Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



Закон преображенья...

*Есть горестный закон преображенья...  *Под спудом горя и невзгод... 
*Едва сознание коснётся...  *Иеговы Угрюм-река... 
*Ты – это я, молчание моё...  *Возле города ночью у ели... 
*Рыдай, душа, рыдай, мой друг...  *Пусть раб чудовищный в меня... 
*Так умолкают шёпоты и крики...  *Как деньги не предмет для хвастовства... 
*О, боги гнева и огня...  *Я часто думаю о Вас... 
*Поздравление А.В.П.  *Даль тошнотворная, как перец... 
*Нет никого, кто милостивей, строже...  *Читателю 
*У избранности - какова на вкус...  *Прояснило. Свинцовый океан... 
*Эпитафия (Как счастлив под луной...) 

    
    

    * * *

    Есть горестный закон преображенья, Меняющий всё как бы сверху вниз. Самоубийство тут – предположенье, А не чудовищный каприз.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Едва сознание коснётся Природы ужаса, как он, Таким вниманием польщён, Внезапно счастьем встрепенётся. Но где оно? Хотел бы я Узнать его прикосновенье, А не тревожные виденья, Постылый сон небытия. Сознанья нет! И нет ума. Вся жизнь – какая-то ошибка, Закономерная весьма, Как лицемерная улыбка.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Ты – это я, молчание моё. Весенний ветер с пылью соль кусает. Благоухает позднее жильё, И утро отражается в кристалле. Я как никто с тобою говорю. И как никто внимаю незаметно. И эхо тишины любовь твою Мне возвращает вечно незаметно. Небытие, приветствую тебя! Как хорошо с тобою и свободно, Когда, слегка дыханье затая, Я знаю, что оно тебе угодно.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Рыдай, душа, рыдай, мой друг. Чем я могу помочь тебе? Как непонятен твой недуг Твоей же собственной судьбе. Не я ли есть твоя печать, Скрепляя сердце и уста, Которую нельзя сломать Уже ничем и никогда? О, ты молчишь средь стольких бед! Чем я могу тебе помочь? Передо мною тот же след В такую же глухую ночь.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Так умолкают шёпоты и крики: Душа с душою говорит, но эта Уже агонизирует беседа. А ночь переварила яд интриги. Живое сердце слаще земляники Нелёгкому вниманью людоеда Ещё болит и бьётся без ответа, Без голоса, без вопля, без улики. Не сон, но ночь, которая и днём Просачиваться может в окоём, Мгновение помедлив, приотстала. И позади маячит смутный мел, Где, оглянувшись, ты остолбенел От ужаса, когда душа сбежала.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    О, боги гнева и огня, И тьмы ревущей и глухой, И свет от ярости слепой, И тишина вокруг меня, И Ты - источник бытия - Мой Бог, и то, что Бога нет, И я, в безумии гния, И страх томительный, и бред - Вгоняйте в память топоры, Слагайте черные костры, Ломайте адовую дверь! Туда, туда и навсегда, Где никуда и никогда, Мы все и так уйдем, поверь.
    _^_
    
    
    
    

    Поздравление А.В.П.

    - В инферне мы, - скажу тебе как друг, И, чтоб тебя поздравить с днём рожденья, Я предложу начало размышленья, О коем нам помыслить недосуг. Оно, по сути дела, есть испуг: Зверь загнанный не ждёт уже спасенья, И перед ним весь мир без сожаленья Цветами неба вспыхивает вдруг. И всё вокруг становится твоим, И ангелом, которым ты храним, И от мгновенья ока до мгновенья, Пока ещё не остеклён твой взгляд, Всё здания воздушные горят Прекраснейшие силы тяготенья
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Нет никого, кто милостивей, строже Мог очертить предчувствия гранит И сделать тенью и водою той же, Что мне в колодце зеркала стоит. Друг неизвестный и невозмутимый, Когда-нибудь за тридевять земель Мы встретимся, как ночью ветер с дымом, На нижнюю не глядя карусель. Тогда хочу, увидевши такую Разорванность земного рубежа, Где я, как междометие, ликую, Приветствовать тебя, моя душа.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    У избранности - какова на вкус - Червь вечности, грызущий сердцевину, Страдание, что неуничтожимо, Поскольку с одиночеством союз. Припомним, как мессия и Иисус Молил о чаше (если можно мимо) И после бичевания от Рима В венке терновом нёс трефовый брус. За ним теперь по царскому пути Поклонникам талантливым идти Приходится, коль повезёт, порою. Когда сквозь гам, в как бы немом кино, Маячит неба смутное пятно Над невысокой лобною горою.
    _^_
    
    
    
    

