Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность




ВОТ  ТАКАЯ  Я!



Я шла медленно, словно раздумывая над каждым шагом. Этой встречи я избегала почти две недели, и вот время пришло встретиться лицом к лицу со своим... Врагом? Да нет, просто с парнем, которому я нравилась. Но мне не нравился он, потому я бегала от него, как от огня, долгое время, пока он сам не нашел меня и твердым голосом не сказал, что мы должны встретиться. Я шла на эту встречу с тяжелым сердцем, потому что чувствовала вину за свое поведение, которое и дало ему надежду. А также вину, что придется говорить правду, которая его уж точно никак не обрадует.

Он появился в поле моего зрения: круглый, полный, почти без шеи. Ну, как его можно любить? Он может быть только хорошим другом или братом. В общем, он просто не для меня. Заметил и пошел навстречу. Тоже дружелюбно улыбаюсь, машу рукой. Подошел, поцеловал в щеку: "Привет, как дела?"

Далее идут общепринятые вопросы о здоровье мамы, о планах на лето и еще о разной чепухе. Говорю веками назад установленными ответами, и беседа протекает как по маслу. Потом приличия заканчиваются, разговор прерывается, мой собеседник устремляет взор на колокольню главного собора. Заинтересованная, стараюсь проследить его взгляд, но не нахожу ничего значительного, кроме двух голубей. Тогда он внезапно поворачивается ко мне и говорит:

- Карина, ты же знаешь, как я к тебе отношусь...

Многообещающее начало. Понимающе киваю, отводя глаза. Зато ты не знаешь, как к тебе отношусь я.

- Поэтому давай встречаться!

Господи, как у него все просто! Теперь моя очередь говорить.

- Ваня, помнишь, еще в самом начале нашего знакомства мы говорили, что парень с девушкой могут быть очень хорошими друзьями?

Он, видимо так и не припомнив такого разговора, все равно кивает в ожидании продолжения. Но я молчу, словно желая, чтобы он начал хоть о чем-то догадываться. Нет, он не догадывается. Поехали дальше.

- Так вот, мы как раз можем быть друзьями! Не обязательно встречаться...

- Карина, не бойся, мы и так будем друзьями! - восклицает он, утешая. - Если мы станем встречаться, то отношения у нас не испортятся!

- Нет, Ваня, ты меня не понял, - стараюсь остановить его, пока он не зашел слишком далеко.

- Понял, Карина, понял! Я знаю, многие девушки думают, что когда они начинают встречаться с парнями, то перестают быть с ними друзьями. Я понял, что ты не хочешь нарушать нашу дружбу, Карина!

Пялюсь на него, хлопая ресницами. Теперь я ничего не понимаю. О чем это он? Ваня продолжает нести что-то о дружбе и статистике, потом рассказывает какой-то анекдот и, наконец, замечает, что я уже десять минут как воды в рот набрала.

- Что-то случилось, Карина? - нежно обнимая за плечи, спрашивает он.

- Да! - вскакиваю со скамейки, пугая прохожих. - Ваня, - вздыхаю полной грудью, набирая терпения, - выслушай меня и не перебивай. Я с тобой встречаться не могу, потому что...

Меня останавливают его круглые растерянные глаза. Нельзя ему сейчас все выложить. Нельзя ему сказать, что из-за него я не могу с ним встречаться. Нельзя! Язык не поворачивается. Так, Карина, срочно придумывай что-нибудь совсем не связанное с ним, что-нибудь отдаленное.

- Потому что мы с тобой совершенно разные люди, - выдавливаю я, себя проклиная: ну, придумала!

- Ну и что? - удивленно спрашивает он. - Все люди разные.

- Да, разные, - падаю на скамейку со вздохом рядом. Я - гениальность, бесспорно: такую отмазку придумать, это ж сколько ума надо иметь! - Ваня, я люблю другого, - сказала так, как сообщает врач о кончине близких.

Он всполошился. Взял меня за руку, и я облегченно подумала: неужели поверил?

- Карина, почему же ты мне все сразу не сказала? Кто он?

Если б я знала!

- Я не могу тебе сказать, потому что это...тайна! - сделала большие глаза, придавая значимость словам.

- Тайна!? Понимаю, но кто же он? Или хотя бы скажи, почему такая скрытность? Любви не надо стыдиться, о ней надо кричать на каждом перекрестке, чтобы знали все! Ты понимаешь меня?

