Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Обратная связь

   
П
О
И
С
К

Словесность




КАРЬЕРА

В 2010 г. пьеса "Карьера" стала победителем
в Гранд-Коронации Всеукраинского
литературного конкурса "Коронация слова"


Действующие лица:

Цезарь
Анна
Назар
Настя
Феликс
София
Антон
Лола
Виола
Влад

Действие первое

Кабинет Цезаря. Утро. Цезарь яростно ищет что-то на своем столе.

Цезарь. (Утратив терпение, кричит) Анна! Анка! Вот мерзавка, специально не откликается. Уверен: притаилась где-то, слышит и молчит. Упрямая дурища! Все делает только бы мне насолить. Ну, мы еще посмотрим, кто кого.

Входит Анна и останавливается на пороге.

Цезарь. (Не замечая ее, кричит) Анна, я же знаю, что ты слышишь! Ну, погоди, доберусь я до тебя. Ты слышишь меня или нет?!

Анна. (Спокойно) Слышу, Цезарь Богданович, слышу. А вместе со мной ещё и полгорода слышит.

Цезарь. (От неожиданности) Тьфу ты, окаянная, перепугала.

Анна. Я тоже рада вас видеть. И незачем так кричать, все глухие в отпуске. А я здесь, и вся превратилась в слух и внимание.

Цезарь. Анюта, ты же знаешь, я люблю, чтобы все было на своих местах. Вчера я оставил на столе свою речь. Ну и где она, я тебя спрашиваю?

Анна. Что, опять?

Цезарь. Да. То есть, нет. Что значит опять?

Анна. На прошлой неделе вы уже искали вашу речь.

Цезарь. То была другая, посвященная благотворительности. А эта совсем наоборот. В общем, неважно. Где она?

Анна. Но при чем здесь я?

Цезарь. А кто? Уверен: ты убирала на моем столе и куда-то ее задевала. Не отпирайся.

Анна. Вы же знаете, Цезарь Богданович, я ваш стол десятой дорогой обхожу. Как объект особой важности.

Цезарь. Значит, будем отпираться?

Анна. Ой, ну с чего мне отпираться?

Цезарь. Из чувства мести. Что ты мне заявила, когда я отказался увеличить тебе жалование?

Анна. Я?... А-а-а?!... Наверное, скорбно молчала.... Не помню.

Цезарь. Зато у меня остались неизгладимые впечатления. Где ты только таких слов набралась? Сказать мне, своему работодателю, что я еще пожалею!

Анна. А вы уже жалеете?

Цезарь. Не дождешься, нахалка! Я жалею лишь о том, что взял тебя на работу. Какой черт меня угораздил это сделать?

Анна. Вы что, забыли? Софа. Ваша жена.

Цезарь. Вот именно.... Не будь ты ее родственницей.... Родственники - это наказание мое, не знаю только за что! Кстати, где София?

Анна. Не знаю.

Цезарь. А мой сын?

Анна. Ваша семья, как табун лошадей в степи - поди, знай, кто, где носится.

Цезарь. Да, активная семейка....

Анна. Кажется, я её нашла.

Цезарь. Кого?

Анна. Да вашу ж речь. (Достает из мусорной корзины)

Цезарь. Ну и почему она того... в мусорной корзине?

Анна. Вы же сами говорили: любите, чтобы все было на своих местах. Наверное, ей там самое место. Потому что хорошую вещь в мусорную корзину не выбросят.

Цезарь. Кто тебя спрашивает?

Анна. Так вы же.

Цезарь. Выйди вон.

Анна. С удовольствием. И скажу вам, что ....

Цезарь. Мне кажется, глухие всё же остались в городе. Вон!!!

Анна. Как хотите.

Анна выходит. Из другой двери входит Назар.

Цезарь. (Кричит) Я сказал: вон!

Назар. Да, но... я ведь только вошел.... Там, в приёмной никого. Но если я не вовремя, извините. (Пятится)

Цезарь. Стоять!

Назар. Прошу прощения.

Цезарь. Кто такой? Зачем?

Назар. Я Назар Вольный.

Цезарь. Ну и что?... Вольный.... (Подумав) Не знаю, не знаю.

Назар. Я от Софии. Она вам не говорила обо мне?

Цезарь. Ах, от Софии! Ну конечно, конечно, следовало бы догадаться. Входите, располагайтесь. (Указывает на кресло) А вы довольно молоды. Но, надеюсь, опытны. Я человек, как вы понимаете, занятой, поэтому сразу перейдем к делу.

Назар. Согласен.

Цезарь. Я должен, наверное, лечь?

Назар. Лечь?... Ну, если вы так хотите....

Цезарь. (Ложиться на диван) Так вот. С чего бы начать?... Я плохо сплю.

Назар. Да?... Бывает...

Цезарь. Мне снятся кошмары. Дрянь всякая. Ну вот, хотя бы это. Надеюсь, только между нами?

Назар. Можете не сомневаться.

Цезарь. Это хорошо... Бреду я в стаде. Вы представляете: я - в стаде! А вокруг меня, страшно сказать, свиньи, бараны, быки, и все такое прочее. Не то люди, не то скоты. Ну и рожи, я вам скажу. И все толкаются, визжат и скалятся. Некоторые даже того... кусаются. Ну, я, понятное дело, тоже толкаюсь, а то ведь затопчут, паразиты. Да, и все мы дружно карабкаемся на какую-то высоченную гору. И самое мучительное, что этот хряк Влад Жилобовский, это мой бывший партнер по бизнесу, впереди всех. И громче всех визжит. Вот, вот он достигнет вершины.... (Вскакивает) Тут я, с диким воплем, просыпаюсь. Весь в поту, волосы дыбом. Ужас!

Назар. (Под впечатлением) Ужас.

Цезарь. (Ложиться) Подобные кошмары снятся мне почти каждую ночь. Вы меня понимаете? А еще нервы, сердце, голова, забывчивость. Что вы мне посоветуете?

Назар. Я?!

Цезарь. Да, да. Какой диагноз вы мне поставите?

Назар. Диагноз?!... Но имею ли я право?

Цезарь. София мне говорила, что вы личность оригинальная, и у вас своеобразная, нетрадиционная методика...

Назар. А-а.... Ну, наверное.... Простите, я занимаюсь творчеством...

Цезарь. Понимаю. Но я же должен знать, что со мной?

Назар. Честно сказать, я не знаю.

Цезарь. Неужели все так плохо? Не молчите, доктор!

Назар. Прошу прощения, а при чем здесь доктор? Какой доктор?

Цезарь. Как какой? Псих... этот... аналитик...

Назар. Кто?

Цезарь. Ну не я же. Черт, с вами окончательно свихнешься.

Назар. Но я не псих, то есть не этот... доктор.

Цезарь. А какой?

Назар. Никакой.

Цезарь. Не люблю такие шутки. А кто?

Назар. Назар Вольный.

Цезарь. Это я уже понял.

Назар. Писатель и поэт.

Цезарь. (Вскакивает) А вот это непонятно. Да откуда ты взялся?

Назар. От Софии, я же говорил.

Цезарь. Ах, да.... То есть, нет.... Ничего себе дурдом! Кто же еще способен преподнести такой сюрприз, как не собственная жена? Ну и какого дьявола она вас ко мне направила?

Назар. Я думал.... Она сказала, что вы в курсе.

Цезарь. Конечно в курсе. Я всегда в курсе. Только еще бы знать, что она имела в виду.

Назар. Речь идет о работе.

Цезарь. Ах, о работе! Ну конечно о работе. Работа, работа.... Понятия не имею.... Постойте, как вы сказали: писатель и поэт? Ага, творческая личность! Именно это она тараторила вчера за завтраком, обедом, ужином и даже в спальне. Бедные мои уши! Я вынужден был сдаться. И вот, надо же: сегодня все вылетело. Видите, как я вымотан? Вы точно не врач? Жаль.

Назар. София сказала, я могу быть полезен.

Цезарь. Конечно. Я всех могу пристроить и занять. Всем найти применение. По крайней мере, так считает моя благоверная - неиссякаемый источник советов и просьб. Но в вашем случае она может оказаться, наконец-то, правой.

Назар. Очень надеюсь.

Цезарь. Надейтесь. Что вы знаете о пиве?

Назар пожимает плечами.


Не отчаивайтесь, многие знают только то, что им можно налакаться до чертиков. А Цезарь о нем знает все. Тоже своего рода искусство. Поэзия. Поэтому, с успехом варю пиво, и мой бизнес процветает.

Назар. Я пиво варить не умею.

Цезарь. Кто вас просит?

Назар. Извините.

Цезарь. Правило: бизнесу способствует общественная жизнь. Хочешь, не хочешь: собрания, акции, презентации. В общем: сборища, на которых нужно каркнуть что-то умное. А при большом скоплении народа мои мысли начинают путаться, и в голове образуется пустота. Могу и глупостей наговорить. А у меня, знаете ли, большие планы. Понятно?

Назар. Понятно.... То есть ничего не понял. А можно поконкретней: чем я вам могу быть полезен?

Цезарь. И это от него я хочу умных мыслей! Напрягитесь, маэстро, мне нужно, чтобы кто-то писал для меня речи. Вы же писатель? Вот и пишите.

Назар. Да, но я пишу художественные произведения.

Цезарь. А кто вам сказал, что мои речи должны быть не художественными? Мне, как раз, и нужно побольше художеств. Чтобы народ рыдал от жалости, или захлебывался от восторга. В зависимости от того, как я пожелаю.

Назар. Но это все, скорее, похоже на фарс.

Цезарь. Дружище, пишите фарсы. Главное, чтобы народ этому верил. А я с успехом буду воплощать ваши творения в жизнь. Ну, как?

Назар. Не знаю.... Так неожиданно....

Цезарь. Вам нужна работа, маэстро?

Назар. Вообще-то нужна.

Цезарь. Вы приняты. Сейчас и приступайте. Здесь у меня есть проект одной речи.... Да где же она? (Ищет на столе) Ага, вот. Написано ужасно. Надеюсь, вы напишите лучше. (Передает бумаги)

Входит Настя.

Настя. Доброе утро Цезарь Богданович. (Раскладывает бумаги на столе) Отчеты по производству и сбыту. Рекомендации аналитиков. Макеты новой рекламы. Понравившиеся отметьте птичкой. Это документы на подпись. С этим необходимо ознакомиться. Это рекомендую отклонить. А здесь ....

Цезарь. Вот такой речитатив каждое утро. Песня личного секретаря.

Настя. Надеюсь, это была шутка. Ваше расписание на день...

Цезарь. Настя, обрати внимание: это Назар Вольный - мой новый помощник. Будет писать для меня. А это Настя - мой личный секретарь.

Назар. Очень приятно.

Настя. Вы так думаете? Ну и что здесь приятного?

Назар. (Несмело) С вами познакомиться.

Настя. Уверены? Не люблю дежурные фразы и поспешные выводы. Можете работать в соседней комнате. Закончите, отдадите мне. (Цезарю) Какие-нибудь поручения?

Цезарь. Нет, нет. (Настя выходит). Строга. Умна. Держит всё под контролем. Порой и сам ёё опасаюсь, но дело свое знает, профессионал высшего класса. Что ж, идите, творите, маэстро.

Назар. (Остановившись у выхода) Простите, я, наверное, должен поблагодарить. Но все так быстро произошло! Вы, как скоростной поезд: несетесь на всех порах к поставленной цели.

Цезарь. Диагноз правильный, доктор. Хорошо сказано: скоростной поезд. Запишите для меня. Да, я надеюсь, вы понимаете, что моя многострадальная психика - врачебная тайна?

Назар. Могила! (Выходит)

Цезарь. Вот и славно: трам-пам-пам.

С противоположной стороны входит Феликс.

Феликс. У вас хорошее настроение, патрон?

Цезарь. Феликс, я уже почти соскучился. Опаздываешь.

Феликс. Ничуть.

Цезарь. Молчи, мне лучше знать. Если хочешь чего-то добиться в жизни, надо быть скоростным поездом. Понятно?

Феликс. А, ну если так, то, конечно. Но я уже здесь, и готов решить все ваши срочные дела.

Цезарь. Замечательно. Только я уже не помню, зачем ты мне был нужен. Хотя нет, прекрасно помню: моя новая речь. Так вот, она ужасна.

Феликс. Прошлый раз вы говорили тоже самое.

Цезарь. Вот именно. Полная галиматья.

Феликс. Я старался.

Цезарь. От твоей писанины несет казенщиной. Хочется выть от тоски.

Феликс. Цезарь Богданович, в следующий раз, в лепешку расшибусь. Такое напишу....

Цезарь. Ретив до одури! Здесь талант нужен, а не рвение. И я откопал один самородок. Уже творит в соседней комнате.

Феликс. Но, патрон, а как же я? Неужели вы думаете, что найдете лучше и преданней помощника, чем Феликс?

Цезарь. Малыш, не надо биться головой об пол. Испортишь паркет и репутацию. Запомни: помощников может быть сколько угодно, но ценятся лично-преданные.

Феликс. Патрон, вы же знаете, моя преданность вне сомнений.

Цезарь. Именно поэтому я тебя первым посвящаю в свои планы. (Торжественно) Сегодня ночью.... После трудной внутренней борьбы с самим с собой.... Я принял важное решение: буду баллотироваться в депутаты парламента. (Пауза) Феликс, у меня выросли рога и хвост? Что ты на меня волком смотришь? Я еще пока не депутат.

Феликс. Онемел от неожиданности.

Цезарь. А может, ты сомневаешься в том, что я смогу стать депутатом?

Феликс. Ага. Конечно.

Цезарь. Что значит: конечно?

Феликс. Не сомневаюсь.

Цезарь. То-то же. Мой бизнес - это, конечно, увлекательное занятие. Но чувствую, что мне этого уже мало. Не мой масштаб. Развернуться негде. Солидный человек на сегодняшний день должен сидеть в парламенте и творить историю. Туда я и собираюсь.

Феликс. Патрон, вы там будете на своем месте. С вашим энтузиазмом вы там такого натворите!

Цезарь. Но об этом пока не должен знать никто. Я повторяю: никто. Надо подготовить почву.

Входит София.

София. Труженики мои! Все в делах и заботах?

Феликс. Всегда рады видеть вас, Софья Львовна.

Цезарь. Солнце мое, ты уже проснулась?

София. Цезарь, ты меня недооцениваешь. Я уже успела побывать на распродаже. Кстати, сэкономила тебе кучу денег.

Цезарь. Надеюсь, ты скупала не все подряд?

София. Неблагодарный! Ты же знаешь, что все это я делаю только ради тебя. Чтобы тебе не было стыдно, как выглядит твоя жена. Или тебе все равно?

Цезарь. Конечно, не все равно. Расплачиваюсь то за все это я.

София. Тебе я тоже купила.... Записную книжку. Это чтобы мне не приходилось по сто раз напоминать тебе о моих просьбах. Теперь ты их будешь записывать.

Цезарь. У меня великолепная память. Кстати о просьбах, я взял на работу твоего протеже - поэта. Надеюсь, он окажется толковым. Но о докторе, который лечит..., ну ты сама знаешь что, я больше слышать не желаю. Эту твою просьбу, я в свою записную книжку, вносить не собираюсь. Прими к сведению.

София. Как будто я делаю это для себя. Впрочем, не хочешь - твое дело. Не мне же лечиться надо. Ну, какие у нас новости?

Цезарь. Новости?! А какие новости?!

София. Надеюсь хорошие.

Цезарь. А почему ты об этом спрашиваешь? Ты уже что-то знаешь? Да, но откуда?...

София. Цезарь, я просто спросила, поинтересовалась твоими делами.

Цезарь. А, ты в этом смысле. Да, ничего.... Никаких новостей. Так, рутина.

София. Цезарь, у меня такое чувство, что ты что-то от меня скрываешь. И что-то важное.

Цезарь. Дорогая, почему ты так решила?

София. Интуиция подсказывает. Я же тебя знаю. У вас вид дешевых заговорщиков. И у Феликса бегают глаза. Феликс, у тебя глаза бегают.

Цезарь. Вздор. Феликс, прекрати эти... безобразия с глазами.

Феликс. Но я не виноват, они сами по себе бегают. Произвольно.

Цезарь. (Строго) Зафиксируй их!

