Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность


Читательский выбор 2004


Слишком слабый огонь


* tranquille
* сорок сороков
* angoisse
* луна стареет быстро...
* que faire?
* a livre ouvert
* головастиком тритоном...
* мурка не ходи
* к радости
* двести восемь дней ненужных...
 
* hiver
* faute de mieux
* айне кляйне (для л.)
* depayse
* cavamadame
* dedoublement
* in modo dubbio
* подбираешь слова как мальчишек...
* павломахия
* enfin


    tranquille

    в кармане старого пальто
    обрывком мантры обнаружив
    парижский список - что на ужин
    редис латук фромаж батон
    mon Djeu неужто было хуже?
    заплачешь сидя на полу
    в кладовке в запахе пачулей
    сен-жак не улочка а улей
    январский кофе на углу
    и то как в булочной заснули
    за ранним завтраком в тепле
    (Gainsbourg и влажные опилки)
    как два вора на пересылке
    и кофе стывший на столе
    хозяин грел потом с ухмылкой
    на новый не было монет
    их и теперь немногим больше
    пальто мне продал барахольщик
    пальто одно другого нет

    авось не сносится подольше

    _^_




    сорок сороков

    как выемка в помпейской лаве твое отсутствие и в нем
    едва нашариваю днем то что вчерашний жар расплавил
    виват ночные антраша покуда кожа золотится
    золой и брызгает водицей живой недаром не спеша
    венчаю голого на царство забыв целительную спесь
    а ты присутствуешь не весь и в этом видится коварство
    зацветший дом скрипящий пруд в нем древоточцы и дриады
    они тебе как дети рады а ты присутствуешь не тут
    владей бессоница шалава пока владелец вдалеке
    он в парафиновом венке он презирает свойства лавы
    владей княжна твоя казна твои шепчу и шерсть и перья
    не до силлабики теперь мне и слабость авеля смешна
    прочти мне свой сорокоуст на сорок мучеников в марте
    виват комедиа дель арте где стол был яств а дом был пуст
    плесни отсутствующий тут за наши вычурные шашни
    за сетеченто жар вчерашний в глазницах нынешних баут

    _^_




    angoisse

    душа сторожит мое тело
    а душу болван сторожит
    живущий в пинакле на гребне расстроенной крыши
    я тоже я тоже хотела
    в пинакле готическом жить
    но в этом спектакле он главный и должен быть выше
    я ночью по лестнице этой
    ведущей наверх на чердак
    крадусь неизменно болвана врасплох заставая
    а после курю сигарету
    над телом и счастлива так
    как будто из плена выводит тропинка кривая
    проснувшись жалею болвана
    несу ему плюшки и мед
    и черные мысли свои извиняясь что рано
    а он не слезает с дивана
    он щурится нежно и пьет
    как свежую прану холодную воду из крана

    _^_




    * * *

    луна стареет быстро - на плече
    следы зубов и пятнышки на скулах
    пигментные ты спрашивал зачем
    мне на поляне два плетеных стула
    садись сюда не зажигай огня
    смотри как тьма обкусывает ловко
    дареный сыр в небесной мышеловке
    кто ставит их не спрашивай меня

    такая степень лунного родства
    такое жженье внутреннего тока
    что кажется я слышу как листва
    под лунным светом ежится - жестоко
    обходятся с луною - так и ты
    терпи как терпит грошик неразменный
    то убыванья ужас неизменный
    то неизменный ужас полноты

    _^_




    que faire?

    не отводя крыжовенных зрачков
    читаешь тихо список монотонный
    отстуканный на дачном ремингтоне
    лист экивоков и обиняков
    все про себя - как испокон веков
    мы к божествам читаем обращенья
    а я стою и плачу в три ручья
    нет! я стою и думаю в смущеньи
    вот это я? все это разве я?
    я вечно вру я в чай крошу печенье
    чего ты не выносишь боже мой
    а встреться бес (не мелкий не хромой)
    ложусь и с ним заради приключенья
    зачем тебе? иди себе домой
    пасти овечек с флейтой тростниковой
    нет! погоди прочти еще прочти
    прости мне сор и гонор бестолковый
    когда б я знала из стыда какого

    растет твой стебель высохший почти

    _^_




    a livre ouvert

    а помнишь у фроста:
    ты остров он остров
    так просто так остро
    хоть локоть грызи
    прохватит зюйд-остом
    от марса до ростры
    не хватит ли? землю
    не видно вблизи
    а остров твой дремлет
    в боспорской грязи
    бесспорною геммой

    а помнишь у пруста:
    мадленки без хруста
    надкусывать грустно
    макая в чаёк
    из липы безвкусной
    французский как устный
    зубрить? постепенно
    пока невдомек
    что церковь мадлены
    господний буёк
    из пробки настенной

    _^_




    * * *

    головастиком тритоном
    ухожу поглубже в ил
    в галицийские затоны
    в темень тисы монотонной
    в гул волынки телефонной
    под крулевскую попону
    где бы ты меня любил

    закарпатское мальфарство
    еж ворующий луну
    вшистко едно фарс и барство
    ах омела не лекарство
    сладко львовское коварство
    ухожу в такое царство
    где бы ты меня одну