Я понимаю одно, что сейчас мне придется много и отчаянно врать.

- Если мы друзья, то расскажи мне все, Карина.

Ага, а потом ты будешь орать об этом на каждом углу - нет уж! Я покачала головой.

- Я поклялась, что не буду никому рассказывать.

- Но я никому не скажу, что ты нарушила свою клятву. Рассказывай.

А что я теряю? Ну, наплету ему сейчас что-нибудь, это ведь для его же блага. Вот ведь даже забыл, что предлагал мне встречаться.

- Ладно, но никому ни слова. Даже Оле.

- А она тоже не знает? Она твоя лучшая подружка!

- Видишь, какая у меня тайна! Поэтому обещай, что никому не расскажешь!

Конечно, он пообещал и приготовился слушать.

- Я должна была отказать тебе не только потому, что люблю другого, но и потому, что я встречаюсь с этим другим! Мы с ним встречаемся так, чтобы никто не знал.

Тут в его глазах отчетливо промелькнула мысль: "За кого меня здесь держат?". Я испугалась. Все, сейчас точно скажет, чтоб я ему мозги не пудрила и воду не лила. Он внимательно поглядел на меня, испуганную и пристыженную своей ложью.

- И кто он?

От моего ответа зависело практически все. Лихорадочно я перебирала всех наших общих друзей, и тут на глаза попала афиша фильма в кинотеатре "Призрак дома на холме".

- Это Призрак, - сказала я и поняла, как это глупо. Я пропала!

Ваня молчал, видимо, переваривая информацию. Следует объяснить, что Призрак - это прочно привязавшаяся кличка нашего реального общего друга. По имени его никто почти не называл. Я училась с ним в одной школе, а Ваня виделся с ним в танцевальном клубе. С каждой секундой мне казалось, что сейчас он пошлет меня куда подальше, обвинит во лжи или в чем-нибудь еще.

- Почему ты молчишь? - в отчаянии спросила я.

- Потому что, Карина, я думаю, как ему повезло.

Я замерла.

- Но почему вы встречаетесь тайно?

И воодушевлено я принялась объяснять ему.

- Вот видишь, ты, узнав, задаешь вопросы. Так и все остальные будут спрашивать, давать нам совсем ненужные советы, совать нос не в свои дела. А так никто не знает и какая прелесть! Мы не обнимаемся при всех, но от этого наша привязанность друг к другу не слабеет. Мы только выигрываем. Но когда мы наедине, то, - я запнулась, осознав, что меня занесло, - то все хорошо, - быстро закончила я.

- И давно вы встречаетесь?

- Да, уже...- но решила не запутывать дело, ограничившись многозначительным "давно".

Он молчал, а я радовалась, что все обошлось.

- Карина, если бы мы с тобой встречались, то никак не тайно! Об этом знали бы все. Потому что об этом должны знать все! Тайно! - фыркнул он. - Я не понимаю ни его, ни тебя, Карина! Честно скажу, не понимаю. Зачем эти игры? Какие-то детские игры! Но раз вы решили, то пусть так все и будет. Но ему повезло, Карина, повезло. Пока!

Он поднялся, махнул рукой и направился по аллее к остановке. Я провожала взглядом его полную фигуру и внезапно меня осенило. Господи, что же я натворила? Он же все равно кому-то да расскажет, и что тогда? А если это дойдет до Призрака? Мамочка, что я сделала!!



Хотя я и испытывала угрызения совести за то, что наврала Ване с три короба, но вместе с тем чувствовала некоторое удовлетворение. Ведь девушкам всегда приятно, когда им предлагают встречаться. Пусть это будет даже тот человек, которого они и близко к себе не подпустят, но все равно приятно. Таково женское тщеславие, и мое тщеславие в данном случае было удовлетворено.

Пару дней я сидела в укрытии, то есть дома. Ждала, пока все уляжется. И вроде все было тихо. Не было гневных звонков от Призрака и еще более гневных от Вани. Ну, думаю, пронесло. Так много врать я больше никогда не буду. Сыта я по горло тем волнением, которое наступает после каждого телефонного звонка.

Но тут, как гром среди ясного неба, однажды вечером раздался звонок.

