Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



ВТОРЫЕ  АФИНЫ


 



      * * *

      Над морями-реками
      Горная гряда.
      У тебя под веками
      Синяя вода.

      Бабочки-лимонницы
      Полыхнут, как блик.
      До щеки дотронется
      Беличий плавник.

      Солнца над вершинами
      Золотые льны
      С иглами ежиными
      Переплетены.

      И внезапно кожею
      Чувствуешь озноб -
      Гулкий зов нехоженых
      Синих рыбьих троп.

      _^_




      * * *

      Доли-маломерки,
      Судьбы без затей:
      Кланяйся на церковь,
      Да расти детей.

      Наплодишь ораву,
      Наживешь добра,
      Облачишься в траур, -
      Вот и жизнь прошла.

      Я иду по свету,
      Я иду вразнос,
      С волосами цвета
      Краски для волос,

      Тьмой несоответствий
      Исчеркав тетрадь,
      Исчерпав все "если",
      Весело шагать.

      В выпусках дистопий
      Нет пустых листов.
      На моей голгофе
      Будет сто крестов.

      Станет мир стабилен,
      Станет ложь верней.
      На моей могиле
      Будет сад камней.

      _^_




      * * *

      Исчерпали смысл войнушки,
      Все сгорели карусели.
      Две поломанных игрушки,
      Мы валяемся в постели.

      Улыбаемся неслышно.
      Наша жизнь тихонько тает.
      Мы свободны, так уж вышло,
      Нами больше не играют.

      Можно верить в запах вишен,
      Витражи и поцелуи.
      Снежный ветер неподвижен.
      Память спит и сны уснули.

      Спят бездонные пирушки,
      Спят бездомные зверушки,
      Спит на ветке птица совесть,
      Ни о чем не беспокоясь,

      Ни на что не намекая,
      Неподвижно пролетая
      В пустоте.

      _^_




      КРЫСЫ

      Здесь коротают вечер в разговорах,
      Прокладывают путь по карте вин,
      И завывает джаз. Еще не скоро
      Объявят карантин...
      Пускай, корпя, очередной ужастик
      Нам посвящают лучшие умы,
      Каких на нас ни налепите свастик -
      Мы первые, кто гибнет от чумы.
      Пусть попрекают званием плебейским,
      Гламурное бабье воротит нос,
      И политолог спорит с полицейским,
      Откуда нас так много развелось.
      А их высоколобое потомство,
      Забив на устремленья пап и мам,
      Уйдя в очередное фармазонство,
      Прокладывает путь к иным мирам.
      Мы остаемся. Здесь предельно ясно,
      Что нам не рад ни тот, ни этот свет,
      Что беззащитно стынущее мясо,
      А столько нищих душ и вовсе нет.
      И потому, до таинств неохочи,
      Беспечное помойное зверье,
      В ущерб эстетам, мы не любим ночи
      И внутренне чуждаемся ее.
      И множится отчаянная стая,
      Объедки, схрон привычного тряпья
      И грязный неуют предпочитая
      Величию ее небытия.

      _^_




      * * *

      Сам себе декабрист, в провинции нам фигово,
      Здесь связать горсть слов сложней, чем срубить грина.
      Затихает многоязыкий столичный говор,
      Кое-где пробивается мат, потом - тишина.

      И какие слова для этой сквозной дороги,
      Впавших в спячку районов и ровесниц-рябин.
      Стоп, приехали. "Стольника хватит?" "О, это много."
      "Ничего, округлим".

      И смахнувший нас, катится мир like a rolling stone.
      Порастает быльем картошка, сложенная в гараж.
      А лирический герой прозревает, что он
      Не трагический, а хтонический персонаж.

      _^_




      * * *
        В каждой кошке, если она не накормлена...
        А.Кабанов

        В каждом мужчине, особенно, если он несвободен...
        А. Баранов

      Всем гребцам, совершившим путь из варягов в греки,
      Снятся черные, черные, черные реки.

      Там, плюя на раков, обол, ОПЕК,
      Едет древний грек.

      Над античным адом - стеклянный звон и горят покрышки.
      Шаг за шагом черпают Ахеронт штанговые вышки,
      И пейзаж, подцвеченный кумачом,
      Слишком черный, че...

      Отвлеченные мысли, излучины, переправы.
      Четким росчерком над плечом отмечая траур,
      Зачерпни в бутылку, воткни фитиль
      И скажи: лети.

      _^_



© Ольга Таболина, 2009-2018.
© Сетевая Словесность, 2009-2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Литературные итоги 2017 года: линейный процесс или облако тэгов? [Писатели, исследователи и культуртрегеры отвечают на три вопроса "Сетевой Словесности".] Владимир Гржонко: Три рассказа [Пусть Господь сделает так, чтобы сегодня, вот прямо сейчас исчезли на земле все деньги! Она же никогда Его ни о чем не просила!..] Владислав Кураш: Серебряная пуля [Владимир поставил бутылку рома на пол и перегнулся через спинку дивана. Когда он принял прежнее положение, в его руке был огромный никелированный шестизарядный...] Александр Сизухин. Другой ПRЯхин, или журчания мнимых вод [Рецензия на книгу Владимира Пряхина "жить нужно другим. журчания мнимых вод".] Чёрный Георг: Сны второй половины ночи [Мирно гамма-лучи поглощает / чудотворец, святой Питирим, / наблюдая за странною сценой двух мужчин, из которых в трусах - / лишь один.] Семён Каминский: Ты сказала... [Ты сказала: "Хочу голышом походить некоторое время. А дальше будет видно, куда меня занесёт на повороте"...] Яков Каунатор: Когда ж трубач отбой сыграет? [На книжной пристенной полочке книжки стояли рядком. Были они разнокалиберными, различались и форматом и толщиной. И внутренности их различались очень...] Белла Верникова: Предисловие к книге "Немодная сторона улицы" [Предисловие к готовящейся к изданию книге с авторской графикой из цикла "Цветной абстракт".] Михаил Бриф: Избыток света [Законченный дебил беснуется в угаре, / потом спешит домой жену свою лупить, / а я себе бренчу на старенькой гитаре, / и если мимо нот, то так тому...] Глеб Осипов: Телеграмма [познай меня, построй новые храмы, / познай меня, разрушь мою жизнь, / мой мир, мои идеалы, мечты. / я - твоя земля...]
Словесность