Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



ЭСКИЗ  ОДИНОЧЕСТВА


* заброшенный парк облысел, одичал...
* одинокомне
* темнота в разрезе
* о дне рождения 10 февраля 2004 года
* оттенок
 
* рак сердца
* новогоднее
* безнадежно вечерело...
* старая квартира


    * * *

    заброшенный парк облысел, одичал,
    там ветер с газетой играет в квача,
    там в глину впечатана мерка шагов,
    там круг карусели притих - птицелов.

    я тоже заброшена, скисла, грущу,
    я где-то завидую ветру-квачу.
    мой день на секундные слоги разбит,
    и глупые пальцы клюют алфавит.

    так бледное солнце в щербинку гардин
    просунуло палец и тычет в сатин
    зеленой скатерки, где яркий лимон
    частичкою лета в мой холод вкраплен...

    _^_




    одинокомне

    ...так в непроглядной темноте
    висит недвижимо и ярко
    окна заполненная сота...

    ...так обагренный октябрем,
    среди нагих и сирых нив
    роняет шелест дуб широкий...

    ...так море, в легкие вобрав
    густой и колющий норд-ост,
    вбивает кашель в парусины...

    ...так одиноко мне...

    _^_




    темнота в разрезе

    темнота щербата светом окон
    и циклопна лунным медяком.
    (вот ведь слово вздорное - циклопна,
    так нелепо брякнуть и о ком!)
    темнота кусает крекер улиц
    и темнит насчет раскрытья тайн,
    черной челкой небо ахмадулит,
    шекспириментируя sleep-time.
    темнота в разрезе недосыпа
    так гламурна - платье в серебре.
    женственностью пламенного типа
    пряталась в адамовом ребре,
    обучая еву хитрым штучкам:
    "кожура и мякоть плюс резцы..."
    темнотой кокетливой приручен,
    обнажает плечи гиацинт...
    ей послушно всё и всяк неспящий,
    кто примерить таинство готов.
    лунная мудра единозрячесть
    и хитра насмешливая бровь.
    темнота плетет страстей тенёты:
    бабочку заката - под сачок.
    темнота в разрезе тюля, кто ты?
    а в ответ лишь сажи кулачок...

    _^_




    о дне рождения 10 февраля 2004 года

    все жиже, хуже, слякотнее дни:
    февраль являет признаки простуды.
    мир черно-белый, и, куда ни ткни,
    он сходит с рельс, меняя амплитуду;
    сдает, страдалец смогов городских,
    в бюро прогнозов пробу атмосферы...

    вот дом, а в нем алхимия тоски -
    гремучий сплав буковски и кундеры.
    в нем все рутинно, в нем веселью - бой!
    в нем пахнет интернетом и овсянкой.
    здесь молодость с чужими и с собой
    играет то в очко, то в несознанку...

    бесплодны вазы, маникюр убог.
    но тонким пальцам не до маникюра.
    в какой-то год, наверно, сдуру бог
    из мыслей и чернил состряпал дуру,
    зажав для прочих крови с молоком.
    а, может быть, он новый ставил опыт?..

    но к черту опыт! разве мы о том?
    день был слюняв, глазами сонно хлопал...
    и шарила обмякшая душа,
    ища предлог для радости, в кармашках.
    но только сплин стекал с карандаша,
    и щелкали минуты, как фисташки.

    молчала кухня, запахи сглотнув,
    не парила, не терла, не шкварчала.
    трехпалубка квартиры шла ко дну
    спокойствия. и это означало -
    надменность яви и провал затей.
    и ежилось сознание синицей.

    а где-то в небе хор смешливых фей
    сквозь путы смога тщился дозвониться...
    и девушка была вещам подстать -
    без праздничных сюсюканий и граций.
    а год назад ей было двадцать пять,
    а пастернаку - только сто тринадцать.

    _^_




    оттенок

    ...я помню неба вылинявший кадр,
    небрежно процарапанный дождями,
    где молнии стремительный икар -
    великий трагик вновь играет пламя.

    я помню спальни вывернутый куб,
    стакатто пальцев, влажные эскизы
    вдоль живота - несдержанностью губ,
    и счастья поцелуйчатую близость...

    _^_




    рак сердца

    вероятность вины не мужчины, а знака
    высока, как высок тот космический знак:
    в беспристрастно холодном кругу зодиака
    деловито мерцает серебряный рак.
    вот и этот, земной, непредвиденно цепок,
    аккурат ко второму свиданному дню
    без досужих бесед и прогулок нелепых
    в мое сердце вонзил не стрелу, а клешню.

    день за днем - снегопад... оперившийся камень
    в январе с нескрываемой лаской глядит.
    но мужчина уныл, он герой му~рак~ами,
    крутит радио и материт аппетит.
    я сержусь, но иду по кривому маршруту
    непременных утрат, беспросветной любви.
    и заочно рыдает метель по кому-то,
    и целует в висок жаркой о.р.в.и.

    под щекочущим пледом тепло и слюняво...
    любознательность тела не знает границ.
    отпускаю спокойно хмельную себя во
    внеземные вояжи, и падаю ниц.
    домовитость его - в целовании бедер,
    и тихонько, легонько, лениво, едва,
    как по сердцу, по телу касания бродят,
    и не хочется звукам слагаться в слова.