- Карина, тебя к телефону! - послышался мамин крик.

- Хорошо, мам, я возьму у себя! Алло?

- Алло, Карина? Привет.

Сердце мое мигом ушло в пятки. Это Призрак!!

- Да это я, привет, - дрожу, как осиновый лист на ветру. - Как дела?

- Нормально...Мне тут Ваня звонил.

Молчит, ожидая моей реакции, а я зажмурила глаза и с большим удовольствием заткнула бы уши.

- Вот, - продолжал он, - ты мне кое-что не объяснишь?

- Да, - пискнула я.

- Расскажи мне подробней, кто с кем тайно встречается?

- Призрак, прости меня! - вскричала я. - Но у меня не было другого выхода! Я не хотела говорить этого, мне пришлось!

- Так, стоп, спокойно. Почему ты должна была сказать это?

- Ваня! Это все он! Он предложил мне встречаться, а я не знала, что ему ответить и...

- И ты сказала, что встречаешься со мной?

- Да, тайно встречаюсь.

- Тайно?

- Да тайно.

- Так тайно, что даже я не знаю?

- Ну, как ты не понимаешь! Если бы я сказала ему правду, то он бы обиделся, а так...

- Думаешь, он так не обиделся?

- А что он тебе говорил?

- Полчаса твердил, как мне повезло, потом я спросил его, в чем дело? Он ответил, что все знает. Я спросил, что знает? Он ответил, что я с тобой встречаюсь. Я долго его переспрашивал, что и как, но он успокоил меня, сказав, что понимает, что это тайна и никому не расскажет. Теперь, так как это твоя выдумка, Карина, объясни мне, пожалуйста, все еще раз. И помедленней, пожалуйста.

Я постаралась объяснить все как можно понятней.

Он замолчал.

- Ты сильно на меня злишься? - пристыжено спросила я.

- Карина, ты хоть понимаешь, что наделала?

- Да, - тихо ответила я.

- А мне кажется, что нет. Если он позвонил мне и все рассказал, то где уверенность, что он не позвонит еще кому-нибудь и тоже не расскажет?

- Он обещал, Призрак, - сказала я, сама в это не веря.

- Я тоже могу много чего пообещать, - пробормотал он.

Я ухватилась за его слова, как за спасительную соломинку.

- Тогда если он кому-то расскажет, и если этот кто-то спросит тебя о нас, то, пожалуйста, не говори, что это придумала я, что это неправда...

- Зачем, Карина?

- А что ты предлагаешь? - обиделась я. - Хорошо, можешь всем рассказывать, что это ложь, что Карина лгунья! А так мы бы смогли проверить, как быстро расходятся сплетни.

- Мне это не интересно, ты разве не понимаешь?

Я задумчиво произнесла:

- А мне интересно.

- Послушай меня, - у него заканчивалось терпение.

- Что, Призрак? Что? Можешь объяснить мне, что ты теряешь от того, если поддержишь мою...

Какое бы слово помягче подобрать? И это слово нашел он.

- Твою игру.

- Да, мою игру! Что ты теряешь?

- А что я получу?

Он еще ставит условия! Ладно, пусть. Главное, чтобы он был на моей стороне.

- Все, что угодно.

Это растяжимое понятие, поэтому можно легко отделаться.

- Конкретней, Карина.

Черт! Не знаю...

- Куда более конкретней, Призрак? Ты можешь получить всё, - делая ударение на последнее слово, сказала я.

Если он не поддастся, то я не знаю, как его еще убеждать.

- Ладно, - со вздохом ответил он, - соглашаюсь только потому, что у тебя закончились аргументы.

Да чтоб его! Откуда он знает?

- Это чувствуется по твоему голосу, Карина, - отвечал он.

- Что ж, мне абсолютно все равно, что ты читаешь мои мысли, главное, ты согласился! И все будет хорошо!

- Обязательно, - сказал он весело.

И меня это слегка насторожило.



Два дня прошли тихо. В танц-клубе никто не знал. Призрак не появлялся и не звонил, мне думалось, что он и вовсе обо всем забыл. В конце недели он все-таки пришел в клуб. Я заметила, как Ваня следит за нашим поведением, и подумала, что сейчас он во всем разуверится. Но по случайному стечению обстоятельств мы с Призраком вечно попадали в одни и те же команды, нас ставили в одну пару. Фортуна улыбалась мне. Ваня начинал верить. Призрак подыгрывал.