    ввечеру не выпьем кавы
    из аптечных пузырьков
    то есть панские забавы
    мне попутчик мой картавый
    поднесет другой отравы
    тут и выйдет пот кровавый
    а виновник был таков

    _^_




    мурка не ходи

    как птицы что поверив апеллесу
    клевали нарисованные сливы
    (эфесское развоплощенье корма)
    я за пустым стволом не вижу леса
    и прикорнула у корней покорно
    жуя трамвайный выигрыш счастливый
    в аркане смерть не смысля ни бельмеса

    как рыбы что антония услышав
    (из падуи) прервали рыбьи речи
    и онемели на тысячелетье
    я не перечу вам а выше выше
    рука дриады сохнет ханской плетью
    где в прежней кроне хор и ор скворечий
    а также сыч что на подушке вышит

    _^_




    к радости

    у нас на полушку надежды
    любви на пятак серебром
    а можно я стану как прежде
    твоим моя радость ребром?
    дивина в отставке ундина
    на суше чтоб мне не пропасть
    прими меня в область грудины
    желательно в левую часть

    шальную как пуля походку
    прохладный как воля глоток
    сменяю в лабазе на водку
    на хлеб и на черный платок
    привыкну что пьется мне горько
    и в крошках моя простыня
    а ты поскользнувшись на горке
    возьмешь и сломаешь меня

    _^_




    * * *

    двести восемь дней ненужных до великого поста
    сто дерюжных восемь вьюжных ненадежных сто а там
    подмастерье неумелый живо крышку поднимай
    в гжельских перьях сине-белых из обжига выйдет май
    воскресеньем сыропустным подведет живот с утра
    сладкой луковицей хрустнет купол павла и петра
    вот тогда мы выйдем смело будет дело а пока
    здравствуй белая омела ни единого цветка

    доставай свое пальтишко обтрепались обшлага
    да гляди буянь не слишком надоешь своим богам
    раздирается завеса пальцы жжет чужой глагол
    подвези усталый кесарь за украденный обол
    пронесется по предместью не поймаешь не проси
    черных шахмат перекрестье на боку его такси
    нам пешком ему налево не потерпит шантрапы
    здравствуй нюрнбергская дева подставляй свои шипы

    _^_




    hiver

    дрянь камин-то
    слишком слабый огонь
    попробуй письма
    Arial Black еле тлеет
    стихи попробуй
    дымно
    попробуй счета

    за летний свет
    за летнюю воду
    еще еще еще
    да их целая пачка
    ни один не оплачен

    камин дрянь
    инь
    ян

    _^_




    faute de mieux

    обмануты сводкой погоды
    сойдете в лидо без пальто
    чудовище женского рода
    венеция с черного хода
    впускает своих кукловодов
    а вас не встречает никто

    пьеро на ходулях - на сваях
    домишки по горло в воде
    речных дожидаясь трамваев
    здесь мидии их обживают
    здесь медичи всем подливают
    а вам не подносят нигде

    гниет поднебесная свалка
    прикрыв треуголкой чуму
    в приливе как в старой качалке
    сантиссима дрыхнет вразвалку
    и всем ее бывшую жалко
    а вас вот не жаль никому

    в кофейне над чашкой остывшей
    где местные все в домино
    прислушайтесь - аква все выше
    вы знаете как она дышит
    вы тоже и старый и бывший
    и тоже идете на дно

    _^_




    айне кляйне (для л.)

        ...чада, глупые и неразумные; народ, с корнем вырванный, последней шкуры лишенный; серебро отверженное; просо рассыпанное; мехи порванные; ветошь скверная; смоковница проклятая;
        Евангелие от Филиппа 

    вот черновик условность дыра дырой
    можно глядеть на солнце как через копоть
    можно пустить на джойнты и по второй
    можно бы на растопку да он сырой
    можно ногой болтать или скажем топать
    без толку все иди поскреби закром
    что там на антресолях кляссеры сани
    мехом дырявым отверженным серебром
    вот черновик лежащий как куль с добром
    что при погроме спасали а сами сами

    _^_




    depayse

    как ртуть по кухонному полу
    сон разбегается - лови
    живой ожог ладонью голой
    осуществление глагола
    что прилагается к любви
    как кифаред к своей кифаре
    к ладони кесаря динарий
    убийство к спасу-на-крови

    и что вначале было словом
    забьется утренним уловом
    голубчиком русоголовым
    в силках из онемевших струн
    кося испуганной рябиной
    в какой там книге голубиной
    есть толкованье этих рун

    какой еще секрет не узнан
    тычинки венчики пыльца
    соединенье без союза
    за невозможностью лица

