Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



НЕУДАВШИЕСЯ  СПЕКТАКЛИ


      "Представление отменяется! Нас всех тошнит!..."
      Д. Хармс  

      "Опера летит дальше, летит на одном дыхании, - исполнители, оркестр, декорации, свет - всё сопряжено в единой гармонии, пьянит и чарует необычайно. Мы хлопаем самозабвенно, как школьники, и тяжелое немецкое слово гезамткунстверк оживает в моей памяти."
      В. Сорокин, "Голубое сало"  

* Огромный зал. Поют микрочастицы...
* Потонет средь винтов и шестерёнок...
* От дальнобойного удара...
* Держите краткие длинноты...
* Меж театров ревущих под вечер...
* УЕБОНИЯ
* Домой! Реветь над синим ядом...
 
* В театре девушка мигнула...
* Клоун тянет больно мошку...
* Казнить казнить лебяжьим пухом...
* На стеклянной ножке скачет...
* Я пришлю тебе мёртвого мима...
* DEATHTRONIC
* Лукавый, в мыльном пузыре...


    * * *

    Огромный зал. Поют микрочастицы.
    Великий бас на отравленной спице
    Всё время открывает страшный рот.
    И зал испуганно встаёт.
    Смычками в клочья стёрты контрабасы.
    Придерживая пышные атласы,
    Ревут певицы с прогнутых хоров
    В партера опустевший ров.

    _^_




    * * *

    Потонет средь винтов и шестерёнок
    ревущий морж из мяса и костей,
    хрустальным глазом выстрелив спросонок,
    теряя мошек с гибнущих бровей.
    Из ложи выпадет бирманская принцесса.
    Партер накроет обморока мгла.
    Согбенный дирижёр умрёт от стресса.
    Галёрка зарыдает. Колбаса.

    _^_




    * * *

    От дальнобойного удара
    лишь головой поколебал,
    винтовку вынул из отвара
    и выстрелил в колонный зал.
    Ревели басом балерины,
    когда по стенам вниз ползли.
    И пух кружился лебединый
    в каменноугольной пыли.

    _^_




    * * *

    Держите краткие длинноты
    на контрабасах сверх нужды.
    Сегодня низкие частоты
    необычайно хороши.
    Реви певица. Нойте уши,
    приятный втягивая гул,
    что хора зыблемые туши
    выводят из оплывших скул.

    _^_




    * * *

    Меж театров ревущих под вечер
    я по улицам тёмным бродил.
    Закоулков пустынных диспетчер,
    режиссёр, дирижёр, гамадрил.
    Я к театрам прикладывал руки,
    к их бетону лицо прижимал.
    Там прекрасные бледные буки
    танцевали изысканный бал.

    _^_




    УЕБОНИЯ

    Над рвами сумрачного зала
    гудит бирманский костолом.
    Ему главу поколебала
    моя дубина под углом.
    Печальных мышц его всё выше
    растут комбайны предо мной.
    Но я уже безумно движу
    внутри него стальной трубой!

    _^_




    * * *

    Домой! Реветь над синим ядом
    в тарелке розовой своей,
    менять гусарские наряды
    на шёлк и бархат площадей,
    лететь в тяжёлыя карете
    в театр огромный и пустой,
    где мертвецы в тяжёлом свете
    стоят коричневой толпой.

    _^_




    * * *

    В театре девушка мигнула
    биноклем смуглого лица,
    где я бродил по сцене хмуро
    внутри полночного дворца.
    Когда, держа в руке процессор,
    я <бедный Йорик> говорил,
    её рвало в большое кресло
    кусками жареных горилл.

    _^_




    * * *

    Клоун тянет больно мошку
    В стеке солнечных ракит,
    Но сейчас же понарошку
    Он торжественно убит.
    Стонут ровные кувалды
    Над красивой головой,
    Так, что вверх взлетают фалды
    Безупречною дугой.

    _^_




    * * *

    Казнить казнить лебяжьим пухом
    До невозможной красоты!
    Убить медяночку над ухом
    Для безупречной пустоты!
    А там и слушать в упоеньи
    Рёв контрабаса ре минор,
    Заставив смолкнуть на мгновенье
    Певицу выстрелом в упор.

    _^_




    * * *

    На стеклянной ножке скачет
    Относительный бандит.
    То смеётся он, то плачет,
    То дубиной вдруг убит.
    И в горе парного мяса
    Не узнать его черты.
    То ли четверть контрабаса,
    То ли сросшиеся львы...

    _^_




    * * *

    Я пришлю тебе мёртвого мима
    С обмороженным бледным лицом,
    С голубыми цветами в корзине,
    В чёрной шляпе с павлиньим пером.
    Ты отпрянешь испуганной ланью
    Вглубь квартиры красивой своей,
    А уж я тут как тут, и тираню,
    И целую меж строгих грудей!

    _^_




    DEATHTRONIC

    Недвижным колом дико завращал,
    театр лица ко мне чудовищно придвинув,
    злой Челубей, но я ударов шквал
    ему на печень медленную ринул!
    Был светел взгляд его печальных глаз.
    Куда-то вбок задумчивое время
    текло неспешно. Печени топаз
    вдруг раскололся. Нету Челубея.

    _^_




    * * *

    Лукавый, в мыльном пузыре
    указывал количество рептилий.
    У самого же, в глиняном горшке
    угадывался череп крокодилий!
    Ну, полно! Борщ уже готов.
    Давай сюда отравленные булки!
    По скорописи путаных следов
    нас через миг разыщут в переулке.

    _^_



© Сергей Зхус, 2004-2017.
© Сетевая Словесность, 2004-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Ростислав Клубков: Апрель ["Медленнее, медленнее бегите, кони ночи!" – плачет, жалуясь, проклятая человеческая душа. – Каждую ночь той весны, – погруженный в нее, как в воздух голода...] Владислав Кураш: Особо опасный [В Варшаву я приехал поздней осенью, когда уже начались морозы и выпал первый снег. Позади был год мытарств и злоключений, позади были Силезия, Поморье...] Сергей Комлев: Что там у русских? [Что там у русских? У русских - зима. / Солнца под утро им брызни. / Все разошлись по углам, по домам, / все отдыхают от жизни...] Восхваления (Псалмы) [Восхваления - первая книга третьего раздела ТАНАХа Писания - сборник древней еврейской поэзии, значительная часть которой исполнялась под аккомпанемент...] Георгий Георгиевский: Сплав Бессмертья, Любви и Беды [И верую свято и страстно / Всем сердцем, хребтом становым: / Мгновение было прекрасно! / И Я его остановил.] Игорь Куницын: Из книги "Портсигар" [Пришёл из космоса... Прости, / что снова опоздал! / Полночи звёздное такси / бессмысленно прождал...]
Словесность