Однажды вечером, когда я уже собиралась уходить, меня задержала Алена. Взяв меня за руку, она сказала, что хочет поговорить, и попросила сразу не уходить. Заинтригованная, я осталась. Она усадила меня за стол, налила чай, достала печенье. Приготовления говорили, что разговор намечается продолжительный. Она села напротив, взяла в руки чашку с дымящимся чаем.

- Знаешь, я люблю тайны, - проговорила она, улыбаясь.

Я поняла, к чему она клонит. От кого узнала? Делаю вид, что не поняла намека.

- Я тоже люблю. Ты хочешь мне что-то рассказать? Я умею держать тайны.

А еще я умею их придумывать. Качает головой.

- Карина, мне Ваня рассказал...

- Ах, Ваня, - растягиваю губы в улыбке.

- А еще я говорила с Призраком.

Печенье застряло в горле.

- И что же он рассказал тебе? - и вновь самый невинный вид.

- Он рассказал мне о том, как вы решили встречаться.

- Серьезно?

- Да, это очень любопытная история.

- Да, очень! - улыбаюсь.

Что он ей наплел?

- Но одного я не поняла, Карина.

- Говори, Алена, я с радостью тебе объясню.

Да, я придумываю тайны, а потом их всем объясняю.

- Призрак сказал, что твоя бабушка продавала тогда контрабас...

Что?!

- Да, это было после того, как его дедушка продал свои барабаны там-там, - сгоряча выпалила я, - попроси, он с радостью расскажет тебе об этом.

- Обязательно! Так вот. Ты расклеивала объявления и... Что ж я тебе рассказываю? Ты и так все знаешь, поэтому не буду тебя утомлять. Сразу спрошу, мне просто интересно, каково это танцевать на столе?

Какие танцы на столе, к черту? Я убью его, клянусь, убью!

Видя мое обиженное лицо, Алена стала извиняться.

- Карина, я не хотела тебя обидеть. Понимаю, что ты тогда перебрала шампанского, радуясь, что бабушка наконец продала свой контрабас, но не обижайся на меня. Я просто очень скромная и меня всегда интересовали подобные вещи...

Я смотрела, как она отчитывается передо мной, и мне хотелось смеяться. Вот она, первая жертва сплетен. Но контрабас! Радость, что бабушка продала контрабас, это ж... Это какое больное воображение надо иметь, чтобы придумать такое! На такое Призрак способен! И убить его мало! Я улыбнулась. Теперь моя очередь.

- Ладно, Алена, я не обижаюсь. А каково это танцевать на столе, я не помню. Спроси лучше у Призрака. У него бабушка работала танцовщицей в кабаре, и вот что я тебе расскажу...

Никогда еще месть не приносила мне такого удовлетворения, как в тот момент.



Сразу ему звонить и орать не надо. Нужно подождать, когда до него дозвониться Алена. Вот тогда он будет приятно удивлен, и это будет похлеще, чем моя бабушка и ее контрабас!

Но прошел вечер, а за ним еще. Он не звонил. Я не звонила ему, хотя любопытство переполняло меня.

Мы увиделись опять в клубе. Причем увидели друг друга сразу. Молнии в глазах так и засверкали. Мы сблизились, молча кивнули и вышли в коридор. Потом спустились по лестнице вниз. Он шел впереди, я шла сзади. Наконец, он остановился и повернулся.

- Танцовщица кабаре? - воскликнул он.

- Продажа контрабаса? - ответила я ему.

- Барабаны там-там?

- Танцы на столе?

- У меня лысая бабушка? - он перешел на крик.

- Но почему контрабас? - я закричала тоже.

- Это уже было, - сказал он тихо.

- Неважно! - я продолжала кричать, получая разрядку. - Что за ерунду ты начал нести? Я просила тебя помочь мне, а не подкладывать мне свинью!

- Я не подкладывал тебе свинью, - ответил он невозмутимо.

- А контрабас - это что, по-твоему?

- Музыкальный инструмент.

Я яростно взмахнула в воздухе рукой, потому что не находила слов от злости, скопившейся внутри меня.

- Не переходи на рукоприкладство! - он отшагнул от меня.

- Почему это?

Сейчас мне было море по колено.

