с камнями был не единственным в его жизни. Наверное, ему пришлось пережить немало неблагоприятных моментов и в детстве и в юности, и они научили его идти навстречу неизвестному. Или источник его энергии, силы и одержимости в чем-то другом? Такэити представил мрак и бездну бесконечного пространства, разделяющего Землю и Планету, и содрогнулся. Ни один из его современников, ни один житель Планеты не смог бы сделать ничего подобного. Крохотные, беззащитные корабли землян устремлялись в Великий Космос в поисках... чего? Что заставляло их покидать Землю? Трудная экологическая ситуация, как утверждают ученые, или жажда новых знаний?

Как завороженный вслушивался он в непонятные слова древнего языка, вглядывался в лицо мальчика. Вот он, совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. Но они не могут коснуться друг друга. Их разделяет время. А соединяет, лежащий у мальчика на ладони, черный камень.

- Траурный камень гагат... - медленно произносит мальчик, пристально вглядываясь в отполированную поверхность.

- Траурный камень гагат... - повторяет Такэити странные слова чужого языка.




© Галина Грановская, 2003-2017.
© Сетевая Словесность, 2003-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Рабинович: Рассказы [Она взяла меня под руку, я почувствовал, как нежные мурашки побежали от ее пальчиков, я выпрямился, я все еще намного выше ее, она молчала - я даже испугался...] Любовь Шарий: Астрид Линдгрен и ее книга "равная целой жизни" [Меня бесконечно трогает ее жизнь на всех этапах - эта драма в молодости и то, как она трансформировала свое чувство вины, то, как она впитала в себя войну...] Марина Черноскутова: В округлой синеве стиха... (О книге Натальи Лясковской "Сильный ангел") [Книга, словно спираль, воронка, закрученная ветром, а каждое стихотворение - былинка одуванчика, попавшая в круговорот...] Дмитрий Близнюк: Тебе и апрелю [век мой, мальчишка, / давай присядем на берегу, / посмотрим - что же мы натворили? / и кто эти муаровые цифровые великаны?..] Джозеф Фазано: Стихотворения [Джозеф Фазано (Joseph Fasano) - американский поэт, лауреат и финалист различных литературных премий США, в том числе поэтической премии RATTLE 2008 года...] Николай Васильев: Дом, покосившийся к разуму (О книге Василия Филиппова "Карандашом зрачка") [Поэтика Василия Филиппова - это место поворота от магического ли, мистического - и в равной степени чувственного - начала поэзии, поднимающего душу на...] Александр М. Кобринский: Безъязыкий одуванчик [В зените солнце. Час полуденный. / Но город вымер. Нет людей. / Жара привязана к безлюдью / невыносимостью своей.] Георгий Жердев: В садах Поэзии [в садах / поэзии / и лютик / не сорняк]
Словесность