Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




        * * *


        * Видно, судьба мне сидеть под часами...
        * И эта жизнь, и эта даль...
        * Гощу у матери своей...
        * На окраине вселенной...
        * Глухой звонарь себя не слышит...
         
        * ПАТРИАРХ
        * Собираешь по крохам счастье...
        * ЭТЮД ОТЦА
        * ЭВРИДИКА


          * * *

          Видно, судьба мне сидеть под часами
          В омуте времени, прямо на дне.
          Там, где секунды, горчащие снами,
          Шаркая, кружат по белой стене.

          Миг мой начальный, миг мой последний,
          Время, дающее жизни пройти,
          Я - не вершина, я только посредник
          Между концом и началом пути,

          Сила, влекущая стрелки упруго,
          Смысл обретая в движеньях самих...
          Вечность, на миг показавшись из круга,
          В круг возвращается. Тоже на миг.

          _^_




          * * *

          И эта жизнь, и эта даль,
          И жар под кожей -
          Они тебе ссудились в дар,
          И ты им - тоже.

          Ты получил их просто так,
          До самой смерти,
          Как в сдачу двушку и пятак,
          Как свет на свете.

          Ты - тоже их, покуда цел,
          Так откровенно,
          Что не замечены ни цель,
          Ни суть обмена.

          _^_




          * * *

          Гощу у матери своей.
          Не долго, в год лишь тридцать дней.
          Не знаю, кто меня возвысил,
          Мой ангел или же палач,
          Но от меня теперь зависят
          Её улыбка, вздох и плач.
          Варю, стираю, убираю,
          Занятия не выбираю.
          Что надо - делаю: стелю
          Постель, журю её, велю
          Послушной быть, всегда при этом
          Себя за боль её браня...
          А мама говорит с портретом.
          И прячет вещи. От меня.

          _^_




          * * *

          На окраине вселенной,
          На задворках бытия,
          Попирая прах нетленный,
          Ходит-бродит тень Твоя,
          Господи, Твоя - от праха
          До повыпавших волос,
          Сгусток боли, горстка страха,
          Хрупкий глиняный колосс,
          Между правдою и ложью
          Затерявшийся в судьбе,
          Даже в трусости безбожья
          Подражающий тебе,
          Неудобный в обращенье,
          Но до смертного конца
          Ждущий ласки и спасенья
          От сбежавшего отца.

          _^_




          * * *
              Владимиру Кухалашвили

          Глухой звонарь себя не слышит,
          А всё звонит в колокола.
          И звук свивается в излишек,
          Густой и вязкий, как смола.
          И вдруг сползает, словно веко,
          На весь огромный окоём
          Звенящей болью человека,
          Себя не слышащего в нём.

          Но, глухоты своей не зная,
          Колотит било все сильней.
          И месит воздух медь резная,
          И синь шатается над ней.

          _^_




          ПАТРИАРХ

          Горожу огород или город над самой рекою,
          Забиваю дреколье в распахнутый парящий грунт,
          За глухие яры оттесняю остатки покоя
          И с грядущим в веках начинаю живую игру.

          Вот землянка, но люди опишут здесь княжьи палаты,
          В стену тын превратится, канава провалится в ров...
          Ну, а я не снимаю одежды своей мешковатой:
          Пар не ломит кости, все не страшно, покуда здоров.

          Хвойных веток нарежу и стены укрою нагие:
          Не согрелась весна, и землянка почти на юру.
          За проросшее семя века назовут меня Кием
          И припишут мне ратников-братьев и птицу-сестру.

          _^_




          * * *

          Собираешь по крохам счастье,
          Отогрев на груди тайком.
          С каждой радости - малой частью.
          Так снимается в горле ком:

          Нежной мыслью, восходом ранним,
          Теплым словом, слезою всласть...
          Или если цветок не вянет,
          Или если звезда зажглась

          Над землею, как над душою,
          Мир, по сути, не так уж плох.
          Счастье в жизни чего-то стоит,
          Даже собранное из крох.

          _^_




          ЭТЮД ОТЦА

          Двор, нарисованный сверху.
          Сборище крыш и мансард,
          С детством и юностью - сверка,
          Ветра и вьюги концерт.

          Окна затеплены светом
          В шестидесятых, в конце.
          Тень, танцевавшую с ветром,
          Дом сохранил на лице.

          Света, Наташенька, Ира,
          Это же ваше окно!
          В дверь онемевшей квартиры
          Больше войти не дано.

          Чай, марципаны, варенье,
          Музыка после шести...
          Где вы? В каком измеренье?
          Как вас найти?

          Миг из двадцатого века:
          Двор, нарисованный с крыш.
          Светлая-светлая веха.
          Тишь.

          _^_




          ЭВРИДИКА
          Запоздалый реквием

            Светлой памяти моей невесты
            Валентины Павловны Митюк

          1

          Ты водила меня по снам,
          Не давая себя найти.
          Эти сны улыбались нам,
          Но бросали меня в пути.

          Ты встречала меня во сне
          Легким выдохом теплых губ
          И стихи диктовала мне,
          А потом уходила вглубь.

          За тобою бросался я
          Вниз, в долины чужих полей...
          Ты шептала мне: "Я твоя,
          Только слез обо мне не лей!

          Столько слез обо мне! Зачем?
          Оставайся на свете, жди".
          Я остался. Я жду. Ни с чем.
          Только вспомню - идут дожди.



          2

          Вот и вышла писать сначала
          Предугаданная пора,
          Будто поднята снова чара,
          Та, что выпита мной вчера.

          А была на куски разбита,
          Чтобы вновь не искать в ней дна.
          И забыта... И не забыта,
          В целой жизни моей - одна.

