Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Цитотрон

   
П
О
И
С
К

Словесность



ИСТЛЕВШИЕ  ЗВЕЗДЫ


 



      КОМЕДИЯ  БУНТА

      Пребывая в теле темном,
      Скроенном из красной ткани,
      Куришь в тусклых коридорах,
      Глупо шаришь по углам,
      Выворачивая икры,
      Чуть вихляя тощим задом,
      Сам себя за неименьем
      Хочешь в койку затащить.

      Ты на дне себя с рожденья,
      Тварь без имени и пола,
      Нет ни ужаса, ни света
      Под прикрытием лица.
      На большом экране сопли,
      Миловидная наружность,
      Та, которую придумал
      И за пазуху сложил.

      Тело движется, плетется
      Вслед за призраком наружным,
      Дустом травит трюм вонючий,
      Гулко ухает волной.
      Бестолковая зверюшка
      В стенку лапкою стучится,
      Герметическая урна
      Равнодушна и глуха.

      Тайны тлена и распада
      Анатомии могильной:
      Нарезай круги в бараке,
      Забродивший матерьял.
      Смерть внутри, а жизнь - снаружи,
      Только б вырваться и смыться
      В расточение пространства,
      Наскрести на колобок...

      _^_




      НОЧНОЙ  ГОСТЬ

      Стучится поздний гость, рвет тело неумело,
      Личинкой пустоты прокладывая путь.
      Подобие любви, настырная омела,
      Дай мне переболеть, но выжить как-нибудь.

      Ленивый интерес опять снимает пробу,
      Угар звериных смут проветрился давно,
      Пресыщенный зрачок сам выпросил хворобу -
      Бесстыжий рот и грудь, и ниже, где темно.

      Но я забыл, что там в шелках туманной кожи
      Химический ожог пристрелянных сосков.
      Последняя любовь на чучелко похожа
      Из фантиков и фиг, фитюлек, пустяков...

      _^_




      ОКТАВЫ  ЛОУРЕНСА

            Nil luce obscurius*

      I
      Дрема тела в сиянии духа.
      В гиблой скважине ищет покой
      Спелый свет, выжимающий глухо
      Темноту головастой рукой.
      По мосту пробегают, ликуя,
      Светоангелы взад и вперед,
      Восхваляя тебя, аллилуйя
      Темноты осиянный исход.

      II
      В синем осеннем пепле
      Гиацинты, факелы ночи.
      Стебель, стихией растреплен,
      В жадное пламя заточен.
      Огненными хвостами
      Темная страсть Плутона,
      Стебель с тремя цветами,
      Ваза моя - Персефона.

      III
      Анаксагоровы черноты:
      Ты - часть всего, а я - другая часть.
      Во всем есть свет и тьма еще чего-то,
      Куда, сгорая, велено упасть.
      Темнишь, что восклицанье - отрицанье,
      Что черен снег под пеплом белых саж,
      Соитие - союз размежеванья,
      Досада обретений и пропаж.

      IV
      Падение плодов. Я грустен, в горле - осень.
      Стекай во тьму землистый ручеек.
      Надломлен ствол, смола спадает оземь,
      И простыни струятся поперек.
      Тьма протекла во тьму, накроет нас, накроет.
      Из мрака вижу голую тебя,
      Чьи губы тянутся к остывшему прибою
      Сигнальными огнями корабля

      _________________________
      *нет ничего темнее света

      _^_




      МАХА

            "О, ночь! Всего-то и хочу
            Смешной сумятицы соитья..."
                Готфрид Бенн

      I

      Уползает, сбросив кожу, абажурный свет,
      Растекается по стенам темная жара,
      Лепка бело-золотая, бедный туалет:
      Ленты лоскут, шаль и веер - трепетом пера.

      Буродревое смятенье в локоне твоем.
      Как смешны мне этой ночью губы бледных фей!
      Золоченая оборка, душный окоем -
      Тонет в дьявольской воронке юноша Орфей...

      Славься белое горенье, прель горячих кож,
      Отпечаток поцелуя - розой на бедре!
      Солнца дольки апельсина или острый нож?
      Где проснусь - в твоих объятьях, или на одре?


      II

      Я купился по сходной цене:
      Остры ростры, залив декольте,
      Штиль крахмала, предчувствие бездн.
      Опоздавшее serenite...

      Побирушки-глаза кругаля:
      Желоба, перелески, холмы.
      Нетерпение, слякоть минут.
      Ад камина. Начало зимы.

      Заманила застывшей слюдой,
      Ворожила: "Тебе хорошо?"
      На подушке сгорали глаза,
      Жар стожар над моим шалашом.

      Расточитель любви вдрабадан,
      Я забылся, уснул, изнемог,
      Ню оделась и вышла за холст,
      За порог шалаша, за порог...