Феликс пытается выполнить команду.

София. (Скептично) Неубедительно. Почему ты никогда не посвящаешь меня в свои дела?

Цезарь. Радость моя, мне кажется у тебя такая насыщенная, высоко духовная жизнь, что я не осмеливаюсь спускать тебя на грешную землю. Зачем? Ты достойна большего, чем разговоры о производстве прозаического пива.

София. (Неуверенно) Да?... Может ты и прав.

Цезарь. (Тихо) Фух, как славно сказал.

София. (Тихо) Значит соврал.

Цезарь. Ведь могу же, когда надо. Жаль, что редко получается. Почему-то перед народом переклинивает.

София. Но знаешь, мой славный, я готова временами спускаться на грешную землю, и вникать в твои дела. А-то как-то не по-человечески получается: жена должна жить проблемами мужа, а я не живу.

Цезарь. Я того... этого... подумаю над этим. А сейчас мы с Феликсом того... удалимся.

Цезарь и Феликс поспешно уходят.

София. И все-таки он что-то скрывает от меня, мерзавец.

Входит Назар.

София. О, Назар! Хоть одно живое лицо в этом доме лицемерия.

Назар. Я здесь только благодаря вам.

София. Молодой человек, если он талантлив и не глуп, всегда сможет найти свое место. Благодаря таким женщинам, как я, например. Талантам нужно помогать.

Назар. Уже получил первое задание: речь для Цезаря.

София. Неужели мой Цезарь запоет соловьем? А то, порой, такое брякнет, со стыда сгореть можно. Вы теперь наш, и я могу быть откровенной. Цезарь.... Впрочем, оставим мелочи. Поговорим о нас с вами. Не знаю, как и сказать. Надо же, я робею. Не пойму отчего? Это вы так на меня действуете. Видите ли, ... у меня есть страстное желание....

Назар. Да, да....

София. Я хотела бы попробовать тоже стать писательницей. Вам не трудно будет взять на себя руководство в этом процессе?

Назар. В этом процессе?...

София. Вы такой талант! Такой мастер! А для меня это так важно!...

Назар. Да, но....

София. Какое облегчение! Я так и знала, что вы мне не откажете. Представляю физиономию Лолки Крутогрудовой, когда она узнает, что у меня есть персональный учитель-поэт. Умрет на месте. Туда ей и дорога, стерве. Это я образно, конечно. Лола - моя лучшая подруга. У нее свой салон красоты. Правда это не спасает ее сюрреалистическую внешность. Можно сказать ёё внешность уже ничто не испортит. Так вот, Лола считает себя сильной личностью. Мне же она постоянно дает понять, что я ни на что не способна в этой жизни. Ну, разве это так?

Назар. Она ошибается.

София. Я думаю, что способна на многое.

Назар. Было бы глупо сомневаться. В нас дремлют такие скрытые, глубинные способности, о которых мы и не подозреваем.

София. Как я вас понимаю!

Назар. Надо только открыть их в себе.

София. Вот я и хочу.... Чтобы вы помогли мне открыть эти... скрытые, глубинные...

Назар. Но почему вы решили стать именно писательницей?

София. Мне есть, что сказать людям.

Назар. Да?

София. Я женщина, тонко чувствующая и с большим воображением. И потом, несмотря на мой нежно-цветущий возраст, у меня богатый жизненный опыт. Я вращаюсь в таких кругах и среди таких персонажей, что у меня год идет за два. Дикая савана, река с пираньями. Почему бы ни воспользоваться этим материалом? И возможно, под вашим чутким и умелым руководством, я достигну успехов.

Назар. Вы, несомненно, достигните.

София. У меня такое предчувствие, что вы вскоре сделаете удачную карьеру. Вы не знаете, откуда такое чувство?

Назар. Даже не догадываюсь.

София. Для мужчины это важно - карьера.

Назар. Даже не знаю: хочу ли я именно этого.

София. Вы еще не знаете, как это может быть увлекательно. Успешная карьера - это как победа на олимпийских играх жизни. Победителю достается все.

Назар. Все - это так абстрактно.... Так много и так ничего.

София. Не сопротивляйтесь, и река вынесет вас к благодатному берегу. И тогда вы поймете, что именно этого и хотели. Но для этого нужно потрудиться. Ах, не буду мешать. Встретимся на нашем литературном занятии, мой друг. (Выходит)

Входит Настя.

Настя. Вы закончили?

Назар. Что?

Настя. Я спрашиваю: вы закончили работу?

Назар. А-а, да. (Отдаёт ей бумаги)

Настя. (Просмотрев) Совсем неплохо.

Назар. Да? Ну, я всё же....

Настя. А откуда вы вообще материализовались, если это не секрет?

Назар. Из мира рифм, фантазий, вдохновенья....

Настя. Как-то пошловато звучит.

Назар. Не знал, что быть писателем и поэтом - это пошло. О, вы смутились. Я уже думал это нечто невозможное. Оставьте, вам не к лицу. Но я удовлетворю ваше любопытство. Мы познакомились с Софией на литературном вечере. Сборище богемы, ротозеев, подающих надежды юнцов и утративших их окончательно желчных старичков. А так же дам, которые хотят приобщиться к высокому. Правда, бывают там и ценители.... София очаровательно скучала.... Я прочел свои стихи, и она....

Настя. Признала в вас гения.

Назар. Дала мне работу.

Настя. Но зачем вам такая работа, как здесь, если вы... писатель? Это же глупо! Неужели писать речи для Цезаря предел ваших мечтаний?

Назар. А вы думаете, что писатели ездят на Пегасе и питаются святым духом? Да, у меня есть способности, но я пока не известен, не знаменит. И поэтому, вынужден искать работу. Эта не хуже других.

Настя. Не хуже. Но я бы.... Впрочем, это не моё дело.

Назар. А как бы вы поступили на моём месте?

Настя. Добивалась бы успеха. И будь у меня призвание, поверьте, добилась бы.

Назар. С каким чувством вы это сказали! Я думаю, что за такой девушкой, как вы, успех сам бы гонялся.

Настя. По-вашему, успех похож на пустоголового плейбоя? Не думаю. Скорее он знает себе цену. И за него ещё побороться надо. Но, кажется, вы сейчас пытались сказать мне комплемент?

Назар. А что не получилось?

Настя. Получилось.... Довольно бездарно. Увы.

Назар. Что ж, буду совершенствоваться.

Настя. Впереди у вас трудный и тернистый путь на этом поприще. Смотрите, не споткнитесь. Только хочу предупредить: не пытайтесь совершенствоваться на мне.

Назар. Почему? Неужели вам неприятно?

Настя. Когда тебе льстят? Ничуть.

Назар. Но это же не всегда лесть. Возможно, таким образом, хотят выразить свою симпатию.

Настя. Ну, так прямо и скажите. Зачем же ходить вокруг да около?

Назар. А-а-а.... Э-э-э.... Извините, я, кажется, был бестактен.

Настя. Да нет, это я, порой, ... слишком прямолинейна. Дадите свои стихи почитать?

Назар. Проверяете?

Настя. Поэзию люблю.

Назар. Никогда бы не подумал. (Пожалев, что сказал) Простите.

Настя. (Сердито и категорично) Ни за что!

Настя выходит, едва не столкнувшись в дверях с Анной.

Анна. Полегче, конная армия! (Назару) Вы, наверное, сказали ей что-то возбуждающее. Девушка в гневе. Так ей и надо. А то носит себя с гордо поднятым носом, потолки цепляет. Будто, по крайней мере, английская королева. А на самом деле простая секретарша. Я Анна. Занимаюсь здесь хозяйством.

Назар. Меня зовут Назар. Я новый помощник ....

Анна. Знаю. Новый - это всегда интересно. Как первая брачная ночь. Ожиданий много, результат - могут быть неожиданности. (Смеется) Люблю юмор. Острое словцо, как перчик - хорошая приправа для беседы.

Входит Антон.

Антон. Привет!

Анна. О, явление блудного сына народу.

Антон. А народ, как всегда, чем-то недоволен?

Анна. Народу все равно. Тебя хотел видеть твой папаша.

Антон. Папаша с утра - слишком тяжелое испытание. Особенно если ты всю ночь куролесил, и теперь хочешь только одного - спать. А буйная твоя голова готова взорваться.

Анна наливает из графина воду в стакан, затем смачивает салфетку. Салфетку кладет на лоб Антону, а стакан дает выпить.

Анна. Дитятко иссякло. Я, в свое время, покрепче была.

Антон. Я как раз и заехал за тем, чтобы сообщить, что меня сегодня на работе не будет.

Анна. Завидное постоянство.

Антон. (Глядя на Назара) Но вижу, есть индивидуумы, которым работа с утра в радость. Я говорю не о тебе Анка.

Анна. Это новый помощник твоего папаши.

Назар. Назар.

Антон. О, в нашем зоопарке новые обитатели?! Я Антон. Сын Цезаря и позор семьи.

Назар. Интересный статус.

Анна. Главное, что он старается оправдать его изо всех сил. Оболтус и шалопай.

Антон. Я несу это звание с честью. А ты мне, кажется, завидуешь, шипящая гусыня.

Анна. Еще чего, малыш. Меня не переплюнешь. (Выходит)

Антон. (В след) Мегера!

Назар. Но почему позор?

Антон. Потому что я делаю, что хочу. Это гораздо приятнее, чем делать то, что нужно. Тем более кому-то. А моя семейка бесится. Мачеха считает меня легкомысленным и непрактичным. Хоть сама еще та транжира. Сестрёнка завидует, что я живу веселее, чем она. Папаша спит и видит, как бы приобщить меня к своему бизнесу.

Назар. А ты успешно сопротивляешься?

Антон. Ты меня понимаешь. О каких делах может идти речь, когда ты молод и тебе так многого хочется? Вокруг же столько соблазнов! А я парень азартный.

Назар. Поддаваться соблазнам, наверное, всем приятно.

Антон. А тебе?

Назар. Не имею такой возможности.

Антон. Для этого еще и смелость нужна. А вот мой папаша, кстати, больше всего любит заниматься делами, деньги зарабатывать. Каждому свое. У тебя есть лишние деньги?

Назар. Нет.

Антон. У меня тоже. Как у нас с тобой много общего! Думаю, мы сработаемся и как-нибудь покуролесим. А пока желаю успехов на трудовом фронте, Назар. Да, и меня ты не видел. Испаряюсь. Надо восстановиться после бурной ночи. (Уходит)

Назар. (После паузы, с вызовом) Ну что, дорогая моя Муза? Можешь поздравить меня. Я получил новую работу и начинаю новую жизнь. Тебе это не нравится? Ты ошеломлена? Надулась и молчишь? Что ж, капризная моя, придется тебе смириться. Отныне будет так!



Затемнение.



Дом Цезаря. Цезарь стоит посреди комнаты.

Цезарь. О чем мечтает каждый из нас? Простой, незатейливый труженик. Конечно же, чтобы жизнь была хорошей и счастливой. Теплый дом, щедрый стол.... Ну и всякие маленькие житейские радости. Простые и понятные всем желания. Но ленивый человек только мечтает об этом. А человек деятельный - действует. Работает, работает, не покладая рук. И, в конце концов, достигает желанного благополучия.... Такой человек, как скоростной поезд мчится на встречу своему большому счастью.

Феликс. (До этого незаметно сидящий в углу, бурно аплодирует) Браво, патрон! Вы так это проникновенно сказали! У меня мурашки по коже забегали. Вы прирожденный оратор!

Цезарь. Феликс, я же просил сидеть тихо, без восторгов. И потом, запомни: льстить нужно без фанатизма. Скорее поверят.

Феликс. Простите, патрон, не сдержался.

Цезарь. Да ладно.... О чем это я? А! (Пафосно продолжает) Мне могут возразить: не всякий может быть таким активным. Так вот, тем, кто не может, мы должны помочь. Как? Мне так хочется вам многого наобещать....

Анна. (Проходя через комнату) Политики, как все мужики, наобещают, распалят женщину, а вот когда до дела дойдет, то где они?...

Цезарь. Сбила, паразитка!

Анна. А когда больше нечего сказать, так нас же и обвиняют. (Выходит)

Цезарь. Ну как можно в такой обстановке готовится к выступлению? Все вдохновение ушло. Зараза!

Феликс. Совершенно с вами согласен, патрон. Примитивное создание. Куда ей вас понять, дуре?

Цезарь. Она сказала "политики"?... Кошмар! Ничего в тайне сохранить не возможно!

Феликс. Да, патрон, на лицо явная утечка информации.

Цезарь. Ты обратил внимание на моих основных конкурентов? О, ну и наглые! Так и готовы вцепиться в глотку.

Феликс. Патрон, я хотел бы поговорить с вами о чем-то важном.

Цезарь. О моей предвыборной компании?

Феликс. Это конечно очень важная тема, но я хотел бы о личном.

Цезарь. О моем личном?

Феликс. О моём, патрон.

Цезарь. Феликс, ты меня разочаровываешь. Я озабочен, можно сказать глобальными, общегосударственными проблемами, а ты отвлекаешь на какие-то мелкие личные делишки. Стыдись.

Феликс. Но вы же сами говорили, что не бывает общегосударственного без интересов индивидуума.

Цезарь. Феликс, не надо верить всему, что говорят с высокой трибуны. Мы, политики, люди увлекающиеся. Нас часто заносит. И потом, речь шла о народе, а не о таком индивидууме, как ты. Ну, хорошо, не дуйся. Что там у тебя? Докладывай.

Феликс. Речь идет о Виоле.

Цезарь. Хорошо, что напомнил. Девочка сегодня возвращается с учебы в родной дом. Надо уделить ей внимание.

Феликс. Я, как раз, о внимании.... Патрон, я хотел бы просить вас.... Виола, такая девушка.... И я....

Цезарь. (С иронией) Тоже не дурак.

Феликс. Совсем не дурак. Ну, вы же знаете. В общем, она мне нравится. И если вы не будете против, то я бы хотел надеяться.

Цезарь. Феликс!... Я, надеюсь, еще ничего не случилось?

Феликс. Случилось.... Нет, нет, нет, не то, что вы подумали. А только то, что я хотел бы....

Цезарь. А что по этому поводу говорит Виола?

Феликс. Ничего не говорит. Смеется.

Цезарь. Вот и славно.

Феликс. Но порой мне кажется, что она всё же... обращает на меня внимание. И я, конечно же, постараюсь.... Если вы разрешите....

Цезарь. Феликс, ты же знаешь: я - либерал. Решать, конечно же, Виоле, но я должен подумать над этим казусом.

Входит София.

София. Цезарь, ты злодей!

Цезарь. Да, да, дорогая.

София. О, я подозревала, что я для тебя всего лишь антураж. Как наклейка на твоей пивной бутылке.

Цезарь. Мадонна, как ты красиво сказала. Так образно! И так неожиданно! Радость моя, а что ты имеешь ввиду? Наклейка - это же лицо бутылки. Ты понимаешь, как это важно?

Феликс. (Поспешно) Софья Львовна, вы солнце среди нашей серости. (Пытается поцеловать руку)

София. (Отдёрнув руку) Осторожней, Феликс, не обожгись. Потому что солнце может так рвануть, что вселенной мало не покажется.

Феликс. Я тогда лучше пойду. (Пятится к выходу)

София. Да, и лучше рысью.

Феликс поспешно выходит.

Цезарь. Да ты, кажется, взволнована, душа моя! Что тебя беспокоит?

София. Цезарь - ты куча притворства!

Цезарь. Какие жестокие слова.

София. Весь город знает, что ты собрался в депутаты парламента, и только я, твоя жена, узнаю об этом последней! Какой же дурой я выглядела с разинутым ртом посреди парикмахерской!...

Цезарь. Какая досада! Ты, конечно же, хотела, чтобы город узнал об этом именно от тебя. В парикмахерской разорвалась бы бомба сенсации, и ты стала героиней дня. Но не удалось. Извини.

София. Издеваешься?

Цезарь. Да, нет, да. То есть, конечно же, нет. Я люблю тебя, Софа.

София. И это любовь? А разделить со мной все радости? А взаимопонимание? А доверие?

Цезарь. Птичка моя, ты слишком строга ко мне. Я не хотел забивать твою золотую головку скучной чепухой. Всего лишь.