- Я все равно сильней тебя.

Боже, как ты допустил, что он выше и сильней меня?

- Как я тебя ненавижу! - крикнула я изо всех сил.

Ну, хоть кричу я громче него.

- Я не буду соревноваться с тобой в крике, Карина, хотя ты только этого и ждешь.

Я безмолвно повисла на перилах.

- Обещай, что больше не будет никаких контрабасов, ни бабушек, ни танцев! - слабо проговорила я.

- Хорошо, контрабасов не будет.

- Призрак, не будет ни виолончелей, ни тромбонов, ни что там еще может придумать твое больное воображение.

- У меня не больное воображение, - оскорблено произнес он. - Просто оно лучше, чем у тебя.

Я схватилась за перила, стиснув зубы.

- Ладно, - процедила я, - думай, что хочешь.

Я-то знаю, что не лучше!



Само собой, наша милая Алена, почувствовав себя ужасно важной от переполнявших ее тайных знаний, долго молчать не могла. Знать - хорошо, но еще лучше, когда знают и все остальные. Причем, знают от тебя. Тайны существуют для того, чтобы переставать быть тайнами. Алена мужественно держалась почти неделю. Следила за нами и горько осознавала, что только она в курсе всего происходящего, отчего ей становилось еще труднее. С каждым днем ее все сильней одолевало желание с кем-то все обсудить. И с учетом своего тяжелого положения Алена не нашла ничего плохого в том, что рассказала все подруге Кристине. Бесспорно, ей сразу полегчало от этого. Но пришло время помучаться Кристине, с которой тоже было взято слово о неразглашении секрета. Ей хотелось поговорить еще с кем-то, кроме Алены, и она поговорила с Ириной, Ваниной сестрой. Ирина ничего плохого не сделала бы, поговорив с братом, но поскольку он уже обладал той же информацией, что и она, то, слегка приукрасив историю про контрабас, она передала ее Мише, своему парню. Миша, который был красивым мальчиком и встречался не с одной Ириной, рассказал все, добавив захватывающих подробностей в стиле боевиков, Валерии, которая училась в одной школе вместе со мной и Призраком. Валерия, удивленная тем, что в школе никто об этом даже не подозревает, собрала лучших сплетниц и пересказала им всю историю, украшенную Мишиными боевыми приемами и Ириниными романтическими подвигами. Вскоре все от мала до велика знали о наших "тайных" свиданиях. Какая-то фифочка рассказала об этом и Оле, которая, кстати, ужасно обидчива. Услышав это, она мгновенно надулась и побежала требовать у меня объяснений. И нашла быстрей, чем я успела подумать о том, что надо бы просветить ее.

Оля встала передо мной, широко расставив ноги, глядя прямо в глаза.

- Ты не хочешь мне ничего рассказать?

Весь ее вид говорил о том, как она на меня зла. Но у меня было хорошее настроение, и я решила с ней немножко пошутить.

- Нет, о чем?

- Ах, не хочешь...Тогда ладно, - постаралась сказать она безразлично. И это у нее получилось.

Она развернулась и зашагала прочь.

- Оля, подожди!

Зря я кричала ей вслед. Видимо, она не поняла моей шутки. Да, скорее всего. Что же делать? Я побежала к Призраку. Надеюсь, его воображение что-нибудь подскажет.

Он сидел в окружении своих друзей и вовсе не обрадовался, увидев меня. Он расширил глаза, стараясь показать, чтобы я к нему не подходила. Но из-за Олиной обиды на меня напало такое отчаяние, что я твердо подошла к нему. Один парень, о чем-то оживленно рассказываыший, смолк. Они с любопытством глядели на меня, а Призрак закрыл глаза ладонью.

- Призрак, - меня вдруг одолела нерешительность: все-таки не нужно было этого делать! - можно с тобой поговорить?

Услышал ли он мольбу в моем голосе, не знаю, главное, что он кивнул головой и покорно пошел за мной. Странно, что он так быстро согласился. Мы вышли из здания школы, я хотела сесть на скамейку рядом с входом, но Призрак потащил меня дальше. Мы обошли школу, и там он нашел какую-то совсем отдаленную скамейку, на которой была всего одна доска. Сели. Господи, что же он молчит? На меня это действует! И главное, что я хотела поговорить, а теперь сама не могу произнести ни слова! Черт!