      III

      Я тебя позабуду дотла,
      Мутотень остывает, мигрень,
      Первоцветом подснежник тепла,
      Лихорадки-мозги-набекрень.

      Пустоцветом холодный ожог,
      На губах бензоат-аромат,
      Дал поверить на миг, что я бог,
      И сморозил о том невпопад.

      Плыл в глазах эскадрон облаков,
      Перегрев тяжелел, нарастал,
      Саранчою январских снегов
      Оказалась, но я опоздал...

      Опознать вороненую сталь
      В черной хвое каленых ресниц,
      Белокровия мертвую таль,
      Гостем в тело безволия шприц.

      А хотел-то тебя наразлив,
      В трын-траве целовать, баловать,
      Я-то думал, что белый налив,
      Оказалось, дотла забывать...

      _^_




      ФАГОТ

                И.К.

      и светал потолок время выхода в
      надрывался фагот саломея
      фиолетовый нимб у твоей головы
      на мизинце - камея

      свет в зрачке поменялся на яркий кармин
      нервный сполох - гримаса
      как лазо пожирал алогубый камин
      черный рот фантомаса

      полый город свернулся змеиным кольцом
      в застекленном багете
      и просеян в тебя я лежал мертвецом
      и рассеян в тебе погибал подлецом
      обессилев вконец на рассвете

      абиссинея март за окошком висел
      цербер "М" ад метро охраняла
      на бесстыжей арабике высохший мел
      паруса одеяла

      _^_




      * * *

      Розовые снасти женского тела.
      Продольные разрезы, ватерлинии, шпанты.
      Терпкий запах моря в сыром исподнем
      Экватор, икра, Голубой Маврикий.

      Ты пришла на третьем часу бессонницы,
      Когда добрый и зеленый Океан
      Становится и злым, и черным.
      Тело цвета слоновой кости,
      Придонный сад, лианы-актинии.
      Головоногий, я - потерялся.

      Как жаль, что туда уже не проснуться,
      На черный день оставлен тобою.
      В погасших сумерках истлевшие звезды -
      "Мисс Африка", "Мисс Вселенная"...

      _^_




      АФРИКА

      Пришедший с моря знает цену губ
      Холодных ртов в песках соленой ночи.
      Прошу тебя, не отводи глаза,
      Мне так нужна живительная влага.
      Затылок пальмы - глиняный суккуб,
      Чьи дреды то длиннее, то короче,
      Речь скомкана, как полотенце флага,
      И медленно буреет бирюза.

      Моя ладонь барханы повторяет,
      Неровности податливого тела,
      Всю глинопись сокрытых в коже стран,
      Расплавленных песочной белизной.
      Контрабандиста путь во тьме петляет,
      Из чрева Африки до Мекки оробело
      Груз пряностей, текучий шелка зной
      Перемещает пальцев караван.

      Тюрбан зеленый на луне - пророка
      Издревле привилегия святая.
      Мольба погаснет, как свечной огарок,
      И сгусток силы растечется в ночь.
      Не шевелись, сахара одинока,
      Напрасно возрожденья ожидая,
      Лишь ветер севера попробует помочь,
      Но не возьмет твой пепел, как подарок.

      _^_




      * * *

      по животу который
      под пальцами поджимается
      в подлесок прячься
      зверек пугливый
      извивается червь
      на части разрезанный
      запретными словами
      вползает в ухо

      темнота колодца
      зиндан подмышечный
      паук
      нависаю
      слюной на нитке
      холодильник задрожал
      завел тряскую песню
      что-то и в тебе
      жалобно передернулось

      любви испарения
      соленые запахи
      трутся сбиваются
      пускаются врассыпную
      по плодам узна?ю их
      на вкус и ощупь
      с терновника виноград
      с репейника смоквы


      _^_




      * * *

      За кухонным столом, один, бездомно...
      Любовь моя - отсохшая рука.
      Я потерял себя
      в тебе -
      фантомно,
      на черный день
      забыт наверняка.

      Сидеть и слушать дождь,
      быть может, я - внутри...
      Уходит в рваный ритм
      оборванное сердце -
      коровье молоко,
      запёкшееся в бри,
      лепешка, нашатырь,
      щепотка перца.

      _^_




      * * *

      Пылко и сбивчиво
      сокровенное
      вскрыто и постигнуто,
      но не мной,
      не мной...
      Совершённое нами в прошлом
      часто
      совершено не нами.
      Распятая на дыбе женщина
      неожиданно
      оказывается чужой женой
      (не моей виной),
      акварельной зеленой луной
      с недорисованными
      в спешке глазами.