София. О-о! Сам-то ты не считаешь это скучной чепухой.

Цезарь. Я совсем другое дело. Я мужчина! Солидный, серьезный, обременённый огромной ответственностью. На мне бизнес, семья и ты. Ты думаешь, это легко?

София. (Едко) Я - особенно тяжелая ноша.

Цезарь. Я этого не говорил.

София. Но думал. Ты считаешь меня настолько глупой, что побоялся доверить мне тайну своих планов, как будто я выболтала бы её первому встречному. Не выболтала бы, как бы мне этого не хотелось.

Цезарь. София - это же политика!... Это того... величина!... Важность! Страшное дело, как серьезно!.... Это тебе не сумасбродные увлечения писаниной.

София. О, ты никогда серьезно не воспринимал меня, Цезарь. Как твоя жена, я еще могла бы снести такое оскорбление, но как личность - никогда! Ты считаешь себя гениальным бизнесменом, но как бы тебе не просчитаться в моём случае.

Цезарь. Так это твоя личность бунтует, дорогая?

София. Моя личность требует.... Не знаю, что, скорее я простила бы тебе: измену, или вызывающее пренебрежение. Но тот, кто хочет войны, тот её получит.

Цезарь. Давай заключим перемирие, дорогая. Извини, у меня нет сейчас времени на семейные войны. Я же понимаю, что ты всего лишь шутишь.

София. Черта с два!

Цезарь. Женские капризы!

София. Мужской эгоизм!

Цезарь. Не балуйся, солнышко! Тебе это не идет. (Выходит)

София. (Задохнувшись от возмущения) Цезарь! Остановись, Цезарь!... Сбежал! Но как же обидно! До слёз! Когда тебя не слышат. А я так еще много хотела ему сказать. Но почему нам женщинам всегда рекомендуют быть мудрее, и призывают к смирению? В то время как сами мужчины, постоянно поднимают восстания против нас, женщин. Воистину, чем меньше они склонны к мученичеству, тем настойчивей требуют его от других. Это несправедливо! Это ужасно!

Входит Назар.

Назар. Кто-то кричал?

София. Нет, нет. Это я готовилась к нашим занятиям. Выясняла, как характеры персонажей влияют на развитие сюжета.

Назар. Ну и как?

София. Поняла, почему некоторых паразитов, то есть персонажей, автор с удовольствием хватает за горло и душит. И никаких угрызений совести.

Назар. Да, это довольно бурное развитие сюжета. Вижу, вы взволнованы. Творческое возбуждение?

София. Ещё какое!

Назар. Может, стоит отменить на сегодня наши занятия?

София. Ни в коем случае. Меня трудно сбить с намеченного пути.

Назар. Тогда напомню: вы должны были подготовить какую-нибудь историю.

София. Историю несчастной женщины....

Назар. Почему несчастной?

София. Потому что мы женщины, выбирая сердцем, а даже если и разумом, часто ошибаемся. Путаем желаемое с действительностью. И продолжаем верить в сказки. Моя героиня...однажды встретила мужчину. Он заинтересовал, а затем и очаровал её. О, мужчины это умеют. Расставить сети.... Любила ли она его? Может, так ей казалось. Она это поняла позже. Поняла, что не в состоянии ответить самой себе на этот непростой вопрос. Совершенно случайно он оказался состоятельным человеком. По началу ей нравилась беззаботная, мало проблемная жизнь. Но затем она, натура деятельная, осознала, что это скучно, и даже унизительно. Да, да, унизительно. Ведь, получается, от неё ничего не зависит.... И чувствуешь себя такой одинокой!... И такой... дурой. Обидно.... Так обидно!... (Плачет)

Назар. Я вас понимаю... Обидно быть дурой.... (Подходит к ней) И такой одинокой....

Внезапно они целуются.

София. (Опомнившись) О! Мы не должны больше этого делать.

Назар. Да....

София. Никогда.

Назар. Никогда.

София. Это не хорошо.

Назар. Ужасно!... Да.... Не совсем хорошо.... Как-то неловко.

София. Но так... приятно....

Назар. Да, так показалось.... Ну что ж, продолжим занятие....

София. Нет, нет, я думаю на сегодня достаточно.

Назар. Вы так думаете?

Походкой кинозвезды вплыла Лола.

Лола. Привет. Что застыли? Как будто увидели чудо, которое спустилось на вашу грешную землю. Я, конечно, работаю над собой в этом направлении, но пока что можно: просто Лола. (Софие) Здравствуй дорогая.

София. (Назару) Моя подруга Лола. (Лоле) Назар.

Лола. А-а, талантливый Назар! Гордость нашей Софии. Я о вас уже столько слышала, всего и разного, что просто теряюсь в догадках: где правда, а где ложь. Любопытство меня просто распирает.

София. (Назару) Не обращай внимания, Назар. Лола всегда отличалась экстравагантностью. Как в одежде, высказываниях, так и в проявлении своих чувств.

Лола. Что значит: не обращай внимания? Обращайте, Назар, обращайте. Еще как обращайте внимание. София, твою снисходительность я игнорирую. Кстати, дорогая, кажется, там твоя Анка что-то разбила. Советую посмотреть.... Да, иди же! Или ты боишься оставить Назара наедине со мной? Не бойся, не съем. У меня сегодня нет аппетита. (Смеётся)

София. Ну, вот ещё, глупости. Я сейчас вернусь. (Выходит)

Лола. Глупости, глупости. Из таких глупостей складываются взаимоотношения.

Назар. София говорила мне о вас, как о своей лучшей подруге.

Лола. Представляю сколько ужасов. Кто же ещё расскажет о тебе во всех подробностях и красках, как не лучшая подруга.

Назар. И всё, правда?

Лола. (Опешив) Черт возьми! Возможно.... (Рассматривая Назара) С виду паинька, а зубастенький. Теперь я понимаю Софию. Все мы тянемся к неординарным, ярким людям. Особенно те, кто сам из себя ничего не представляет. София сказала мне, что вы учите её сочинять и даже писать. Наверное, романы? А разве этому можно научить?

Назар. Она прилежная ученица.

Лола. Не сомневаюсь. Я рада за неё. Может хоть в этом она сможет себя проявить? До вас она уже не раз пыталась самовыразиться в самых разных делах. Увы! Единственной удачной её попыткой оказалось замужество. Другая бы и успокоилась. Но не София.

Назар. Трудно понять, вы говорите с радостью или завистью.

Лола. Она всё еще надеется доказать всем, что может быть интересна окружающим, не только в качестве жены Цезаря, но и как удивительная творческая личность. Удивительная глупость. Зависть? Еще чего! Я женщина самодостаточная. И даже когда София перехватила у меня Цезаря....

Назар. Ах, вот как?

Лола. Да, был такой казус. Сначала он ухаживал за мной. И как ухаживал! Зубы стучали! Но мужчины бояться умных женщин.... Я и тогда с достоинством восприняла случившееся. И осталась её лучшей подругой. А София.... Что ж, она всегда претендовала на большее, чем заслуживает. Но стоит ли вам тратить своё драгоценное время на безнадежную посредственность? Если вам так уж надо кого-то учить, поверьте, вы могли бы найти более талантливых учениц. Подумайте над моим предложением.

Назар. Обязательно воспользуюсь вашим предложением, как только найду в себе силы. И время, конечно же.

Входит София.

София. Это не Анка, а стихийное бедствие. У неё всё летит в тартарары. И, как бы случайно. И ведь даже не усомниться в своей правоте

Лола. Я бы эту хамку давно выгнала.

София. Не скажи. Она хоть и дальняя родственница, я даже не знаю насколько дальняя, но все-таки свой человек в доме. Цезарь, только из-за этого, доверяет ей уборку своего кабинета. Ну и потом, кому же помогать, как ни родственникам? Хоть и наглым. Надеюсь, не скучали?

Лола. Ну что ты, я бы этого не допустила. Нам было о чем поговорить. А где же наш будущий политический деятель?

София. Нырнул с головой в пучину политической жизни. И редко оттуда выныривает.

Лола. Мне кажется, ему не хватает стиля политического деятеля. В его облике не хватает харизмы.

София. Ты думаешь, не хватает именно её?

Лола. Уверена. И я готова взяться за такое нелегкое дело, как имидж Цезаря. Не благодари, мы же подруги. Ты знаешь, какое лицо должно быть у политика? Доверительное. А у Цезаря какое?

София. Как-то не задумывалась.

Лола. И не пытайся. Никакое. Я бы ему не доверилась.

София. Ты бы не доверилась? Сомневаюсь.

Лола. Будь я на месте народа.

София. Ну, разве что. Хотя народ и не такое видел.

В комнату входит Антон, но, увидев присутствующих, тут же направился к выходу.

Лола. Антон! Пролетая мимо нас грешных, может, ты все же обратишь своё внимание?

Антон. Привет всем. Я не хотел мешать.

Лола. Даже так? Что ж, можешь отбросить свою природную деликатность. Ты никому не мешаешь.

София. Конечно, не мешаешь, Антоша. Тем более что я ухожу. У меня еще столько дел!

Назар. Да, да, и у меня дела. (Лоле) Получил массу впечатлений

Лола. Пожалуйста. Мне не жалко.

София и Назар выходят.

Лола. Хотел бежать?

Антон. Ну что ты?! Я просто не заметил тебя.

Лола. Меня, и не заметил!? Проблемы со зрением? Или с памятью? Ай-яй-яй, совершенно больной мальчик.

Антон. Зачем же так? Мальчик здоров и даже очень.... Но постоянно занят. Ты же знаешь: я работаю, возглавляю отдел рекламы на нашем славном пивоваренном заводе. А это дело ответственное и требует моего постоянного присутствия на объекте....

Лола. А вот я подозреваю, что ты просто избегаешь меня.

Антон. Лола, ты заблуждаешься! Я и не думал об этом. Просто забегался.

Лола. Вот, вот. Как только я где-то появляюсь, тебя там уже нет. "Только что был. Вот только, только" - говорят мне. Ты стал почти неуловимым.

Антон. Случайность.

Лола. Закономерность.

Антон. Ну, хорошо, если ты так настаиваешь.... Я должен внести ясность и определенность в наши отношения. Желания женщин должны выполняться. Я долго размышлял, Лола, ... и понял, что наша связь... порочна.

Лола. Что? Я не поняла.

Антон. Объясню. Ведь мы же не любим друг друга. Ну, была у нас интрижка, бурлили примитивные сексуальные инстинкты.

Лола. Сексуальные инстинкты?

Антон. Нам было хорошо и сладко. Но не было любви. Так, чувственные удовольствия. А значит это что?

Лола. Что?

Антон. Порок!

Лола. (Прейдя в себя) Ах ты крысёныш!... (Гонится за ним) Вспомнил о морали, паршивец?!... Дай мне вцепиться в твою наглую физиономию!

Антон. Нет, нет, она мне слишком дорога. (Убегает от нее.)

Лола. (Не догнав) Решил меня бросить? Так вот, тебе это не удастся. Потому что между нами ничего, никогда не было. Понятно?

Антон. Ты так это убедительно сказала.... Сердишься?

Лола. Сержусь ли я?... Еще чего! Ничуть. Так, небольшая досада. Ты не стоишь сильных чувств. И такой женщины как я. Примитивный самец!

Антон. Конечно. Теперь я спокоен.

Лола. Кто бы сомневался. Бездушный, эгоистичный гадёныш!

Антон. Я вижу: рана всё же кровоточит.

Лола. О!!!

Антон. Лола, у меня есть замечательное средство для твоего излечения. Очень эффективное. Ты перестанешь думать обо мне, как о сексуальном объекте, и к тебе вернётся твое здравомыслие. Увидишь, все как рукой снимет.

Лола. Мерзавец!... И что же это за средство?

Антон. Дай мне денег.

Лола. Что б ты провалился!

Антон. Вот видишь, как действует: ты уже на пути к выздоровлению. Знаешь, Лола, негодование тебе к лицу и даже делает тебя моложе. Бегаешь, как девчонка, живо реагируешь. Тебе надо чаше пылать гневом. И вечная молодость тебе обеспечена. (Выходит)

Лола. (Тихо плачет) О, какой жестокий, стервец!... Какое жестокое разочарование!... За что? (Выходит)

Входят Виола и Феликс.

Виола. Родной дом. Милый курятник. Моё сонное пристанище. Всё знакомо до боли. Ничего не изменилось, как будто и не уезжала. И ты, Феликс, так же пялишься на меня, до неприличия откровенно, и глупо улыбаешься. Феликс, я говорю о тебе.

Феликс. Да, да. Что поделать, если ты производишь на меня такое впечатление.

Виола. А я думала, что заставляю мужчин задуматься.

Феликс. О чем?

Виола. Не о чём, Феликс, а о ком. Обо мне, конечно же. И о многом другом. Как произвести на меня впечатление, например. Покорить. И, в конце концов, ...завладеть мной. Не смущайся, Феликс. Это ещё не значит, что они меня получат. Ну, ты, конечно же, как человек серьёзный, о таких глупостях не думаешь.

Феликс. Думаю.

Виола. А никто не разрешал. (Смеётся)

Феликс. Думаю о том, что ты тоже почти не изменилась.

Виола. Какая глупость! Конечно же, изменилась. Я стала более опытной и желанной. Разве ты не заметил?

Феликс. Но всё так же иронизируешь надо мной.

Виола. А ты страдаешь?... Молчишь, значит так и есть. Что ж, страдать ради женщины - это так благородно! А женщине лестно. Впрочем, не будем сориться. Где отец? Как всегда так занят, что не смог меня встретить?

Феликс. Патрон увлечен новой идеей: стать депутатом парламента. Но о тебе он вовсе не забыл. Эта миссия была поручена мне.

Виола. Даже в этом ничего не изменилось. У папы всегда новые идеи: то скачки на верблюдах, то скупка автомобилей, то охота на крокодилов. Я думала, что на этот раз это будет новая марка пива. Ошиблась. После пива папу потянуло в политику.

Феликс. Виола, я хотел бы поговорить... О-о-о.... Даже не знаю.... Есть такая тема.... Ты и я....

Виола. Феликс, ты даже в этом не оригинален.

Феликс. Но почему?

Виола. О страданиях юного клерка я слышала еще до своего отъезда на учебу. О том, какой он достойный, надёжный и верный. А вредная девуля не обращает на него ни малейшего внимания.

Феликс. Это говорит о моем постоянстве.

Виола. Ты скучный, Феликс, и в этом твоё постоянство.

Феликс. Я изменюсь.

Виола. Каким образом?

Феликс. Ну, я не знаю.... Хочешь, я буду нести всякую чушь, хохотать и прыгать, как сумасшедший?

Виола. Меня этим врядле заинтересуешь, а вот психиатр обрыдается от восторга.

Феликс. Что же ты со мной делаешь?

Виола. (Игриво) Феликс, это не я. Это твоя безумная страсть.

Феликс. Вот именно безумная.... (Подходит к ней и пытается поцеловать её)

Входит Назар.

Виола. (Оттолкнув его, смеется) Оставь, Феликс!... Отстань и не смеши. Роль безрассудного влюбленного тебе не идет.

Феликс. Извини, я не сдержался. (Замечает Назара)

Назар. А-а.... Я думал, здесь никого нет.

Феликс. Вот, в общем-то, и все, Виола, что я хотел тебе рассказать о домашних новостях. Ах, да, это Назар, новый помощник твоего отца.

Виола. Ну, наконец-то, хоть что-то новое.

Назар. Вообще-то я одушевленный предмет, даже, наверное, слишком живой.

Виола. (После паузы смеется) Да, теперь я заметила.

Назар. Мне не нравится теория о том, что серость и малозаметность способствует успешному выживанию. По-моему, это прямая дорога к безызвестности и забвению.

Виола. А вы занятный.

Назар. Я тоже должен сказать, что вы необычная?

Виола. Мне бы это понравилось.

Феликс. Думаю, Виоле будет полезно отдохнуть после долгой дороги. Слишком много новых впечатлений.

Виола. Слишком много опеки, мой нудный клерк. Но сейчас я, пожалуй, соглашусь с тобой. Мне надо отдохнуть. (Идет к выходу)

Феликс идет за ней.

Виола. И от тебя тоже, Феликс. (Назару) Еще встретимся, забавный помощник.