- Призрак...

Первое слово всегда трудно дается, а дальше все само пойдет. Но дальше никак не шло. Он смотрел на куст, а я кусала губы.

- Да не молчи же ты! - не выдержала я.

Но он ничего не ответил. Мне не подменили Призрака? Что же это он никак не возразил мне? Я посмотрела на него, а он - на меня.

Все произошло сразу.

- Ты понимаешь, что нам нельзя видеться вместе?

- Что ты молчишь?

Мы сказали это хором. Я захотела засмеяться, но он даже не улыбнулся. Я тоже стала серьезной и участливо спросила:

- Почему нам нельзя видеться?

Он издал непонятный звук.

- Ты уже забыла, да?

- Вроде ничего, запрещающего нам видеться, я не припомню.

- Мы же встречаемся!

Ах, он об этом!

- Но мы встречаемся тайно! - попыталась я успокоить его.

- Встречались! - закричал он. - Теперь об этом знают все! Это уже не тайна!

- И что из этого? - я честно его не понимала.

- А то, что сейчас все только об этом и говорят. Это теперь новость номер один! Карина, ты еще глупее поступила, когда подошла ко мне и сказала, что хочешь поговорить! И это как раз тогда, когда все стало понемногу стихать. Сейчас все пойдет заново, понимаешь?

- Ну, пойдет! - вскричала я. Как он не понимает, что я сейчас чувствую, что мне плохо! - Мне плевать, будут ли они сплетничать от того, что я заговорила с тобой! Не всю жизнь же оглядываться и испуганно думать о том, что скажут другие! Главное, мы знаем, что это не так!

- Неправильно, Карина. Надо всегда думать об окружающих...

- Нет, не нужно! Это без толку, потому что они не думают о нас.

- Мы перешли на философию, - сказал он, отводя глаза.

Мы замолчали. Опять!

- Карина, слишком много сплетен. Я должен вернуться.

Что?! Он встал, пользуясь тем, что я ошарашено пялюсь на него, не в силах что-либо сказать, и действительно ушел.

Господи, что творится в этом мире? На меня совершенно безосновательно дуется моя лучшая подруга, я не могу ни с кем поговорить, не могу никому доказать правду, а тот, кто мог бы мне помочь советом, боится сплетен! Я закрыла глаза. Так я не вижу этот мир, а значит, не вижу и проблем. Все хорошо, я абсолютно спокойна. О, черт, что же делать? Нет, медитация не помогает.

Все бессмысленно. Я должна дать понять всем, что не встречаюсь с Призраком, что ничего нет! Как? Бандит, который хочет сбить с толку ищейку, топчется на одном и том же месте, крутится вокруг и залезает на деревья. По крайней мере, так поступают воры в фильмах. Мне предстояла задача посложней. Сбить с толку десятки сплетниц.

Наверное, прежде всего мне нужно выбрать подсадную утку или того, с кем можно начать встречаться открыто. И это оказалось трудней, чем я думала! Тогда я встречалась "тайно", да и Призрак был как-никак знакомым человеком, а тут... У меня опускались руки. Сидя на школьном дворе, я записала в блокнот все возможные кандидатуры и насчитала их... две. Огромный выбор, ничего не скажешь! С первым я была немного знакома, второй водился с Призраком. После нескольких разговоров и с тем, и с другим я поняла, что они мне оба противны. Мой план с треском провалился.

Я перестала ходить в клуб. Там тоже все знали. Иногда я встречала каких-нибудь завсегдатаев, и после нескольких вопросов они обязательно спрашивали, как Призрак, потому что он, как и я, не посещал клуб. Я бесилась от этого. Если б я хоть действительно встречалась с ним! А так даже обидно. У меня появились даже завистники, вернее завистницы.

Одним утром я проспала школьный автобус и поехала на маршрутке. Я отвлеклась, глядя в окно. И там заметила девушку, показавшуюся мне знакомой. Девушка на бегу стала махать рукой, чтобы остановить маршрутку. Водитель увидел и остановился. Она перескочила три ступени, отделявших ее от маршрутки, влетела в открытые водителем двери, прокричала "Спасибо!", ударила руку при входе и приземлилась на сиденье рядом со мной. Быстро заплатила, а затем пристально взглянула на меня. Что она хочет? Я отвернулась к окну, а она, хмыкнув, посмотрела в другую сторону. Но вскоре опять покосилась на меня. Да что такое?

