Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
5-й международный поэтический
конкурс "45-й калибр"!
Участвовать ►
   
П
О
И
С
К

Словесность



МОИ  ДРУЗЬЯ,  ОТ  БЕРЕГА  ОТЧАЛИВ

(глава из неопубликованной книги)


 



      * * *

      Мои друзья, от берега отчалив,
      плывут по небу в полной тишине.
      Их скорбный путь торжественно-печален,
      мои друзья не помнят обо мне.
      А я их помню, долго буду помнить,
      пока однажды, сбросив жизни кладь,
      не убегу из пыльных душных комнат
      их высоко летящих догонять.

      _^_




      РОМКА-БРОДЯГА

      Плещется моря кромка,
      по кромке шагает Ромка,
      висит на плече котомка,
      в котомке - гаванский ром.
      Ромка поёт негромко
      (не даром в котомке ром-то!)
      Ромка поёт о том, как
      прекрасен родимый дом.
      Я вам скажу по секрету -
      дома у Ромы нету.
      Ромка бредёт по свету.
      Ромка на свете - гость.
      Смотрит садов цветенье,
      слушает птичье пенье,
      ловит сачком из тени
      звёзд золотую горсть.
      Где-то летят ракеты,
      где-то горит планета,
      кого-то зовут к ответу,
      над кем-то грохочет гром.
      Роме и дела мало,
      жизнь его не сломала,
      были бы хлеб да сало,
      и на дне фляги - ром.

      _^_




      ПЕТЬКА  БАСКАКОВ

      Петька Баскаков всегда одинаков.
      Горя не знает Петька Баскаков.
      Петька Баскаков дует в дуду,
      пачки дензнаков видел в гробу.
      Он не ловчее других, не умнее.
      Шепчут соседи: "Жить не умеет".
      Тихо редеет дым над рекой.
      Жить не умеет - странный какой!

      _^_




      ДУРАК

      Он забросил офис и ушёл в загул.
      Было всё как надо, а теперь не так.
      У него замкнуло что-то там в мозгу -
      раньше был он умный, а теперь дурак.
      Прежде говорили: У него семья,
      важная работа, домик у леска.
      А теперь смеются бывшие друзья
      и тихонько пальцем крутят у виска.
      Мы столкнулись в парке. Я домой спешил.
      Он сидел под буком около пруда.
      Мимо пролетали тысячи машин,
      по подземным рельсам мчались поезда.
      Мир вокруг клубился, пенился, урчал,
      громыхал станками, трубами гудел -
      он же увлечённо уток изучал,
      будто нет важнее в жизни этой дел.
      Хлипкая фигура, много дней не брит,
      он сидел свернувшись, точно эмбрион.
      Мне же показалось, кольцами орбит
      звякают планеты, а в серёдке - он.
      Вертятся народы, страны, города,
      миллионы твёрдых и упругих тел.
      Я хотел окликнуть: "Здравствуй, борода!"
      но чуть-чуть подумал и перехотел.

      _^_




      ЧАЙНИЧЕК

      Это был чайничек с ручкой.
      Это был чайничек с крышкой.
      Не было чайничка лучше,
      но почему-то стал лишним.

      В доме сменилась хозяйка,
      в доме печальные вести:
      ходики, плюшевый зайка,
      чайничек изгнаны вместе.

      Осень крадётся неслышно,
      капает дождик из тучки...
      Бедному чайничку - крышка,
      сделали чайничку ручкой.

      _^_




      ПЕРЧАТКА

      От меня убежала перчатка.
      Убежала на старости лет.
      Да, возможно, жилось ей несладко,
      руку в куртку - а там её нет!

      Может быть, затаила обиду
      и носила в себе много дней?
      А такая спокойная с виду -
      никогда б не подумал о ней!

      Я бреду полутёмной аллейкой,
      сердце ноет, как нудный москит.
      А перчатка лежит под скамейкой
      и, наверное, тоже грустит...

      _^_




      УЧЕБНАЯ  ГРАНАТА

      В ней давно уже нет
      ни запала, ни пороха,
      раньше были, но сдох довоенный запал,
      и её извлекли из ненужного вороха,
      чтобы к жизни вернуть
      проржавевший металл.

      И запал удалили рукой осторожною,
      из груди извлекли смертоносный заряд,
      и в простую болванку пустопорожнюю
      превратили опасный военный снаряд.

      А она всё мечтала о славе. Особенно
      ей хотелось взорвать огнедышащий дзот.
      Ей никто не сказал, что она - лишь пособие,
      и что ей никогда уже не повезёт.

      _^_




      ЗАБЛУДИВШИЙСЯ  АНГЕЛ

      Ровно в шесть, когда неторопливо
      заведут куранты свой рингтон,
      из подъездов с точностью прилива
      выплывает офисный планктон.
      Он плывёт привычными путями
      по Большой Никитской и Тверской,
      оглашая нервными гудками
      воздух над усталою Москвой.
      И не помня пожалеть о ком бы
      и куда девать свои часы,
      он вползает в Метро-катакомбы
      с фанатичной стойкостью хамсы.
      В этом копошащемся потоке,
      чокнутом на сексе и бабле,
      как тебе живётся, одинокий
      ангел, заблудившийся во мгле?
      Как в твоей аорте отдаётся
      музыка небесных телеграмм?
      Как тебе печалится? Поётся?
      Как тебе встаётся по утрам?
      С той поры, когда ты очутился
      в мире охамевших подлецов,
      как ты не повесился, не спился?
      Не взбесился как, в конце концов?
      Нет, ещё не наступили сроки.
      На пустой и горестной Земле
      как тебя узнать мне, одинокий
      ангел, заблудившийся во мгле?