Феликс. (С досадой) Черт, умеют же некоторые появляться не вовремя.

Назар. Согласен. Тем более что трудно предугадать, на что можешь наткнуться. Мне жаль, что помешал.

Феликс. Да уж.... Ты, я вижу, заинтересовался Виолой?

Назар. Ничего серьезного. Просто познакомился. Что ей до меня, незаметного помощника её отца? Думаю, у неё есть более достойные поклонники. А почему тебя это взволновало, Феликс?

Феликс. Взволновало? Нет, не думаю. Виола дочь Цезаря. И он очень не любит, чтобы кто-то причинял ему беспокойство, во всех смыслах. А я стараюсь заботиться об этом.

Назар. Сторожем работаешь?... О, не надо так напрягаться, Феликс, это была шутка.

Феликс. Мне не нравятся твои шутки.

Назар. Сочувствую. Но это не лишает их остроумия. Впрочем, я не хотел тебя задеть.

Входит Настя.

Феликс. Надеюсь. Потому что дразнить меня тебе же дороже будет. (Выходит)

Назар. Попытался пошутить с Феликсом, а коллега кусается. Он всегда такой приятный собеседник?

Настя. Феликс такой, каким ему выгодно быть. Распространенное явление.... Вы знаете, мне понравились ваши стихи.

Назар. Удивительно. Вам что-то может нравиться?

Настя. Я имела ввиду исключительно ваши стихи. И только. В них есть искренность, сильные чувства, поступки.... И свобода от глупых условностей.... В них вы совсем другой.

Назар. Возможно, вы просто не знаете, какой я на самом деле? И на что способен.

Настя. Не знаю. Первое впечатление было не в вашу пользу. Но вот благодаря вашим стихам смогла взглянуть на вас совсем по-другому.

Назар. У меня к вам есть просьба, Настя. Она не совсем обычная.

Настя. Такая прелюдия! Собираетесь предложить мне ограбить какой-нибудь банк?

Назар. Почему вы спросили? Думаете, я на это способен?

Настя. Вы человек, как выяснилось, талантливый. Так что....

Назар. Я всего лишь хотел попросить помочь мне. Я работаю у Цезаря, но, честно сказать, чувствую себя совершенным профаном в его делах. Раньше меня интересовали более высокие материи, чем пиво. Теперь предстоит спуститься на землю.

Настя. Собираетесь сделать карьеру?

Назар. Не люблю чувствовать себя глупо. Ну, так как, поможете?

Настя. Ну что ж, как мне это не тяжело, придется проявить доброту.

Назар. Мы можем стать хорошими друзьями.

Настя. У меня скверный характер.

Назар. А у меня ангельское терпение.



Затемнение.

Кабинет. Цезарь и Антон.

Цезарь. Сын мой, я стал тебя редко видеть. Хотя, как подсказывает мой склероз, ты работаешь у меня. Кажется, возглавляешь отдел рекламы? Но, я смотрю, наша реклама осиротела. Бедняжка. И если бы не усилия Насти, загнулась бы совсем. Так где же ты пропадаешь, мой дорогой? Наверное, творишь великие дела?

Антон. У меня всегда была к этому склонность.

Цезарь. К пакостям?

Антон. Я изучаю опыт потребления нашей продукции. Ты должен быть мной доволен.

Цезарь. В кабаках? Напиваясь до чертиков и устраивая кутежи? Я в восторге! Сам не свой от умиления.

Антон. Ну, извини, отец, у меня возраст получать удовольствия.

Цезарь. Какой дурак сказал, что дети - это лучшие инвестиции? Я вложил в тебя уйму денег: воспитание, образование, всё самое лучшее. Никогда ни в чем не отказывал. Ну и что? В результате - дегенерат с большими запросами.

Антон. Ты всегда предъявлял ко мне завышенные требования. Да, возможно, я не оправдал твоих надежд. Но это же были твои надежды. Зачем было надеяться?

Цезарь. Возникает мысль: зачем тогда надо было заводить детей?

Антон. А наследство? Надо же кому-то его оставлять?

Цезарь. Убийственный аргумент.

Антон. Я же знаю, какое удовольствие тебе доставляет зарабатывать деньги. Почти такое же, как мне их тратить. Кстати, папа, мы так удачно затронули тему финансов.... Мне как раз нужны деньги.

Цезарь. Кому же они не нужны?

Антон. Мне очень нужны.

Цезарь. Знаешь, сын мой ненаглядный, хватит ждать, что в твой широко разинутый клювик папа вложит червячка.

Антон. Папа, какие червячки? Мне деньги нужны. Я проигрался.

Цезарь. А ты не пробовал получать удовольствия, зарабатывая их, сын мой? Попробуй.

Антон. Как? Это же куча денег!

Цезарь. (Сурово) Мы живем в мире, где нужно бороться за свое существование, сынок. Вот и борись. Выпутывайся, как хочешь.

Антон. Даже так? Что ж, я выпутаюсь. Найду способ. Но ты сам меня благословил. (Выходит)

Цезарь. Когда же этот волчонок перестанет есть манную кашу, и превратится в настоящего волка?

Входит Влад Жилобовский.

Влад. Боже, какое напряженное лицо! Больно смотреть на тебя, Цезарь.

Цезарь. Ба! Друг Жилобовский! Принесла тебя нелёгкая.

Влад. Доходы, наверное, подсчитываешь? Скукожился, напрягся весь. А зря. Деньги нужно делать с удовольствием и для удовольствия.

Цезарь. Да, зато ты у нас просто фонтанируешь удовольствием и юмором, как писающий мальчик в Брюсселе. Ездил туда - видел. Вы с ним очень похожи. Журчит, да всего лишь вода.

Влад. Надеюсь, что буду столь же успешен, как и он, в своих делах. Да не иссякнет мой источник.

Цезарь. Да иссякнет он навсегда.

Влад. Мы всегда умели сказать друг другу что-то приятное и жизнеутверждающее.

Цезарь. Зачем пожаловал? Только не надо рассказывать, что забежал пожелать мне удачи в делах. Или того... справиться о моём здоровье. Кстати оно у меня отменное. Так что не рассчитывайте.

Влад. Цезарь, я пришел с миром.

Цезарь. И я об этом. "Кто хочет мира, должен готовиться к войне".

Влад. Ты какой-то нервный. Ей-богу, выглядишь неважно.

Цезарь. Я же сказал: со здоровьем у меня всё в порядке. И врач мне не нужен.

Влад. А кто говорил о враче? Никто. Цезарь, я знаю, что тебе нужно.

Цезарь. Да? Удивительно. Я и сам порой не могу этого понять. Всё-таки удивительные создания люди: себя понять не могут, зато всегда знают, что нужно другим. Ну и что же, по-твоему, нужно мне?

Влад. Я.

Цезарь. Да ты рехнулся, Жилобовский.

Влад. Не согласен. Сумасшедшие, как правило, люди импульсивные, поступают вопреки логике и здравому смыслу. Мной же руководит холодный расчет, корысть и дружба. Да, да, дружба.

Цезарь. Да ты сама откровенность. Пугающая.

Влад. Да, я такой. Мне нечего скрывать.

Цезарь. Не считая того, что когда мы были партнёрами, ты пытался урвать себе кусок побольше, а меня оставить в дураках. После чего мы благополучно и разошлись.

Влад. Какие гнусные инсинуации. Я и тогда говорил, и сейчас утверждаю: и в мыслях не было. Вот ночью меня разбуди и спроси: "Кто твой друг?" И я, как на духу скажу: "Цезарь!" А то, что некоторые доброжелатели-сволочи решили облить меня помоями так из зависти. А ты поверил. Но я чист перед тобой, как слеза.

Цезарь. (Смеётся) Я сейчас заплачу.

Влад. Не веришь?

Цезарь. В твою дружбу - нет.

Влад. Хорошо, поговорим о корысти. Какое сладкое слово, не правда ли?

Цезарь. Сладкое. Как липкая паутина.

Влад. Мы с тобой, Цезарь, два весьма преуспевающих деловых человека. И ты, и я имеем по заводику, варим пиво себе на славу. Но никуда не денешься - конкурируем. А это - убытки, сам знаешь. Да и другие наседают, варвары. Всё удушить норовят. Но ты представь, какого эффекта мы бы добились, если бы опять объединили наши предприятия. Это был бы ренессанс в пиве! "Цезарь и Влад Жилобовский" - золотыми буквами. У меня уже кружиться голова. А у тебя? Да? Нет? Что ты молчишь? Нет, нет, прошу тебя, не отвечай мне сейчас ничего. Понимаю, ты ошеломлён столь грандиозными проектами. Тебе надо подумать. Поэтому Жилобовский уходит. (Идет к выходу) Но я вернусь. (Выходит)

Цезарь. (После паузы) Наглый боров! Такое предложить! И кому?! Мне! И это после всего, что я вытерпел от этого ирода!

Входит Настя.

Цезарь. Настя, ты видела ...типа, который только что вышел отсюда.

Настя. Жилобовского? Его трудно не заметить.

Цезарь. Так вот, я его видеть больше не хочу.

Настя. Хорошо, внесу его в черный список.

Входит Назар.

Цезарь. Назар! Ты то мне и нужен. Спасибо Настя.

Настя выходит.

Цезарь. Назар, мой сын - оболтус, на мой взгляд, катится в какую-то помойку. И кажется, получает от этого величайшее удовольствие. Кабаки, девки, сомнительные знакомства. И еще он играет. Продувается. Я хотел бы, чтобы ты присмотрел за ним.

Назар. Неужели вы могли подумать, что я буду шпионить за вашим отпрыском?

Цезарь. Конечно. То есть, конечно, нет. Какое абсурдное предположение! Как ты мог такое подумать? Достаточно, если я буду знать, что он с тобой. Тебе я доверяю. Но если ты будешь время от времени информировать меня..., что всё нормально, я буду спокоен.

Назар. Вы ставите меня в очень трудное положение.

Цезарь. А кому из нас легко?

Назар. Это так утешает. Но я не знаю....

Цезарь. А я знаю. И сумею оценить. Заранее тебе благодарен. (Выходит)

Назар. Ты смеешься, Муза моя? Забавляешься, наблюдая, как я успешно подымаюсь по ступенькам карьеры вверх, а моя порядочность, в то же время, стремительно летит вниз?

Назар идет к выходу и сталкивается с Виолой.

Виола. Опять мы с вами встретились так неожиданно. Я искала отца....

Назар. Вы сегодня без эскорта?

Виола. Без Феликса? Меня спасает то, что, он вынужден работать.

Назар. По-моему у него от вас кружиться голова.

Виола. Романтический ореол подходит Феликсу как кладбищу танцы. Если от чего у него и кружиться голова, то только от денег и от собственной персоны. Феликс - это ледокол, который прямым курсом следует к намеченной цели. Такой же упертый и такой же унылый.

Назар. А какова его цель?

Виола. Ну, это и ослу понятно - я.... И деньги и возможность пробиться в жизни.

Назар. Осел вам весьма благодарен за разъяснения. Ему было непонятно.

Виола. (Смеется) Не каждый осел способен на такую убийственную самокритику.

Назар. Возможно я исключение.

Виола. Вы и в правду не похожи на тех мачо, которые окружают меня.

Назар. Нет, не похож. Не люблю быть в стаде.

Виола. По-моему я вообще вас мало интересую.

Назар. Вас это огорчает?

Виола. Да. Невнимание всем неприятно. А девушку, особенно такую избалованную, как я, это просто оскорбляет.

Назар. По крайней мере, честно. Отвечу так же прямо и откровенно. Вы меня, кажется, интересуете. Но у вас есть, на мой взгляд, большой недостаток.

Виола. (С испугом) Какой?!

Назар. Деньги вашего отца.

Виола. Вот это да! Я всегда думала, что это мое достоинство. Но.... Ваши взгляды на богатство так старомодны?

Назар. Я ценю свою независимость. А чужие деньги могут на нее посягнуть. Поэтому предпочитаю держаться подальше.

Виола. Вы опять меня удивили. Сейчас так трудно найти человека, которому ничего от тебя не нужно кроме тебя самой.

Назар. Наверное, вы не там ищите. Какой у нас серьезный разговор вышел.

Виола. Я даже взмокла от напряжения. А вы можете хотя бы на сегодняшний вечер отбросить свои предрассудки, и посвятить себя девушке с огромным недостатком? Обещаю не посягать на вашу бесценную независимость.

Назар. А вам часто приходится слышать слово "нет"?

Виола. Нет.

Назар. Тогда до вечера.

Виола. Надеюсь, я не пожалею? (Выходит)

Назар. (Задумчиво) Еще одна ступенька вверх. Еще стремительней паденье....

Входит София.

София. Поэт витает в облаках! Простите, что прервала этот процесс.

Назар. Нет, нет, я просто задумался.

София. Назар, мы с вами последнее время очень сблизились. Гм.... Духовно.... Я хотела бы с вами посоветоваться, как с близким человеком. И возможно как с представителем мужского клана.

Назар. Польщен доверием.

София. Скажите, как вы расправляетесь со своими обидчиками?

Назар. Вот так, так. Вы решили объявить кому-то войну и выступить в поход?

София. Ну что вы, я слишком слаба. А потому война - не мой метод.

Назар. Тогда смиритесь. Или сделайте вид что смирились. А, выбрав удобный момент, неожиданно нанесите ответный удар. Обычно так поступают люди умные, но не обладающие силой и возможностями. Но мудрые проявляют великодушие. И зачастую взамен получают гораздо больше. Так учат мудрецы, но в жизни практичней быть умным и даже прагматичным.

София. А чтобы выбрали вы?

Назар. Творческие личности часто поступают алогично. Говорят же: не от мира сего.

София. Как раз этого я себе позволить не могу. Но вы правы, женщине, если она хочет добиться своего, нужно быть такой многогранной! И, конечно же, иметь голову на плечах. Да еще, какую голову!



Затемнение.



Кабинет Цезаря. В кабинете София. Входит Цезарь.

Цезарь. Царица моя, ты продолжаешь на меня сердиться?

София. Удивительно, что ты это заметил.

Цезарь. Но ты так ярко это демонстрируешь, сердце мое. Ничего не требуешь. Не тратишь деньги. Ты даже мало говоришь. Это невыносимо!

София. Значит, ты признаешь, что глубоко виноват передо мной?

Цезарь. Я? Нет, то есть если ты хочешь....

София. Что?! Я хочу?! Ну, нет!...

Цезарь. Да! Конечно же, да. Виноват и каюсь.

София. Давно бы так. Вот видишь, как это просто: каяться. Я же понимаю, как тебе нелегко было носить на душе эту тяжесть - ощущение вины. Но, знаешь, дорогой, я не уверенна, что готова тебя простить.

Цезарь. Но София!? Не будь жестокой! Прелесть моя, неужели ничто не сможет повлиять на твое решение?

Анна вносит свертки и коробки.

София. Что там?

Цезарь. Мое маленькое прости.

Анна. Такое маленькое, но такое громоздкое!

София. (Осматривая подарки) Цезарь, ты, что же решил меня подкупить?

Цезарь. Я? Ну что ты? Только загладить свою вину.

София. (Колеблясь) Всё это так материально, а для нас, людей искусства, гораздо важнее духовное содержание. Наполнение нашего внутреннего мира.

Цезарь. Сколько это стоит, дорогая?

София. Что?

Цезарь. Твое духовное содержание.

София. Цезарь?! Это оскорбительно! Ты снова пытаешься меня унизить.

Цезарь. Мне что же, отправить все это обратно? Анна, уноси.

София. Ну, хорошо, так тому и быть. Оставь. Не хочу быть неблагодарной. И потом, надо же мне чем-то прикрыть свою наготу. Анна, отправь это ко мне.

Анна выходит.

София. Я прощаю тебя, Цезарь. Можешь поблагодарить Назара. Это он уговорил меня простить тебя. Мудрость заставляет нас быть великодушными.

Цезарь. Этот парень далеко пойдет. Хоть он может повлиять на тебя и наставить на путь истины. Кстати, надеюсь, он тебя только учит, дает советы и ничего более?

София. О, ужас! Как ты мог такое подумать?!