    _^_




    cavamadame

    поцелуи кон латте в оба виска
    восемь тридцать лувр риволи
    кто ты дурочка? я-то? дочь рыбака
    из виленской скудной земли
    так губами щурятся - бон суар
    вот же каин твоя печать
    отвечать не могу - во рту пожар
    но могу мигать и молчать
    каково тебе спустившись сюда
    подобрав чужой фигаро
    не меня дожидаться а дня суда
    безбилетный орфей в метро
    аз воздам сторицей а мне хула
    от распай до лувр риволи
    каково мне злиться во рту зола
    рассыпаюсь от конопли
    эвридикою ёжусь в чужих мехах
    дай мне руку - се данс макабр
    на дворе трава на траве аллах
    а в конце тоннеля декабрь

    _^_




    dedoublement

    напричитавшись с бедной лизой,
    отложишь книжку и - аминь.
    чужая комната эскизом
    той, прежней, чудится. богинь,
    что веретенце упустили,
    еще слышнее голоса.
    нет, показалось. пусто. силу
    прясть потеряли небеса.
    так власть свою теряет слово,
    где каждый слог перецелован.
    еще вишневей полоса
    на простынях у бедной лизы,
    погасишь лампу и - ни зги.
    и снег, что валится с карниза,
    ты принимаешь за шаги
    босые по полу гостиной
    простоволосых трех старух.
    звяк! веретенце упустили.
    нет, показалось. шкодит слух.
    сквозняк позвякивает шторой.
    который нынче день, который.
    один из двух. один из двух

    _^_




    in modo dubbio

    я боль за пазухой ношу и в уши ей дышу
    как спаниелю малышу как несмышленышу
    а надо б ей давать с руки абсент и анашу
    расти большая вопреки тому что я пишу
    ты познакомишься с гульбой мы с ней накоротке
    она моею головой играет в бильбоке
    мы подождем пока беду не сплавят по реке
    а подрастешь так поведу гулять на поводке
    тебе хозяйская кошма и лучшие куски
    валяй лишай меня ума сжимай мои виски
    вот так завяжем мы с нытьем бесплодным как пески
    и заживем с тобой вдвоем а значит по-людски

    _^_




    * * *

    подбираешь слова как мальчишек для школьного хора
    а они не поют и уйти норовят и ушли
    ловишь паузу ловишь как руку в пылу разговора
    воровскую в кармане - скользит ускользает - ужли
    остаются одни только знаки негодным дрекольем?
    ты мне шепчешь курсивом и плачешь петитом и врешь
    нонпарель за бесстыжий миньон выдавая - доколе
    цицеро будет нами владеть? а когда ты умрешь
    афродиту тебе принесу что на книдских монетках
    и оставлю одну за щекой и одну на трамвай
    мы недаром враги и при жизни ты целился метко
    отдавай мое сердце давай отдавай отдавай

    _^_




    павломахия

    что павлуша нынче плачешь
    все приелось толокном
    то ли в речку бросить мячик
    то ли девочку в окно
    на карниз ее поставить
    в фильдеперсовых чулках
    подтолкнуть ее перстами
    в спинку белую и - ах
    до свиданья фройляйн бетти
    do not bother do not ask
    дай вам боже наших встретить
    по дороге на дамаск
    вот лежит она сложившись
    пополам как дама треф
    а над ней горит оживший
    файер парковых дерев
    императорские шашни
    лютни башенки ключи
    бедный лютик день вчерашний
    не молчи же не молчи
    мидинетка дрянь хористка
    повернись на каблучке
    пресный привкус евхаристий
    на болтливом язычке
    полно бетти что стесняться
    удаляясь от земли
    нынче павел где же святцы
    мы запамятовали

    _^_




    enfin

    ад состоит из пустословья
    на четверть остальное гиль
    где слов больное поголовье
    пасется у чумных могил
    ад состоит из снисхожденья
    на четверть остальное мга
    где мы слепые от рожденья
    в корзинке возимся слуга
    четвертачок зажав в руке
    вот-вот снесет топить к реке
    и возвратится налегке

    _^_



© Лена Элтанг, 2004-2017.
© Сетевая Словесность, 2004-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сергей Сутулов-Катеринич: Наташкина серёжка (Невероятная, но правдивая история Любви земной и небесной) [Жизнь теперь, после твоего ухода, и не жизнь вовсе, а затянувшееся послесловие к Любви. Мне уготована участь пересказать предисловие, точнее аж три предисловия...] Алексей Смирнов: Рассказы [Игорю Павловичу не исполнилось и пятидесяти, но он уже был белый, как лунь. Стригся коротко, без малого под ноль, обнажая багровый шрам на левом виске...] Нина Сергеева: Точка возвращения [У неё есть манера: послать всё в свободный полёт. / Никого не стесняться, танцуя на улице утром. / Где не надо, на принцип идти, где опасно - на взлёт...] Мохсин Хамид. Выход: Запад [Мохсин Хамид (Mohsin Hamid) - пакистанский писатель. Его романы дважды были номинированы на Букеровскую премию, собрали более двадцати пяти наград и переведены...] Владимир Алейников: Меж озарений и невзгод [О двух выдающихся художниках - Владимире Яковлеве (1934-1998) и Игоре Ворошилове (1939-1989).] Владислав Пеньков: Эллада, Таласса, Эгейя [Жизнь прекрасна, как невеста / в подвенечном платье белом. / А чему есть в жизни место - / да кому какое дело!]
Словесность