      Ах, эти сомнения,
      надрывные жалобы болотных птиц!
      Коснувшись крылышками меда,
      мы намертво в нем увязаем.
      Упущенные возможности
      окаменевают,
      как пепел опавших ресниц,
      как скольжение лиц,
      когда мы друг в друге
      от прикосновенья
      сгораем.

      Совершённое нами в прошлом
      не нами совершено,
      объято густой черной зеленью,
      как статуя в раздумье парка.
      Точка отсчета твоего "я" -
      не проросшее в меня зерно,
      но иногда
      от его трупного холода
      становится
      нестерпимо жарко.

      _^_




      * * *

      Застывшие кисти ресниц
      утомленной длины.
      Водоем, рассекаемый рыбами,
      холодно, зябко...
      Ядовитая яркость вдовствующей луны,
      сморщенная Офелия,
      охапка листвы под шляпкой.

      Расскажи мне время,
      Время-в-себе,
      у мертвого много времени
      в личном смысле.
      Стрелки соскальзывают
      по отвердевшей губе,
      заклеили рот скотчем
      и навсегда зависли...

      Втягивает, задыхаясь,
      траурный фиолет
      вспученный шлейф дымного
      подвенечного платья.
      Неправдоподобно синяя,
      черная на просвет,
      я выпускаю тебя
      из своего объятья.

      _^_




      * * *

      Глаз провожает пуговки сосков,
      Ресницы кисть и наледь над губою,
      Напрасен взмах примятых плавников.
      Я по уши в уме и трезв тобою.

      Быть запертым внутри пустого тела,
      Не вывести и не свести с ума
      В день Валентинов, о котором пела
      И назначала для себя сама.

      Исхода маета в однообразный сон
      Охапкою листвы, фатой по водам...
      Там ты с другим споешься в унисон
      И не заметишь моего ухода.

      _^_




      РЕТРО

      пластинки проигрывают гостей
      на губах онемевших - ил
      меломания безъязыких теней
      в оркестровых ямах могил

      сквозь второе пришествие злых голосов
      я не слышу твои глаза
      гобой
      нисходящий мотив
      покров
      на кров - дождевая слеза

      годовое кольцо скважина где
      я "люблю" в темноту уронил
      эта черная музыка -
      нефть на воде
      эта участь моя -
      винил

      _^_




      * * *
          Жене Орлову, светлому человеку

      Разве йод разъедает затычку-пробочку?
      Коромыслом душа - да не в этом дело!
      Задымилось семя, разнесло коробочку -
      Дезертиром энзэ из приюта тела.

      Солнце плавит женщину тенью смазанной,
      Но и женщина плавит солнце илисто,
      О любви... Про нее ничего не сказано.
      По устам куда-то стекло извилисто...

      _^_




      * * *

      Шатенка-осень за окном
      Листвы струит неясный свет,
      Сулит любви двойную жизнь.

      Заблудший мелкий дух, как пес,
      Хвостом виляет и скулит,
      Хозяйский ищет поводок.

      Любовь должна надеть на смерть
      Личину, чтоб не умереть.
      Мы ищем призрак утешенья.

      Я лег на голую кровать,
      А мог - на голую тебя,
      Ложь во спасенье за окном,
      Но смерть не знает соответствий.

      _^_



© Сергей Слепухин, 2011-2018.
© Сетевая Словесность, публикация, 2011-2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Мария Косовская: Жуки, гекконы и улитки [По радужным мокрым камням дорожки, по изумрудно-восковым листьям кустарников и по сочно-зеленой упругой траве медленно ползали улитки. Их были тысячи...] Марина Кудимова: Одесский апвеллинг [О книге: Вера Зубарева. Одесский трамвайчик. Стихи, поэмы и записи из блога. - Charles Schlacks, Jr. Publisher, Idyllwild, CA 2018.] Светлана Богданова: Украшения и вещи [Выхожу за первого встречного. / Покупаю первый попавшийся дворец. / Оглядываюсь на первый же окрик, / Кладу богатство в первый же сберегательный...] Елена Иноземцева: Косматое время [что ж, как-нибудь, но все устроится, / дождись, спокоен и смирен: / когда-нибудь - дай Бог на Троицу - / повсюду расцветет сирень...] Александр Уваров: Убить Буку [Я подумал, что напрасно детей на Буку посылают. Бука - очень сильный. С ним и взрослый не справится...] Александр Чусов: Не уйти одному во тьму [Многие стихи Александра сюрреалистичны, они как бы на глазах вырастают из бессознательного... /] Аркадий Шнайдер: N*** [ты вертишься, ты крутишься, поёшь, / ты ввяжешься в разлуку, словно в осень, / ты упадёшь на землю и замрёшь, / цветная смерть деревьев, - листьев...]
Словесность