Цезарь. Я не думал. Так, на всякий случай. Дорогая, хочу обратить твое внимание: ты теперь жена будущего политика. Да. А личная жизнь политика - это уже не личное дело. Поэтому наши семейные отношения должны быть, ... как бы это сказать, ... невинно безупречны. А наши ссоры....

София. Да?... О, я подозреваю, что ты пошел на примирение со мной только потому, что беспокоишься о своей безупречной репутации.

Цезарь. Что ты? Я беспокоюсь только о наших чувствах.

София. Какая лицемерная ложь! Додуматься только: я и Назар! Мои чувства на гране взрыва. Ты играешь с огнем, Цезарь!

Входит Виола.

Виола. У вас сражение, примирение или переговорный процесс?

София. Виолочка, золотце, тебе совершенно не к лицу быть такой язвой. Мы с твоим отцом проводим консультации. Цезарь советовался со мной по вопросам внутренней политики.

Цезарь. Я?.... Не может быть. Впрочем, ... если ты так хочешь, дорогая.... Но только внутренней.

Виола. О, можете продолжать. Меня это не касается. Каждый веселится, как может.

Цезарь. Я тут подумал.... Тебе бы тоже, доченька, не мешала чем-нибудь заняться. Учение твое закончилось. А на нашем заводике для тебя полно работы.

Виола. Ах, папочка, твой завод такое скучное заведение! Ты хочешь, чтобы я там зачахла?

Цезарь. Ни в коем случае. Моя девочка должна цвести на радость всем.

София. Ах, эти юные хотят так много во цвете лет, абсолютно не прикладывая к этому усилий.

Цезарь. Да. (Виоле) Но ведь чем-то в жизни заниматься нужно?

Виола. Я об этом подумаю. А сегодня мы собираемся кататься на лошадях.

Цезарь. Не знал, что Феликс любит скачки.

Виола. А при чем Феликс? Я еду туда с Назаром. (Выходит)

София. А я не знала, что Назар любит скачки.

Цезарь. Да у этого парня масса талантов. Наш пострел везде поспел.... И даже на скачках. (Переводит взгляд на Софию)

София. Что ты на меня смотришь, как на государственную преступницу? Это что, ревность? Нет, это не выносимо! Война, война! (Выходит)

Цезарь. Но я же ничего не сказал! Ничего! (Выходит за ней)

С противоположной стороны доносятся голоса.

Влад. Деточка, пропусти меня, иначе разнесу эти двери в щепки.

Настя. Они дубовые.

Влад. Уж если Жилобовский куда-нибудь хочет попасть, он попадёт туда обязательно.

Входит Жилобовский, за ним Настя.

Влад. Где этот гений бизнеса? Я пытаюсь встретиться с ним уже так давно, что это может вывести из равновесия кого угодно. Он что же избегать меня вздумал? Так дела не делаются. Где он прячется? По моим данным он должен быть здесь.

Настя. Я еще раз повторяю: Цезаря Богдановича нет, он на встречах. Когда вернётся - неизвестно.

Влад. У тебя есть большой недостаток, девушка. Ты не оригинальна. О том, что тебе ничего не известно, я уже сто раз слышал по телефону.

Настя. Но вы же видите: его здесь нет.

Влад. Я вижу.... Я вижу, что он в прятки со мной играть вздумал. А я хочу получить от него ответ по одному важному делу. И не уйду отсюда, пока не получу его. Я буду ждать, и дождусь. Когда-то же он сюда явится? (Садится)

Настя. У вас много свободного времени?

Влад. У меня бешеное упрямство.

Настя. А-а! В этом вы не одиноки.

Входит Лола.

Лола. Вот так сюрприз! Жилобовский! Уж и не знаешь где кого обнаружишь.

Влад. Тебя, Лолита, по-моему, можно встретить везде.

Лола. Да. Я женщина активная, свои дела веду самостоятельно. Поэтому должна агрессивно бороться за своё выживание. А где Цезарь?

Влад. Скрывается.

Лола. Как? Уже?

Влад. По крайней мере, от меня.

Настя. У господина Жилобовского разыгралось воображение. Цезарь Богданович на встречах.

Лола. Фу ты, Влад! Ну и шуточки у тебя. Я уже такое подумала! (Насте) Милая, здесь угощают кофе?

Настя. Сколько угодно.

Лола. А когда будет Цезарь?

Настя. Неизвестно. (Выходит)

Влад. Сейф, а не секретарша.

Лола. Влад, я поражена. Ты - в кабинете Цезаря! Я думала, после того, как вы с треском разделили свой бизнес, вас больше ничего не связывает. О, это было комично. Два компаньона расстаются. Просто семейный развод с разделом имущества. И вдруг ты здесь, и ждёшь Цезаря.

Влад. У меня к нему деловое взаимовыгодное предложение.

Лола. Жилобовский, если бы я тебя не знала, насколько знаю, то подумала бы, что ты потерял нюх. Неужели ты думаешь, что Цезарь согласится снова иметь с тобой дела?

Влад. Думаю, что вряд ли. Он же не самоубийца. Но придётся.

Лола. Как?

Влад. Лола, Лола, любопытство сгубило кошку.

Лола. Ах, брось! Та кошка сдохла потому, что осталась без ответа на интересующие её вопросы. Любопытство замучило. Не желаешь ли ты того же мне?

Влад. Что ты, Лола, живи и процветай.

Лола. Я так и сделаю. Тем более что для меня твои планы вовсе не секрет.

Влад. Конечно, разведка работает.

Лола. Я сама лучше любой разведки. Цезарь поделился с Софией, а София со своей лучшей подругой. Но мне интересно, как ты собираешься добиться от него согласия снова иметь общий бизнес?

Влад. Есть много разных способов. Мы живем, рискуем, делаем ошибки. И Цезарь в том числе, ошибается. Остается только воспользоваться моментом. И я воспользуюсь. Главное, знать: когда? Но у меня свои источники информации в окружении Цезаря, о которых он и не подозревает. Надеюсь, ты понимаешь, что я всё это говорю не для того, чтобы об этом протрубили общенародно.

Лола. Ты же знаешь, я на твоей стороне. Тем более что у меня с этой семейкой свои счеты.

Тихо входит Анна.

Анна. (Громко) Кофе!

Лола. (подпрыгнув) Да что ж ты так подкрадываешься, милая! У-у, чуть сердце не выскочило!

Влад. У Цезаря всегда так. И во всем. Одни неожиданности. Как на пороховой бочке. Столько здоровья теряешь!

Анна. Вы уж извините, но я не поняла: вы не хотите кофе? Тогда я унесу.

Лола. Оставь. Ещё и без кофе оставит.

Анна. Вы свое никогда не упустите. (Выходит)

Лола. Это она мне сказала?... Хамка!

Влад. А каким ветром тебя занесло в логово Цезаря?

Лола. Попутным. Ехала мимо, решила заглянуть, выпить кофе.

Влад. Понятно. Пришла клянчить деньги на какую-нибудь затею-авантюру.

Лола. У тебя поразительная интуиция, Влад, как у бревна. Я сама способна позаботиться о себе и своих делах. И в отличие от тебя, я нужна Цезарю. Да, представь себе. Ты, конечно же, в курсе, что наш Цезарь решил стать депутатом парламента?

Влад. С его-то рылом, да в калачный ряд!

Лола. Как бы там ни было, София попросила меня заняться имиджем Цезаря. Помочь ему стать более презентабельным. Задача, конечно, трудная. Но при моем мастерстве, фантазии и терпении, я сделаю из этого питекантропа респектабельного человека.

Влад. Лолочка, а когда ты займёшься моим имиджем?

Лола. Есть случаи, которые называют пустая трата времени.

Влад. Я что, по-твоему, безнадёжный?

Лола. Ну что ты, Владик? Я хотела сказать, что ты такая яркая индивидуальность, что это и есть твой имидж. Тут трудно что-либо изменить. Да и стоит ли?

Влад. Умеешь ты обращаться с мужчинами.

Лола. На том стоим.

Входит Настя.

Настя. Звонил Цезарь Богданович, просил передать, что его сегодня не будет.

Влад. (Глубокомысленно) Мне кажется, он меня боится.

Лола. Жаль.... Ваша встреча могла оставить у меня неизгладимые впечатления. Битва титанов.

Влад. Лола, у тебя такая бурная фантазия, что невольно задумаешься о том, во что ты превращаешь своих клиентов.

Лола. Знал бы ты, из каких обезьян, я королев делаю. Кстати, Настя, хотите совет профессионала? Вам не мешало бы избавиться от очков, воспользоваться косметикой и изменить прическу. Вы от этого только выиграете.

Настя. Тогда и я, если можно, дам вам совет. Никогда не давайте советов, если вас не просят. Поверьте, от этого выиграют не только окружающие, но и вы сами.

Лола. А не надо обижаться. Я от чистого сердца.

Настя. Я тоже.

Лола. (Тихо) Дрянь!

Настя. (Тихо) Стерва!

Жилобовский, Лола и Настя выходят.

Из-за большой картины, весящей на стене, появляется Цезарь.

Цезарь. Скоты! Какие скоты!... Сколько лет существует человеческая цивилизация, и казалось бы, люди должны становиться всё лучше и ... совершенней, но нет. Дикари! И после этого некоторые умники ещё смеют сомневаться, что в нашем происхождении поучаствовали обезьяны! Человек - венец творения! Абсурд! Я, конечно, сам того... не подарок. Но эти.... Паразиты!... А о каких это источниках информации в моем окружении говорил Жилобовский? Это что же, шпионаж? Шпионы вокруг меня?! И это именно в тот момент, когда я начинаю свою политическую деятельность. Кошмар! Но их же необходимо выявить! А как? Думай Цезарь, думай! Если это поручить кому-то, то это того... огласки не избежать. Скандал! И что же мне теперь самому придется заняться их выявлением? А что тебе остается Цезарь? Сам, все сам. (Громко) Настя!

Входит Назар.

Назар. Настя вышла. Может, я могу быть полезен?

Цезарь. Да. Нет. Да.... (Тихо) А почему бы и нет? Надо же с кого-то начинать... выявлять агентов.... Назар.... Да, Назар, мне нравится, как ты работаешь. Твои речи в моем исполнении имеют успех.

Назар. Наверное, мне, как автору, нужно быть довольным таким исполнителем.

Цезарь. Да, можешь порадоваться. Но сейчас не об этом. Скажи-ка мне Назар, тебе известен некий Влад Жилобовский?

Назар. Насколько я знаю, он был вашим партнером по бизнесу. Я слышал о нем, но лично не знаком.

Цезарь. Да? А у меня есть достоверная информация, что ты очень даже хорошо знаком с этим господином. И даже сотрудничаешь с ним.

Назар. Каким образом?

Цезарь. За моей спиной. Ставишь его в известность о моих делах.

Назар. Вы намекаете.... Но это невозможно.... Цезарь Богданович для меня эти подозрения оскорбительны.

Цезарь. Неужели врут, паразиты?

Назар. Вы сами взяли меня на работу.

Цезарь. Взял. Но может быть, ошибся?

Назар. Я готов сейчас же уйти. (Идет к выходу)

Цезарь. (Дождавшись пока Назар дошел почти до выхода) Постой!

Назар. Нам не о чем больше говорить.

Цезарь. А я тебе говорю, постой! Кипяток! (Подходит к Назару) Обиделся? И правильно сделал. О, я бы сам за такие дела - ух!... Сильно обиделся. Но ты не сердись. Я должен был подвергнуть тебя этому испытанию. Иначе как бы я мог тебе доверять?

Назар. А как мне теперь вам доверять?

Цезарь. Я это переживу. Зато теперь знаю, что ты предан мне.

Назар. Вы меня извините, Цезарь Богданович, но кто же так проверяет? Прямо, в лоб? А если у человека крепкие нервы? Он не сознается даже в том, что когда-то имел глупость родиться. Элементарная психология.

Цезарь. А как? Я же не специалист.

Назар. Я тоже. Облавы, как вы понимаете, не моя компетенция. Но мы можем подумать, как это лучше сделать.

Цезарь. Подумать надо.

Назар. Вы детективы читаете? Впрочем, что я спрашиваю? Прежде всего, Цезарь Богданович, держите подозреваемого в зоне своего пристального внимания.

Цезарь. Да?... Логично. Настя!

Входит Настя.

Цезарь. Настенька, вычеркни Влада Жилобовского из черного списка. Буду рад видеть его, как дорогого гостя, паразита.



Затемнение.




Действие второе

Кабинет Цезаря. Лола и София пьют кофе.

Лола. София, дорогая, ты заметила, как преобразился Цезарь? Благодаря мне он все больше становится похожим на человека. Я имею в виду человека публичного. Ты не находишь?

Анна. (Внезапно вынырнув из-за двери) Ха! Некоторые думают, что если камень обмазать кремом, то он превратиться в пирожное. Но дудки! Для кого эти фокусы? И дураку понятно, что он так и останется камнем, только обмазанным кремом. (Собирает чашки)

Лола. (Опешив) По-моему, я не тебя спрашивала, нахалка!

Анна. А я не вам и отвечаю. Так, мысли в слух.

София. Уймись, Анна!

Анна. Да я что?! Это мнение электората. (Выходит)

Лола. Она хочет моей смерти! Вечно выскочит внезапно, наговорит гадостей и как ни в чем ни бывало удалится. С гордо поднятой головой! А я вся дергаюсь.

София. Лола, милая, ну что ты? Стоит ли тебе обращать внимание на глупую болтовню Анны? Да и кто в наше время учитывает мнение этого самого...электората? Никто. Ну, ты же сама большой специалист в этой области. Даешь рекомендации, как вести себя с публикой. Кстати, Назар говорит, что и в выступлениях Цезарь делает успехи.

Лола. Ах! Все ломаю себе голову, подружка, твой протеже Назар так успешно продвигается в карьере.... Цезарь его все больше ценит и доверяет. Как ему это удается?

София. Что же здесь удивительного? Это нормально. Назар старается, напряженно работает, проявляет инициативу. И потом, талантливый человек талантлив во всем. А Назар талантлив.

Лола. Во всем?

София. Я думаю, во всем.

Лола. Верю. Кому, как не тебе знать это. Но, дорогая, ходят разные слухи.

София. Ох уж эти окаянные слухи! То летают, то ходят и все сами по себе. Ты будешь поражена, но с гордостью могу сказать, что в успехах Назара есть и моя заслуга.

Лола. Да?!

София. Я же говорила, что будешь поражена.

Лола. Похоже на то. Но, дорогая, зачем это тебе? Такое отношение естественно вызывает массу кривотолков.

София. Меня все время пытаются убедить, что я ни на что не способна....

Лола. Да, люди так несправедливы.

София. Так вот, удачи Назара - это мои достижения. И если он сделает себе успешную карьеру, то это будет равносильно, что ее сделала я.

Лола. Это так экзотично. Но я тебя понимаю. Ты только больше никому об этом не рассказывай.

София. Почему?

Лола. Ты меня удивляешь! Праздник наивности! Потому что все подумают, что он, по крайней мере, твой любовник. Я, конечно, так не думаю.... Но многих твой альтруизм наводит на размышление.

София. А ты считаешь, что я на это не способна?

Лола. Завести любовника? Ну что ты, дорогая!... Способна, способна. Верю. А то еще в порыве духа противоречия бросишься в эту авантюру. А у вас все же некоторая разница в возрасте, если ты обратила внимание.

София. Ты еще скажи, что он должен пробуждать во мне материнский инстинкт. Кстати, какие чувства пробуждал у тебя роман с Антоном?

Лола. Так ты знала?!

София. Если бы только я. Так гоняться за бедным мальчиком!

Лола. Обидней всего, что я его не догнала. Да, любовь нас делает слепцами, не замечающими собственную глупость. Правы те, кто считает это болезнью. Я была совершено больна. На всю голову. Но теперь, слава богу, выздоровела. И как переболевшая могу тебе сказать: ни один мужчина не стоит нас и наших слез.

София. (Со скрытым сарказмом) Жаль, что мы это понимаем, только когда любимый уже сбежал.

Лола. (Задумчиво вздохнув) Жаль!... А?... Что же до твоих отношений с Назаром, то ты меня успокоила. Ты же знаешь, я бываю везде. И не раз видела Назара в обществе Виолы, и даже как-то с этой секретаршей Цезаря.... Настя, кажется, её зовут? Она смотрела на него, как на обнаженного Аполлона в музее. О, я хорошо знаю это состояние.