    что про завтра гадать? мир жесток и цикличен.
    мне опять выпадает познать и сгореть.
    оттого я люблю запах скрюченных спичек,
    оттого я тиха и уступчива впредь.
    вероятность вины... хуже нет околесиц.
    в непонятное верю сильнее сто крат.
    карту неба вспорол ятаган-полумесяц,
    и опять - снегопад, снегопад, снегопад...

    _^_




    новогоднее

    чернильный вечер долго-долго
    на блюдца окон наползал...
    но вспыхнул разноцветно зал,
    жонглировала светом ёлка,
    проснулась пыль на книжных полках,
    тараща серые глаза.

    в орешке - детском кулачке -
    из леденца рождалась фея
    (пока не полночь - пусть дозреет).
    кружилась тень на потолке,
    как несмышленая фике
    в елизаветинских аллеях.

    но кто-то вдруг зажег свечу -
    янтарный ялик в море света.
    рука скользнула по плечу,
    по разукрасу хвойных веток,
    и обогнула пируэтом
    зеркал стеклянную парчу...

    затем часы издали гул -
    округло сиротело время.
    игра вступала в новый level.
    был мальчик водружен на стул,
    он хлестко сабельку взметнул
    и новый год отсек от плевел.

    _^_




    * * *

    безнадежно вечерело.
    сквозь колтун весенних туч,
    истончаясь до предела,
    пробивался желтый луч.
    серый дом зевал фрамугой,
    занавеской языкат.
    двор с проворством центрифуги
    полоскал листвы ушат.
    и целуя воздух клейкий,
    нежным чудом из окон
    разливался запах флейты
    майской лени в унисон.
    и вдыхая удивленно
    музык пряные пары,
    многолетние бутоны -
    расцветали фонари.
    вечерело. выплывала
    краем туч луны ладья.
    и должно быть, мал-помалу
    вечерели ты и я...

    _^_




    старая квартира

    с экрана музыка звучала,
    виолончель бедром качала...
    старик, укрывшись одеялом,
    дремал, младенчески лучист...
    и в воске алчущих мелодий -
    ключа скрипичного угодий -
    минором споро кукловодил
    кудесник-виолончелист.

    в серванте бал давали чашки:
    всей блюдцеюбочной компашкой
    учили па, кружились тяжко
    за старым треснутым стеклом.
    но эта комнатная старость
    ничуть не горбилась устало,
    храня в себе шарад и салок,
    и ласки верное тепло.

    здесь жили люди, жили вещи.
    здесь снов побаивались вещих.
    под шалью вздрагивали плечи,
    пугаясь резкого звонка.
    скрипела лестничная клетка
    осипшей лифта вагонеткой
    и смехом пьяненькой соседки,
    приведшей в гости мужичка.

    здесь лица святостью светились
    в речах о юношеской были,
    о том бумажно говорили
    альбомы, письма и стихи.
    и в кружевах старинных музык
    здесь бились бабочками музы.
    но невесомы были узы,
    и музы тикали: хи-хи!..

    квартира номер "эти двое" -
    был адрес векового кроя.
    с буфета месиво алоэ
    свисало, будто осьминог,
    хранящий маленькое море
    вещей, мелодий и историй,
    и странных пятничных риторик
    под самодельное вино.

    здесь время вписано в окружность
    стола, очков с помятой дужкой.
    здесь всякий гость - mon sher и душка,
    и всякий пёс - дай лапу, джим!..
    была одна лишь из утопий -
    своих нашить забыли копий.
    увы, внучатых звонких скопов,
    квартира старая, не жди...

    _^_



© Таша Томина, 2005-2018.
© Сетевая Словесность, 2005-2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Литературные итоги 2017 года: линейный процесс или облако тэгов? [Писатели, исследователи и культуртрегеры отвечают на три вопроса "Сетевой Словесности".] Владимир Гржонко: Три рассказа [Пусть Господь сделает так, чтобы сегодня, вот прямо сейчас исчезли на земле все деньги! Она же никогда Его ни о чем не просила!..] Владислав Кураш: Серебряная пуля [Владимир поставил бутылку рома на пол и перегнулся через спинку дивана. Когда он принял прежнее положение, в его руке был огромный никелированный шестизарядный...] Александр Сизухин. Другой ПRЯхин, или журчания мнимых вод [Рецензия на книгу Владимира Пряхина "жить нужно другим. журчания мнимых вод".] Чёрный Георг: Сны второй половины ночи [Мирно гамма-лучи поглощает / чудотворец, святой Питирим, / наблюдая за странною сценой двух мужчин, из которых в трусах - / лишь один.] Семён Каминский: Ты сказала... [Ты сказала: "Хочу голышом походить некоторое время. А дальше будет видно, куда меня занесёт на повороте"...] Яков Каунатор: Когда ж трубач отбой сыграет? [На книжной пристенной полочке книжки стояли рядком. Были они разнокалиберными, различались и форматом и толщиной. И внутренности их различались очень...] Белла Верникова: Предисловие к книге "Немодная сторона улицы" [Предисловие к готовящейся к изданию книге с авторской графикой из цикла "Цветной абстракт".] Михаил Бриф: Избыток света [Законченный дебил беснуется в угаре, / потом спешит домой жену свою лупить, / а я себе бренчу на старенькой гитаре, / и если мимо нот, то так тому...] Глеб Осипов: Телеграмма [познай меня, построй новые храмы, / познай меня, разрушь мою жизнь, / мой мир, мои идеалы, мечты. / я - твоя земля...]
Словесность