- Ты ведь учишься со мной в одной школе, верно? - спросила она.

Так вот где я видела ее!

- Да, точно, - облегченно воскликнула я.

Но что она так на меня пялится?

- Извини, конечно, может, это некорректный вопрос, но это ты встречаешься с Призраком, да?

И эта туда же! Да что, больше не о чем поговорить?!

- Да, я, - ответила я, отворачиваясь вновь к окну.

С ней неинтересно разговаривать. Такая же, как все.

- Ты что, не рада этому?

Что она городит?

- Я не понимаю, о чем ты?

- Я говорю, тебе нравится, что ты встречаешься с ним?

И что мне отвечать на это? Я не знаю! Нравится, не нравится! Учитывая наше положение, это совершенно бестолковый вопрос.

- Ты можешь не отвечать, - сказала она, видя, что я не спешу с ответом.

- Спасибо, - в своих чувствах я была искренна.

Мы замолчали, потому что, видимо, больше нам обсуждать было нечего. Но меня вдруг так сильно потянуло рассказать ей всю правду, что я, с трудом сдерживаясь, стала считать мелькавшие столбы. Сразу сбилась, не досчитав и до десяти.

Я же хочу, чтобы все узнали, что я не встречаюсь с ним, так? Тогда какого черта я молчу? Ага, и как ей начать рассказывать? Мне всегда трудно начинать, вот если б она еще что-нибудь спросила...

- У нас все девчонки в классе только о тебе и говорят, - внезапно задумчиво сказала она.

- Правда?

Какая новость! А я-то не знала, о чем вы шепчетесь на уроках!

- Но я не понимаю их. Зачем они лезут в чужие отношения?

Господи, неужели?

- Слушай, хочешь помочь мне? - спросила я.

Доверчивость к этой худой стройной девушке неожиданно заполнила мое сердце.

- Конечно, чем смогу.

- Сможешь, - и я рассказала ей все: от начала и до нашей ссоры.

- Ух, ты! - она изумленно посмотрела на меня. - Классно! Вот живешь скучно, а тут! И что, никто не догадывается?

- Нет. Что посоветуешь?

- Клин клином вышибают, - загадочно улыбнулась она.

- В смысле?

- Я помогу тебе. Для каждой девчонки в нашем классе я придумаю романтическую историю, в которой ты будешь встречаться с разными мальчишками. Если они захотят обсудить это между собой, то просто собьются с толку, а потом поймут, что все это лапша, в том числе и с Призраком. Вот так! - торжествующе воскликнула она.

- Так просто? - удивилась я.

- Да, много ли им надо?

Я захохотала. Сразу как-то полегчало.

- Слушай, а как тебя зовут-то? - спросила я.

- Аня, а тебя Карина, да?

- Да.

Мы быстро подружились. Я действительно полюбила ее, она стала тем человеком, которому я могла все рассказать. Может не сразу, но потом, когда все страсти улягутся, я обязательно рассказывала ей все, что пережила, все, что мне понравилось и нет. Она была решительнее меня, задорнее и рискованнее. По сути, если приглядеться, мы были разные по характеру, но на первый взгляд казались одинаковыми. С ней мне было легко.

Да, они действительно поверили. Все единодушно, как прежде, решили, что это лапша, и трехметровыми вилками стали стаскивать ее с ушей. Они издевались сами над собой. Те прыткие, что яростно вопили о правдоподобности наших сказок, были поставлены на место, и их вопли стали затихать. Оля постепенно меня простила, но никак не могла смириться с тем, что я больше времени проводила с Аней. Меня это не волновало. У меня была теперь Аня, которая помогала во всем. Но с Призраком мне пришлось разговаривать самой.

Он не глядел на меня, я срывала кору с веточки, вертя ее в руках.

- И что? - спросил он.

- Ничего. Никто больше не верит. Всё закончилось, все забыли. Ты этого хотел?

- Да, кому мы обязаны этим?

- Моей новой подружке.

Я познакомила их. После этого Призрак разговаривал с ней и со мной - о ней. Аня, конечно, заметила это и поделилась со мной:

- Мне он тоже, признаюсь, немножко нравится, но у него такая звездянка из-за того, что за ним бегают девчонки!