София. Не сомневаюсь.

Лола. И я так рада, что тебе все равно.

София. Ты же видишь: я само равнодушие.

Входит Назар.

Лола. О, Назар! Мы как раз говорили о твоих удивительных достижениях.

Назар. Не думал, что мои скромные успехи будут так уж заметны.

София. Ну, не стесняйся. О некоторых из них я и сама не знала.

Вбегает Виола.

Виола. Назар! У меня идея! Сегодня мы всю ночь будем гонять на автомобиле по городу. На бешеной скорости! Так, чтобы дух перехватывало. А ты будешь читать свои стихи. Это будет божественно!

Назар. (Сдержано) Здравствуй Виола.

Виола. О, ты не один?... Жаль.

София. Думаю, Лола, нам не стоит мешать Назару в его стараниях.

Лола. Ну что ты, пусть трудится!

София и Лола выходят.

Назар подходит к столу и начинает перебирать бумаги.

Назар. Ты что-то хотела?

Виола. Какой безразличный тон. (Виснет у него на шее) Почему ты не обращаешь на меня внимания? Мне кажется, ты даже игнорируешь меня. Я к этому не привыкла. Это, в конце концов, просто неприлично глупо.

Назар. (Отстраняется) Виола, я же на работе.

Виола. Я тоже думаю: чем бы заняться? Закончила учебу и поняла: я не создана для работы. Бизнес лишает женщину очарования и делает ломовой лошадью.

Назар. Да, на ломовую лошадь ты не похожа.

Виола. Вот я и подумала: а почему бы мне ни выйти замуж? Во всяком случае, этого я еще не пробовала.

Назар. Парадоксальная логика. Гонки на автомобиле, а потом замуж.... И кто же этот счастливец?

Виола. Еще не решила. (Лукаво) Может быть ты?

Назар. Я?!... Но почему? За что мне такое счастье?

Виола. Чтобы брак был счастливым, мой избранник должен быть неординарной личностью. Это убережет меня от будничности и скуки. А ты человек талантливый. Все говорят. И хороший любовник. Самая подходящая кандидатура. И потом, ты мне нравишься. Неужели ты против?

Назар. Скорее нет, чем да, то есть да, чем нет. Я запутался.

Виола. Притом основательно.

Назар. Я могу подумать?

Виола. Твоя скоропалительность меня бы разочаровала. Поэтому думай, мой славный претендент. А я не буду тебе мешать. (Выходит)

Назар. И что ты теперь мне посоветуешь, моя Муза? Опять молчишь?

Входит Настя. Она преобразилась. У нее новая прическа и исчезли очки.

Настя. Здравствуй, Назар.

Назар. Привет. Ты мне не подскажешь.... (Обратив внимание на девушку, опешил) А-а-а .... Ну нельзя же так ошарашивать, Настя! Что с тобой?... По-моему, ты как-то ... изменилась.

Настя. Ты заметил? Странно.

Назар. Слепые прозреют от такого чудесного превращения. А я совсем не слепой. Даже очень хорошо вижу: похорошела. Да что там, просто красавица! Но мотивы? Ради чего наша девушка так преобразилась? Или, может ради кого?

Настя. Только не думай, что я это сделала ради тебя.

Назар. Что ты, и мысли не допускаю. Разве ты на такое способна? Да и что я? Скромный, даже незаметный молодой человек....

Настя. В своих стихах ты гораздо смелее. Кстати, написал что-нибудь новое? Дай почитать. Я становлюсь твоей поклонницей, Назар Вольный.

Назар. К сожалению ничего. Времени совсем не остается. Да и не пишется. Для поэзии нужно определенное состояние души, а голова занята речами Цезаря. Почему-то он проникся ко мне доверием и всё больше полагается на моё мнение. Приятно, когда тебя ценят.

Настя. Можешь не пыжиться и не стараться петь дифирамбы Цезарю. Я хорошо знаю ему цену. Временами, он ничего себе мужик. Приемлемый. Но часто бывает настоящей сволочью.... Ты так на меня смотришь, как будто я открыла для тебя новое измерение.

Назар. Я думал у тебя совсем другое мнение о своем боссе.

Настя. Нашел положительный образ. Цезарь совсем не прост. У него здесь за картиной дверка в небольшую комнату, где он отсиживается и слушает мнение других о себе любимом. И запасной выход имеется.

Назар. Зачем же ему там сидеть, когда сегодня это можно сделать другими методами? Возможностей, кажется, масса.

Настя. А удовольствие? И потом он не очень доверяет технике. Боится фальсификаций. А так - сам слышал. Тут уж не отвертишься.

Назар. Просто игра в шпионов какая-то.

Настя. Все мы во что-то играем.

Назар. А ты?

Настя. А говорил не слепой. Я женщина все же. А для нас это так естественно.

Назар. Послушай, а сейчас его там нет?

Настя. Где?

Назар. В засаде.

Настя. Не знаю, я не проверяла. Может быть, приник жадным ухом и внемлет.

Назар. (Подходит к картине и осторожно стучит по стене) Эй, там кто-нибудь есть? Фух, кажется никого.

Настя. Значит, сегодня он не охотится.

Назар. Лучше держаться отсюда подальше. (Идет к выходу, но возвращается) Да, тебе так гораздо лучше, правда. (Выходит)

Настя. (Себе) Да, ты не слепой, Назар Вольный, ты просто дурачок недогадливый и бесчувственный.

Из другой двери появляется Жилобовский.

Влад. Живые есть?

Настя. Здравствуйте господин Жилобовский. Проходите, пожалуйста, и располагайтесь где и как вам будет удобно.

Влад. (С удивлением) У вас что, революция произошла? Деточка, ты как-то резко подобрела. Ты не заболела? Прошлый раз мне чуть ли не с боем прорываться сюда пришлось.

Настя. Цезарь Богданович хотел вас видеть. С радостью. (Выходит)

Влад. (Ей в след) Да что ты? Ну и где же он?

Входит София.

София. Влад!

Влад. София?! Приятная неожиданность!

София. Цезарь задерживается, поэтому попросил меня встретить тебя. Совсем замотался.

Влад. Ты не знаешь, зачем он хотел меня видеть?

София. Понятия не имею. Цезарь....

Влад. Да черт с ним. Тебя мне видеть гораздо приятней. До неприличия. И так было всегда, ты же знаешь.

София. Ну, еще бы! Неприличия всегда были твоим коньком.

Влад. Разве неприлично любить женщину?

София. Чужую?

Влад. Чужих женщин не бывает. Есть женщины, не охваченные вниманием и не покоренные. Пока что.... София, София, а ведь я так хотел, чтобы ты выбрала меня. Я даже страдал. Ну, разве такой мужлан, как Цезарь, способен оценить такую женщину, как ты?

София. Такую как я, не способен. Где же их взять способных? Наверное, я неоценима, как народное достояние.

Влад. А ведь я готов был бросить всё к твоим ногам. Любовь, заботу, состояние. И всего себя в том числе. И до сих пор надеюсь.... (Подошел к ней очень близко) У меня от тебя голова кружится, София.

София. Ты не должен так говорить, Влад. Не имеешь права.

Влад. Что такое? Твое сердце начинает учащенно биться?

София. По-моему мне лучше оставить тебя и сбежать. От греха подальше.

Влад. А может от счастья своего? Грехи-то наши нам дороже всего.

София. Зачем я это слушаю?

Влад. Наверное, мои речи ласкают твой слух, София.

София. Нет, скорее всего, потому что у меня сквозняк в голове. (Идет к выходу)

Влад. (Идя за ней) София, ты убегаешь слишком быстро, а значит, близка к капитуляции. Да подожди же, я ещё не все сказал....

София и Влад выходит. Из-за картины выскакивает Цезарь.

Цезарь. (Бегая по кабинету, с трудом находит слова) Какой...! Нет, ну какой...! Крови!... Жажду крови!... Жилобовский злодей! О, мерзавец! Покусился! И на что?! На святое! На мою Софию! На мою личную жизнь! Вот так: опасаешься предательства в бизнесе, а выясняется что и семейное благополучие под угрозой. Убью! Я убью его! Но, слава богу, София не совсем пустоголовая - устояла. Спокойно Цезарь! Держи себя в своих крепких руках. А то всю операцию испортишь. Но как же мне хочется его.... Ух! Удавлю гада! (Бегом прячется за картину)

Возвращается Жилобовский.

Влад. Эта женщина всё никак цену себе не сложит.

Входит Анна.

Анна. София сказала, что вам нужно что-нибудь тонизирующее. Я принесла чай.

Влад. Хорошо, что хоть не яд. Тоже эффективно тонизирует.

Анна. Вам стоит только пожелать. (Достает из кармана бумаги и протягивает Владу) Это бумаги за вчерашний день.

Влад. Да что ж ты их здесь отдаешь, несчастная?!

Анна. Заплатите, и я буду вполне счастливая. Мне нужны деньги. Остро нуждаюсь.

Влад. Смолы тебе горячей не хватает, чертовка. (Прячет бумаги и даёт ей деньги)

Анна. Вам видней. Как специалисту по горячей смоле. Не жмотничайте!

Влад. (Добавляя денег) Как тебя Цезарь только терпит?

Анна. А он со мной острословие свое оттачивает, для дебатов с такими деятелями, как вы.

Влад. То-то я смотрю: у него появилась бульдожья хватка.

Анна. Моя заслуга. (Выходит)

Влад. Черт знает что!

Входит Цезарь.

Цезарь. Здравствуй Владик! Рад тебя видеть. Ты у меня такой редкий гость. Я уж и не надеялся тебя увидеть.

Влад. (Остолбенев) Не пойму в чем подвох. Цезарь, может, ты знаешь, что-то такое, чего не знаю я?

Цезарь. Я, конечно, много чего знаю. А что ты имеешь ввиду?

Влад. После многократных тщетных попыток встретится с тобой.... И вдруг я - долгожданный гость. И ты рад меня видеть?

Цезарь. Влад, ну ты же знаешь, что я иду в политику. А это забирает столько времени и сил!

Влад. А денег?! А-а-а?! Может, именно поэтому ты и захотел меня увидеть, дорогой друг?

Цезарь. Ты удивителен, Влад! Вот просто или провидец или аналитический гений. Не могу решить кто именно. И, как всегда, попал своим корявым пальцем в небо. Взять у тебя денег? Да что ж я безумец, какой? Ты же разденешь до такой степени, что срам прикрыть нечем будет.

Влад. Тебя послушать так я разбойник с большой дороги, а ты бедная сиротка Хася.

Цезарь. Я не бедный и не сирота, но у тебя от разбойника что-то есть.

Влад. Значит не деньги.... Тогда очевидно ты решил устроить мне праздник, принять мое предложение и объединить наши предприятия.

Цезарь. Представляю, какие сны тебе снятся, Жилобовский.

Влад. А при чем тут мои сны?

Цезарь. Наверное, кошмарные. Потому что только в кошмарном сне можно предположить, что я приму твои бредовые предложения.

Влад. Зачем же ты меня позвал?

Цезарь. Ах, зачем, зачем? Вот проклятая забывчивость! Не помню. Наверное, того... просто хотел увидеться с тобой. По дружески.... Впрочем, нет, вру, не просто. У меня есть к тебе встречное предложение.

Влад. Ну?!

Цезарь. Продай мне твой заводик.

Влад. (После паузы) Какие же сны тебе сняться, безумный мой друг?! Додумался! Оттяпать мой завод! Дикие мысли! И этот человек собрался в политику!

Цезарь. А чем я хуже других?

Влад. Страшнее всего, что ты ничем не лучше. А претендуешь быть нашей честью и совестью.

Цезарь. Кто бы говорил! Борец за нравственность! Ты, Жилобовский, из той мерзкой породы людей, у которых чужое всегда вызывает зависть. Если не своруешь чего - спишь плохо. Ты думаешь, я не знаю, что ты хотел заграбастать мой завод? А? Что оторопел? Ух, и рожа у тебя Владик! Пикассо отдыхает. Вот именно для этого я тебя и позвал: чтобы того... глянуть в твою изумленную бесстыжую рожу. И получить удовольствие. Получил. А ты думал, я не узнаю?

Влад. (Возмущенно) Клевета! Происки конкурентов! Нас намеренно хотят поссорить. И ты поверил?

Цезарь. Жилобовский, если я захочу посмотреть дешевую оперетту, схожу в театр. А ты, увы, того... полная бездарность. Не верю! У меня ведь свои источники информации, которым я верю так же, как самому себе. Иди, Владик, иди. Не позорься. Потому что дальше - некуда.

Влад. Ну, как знаешь, Цезарь.... Только я ведь все равно не прощаюсь. (Выходит)

Цезарь. Какое уродство! (Кричит) Анка!

Входит Анна.

Анна. Хороший у вас голос, Цезарь Богданович. И такой благозвучный!

Цезарь. Свет мой Аннушка! Ты когда-нибудь задумывалась: как я к тебе отношусь?

Анна. Думаю, преотвратительно.

Цезарь. Нет, голубушка. Ты даже не представляешь насколько глубоко мое чувство.

Анна. Да ну вас. Влюбились, что ли?

Цезарь. Я готов сожрать тебя живьем.

Анна. Шутите? Это у вас такие сексуальные фантазии?

Цезарь. Да какие уж тут шутки? (Подойдя к Анне, он достал из её кармана деньги) Тридцать сребреников? Шпионим? Мерзавка! Что за секретные бумаги ты передавала Жилобовскому? Отвечай! Живо!... Или дар речи утратила?

Анна. Вот еще. Ничего я не утратила. Он попросил передавать ему бумажки из вашей мусорной корзинки. Я и передавала. Что мне мусора жалко?

Цезарь. Ты знаешь, как это называется? Экономический шпионаж!

Анна. А я думала утилизация отходов.

Цезарь. Еще и издеваешься? Паршивка! Пригрел змею на груди.

Анна. Пригрел? А кто мне отказался увеличить жалование? Держал меня в черном теле?

Цезарь. Поганка! Совести у тебя нет, Анна.

Анна. В данном случае она меня не мучает. Каждый делает свой бизнес, как получается. Ваш девиз. Можно подумать вы бы отказались от выгодного дельца. Да ни за что! Я же вас знаю. А почему я должна была отказаться? Я что глупее вас?

Цезарь. Изыди, сатана!

Анна. С удовольствием. Если б вы только знали, как мне надоели! До чесотки.

Цезарь. Гореть тебе в аду!

Анна. Надеюсь, что вы будете гореть рядом. (Выходит с гордо поднятой головой)

С другой стороны на пороге возникает Назар.

Цезарь. Дрянь!... Входи, Назар! Операция проведена успешно. Я только что вырвал ядовитое жало из своего окружения. Кто бы мог подумать? Анна! Почти родственница. Кусала руку, которая кормила ее. О, нравы!

Назар. Вы думаете, что это всё?

Цезарь. Как?! А ты думаешь....

Назар. Я бы на вашем месте не был так уверен.



Затемнение.



В кабинете Феликс и Назар.

Феликс. А ты ловкий парень, Назар. Тихо и вежливо, но очень уверенно продвигаешься к большому пирогу.

Назар. Я вообще-то не любитель мучного и сладкого.

Феликс. (Резко) Ну хватит водить хороводы. Да, ты не так прост, как хотел бы казаться. Запудрил мозги Софие, которых, впрочем, у нее не так много. Втерся в доверие к Цезарю. Завел дружбу с балбесом Антоном. А теперь решил окрутить крошку Виолу, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Член семьи! Всеобщий любимец!

Назар. У меня нет таких далеко идущих планов. Но портрет, который ты так красочно нарисовал, очень уж похож на тебя самого. Ты не находишь? Скромный молодой человек предано служащий своему патрону, покорно выполняющий все его прихоти.... Но жадно мечтающий о гораздо большем. Или я ошибаюсь?

Феликс. Ошибаешься. Скромность - это не для меня. Непозволительная роскошь. Да, я пытаюсь пробиться в жизни, наверх. Впрочем, как и каждый из нас. Устроился к Цезарю и угождаю ему, как бы мне не сводило от этого скулы. К сожалению других возможностей, у меня нет. Приходится выживать в этом прекрасном мире, как могу. И у меня неплохо получается. Вернее получалось. Но тут появляешься ты и пытаешься нагадить мне всеми способами. Как поганый кот. Нам двоим слишком тесно на этом благодатном поле.