    Эпитафия

    Как счастлив под луной Дар памяти короткой, Так было и со мной За жизненной решеткой. Кристалл небытия Стремительною гранью Сверкнул - душа моя Ступила из изгнанья На родину, где сад, Увенчанный цветами, Как звёздный листопад, Почаялся очами. И следом за сестрой Иду я в мир иной.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Под спудом горя и невзгод, Точней, иллюзии, но всё же Тяжеловесной, словно кожа Слона, в котором мышь живет, Блуждает мысль о том, что вот Когда-нибудь тебе поможет Небытия тончайший ножик И будет всё наоборот: Над тусклой грудой вещества Взойдёт бессмертное светило, И, как печальные слова, Метеориты высшей силы Посеребрят бездонный дом Проистекающим огнём.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Иеговы Угрюм-река О колыбель холодных вод Щеками дряхлого песка По руслу грузному скребёт. Где океан холодный рот Вогнал, разинув, в берега, Туда, а не наоборот, Как вена, тянется река. Текла бы ты по небесам Тугим на зависть парусам, Наверно, было б веселей. Но крепок совести мороз, И ненависти лёд нарос Коростой мерзости твоей.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Возле города ночью у ели, Ночью у ели, Землеройки в сугробе звенели И топорщился звездами воздух. А потом уже в луже постели, Ветви сквозь ели Озаряясь, снежинки летели Хороводом под музыку мозга.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Пусть раб чудовищный в меня Войдет и трудится сегодня. Мне надоела болтовня. Да будет молчалива сводня. Внутри меня такой же раб Неведомо за что томится, От одиночества ослаб, Жив от рождения в темнице. Пускай почувствуют рабы Друг друга мрачны и немы.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Как деньги не предмет для хвастовства, Так и душа не очень-то гордится Своим существованием, жива Пока ещё, как жив самоубийца. Ад неизбежен. Господи, прости. Куда спешишь, не стоит торопиться. И лучше нет обратного пути Когда-нибудь и вовсе не родиться. Не внемля содроганьям родовым По лабиринтам боли не кружиться, Как плод, гонимый лоном мировым В невероятный сон небытия, Уже готов для вечного огня.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Я часто думаю о Вас, Когда луны кошачий глаз, Крадясь за чёрными ветвями, Сквозит меж тенями и снами. Когда же огненный алмаз Лежит, слезясь, в небесной яме, Внимание моё за вами, Как за окном, и даль блестит. Да будет мысль моя проста, А чувство многократней эха В подвалах памяти стучит, Как погребенная мечта, Просясь наружу без успеха.
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Даль тошнотворная, как перец, Смеясь, грозит в моё окно. Я чту её, как иноверец - Христа. уклончиво-темно. Как темно-красный бархат с искрой, Струятся тени с высоты, Что надо мной стремглав нависла Вдоль реактивной борозды. И дух мой в плоти паутине Жужжит, как злой единорог, Когда паук, как бог единый, Бежит, мохнат и осьминог.
    _^_
    
    
    
    

    Читателю

    Мой слог порою бестолков. Над ним напрасно размышленье, Но есть одно предположенье Как тут помочь. Совет таков: Я ненавижу дураков. Нет в мире горше оскорбленья, Чем гостя в доме промедленье. Несноснейший дурак каков? Хозяев от него тошнит, А он, как бы назло, сидит, Пока идти ему не скажут. Читатель мой, наперекор Занудству, будь умён и скор И не задумывайся даже!
    _^_
    
    
    
    

    * * *

    Прояснило. Свинцовый океан Вцепился мне в лицо когтями страха. Холодной водки чопорный стакан Честней метафизического краха. Коротенький назойливый денёк На ладан дышит. Я не шевелился. И, как забытый Богом дурачок, Безмолвною молитвою молился.
    _^_






© Дмитрий Баталин, 1998-2022.
© Сетевая Словесность, 1999-2022.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сергей Слепухин: Портрет художника ["Красный", "белый", "зеленый" - кто может объяснить, что означают эти слова? Почему именно это слово, а не какое-нибудь другое сообщает о свойствах конкретного...] Виктория Кольцевая: И сквозная жизнь (О книге Александры Герасимовой "Метрика") [Из аннотации, информирующей, что в "Метрику" вошли стихи, написанные за последние три года, можно предположить: автор соответствует себе нынешнему. И...] Андрей Крюков: В краю суровых зим [Но зато у нас последние изгои / Не изглоданы кострами инквизиций, / Нам гоняться ли за призраками Гойи? / Обойдёмся мы без вашей заграницы...] Андрей Баранов: Последняя строка [Бывают в жизни события, которые радикально меняют привычный уклад, и после них жизнь уже не может течь так, как она текла раньше. Часто такие события...] Максим Жуков, Светлана Чернышова: Кстати, о качестве (О книге стихов Александра Вулыха "Люди в переплёте") [Вулыха знают. Вулыха уважают. Вулыха любят. Вулыха ненавидят. / Он один из самых известных московских поэтов современности. И один из главных.] Вера Зубарева: Реквием по снегу [Ты на краю... И смотрят ввысь / В ожидании будущего дети в матросках. / Но будущего нет. И мелькает мысль: / "Нет - и не надо". А потом - воздух...]
Словесность