      _^_




      ПО  ПОВОДУ  МИРОВОГО  КРИЗИСА  И  НЕ  ТОЛЬКО

      Снова кризис нас мучит ночами,
      колченогий, лохматый, босой,
      с полотняным мешком за плечами
      и наточенной остро косой.
      Раз махнёт - закрываются моллы,
      два махнёт - нет от банков следа...
      Вот уже, словно орды монголов,
      гастарбайтеры жгут города,
      рвётся тонкая нить Интернета,
      гаснут в окнах экраны ТV,
      ни воды нет, ни газа, ни света,
      ни ответа - зови ни зови!
      Лишь погромщики радостно скалятся
      (тир для них интересней, чем мир!),
      согревая замёрзшие пальцы
      в остывающих трупах квартир.
      Я бреду по разрушенным сотам,
      мой мобильник могильно молчит.
      Без кредитки, семьи и работы -
      я всего лишь никчемный пиит.
      С ностальгией немыслимо древней
      я мечтаю всего об одном:
      брошу всё и уеду в деревню,
      и найду там заброшенный дом!
      Поселюсь. В огороде картошку
      посажу. Натаскаю грибов.
      Буду гнать самогон понемножку.
      Нарублю две поленницы дров,
      чтобы в лютую зимнюю пору
      согреваться в домашнем тепле
      и смотреть, как рисует узоры
      детский бог на оконном стекле.

      _^_




      ГЕКТОР  И  АНДРОМАХА

      Держи покрепче его, Андромаха, не отпускай!
      Не отпускай его, Андромаха, - он не вернётся!
      Полки ахейские заполонили наш чудный край,
      от стрел ахейских померкло небо, погасло солнце.

      Не отпускай его, Андромаха, - он не придёт.
      И как бы ни был твой муж прекрасен в разгаре боя,
      но смерть коварна - она дорогу к нему найдёт,
      для смерти нет наслажденья выше, чем жизнь героя.

      Приам заплачет, и будет праздновать Менелай,
      и будут дети идти по миру без ласки отчей...
      Не отпускай его, Андромаха, не отпускай -
      ведь он и сам в мясорубку это не очень хочет.

      Ему бы жить на краю обрыва и по ночам
      писать по воску изящным стилем стихи и оды.
      Но он воитель, все знают силу его меча,
      герой не может быть равнодушен к беде народа.

      Не слышит юная Андромаха - она в слезах,
      и рядом дети (не помню точно, похоже, трое).
      И он выходит. Восторг сраженья в его глазах.
      И на стенах в ожидании чуда застыла Троя.

      _^_




      ПОВСЮДУ  ЛИСТОПАД

      Повсюду листопад -
      расцвета антипод
      в кисельном небе над,
      в кофейных лужах под,
      у старых жигулей
      на ветровом стекле,
      в витринах бакалей-
      ной лавочки "Nestle".
      Засыпала листва
      дорожки во дворе,
      и дворник Мустафа
      мечтает о поре,
      когда, отправив в путь
      листвы последний тюк,
      он сможет отдохнуть
      недельки две до вьюг.

      _^_




      * * *

      Не кормите меня в день рождения сладкими тортами,
      не поите вином, ведь известно мне наверняка,
      что мы все из живых постепенно становимся мёртвыми
      и уходит душа из застывшего известняка.

      Отмирают пластом и ложатся на дно аммониты,
      остывает вулкан, превращается в камень коралл.
      Эту страшную вещь - энтропию - поди обмани ты!
      Я б тому молодцу много слов бы хороших сказал.

      Нет, порядок вещей никому никогда не нарушить,
      так откуда, скажи, из какой ослепительной мглы
      всё идут и идут караванами новые души
      и проходят сквозь мир, как верблюды сквозь ушко иглы!

      _^_



© Андрей Баранов, 2012-2017.
© Сетевая Словесность, публикация, 2012-2017.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Исходному верить [Редакторы и переводчики суть невидимки. Если последние еще бывают известны, то первых не знают вообще. Никто не заглядывает в выходные данные, не интересуется...] Галина Грановская: Охота [Войдя в холл гостиницы, Баба-Яга приостановилась у огромного зеркала, которое с готовностью отразило худую фигуру, одетую в блеклой расцветки ситцевый...] Андрей Прокофьев: Павлушкины путешествия [Когда мой сын Павел был помладше, мы были с ним очень дружны - теперь у него много других интересов, и дружба не такая близкая. Из нашего общения получились...] Рецензии Андрея Пермякова и Константина Рубинского [] Виталий Леоненко: Страстной апрель [Плыть за шумом осины седых серёг, / за мотора гурканьем над Окою, / самоходной баржей горючих строк / неумолчно, трудно - свой поздний срок / ...]
Словесность