Назар. Да, скромность - это не твой удел. А вот больное воображение....

Феликс. Советую не переходить мне дороги, поэт. Потому что, как человек с больным воображением, я могу быть опасен. И даже очень.

Назар. И рад бы укусить локоть, да зубы не достают. К счастью, ты здесь не хозяин и никаким образом не можешь повлиять на мою судьбу. А Цезарь....

Феликс. Цезарь - старый олух. Что я ему нашепчу в ухо, то и будет. Он занят только своими дурацкими идеями. Завод совсем забросил. Дела идут так себе. Кто-то же должен спасти все это от хаоса. И это буду я.

Из-за картины незаметно выходит Цезарь.

Цезарь. А меня, значит, в утиль?

Феликс. (Опешив от неожиданности) Цезарь Богданович... патрон....

Цезарь. А только что я был олухом.

Феликс. Вы не так поняли....

Цезарь. Неужели? Тогда выходит, что я все же олух непонятливый....

Феликс. Но я не то хотел....

Цезарь. Пошел вон! Чтобы духу твоего не было рядом со мной.

Феликс. Вы ошибаетесь, патрон. Сильно ошибаетесь....

Цезарь. Ты хочешь, чтобы тебя выбросили?

Феликс. Не надо. Я сам. (Выходит)

Назар. Ну, теперь вы убедились в том, что я был прав. Феликс ловко маскировался.

Цезарь. А я ему так доверял! Он мне был почти как...сын. Подлец!

Назар. Вот он и хотел сменить вас. Так сказать преемственность поколений.

Цезарь. Почему-то этот молокосос решил, что я живой труп! И это как раз в пик моей жизненной активности! Такие молодцы, как Феликс думают, что гораздо умнее, проворней и удачливей старых олухов. Как будто старые олухи не были такими же самоуверенными юнцами. Наглость нашептывает Феликсу, что он хищник. Но он всего лишь падальщик, потому что старается сожрать не свою добычу. А на-ка, выкуси! Зубы Цезаря еще крепки, чтобы удержать добытое. Не вырвешь!

Назар. Пойду, законспектирую эти мысли для вашего будущего выступления. (Выходит)

Врывается возбужденная Лола.

Лола. Цезарь, София сошла с ума!

Цезарь. Да?

Лола. Твоя жена сошла с ума!

Цезарь. Это я уже понял. У нее, конечно, бывают странности, но чтобы настолько.... Не думаю. Что случилось, Лола?

Лола. Вот! (Кладет перед ним книгу)

Цезарь. Что это?

Лола. "Женские сказки"!

Цезарь. В твои годы, Лола, можно уже что-нибудь и серьезней читать.

Лола. Автор София.

Цезарь. Как София?! София пишет сказки? Невероятно! Удивительно! Я ничего не знал.

Лола. У меня был шок. Я несколько минут не могла говорить. Думала, парализовало. Но, слава богу, нет. Попустило. Конечно, удивительно, что София смогла вообще что-то написать. Но это оказалось мелочью. Еще невероятнее то о чем, а точнее, о ком она пишет в своих сказках.

Цезарь. А о ком?

Лола. (Схватив книгу, читает) "Лиса с хитрой наглой рыжей мордочкой, виляя хвостом, вальяжно прогуливалась по залу дворца. Она чувствовала себя неотразимой. Умной и красивой. Тонким знатоком звериного общества. Казалось она могла думать только о прекрасном. Но ее лучистые глазки хищно следили за окружающими. А её очаровательную головку занимала сладкая кровожадная мысль: "Кого бы сегодня сожрать?"... Когда я прочла, у меня потемнело в глазах. Я едва не умерла.

Цезарь. Трудно поверить.

Лола. Неужели ты не понимаешь, что все это написано обо мне. Это же я эта чертовая лиса с наглой рыжей мордой.

Цезарь. Да? Поздравляю. А что, похожа! Очень тонко подмечено. Лола, ну ты должна быть счастлива: тебя увековечили.

Лола. Да? Благодарю тебя. Тогда послушай это, ценитель литературы. "Весьма примечательным среди этого звериного сообщества был толстошкурый Медведь. Раздуваясь от собственной значимости, он восседал на почетном месте. Как же ему хотелось быть вершителем судеб этого звериного сообщества! До умопомрачения. Вот только природная неуклюжесть постоянно ставила его в неловкое положение. И удача ускользала из его косолапых лап".

Цезарь. София это написала?

Лола. Да, да, да!

Цезарь. Она сошла с ума!

Лола. (С издевкой) Ну что ты?! Очень похоже, и тонко подмечено.

Цезарь. Ну и змея же ты, Лолка.

Лола. От крокодила слышу. Точнее от Косолапого. Тут еще о многих наших знакомых упомянуто. Шума будет - мало не покажется.

Цезарь. Скандал! Но зачем она это сделала?

Лола. О, причин может быть сколько угодно. От элементарной неудовлетворенности во всех смыслах, до патологического желания прославиться. Я тебе и раньше говорила, что рядом с тобой должна быть другая женщина.

Цезарь. Да, немая, не сильно умная и не умеющая писать.

Доносится голос Софии: "Настя-голубушка, Цезарь у себя?"

Лола. Это, кажется, София. Я лучше уйду, а то не сдержусь и вцеплюсь дорогой подруге в горло. Как я тебе сочувствую, Цезарь! Как я нам всем сочувствую! (Поспешно выходит)

Входит София.

София. Ты не занят?... Цезарь, ты на меня так смотришь, как давно не смотрел. Так заинтересованно!

Цезарь. Еще бы! Дорогая, что я узнаю! Оказывается, ты у нас стала писательницей, великой сказочницей.

София. Ну, если и ты уже знаешь, то это, наверное, если и не всемирная слава, то, по крайней мере, известность.

Цезарь. Но я, кажется, узнал об этом последним!

София. Я не хотела отвлекать тебя от твоих важных дел. Сам заметил или тебе указали? Скорей всего кто-то проинформировал. (Вдохнув воздух) Чувствую Лолины духи! Чума ходячая!

Цезарь. Ну и что ж ты там накропала, дорогая?

София. Так, всякая женская чепуха. Тебе это будет неинтересно.

Цезарь. Ну что ты, меня просто разрывает от интереса. Особенно раздел о медведе.

София. Он мне, кажется, особенно удался.

Цезарь. (Едва сдерживаясь) София, ты понимаешь, что сделала?

София. Дорогой, ты просто не понимаешь, что я ощущаю. Моя душа поет! Парит! Теперь я понимаю, что чувствовали великие творцы, художники, видя результаты своего титанического труда. Огромное удовлетворение!... Слабая женщина, которую никто не хотел воспринимать серьезно, поставила перед собой цель и достигла ее. Да еще с успехом! И все просто ахнули от неожиданности. И ты, милый, в том числе.

Цезарь. Только, ради всех святых, перестань разговаривать со мной как возвышенная интеллектуалка. А то у меня такое ощущение, что я общаюсь с витающей в облаках полоумной.

София. Умеешь ты спустить на землю. Притом без парашюта.

Цезарь. Кто бы говорил! Слабая женщина схватила лопату, вырыла глубокую яму, и решила закапать туда мою политическую карьеру.

София. Твой эгоцентризм невыносим, Цезарь.

Цезарь. Как и твоя глупость!

София. Тебе просто не по вкусу мой успех. Трудно признать, что рядом с тобой достойный партнер, а не какая-нибудь дурёха. Но придется. Можешь рвать на себе волосы, но факт остается фактом.

Цезарь. Нет, ты ничего не понимаешь!

София. Теперь ты осознаешь, как важно, чтобы тебя слушали и понимали? Надеюсь, это тебе поможет в нашей дальнейшей совместной жизни, любимый! (Выходит)

Цезарь. Но София! София, я же еще не все сказал! О том, как я возмущен!... Ушла. Даже не дослушав! Какая муха ее укусила? И что теперь с этим поделать? Как замять? Мало того, что приходится вести бои на всех направлениях, а тут еще жена взбесилась.

Входит Назар.

Цезарь. А, Назар! Очень кстати. Скажи-ка мне: успешно ли проходят твои занятия с моей женой?

Назар. В каком смысле?

Цезарь. Успехи есть?

Назар. А!... Ну, более менее.

Цезарь. Не скрытничай. Ведь они того... просто потрясающие! Да, маэстро Вольный, не ожидал!

Назар. Цезарь Богданович, я не знаю, откуда у вас такая информация.... Но смею утверждать, что наши занятия с Софией совершенно невинны.

Цезарь. И это ты называешь невинным?

Назар. Ничего серьезного.... Так, шутки.

Цезарь. Хороши шутки! А о последствиях вы подумали? Ну, ладно София, она женщина легкомысленная и эксцентричная. С ней на эту тему вообще разговаривать невозможно. Да и бесполезно. Как об стенку горохом. Но ты то должен понимать, чем это грозит. Это скандал! В моем положении! И я об этом узнаю последним!

Назар. Вы считаете, что я должен был поставить вас в известность?

Цезарь. Как ей вообще в голову пришло писать эту книжку? Не ты ли, молодец, вдохновил её на это?

Назар. На что?... Какую книжку?

Цезарь. Как какую?! Которую написала София.

Назар. София написала книгу?

Цезарь. Да, да, да. "Женские сказки". Бред сумасшедшей! Вот! (Бросает книгу на стол перед Назаром)

Назар. (С недоумением взял книгу) Это невозможно....

Цезарь. Что?!... Неужели?... (Смотрит на Назара и начинает смеяться) Погоди.... Маэстро, да ты кажется того... этого.... Ни сном, ни духом?... (Хохочет, но постепенно хохот становится больше похожим на всхлипывания. Затем берет себя в руки.) Ай да София!... Всех уделала. Утешает, что я не один оказался дураком в этой ситуации.

Назар. Я чувствую себя довольно глупо.

Цезарь. Да, нас таких много.

Назар. (Прейдя в себя) Цезарь Богданович, вы просили меня присмотреть за Антоном.... Честно сказать, я не хотел вам говорить, но с другой стороны, не предупредить вас будет просто не порядочно.

Цезарь. Оставь ты эти реверансы, Назар, говори, в чем дело.

Назар. Ну, если вы настаиваете.... У Антона, по-моему, какие-то дела с Жилобовским.

Цезарь. Ты ничего не путаешь?

Назар. Буду рад ошибиться.

Цезарь. (Нажимает кнопку на телефоне) Антон! Видеть тебя хочу. Срочно!

Назар. Я лучше удалюсь, Цезарь Богданович. Дело все-таки семейное. (Выходит)

Входит Антон.

Антон. По какому поводу аудиенция?

Цезарь. Антоша, ты, говорят, развил кипучую деятельность. Трудишься на благо нашего бизнеса, сынок?

Антон. Я? Когда?

Цезарь. Горишь на работе. Надрываешься.

Антон. Кто сказал?

Цезарь. Активно проводишь встречи. С Жилобовским дела какие-то ведешь?...

Антон. Ничего основательного, так, поболтали ....

Цезарь. (Грозно) Отвечай, когда тебя отец спрашивает!

Антон. Хорошо, хорошо, я все скажу.... Все равно узнаешь.... Дело в том, что.... Я продал Жилобовскому свою часть акций завода, которые ты подарил мне на день рождения.

Цезарь. Что ты сделал, полоумный?

Антон. А что мне оставалось? У меня был долг. Ты денег не дал. А Жилобовский дал не раздумывая. Должен же я был как-то выпутываться?

Цезарь. Нож в спину! И кто?! Собственное дитятко!... Паразит в семье!...

Антон. Папуля, не кричи, удар хватит. А ты нам так нужен! (Отступает)

Цезарь. А-а-а!!! (Гонится за ним) Выпорю! Выпорю стервеца! Собственными руками удавлю!

Антон. (Бегая по кабинету) Папа, не надо! (Пробегая мимо вошедшего Назара) Назар, держи папашу, а то он убьет меня. (Выбегает)

Цезарь. Я тебя породил, я тебя и... (Хватается за сердце) Ой!

Назар. (Растерянно) Что здесь за побоище?

Цезарь. Этот.... Этот щенок продал свои акции Жилобовскому. Я его.... Я его.... У-у-у!

Назар. Цезарь Богданович, вам не дает покоя слава Ивана Грозного? Даже если вы прибьете Антона, акции всё равно уже не вернуть. (Наливает ему воды)

Цезарь. Да.... Да, ты прав Назар. Ну, чего ему не хватало? Продал.... Считай, что родного отца продал! Не понимаю!... Как можно?... С сегодняшнего дня, Назар, ты возглавляешь отдел нашей рекламы

Назар. Спасибо. Но это еще не все неприятности.

Цезарь. Еще не все?! Это просто какой-то камнепад!

Назар. Вы будете смеяться, Цезарь Богданович, но, кажется, ваша дочь хочет, чтобы я на ней женился.

Цезарь. Обхохочешься. Час от часу нелегче. Что, так сильно хочет?... А ты?

Назар. Не знаю.... Вам нужен такой зять, как я?

Цезарь. Не знаю. Но когда-нибудь это счастье на меня все равно свалится. И мне доведется смириться с ним как с неизбежным злом. Возможно, ты будешь наименьшим того, ... злом. Но сейчас не до этого. Мне надо пойти выпить чего-нибудь успокоительного. (Выходит)

Назар открывает книгу и начинает ее листать. Входит София.

София. Назар, голубчик!... (Не дождавшись ответа) Почему ты молчишь?

Назар. Не знаю что сказать. Нет слов.

София. Поэт не находящий слов. Оригинально!

Назар. От вас и ваших... литературных фокусов и впрямь онеметь можно. Вы написали книгу, мало того умудрились издать её. Но при этом даже не посчитали нужным сказать об этом мне, своему учителю.

София. Да ты, кажется, сердишься? Не на меня ли? Но почему?

Назар. Вы говорили о доверии. И я надеялся, что заслужил его. Мы ведь так сблизились.... Духовно. Разве не так?

София. Я хотела сделать сюрприз.

Назар. Эффект превзошел все ожидания.

София. О, да, я довольна!... Я знаю, почему ты злишься, мой мальчик. Ты, как и все считал меня полной дурой не способной не на что. Да, да что б ты ни говорил мне, думал ты именно так. Я же оказалась способной и резвой барышней. А моя книга настоящей сенсацией. Ты разочарован и уязвлен, хоть должен радоваться за меня.

Назар. Я радуюсь. Ведь вы для меня так много сделали.

София. И потом, тебе ведь было не до меня. Ты занимался развитием девиц.... Виола.... Настя.... Я думаю список не полный.

Назар. Настя? Я не понимаю....

София. Влюблена как кошка. Твоя карьера героя-любовника складывается как нельзя лучше.

Назар. Но я ничего для этого не делал.

София. Очень успешная тактика. О женщине говорят: потаскуха, а как тогда о мужчине? Потаскун?... (Дает ему пощечину) Но есть женщины, которые не прощают невнимания. Подумай над этим, дружок. (Выходит)

Назар. Ты довольна, моя дорогая Муза? Злорадствуешь? Какая-то взбалмошная бабёнка с возможностями написала книгу. Да еще я и учил ее как это делать! Идиот! Вместо того чтобы самому писать. Не твои ли это козни, мадам?... Ты отомстила мне за измену? Очень благородно: изменой за измену. Коварна, как все женщины.

Входит Настя.

Настя. Назар? Что ты здесь бубнишь в одиночестве? Ты чем-то расстроен? Сам с собой разговариваешь.

Назар. Я молюсь своей Музе. Эта привередливая дама перестала общаться со мной.

Настя. Слишком трагично звучит.

Назар. Трагедия, особенно личная, заставляет нас острее чувствовать свое несовершенство. А так же переосмысливать свое существование. Чем я и занимаюсь.

Настя. Никогда не видела тебя таким серьезным....

Назар. Гонишься за чем-то блестяще-манящим и кажется, что это именно то, что тебе нужно. А потом понимаешь, что погоня-то была в пустую. И то, что ты получил, тебе, в общем-то, и не надо. А другие в это время достигли того, чего желал ты.