          Мне уже сомневаться поздно,
          Жадно в руки схватив гужи:
          Может, я для того и создан,
          Чтоб писать о тебе всю жизнь?

          Чтоб извечно и неуклонно,
          Как живому и надлежит,
          Возвращаться к тебе, как в лоно,
          Без которого мне не жить?

          Не бежать рокового края,
          За которым уже не мы...
          Кто сказал, что меня карает
          Это теплое царство тьмы,

          Где отец, а теперь и мама,
          Где осталась любовь моя,
          И куда столько лет упрямо
          По ночам пробираюсь я?

          Край надежности и доверья
          (Я просился туда, как в сад).
          Если б ты мне открыла двери,
          Разве я бы пришел назад?

          Разве выжил бы? Но в ответе
          За двоих моих сыновей
          И на том, и на этом свете
          Ты осталась меня умней.



          3

          Жизнь - дорожка. У всех - своя.
          А по краю поставлен я.
          И за краем - не топь, не гать -
          Те же люди. Рукой подать.

          Я иду и стучу в дома.
          Может быть, я сошел с ума?
          Или кто-то меня ведёт?!
          Нет на этом - иду на тот.

          В пыль за краем шагнул ногой -
          Те же люди. А свет другой.
          Открывают: "Она? Была.
          Но ушла. Далеко ушла...

          Не сказала... А как же, есть.
          Будешь верить, и будет весть.
          Вот и примешь её душой..."
          Я иду по земле чужой,

          Ставлю разум и жизнь на кон,
          Прижимаюсь к стеклу окон,
          Больно тычусь душой в стекло...
          Чую сердцем твоё тепло,
          Ближе, ближе... окно, окно...
          Увидать тебя не дано.



          4

          Нет-нет, мы встречались. Извечною данью
          Ложился рассудок под ноги судьбы.
          И были прозренья, и были свиданья,
          И были друг к другу прижатые лбы.

          И полночи, полные лунного света,
          И дикий, бескрайний ночной окоём...
          И ты выходила ко мне из портрета,
          И не было холода в теле твоём.

          И не было в сердце, а теплая жалость
          Катилась безмолвно слезами из глаз...
          Невольным предательством жизнь продолжалась,
          Оставив одну - для другого из нас.



          5

          Стучит по листьям дождь осенний,
          Холодным ветром дышит сад,
          И тучи, скрадывая тени,
          С утра над городом висят.

          Вдруг, словно ток бежит по коже:
          Мир превращается в родной,
          И всё становится похожим
          На где-то виденное мной.

          Вот-вот должно случиться чудо,
          И наступает в сердце тишь,
          И ты приходишь ниоткуда,
          В глаза мне смотришь и молчишь.

          Я подойти стараюсь ближе
          По граням вымокших камней,
          Но сквозь тебя я стены вижу
          И даже трещинки на ней.

          А тучи низко проплывают,
          И капли падают, звеня.
          И ты стоишь, совсем живая,
          И тоже видишь сквозь меня.



          6

          Ну вот и конец. Из обыденной темы
          Сбежать не дано: наглотаешься лжи.
          Я просто писать не умею поэмы,
          Побольше писать, чтоб удачливей жить.

          Подолгу жевать бесконечные фразы,
          Чтоб, выждав, обрушить словесный брикет...
          Прозренье мгновенно. Является сразу.
          У Божьего слова попутчиков нет.

          "Ты пишешь?" - спросила.
              "Пишу, только плохо.
          За рифмой плетусь, будто конь за уздой.
          Боюсь, не выходит..."
              Схватила за локоть:
          "Смотри, - говорит.
              - Но ведь ты же седой!

          Не слишком ли рано?"
              - "Не слишком, надеюсь.
          Пишу оттого, что мне больно в груди.
          А дальше бессмертье проверит на деле..."
          Кивнула, вздохнула, сказала: - "Иди!"



          7

          Живу... А мудрость не приходит.
          Наверно, годы ни к чему.
          Наверно, это в генокоде:
          Не научаться ничему,

          Не защищаться в жизни, просто
          Не знать, где счастье, где беда.
          И под конец уйти подростком,
          Как ты когда-то. Навсегда.

          Так мотылек, рожденный на день,
          Всю жизнь живущий днем одним,
          Не повзрослеет... Бога ради,
          Не плачь, любимая, над ним.

          _^_



          © Василий Дробот, 2000-2017.
          © Сетевая Словесность, 2000-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Ростислав Клубков: Апрель ["Медленнее, медленнее бегите, кони ночи!" – плачет, жалуясь, проклятая человеческая душа. – Каждую ночь той весны, – погруженный в нее, как в воздух голода...] Владислав Кураш: Особо опасный [В Варшаву я приехал поздней осенью, когда уже начались морозы и выпал первый снег. Позади был год мытарств и злоключений, позади были Силезия, Поморье...] Сергей Комлев: Что там у русских? [Что там у русских? У русских - зима. / Солнца под утро им брызни. / Все разошлись по углам, по домам, / все отдыхают от жизни...] Восхваления (Псалмы) [Восхваления - первая книга третьего раздела ТАНАХа Писания - сборник древней еврейской поэзии, значительная часть которой исполнялась под аккомпанемент...] Георгий Георгиевский: Сплав Бессмертья, Любви и Беды [И верую свято и страстно / Всем сердцем, хребтом становым: / Мгновение было прекрасно! / И Я его остановил.] Игорь Куницын: Из книги "Портсигар" [Пришёл из космоса... Прости, / что снова опоздал! / Полночи звёздное такси / бессмысленно прождал...]
Словесность