- Он такой.

- А я вот такая. И вместе мы быть не можем.

- Почему?

Она засмеялась.

- Ты такая и я такая, а он такой! Потому и не можем.

- А я тоже не могу, потому что я вот такая?

- Кто знает, - хитро улыбнулась она. - Я знаю одно, что если ты чего-то захочешь, то обязательно получишь.

- Будем надеяться.

Дни бежали. Наступила весна, а с ней и последние школьные дни. Однажды она подошла ко мне, взяла за руку, потом притянула к себе и крепко, словно в последний раз, обняла.

- Что случилось? - удивилась я такому приливу нежности.

Она опустила глаза, потом подняла их, невероятно большие и блестящие.

- Мы уезжаем. Всей семьей. В Англию. Навсегда...

Что было дальше, я плохо помню. Очнулась в аэропорту. Аня, с большим чемоданом, букетом полевых цветов и плеером, стояла уже за красной линией и махала мне рукой, ослепительно улыбаясь. Я тоже махала, что-то при этом выкрикивая. Мой голос сорвался, диспетчер стала объявлять последние минуты посадки. Аня крикнула:

- Все будет! - и побежала к самолету.

Однажды мама мне говорила, что очень глупо в моменты расставания плакать, теряешь драгоценные минуты попусту. Я не проронила ни слезинки, пока она была рядом. На мои плечи опустилась рука, я увидела Призрака. И разрыдалась, уткнувшись в его плечо. Почему? Кто меня будет выслушивать так же, как она? Кому я смогу доверять как ей? Я плакала с новой силой, и совершенно бесполезно было утешать меня в этот момент. Я хотела плакать, потому что другого выхода не находила. Другой такой не будет. Призрак обнял меня. - Я тебя понимаю.

Я вырвалась. К черту! Меня никто сейчас не понимает. Меня понимает только она. "Если ты захочешь, у тебя все будет". Но я хочу видеть ее, а этого не будет! Я глянула на потерянного Призрака. Жаль его. Я подошла и обняла его. Мы оба нуждались сейчас в поддержке. Слез больше не было. Я с искренней радостью, к которой примешивалась и горечь, осознавала, что где-то она начнет жить лучшей жизнью. Будет жить жизнью, непохожей на эту, лучше, хотя сначала и труднее. Ну и пусть сумбур в голове и в мыслях, главное - ясен смысл, потому что вот такая я...


Кишинев, 7 августа, 2001.  




© Екатерина Бурлак, 2001-2017.
© Сетевая Словесность, 2001-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Можно [Мрак сомкнулся, едва собравшиеся успели увидеть взметнувшийся серый дым. Змеиное шипение прозвучало, как акустический аналог отточия или красной строки...] Виктор Хатеновский: День протрезвел от нашествия сплетен [День протрезвел от нашествия сплетен. / Сдуру расторгнув контракт с ремеслом, / Ты, словно мышь подзаборная, беден. / Дом твой давно предназначен...] Владимир Алейников: Скифское письмо [Живы скифы! - не мы растворились, / Не в петле наших рек удавились - / Мы возвысились там, где явились, / И не прах наш развеян, а круг...] Татьяна Костандогло: Стихотворения [Мелодия забытых сновидений / За мной уже не бродит по пятам, / Дождь отрезвел, причудливые тени / На голых ветках пляшут по утрам...] Айдар Сахибзадинов: Детские слезы: и У обочины вечности: Рассказы [Мы глубоко понимаем друг друга. И начинаем плакать. Слезы горькие, непритворные. О глубоком и непонятном, возможно, о жизни и смерти, о тех, кто никогда...] Полифония или всеядность? / Полифоничная среда / По ту сторону мостов [Презентация седьмого выпуска альманаха "Среда" в Санкт-Петербурге 4-5 марта 2017 г.] Татьяна Вольтская: Стихотворения [И когда слово повернется, как ключик, / Заводное сердце запрыгает - скок-поскок, / Посмотри внимательно - это пространство глючит / Серым волком...] Татьяна Парсанова: Стихотворения [Когда с тебя сдерут седьмую шкуру, / Когда в душе мятущейся - ни зги; / Знай - там ты должен лечь на амбразуру, / А здесь - тебе прощают все долги...]
Словесность