Настя. Ты говоришь о Софие и ёё книге? Но разве можно сравнивать её графоманскую писанину с твоими стихами?

Назар. Слабое утешение. И дело не только в этом.... Я так запутался, Настя. Если бы ты только знала, как я запутался!

Настя. Но ведь конец света еще не наступил. Главное без паники. Ты обязательно найдешь выход. Я верю. В твоих стихах....

Назар. Мои стихи - это только мысли.

Настя. Почему-то в мыслях мы гораздо смелее, чем в жизни. Что останавливает? Страх перед условностями? В своих стихах Назар Вольный свободен от них. И у тебя еще есть время все изменить. Жизнь ведь еще не закончена.

Назар. Да.... Не закончена.... Странно.... Никогда не думал, что смогу с кем-то вот так запросто говорить на такие сокровенные темы.

Настя. Я тоже. Как будто отпускала грехи.... Но для этого и существуют друзья.... Хотя и с вредным характером.



Затемнение.



Кабинет Цезаря. В кабинете София, Антон, Виола, Лола, Настя и Назар.

София. Вы не знаете, зачем он нас собрал, Настя?

Настя. Понятия не имею.

Лола. Удивительно. Вы ведь всегда все знаете.

Настя. Тоже самое можно сказать и о вас.

Виола. Может, папа решил нас чем-то развлечь?

Антон. Как вспомню, с каким видом он за мной весело гонялся последний раз.... То у меня большие сомнения, что будут развлечения.

София. А ты что скажешь, Назар?

Назар. Можно ожидать всего чего угодно.

София. Как-то зловеще звучит!

Стремительно входит Цезарь.

Цезарь. Приветствую моё буйное семейство. Кажется все в сборе: родные и близкие. И, небось, того..., ломаете головы: зачем же это я вас собрал?

Лола. Извелись от нетерпения в неведении. Умеешь ты заинтриговать, Цезарь.

Цезарь. Ну, есть специалисты в деле интриг похлеще меня. Все вы сумели порадовать меня в последнее время.

София. Нам смеяться или плакать?

Цезарь. Как спросила! Сколько иронии!... Уйма!... По-моему, вы все давно уже делаете всё, что взбредет в ваши головы. В основном веселитесь. А я вот и впрямь не знал, как реагировать, когда выяснил, что твоя наглючая родственница является резидентом вражеской разведки. Злодейка успешно торговала бумагами из моей мусорной корзинки. Ну, это еще что. Мой дорогой сынок, моя кровинушка, взял и продал часть семейного бизнеса. Бандит! Он бы и меня самого, наверное, того... продал по выгодной цене. Что молчишь, Антоша?

Антон. Стою в углу наказанный.

Цезарь. А, ну стой, стой. Осознавай.

Виола. Папа, он жалеет о том, что сделал и больше не будет.

Цезарь. Да, продать больше нечего. От дочки вообще никакого толку. Одни мужики да развлечения на уме.

Виола. Но папа! Неужели я должна мечтать о производстве пива? (Ядовито Софие) Во цвете лет, как говорят древние.

София. О! (Тихо) Вот дрянь!

Лола. Цезарь, по-моему, ты слишком строг с ними.

Цезарь. Да что ты? Запела сладкоголосая птица мира. Думаешь, я не знаю о твоих кознях с Жилобовским против меня? А? И это та, которая когда-то хотела быть моей!

София. (Тихо констатируя) Змея подколодная!

Лола. Какие козни?! Я невинна как дитя!

Цезарь. И так же как дитя не ведаешь что творишь? В детство впала? Интриганка!

Лола. Я?!.. Но.... Это не справедливо!... Ужас!... Я не могу дышать.... Дайте мне воды!

Назар. Сейчас принесу. (Выходит)

Цезарь. Воды?! Знала бы, сколько успокоительного я выпил! Того, этого... Меня чуть кондрашка не хватила от ваших художеств!

София. Ты хочешь, чтобы мы посыпали голову пеплом, дорогой?

Цезарь. Не стоит, дорогая. Испортишь свою прическу. Великая писательница всех времен и народов потеряет свое лицо. Ты не переживешь этого.

София. Переживу, милый, еще как переживу. Ты же сам теперь знаешь, на что я способна.

Цезарь. О, знаю!... Так вот ретивые мои, собрал я вас для того, чтобы сообщить о своем волевом решении.... Положение дел такое: изматывающая предвыборная компания, напряженная ситуация на заводе, наглые захватнические планы Жилобовского. И весь этот груз на мне. Поэтому, основательно подумав, решил, что мне нужна правая рука, так сказать верный заместитель. Человек, которому я мог бы доверять и который способный думать перспективно, и прогрессивно. Без этого никак. И такой человек, как ни странно, есть среди вас.... Да, да. Это Назар. Кстати, где он?

Лола. Пошел за водой.

Цезарь. Вот - предупредительный. Парень показал себя инициативным во многих направлениях и по многим вопросам. Голова у него варит что надо. Хватает все на лету. А так же доказал свою преданность и порядочность. Такой мне и нужен. Но как выяснилось, не только мне. Того и гляди, станет родственником.

Виола. Папа!

Цезарь. Я рассмотрю этот вопрос. И возможно, положительно.

Виола. Но я его теперь совсем не увижу! Из-за ваших дел.

София. Мудро, дорогой, мудро. Как тебе это в голову пришло? Я думаю лучшей кандидатуры, чем Назар, не найти. (Лоле) Потрясающая карьера. Многие бы позавидовали. Да что там позавидовали, сдохли бы от зависти.

Лола. Ах, какой блестящий молодой человек! Я сразу обратила на него внимание. Да, Цезарь, ты стратег!

София. Ну, первой-то его открыла я.

Антон. Я могу только выразить Назару свои соболезнования. Ему придется, закусив удила пахать, пахать, пахать. Добровольное рабство.

Входит Феликс.

Феликс. Какое удачное стечение обстоятельств: застать вас, почтенные, здесь всех вместе.

Цезарь. Феликс? Неужели ты настолько глуп, малыш, что так ничего и не понял? Я не хочу тебя видеть!

Феликс. Думаю, через несколько мгновений, вы мне будете рады, патрон. И безмерно благодарны.

Цезарь. (После паузы) И от чего же у меня должен случиться этот приступ?

Феликс. Приступ будет, уверяю.... Вы все считаете меня не оригинальным и даже посредственностью. Пусть так. Не всем же быть выдающимися. Кто-то же должен быть заурядным? Так сказать оттенять. И я просто живу. Не выпендриваюсь. И нас таких, обычных, много. Большинство. И пользы от нас гораздо больше. Потому что с нами надежней и спокойней. Но сегодня я пришел вас удивить.... Входя, я услышал знакомое имя. Назар!... Великолепный и неповторимый. Образец для подражания. Так вот, ваш замечательный Назар работает на Жилобовского.

Немая сцена.

Цезарь. (Тихо) Врешь.

Феликс. (Эффектным жестом достает фотографии и бросает на стол) Не хочу быть голословным. Это фотографии встреч Назара с Жилобовским. И судя по ним, они отнюдь не враждебно настроены друг против друга. Скорее мило беседуют. Как вы думаете: о чем?

Все подошли к столу и стали рассматривать фотографии.

Лола. Вот это да! Эффектные фотографии.

Настя. Этого не может быть. Назар не мог!

Виола. Это розыгрыш? Да? Феликс?

София. Это подделки!

Феликс. Обижаете, Софья Львовна. Я же прилежный, все проверил. Фотографии подлинные. Назар действительно работает на Жилобовского. Скорее всего, поставляет информацию.

Антон. Вот потеха! Оказывается, я не самое большое зло в твоем окружении, отец. Я всего лишь спасал свою шкуру, а твой замечательный пример всем спланировал все заранее.

Все смотрят на Цезаря.

Цезарь. (После паузы) Где он?

Лола. Ушел за водой....

Цезарь молча озирается.

Виола. Но он сейчас вернется и все объяснит. Вот увидите.

Лола. Нет, не вернется.

Антон. Он же не самоубийца.

Феликс. А я его предупреждал: со мной лучше не шутить. Таким как я лучше дорогу не переходить. Раздавим.

София. (Подходит к Цезарю) Цезарь, что с тобой? У тебя лицо нехорошее. Как ты себя чувствуешь?

Цезарь. В данный момент я себя никак не чувствую.

София. Цезик, если бы ты только знал, как я сожалею о случившемся. Все так глупо!..

Цезарь. Глупо!... Ну, вот как жить? Кому верить? Во что верить?... Всякая тварь, зверь неразумный, никогда не станет грызть глотку соплеменнику своему. Мы же грызем. Да так, чтобы побольней, до крови, до смерти. И не боимся при этом ни бога, ни черта, ни совести своей.... Нет, я, конечно, сам не святой. И даже скорее большой грешник. Я совершил много недостойных поступков. А кто их не совершает? Но я же это делал, в том числе и ради вас, дорогие мои паразиты. Так неужели я не заслужил на то, чтобы вы учитывали и мои интересы? А я мог доверять вам? Молчите?... Лучше молчите, а то я сойду с ума от вашей постоянной лжи. Дикие люди! Наверное, наибольший мой грех в том, что я сам породил вас таких ... вокруг себя. (После паузы идет к выходу)

Настя. Цезарь Богданович, у вас сегодня консультации по выборам.... Вы поедите? Они состоятся?

Цезарь. Что?.... Зачем?... Не знаю.... Я ничего не знаю.... (Выходит)

Лола. Бедный Цезарь! История с Назаром его доконала. А он так ему доверял!

Феликс. И как слепец шел у него на поводу.

София. Да, я тоже так ошиблась в нем!

Лола. А мне он стал интересен еще больше, этот таинственный Назар. Замечательное орудие мести. Есть в нем какой-то магнетизм.

Антон. Надеюсь, ты это говоришь не для того, чтобы подразнить меня?

Лола. Что ты Антоша, о тебе я забыла!

Антон. Но мы же можем быть друзьями.

Лола. (Собираясь уходить) Не думаю. Для меня ты всегда будешь примитивным сексуальным инстинктом.

Лола выходит. Антон идет за ней.

Виола. Ты сегодня оказался не таким уж занудой, Феликс. Ворвался, размахивая фотографиями, как шашкой! Все обомлели! Я оценила, что ты это сделал только ради меня. (Идет к выходу) А разве ты меня уже не сопровождаешь?

Феликс. Ну, если ты так этого хочешь, то пожалуй....

Виола и Феликс выходят.

София. И все-таки, что бы там не произошло, можно считать я сделала блестящую карьеру! (Выходит)

Настя собирает фотографии на столе. Из-за картины появляется Назар.

Настя. (Не поворачиваясь к нему) Входи. Все уже ушли.

Назар. Как ты догадалась, что я здесь?

Настя. Я слышала, как стучало твое сердце.

Назар. Да, этот трепещущий орган всегда поступает, как ему вздумается. И часто вопреки нашим желаниям. Сегодня оно так и норовило выпрыгнуть из моей груди.

Настя. Я всегда чувствовала, что ты способен на многое. Но сегодня ты поразил всех и даже меня.

Назар. Тебя мне хотелось поразить больше всего.

Настя. Все просто ошалели, когда поняли, что ты.... Ты сказал...? Стоп!... Что значит, ты хотел поразить меня?... Почему ты так сказал?... И откуда у Феликса эти чертовы фотографии?

Назар. Я сам отправил ему по почте.

Настя. Что ты сделал?

Назар. Я заказал фотографии наших встреч с Жилобовским, а потом эти фотографии отослал Феликсу. (С сарказмом) В качестве моей компенсации за нанесенный ему моральный ущерб.

Настя. А я еще надеялась на чудо. Глупая.

Назар. Жилобовский предложил мне поработать на него, войдя в доверие к Цезарю. Я не сразу, но согласился. Хотел заработать денег. Чтобы потом заняться творчеством. И все сложилось как нельзя лучше. Я сам удивился, с какой легкостью смог вызвать симпатию у всего поднадзорного семейства. Нашел и использовал их слабости. А потом.... Потом я стал понимать, что трачу себя на что-то недостойное. А моя Муза покинула меня. Стало тошно и противно! Невыносимо! И тогда я сделал то, что сделал.

Настя. Я не могу поверить....

Назар. В то, что я оказался не тем за кого себя выдавал? Ты сама сказала, что у меня есть время все изменить.

Настя. Но зачем ты все это афишировал? Ты ведь добился таких успехов!

Назар. Чтобы лишить себя соблазна передумать.

Настя. Но... так не делают. Я бы сама на это никогда не решилась.

Назар. Да, так не делают. Но творческие люди часто поступают алогично. Я всего лишь попытался спасти себя от того, во что стал превращаться.

Настя. А Виола?

Назар. Часть игры, не более. Ты презираешь меня?

Настя. Еще несколько мгновений назад я была так зла на тебя, а сейчас.... Все смешалось: злость, восхищение и... и еще много других чувств. Ты застал меня врасплох.

Назар. Я хотел рассказать тебе, потому что мне показалось что ты..., что я не безразличен тебе.

Настя. (Смущенно) Ты? Я?... Я даже не знаю кто ты на самом деле.

Назар. У тебя есть время узнать.... О, куда же подевалась твоя лихая прямолинейность?... Настя, я жду.

Настя. Но я не знаю.... Возможно.... (Решительно) Да, черт возьми. Совсем не безразличен. Это-то и сбивает меня с толку больше всего.

Назар. Я прав. У этой девушки ужасный характер, но ради нее я готов признаться во всех своих смертных грехах. (Подходит к Насте) Брыкаться не будешь? (Осторожно целует ее.)

Настя. (После паузы) Что по этому поводу скажет твоя Муза?

Назар. Как всякая ревнивая женщина будет беситься, и возмущаться, но, во всяком случае, начнет разговаривать со мной. Она уже подсказывает мне сейчас же покинуть эту мрачную империю. Здесь я едва не превратился в чудовище.

Настя. Но.... Погоди.... Все не так просто, Назар. Ты ставишь меня перед тяжелым выбором. Сейчас, когда Цезаря, по сути, все предали, у меня есть замечательная возможность взять все его дела в свои руки, стать его заместителем. В моей компетенции он не сомневается. А я об этом давно мечтала. Осталось сделать последний шаг. Внушить эту мысль Цезарю.

Назар. (После паузы) Я понимаю. Успех! Для тебя всегда это было важно. Хотя, возможно ты ошибаешься.... Но не буду мешать. Прости. (Идет к выходу)

Настя. Ты быстро сдаешься, Назар Вольный.

Назар. Я бы мог сказать, что это моя тактика, но нет. У тебя должен быть выбор.

Настя. Я никогда не говорила, что успех для меня важнее, чем.... Чем то, что я испытываю к тебе. Понимаю, что эти чувства могут быть опасны для меня, и разбить моё неопытное девичье сердце, но ничего не могу поделать с собой. Я готова, я хочу рискнуть. А успех.... Кто точно может сказать: в чем он состоит? Возможно, ты и есть мой успех?

Настя подходит к Назару и целует его, затем берет за руку, и они уходят.

Из-за картины появляется Цезарь.

Цезарь. (Озадаченно) Она его любит!? Такого!... Кошмар!... Неужели ради этого стоит все бросить? (Разведя руками) Не понимаю.... Ничего не понимаю....



ЗАНАВЕС.




© Валентин Тарасов, 2011-2017.
© Сетевая Словесность, публикация, 2012-2017.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Исходному верить [Редакторы и переводчики суть невидимки. Если последние еще бывают известны, то первых не знают вообще. Никто не заглядывает в выходные данные, не интересуется...] Галина Грановская: Охота [Войдя в холл гостиницы, Баба-Яга приостановилась у огромного зеркала, которое с готовностью отразило худую фигуру, одетую в блеклой расцветки ситцевый...] Андрей Прокофьев: Павлушкины путешествия [Когда мой сын Павел был помладше, мы были с ним очень дружны - теперь у него много других интересов, и дружба не такая близкая. Из нашего общения получились...] Рецензии Андрея Пермякова и Константина Рубинского [] Виталий Леоненко: Страстной апрель [Плыть за шумом осины седых серёг, / за мотора гурканьем над Окою, / самоходной баржей горючих строк / неумолчно, трудно - свой поздний срок / ...]
Словесность