Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




КАВКАЗЦЫ


В тесной кухне-столовой за столом сидят четверо молодых мужчин кавказского происхождения. На столе хаотически расставлены салаты, холодные закуски и две бутылки грузинского вина: Хванчкара и Кинзмараули.

- О-о, Махо, передавай косяк, - сказал Вартан. - Не замораживай...

- Э-э, Ара 1 , я же не морозилька, - сказал Махо и посмотрел на косяк. - Чё я замораживай?

-Ты же тут не один, - возмутился Вартан. - Гога, а у тебя трава есть?

- Есть.

- Дай, я косой сделаю, - сказал Вартан, - пока морозилка смакует...

- Сам ты, Ара, морозилька!

- На, - передал Гога пакетик с травой, и взглянул на Махо, он его видел впервые.

- Сканк 2 ? - спросил Вартан и понюхал пакетик.

- Да-а, - ответил Гога.

- Сильный?

- Не очень...

- Я сканк не очень люблю, - сказал Вартан. - Воняет противно, и тащит как-то странно порой...

- А это чё за трава? - спросил Махо и выпустил дым кольцами.

- Таиландская, - сказал Леван.

- А ещё такой эсть? - спросил Махо.

- Не-е, последний косяк был, - сказал Леван.

У Махо был очень странный кавказкой акцент. Многих слов он не знал и часто использовал букву "э" вместо "е", и мягкий знак вставлял, где попало, иногда для смеха. Произношение у него было ужасное, как у азербайджанца, хотя родом он был из Тбилиси, но говорить по-русски толком не научился.

- Хороший трава, - причмокнул губами Махо и передал самокрутку.

- Ну, наконец-то, дошёл, - облегчённо вздохнул Вартан и присосался к косяку так, что тот зардел ярким пламенем и начал потрескивать.

- А где ты такой трава взял, Ливан? - спросил Махо.

- У барыги купил.

- Ещё такой эсть?

- Не знаю, - покачал головой Леван, - надо позвонить...

Леван был родом из Сухуми. В девяносто четвёртом году он поехал в Бельгию и там "сдался" 3 , через шесть месяцев ему отказали. Одной ночью Леван и двое его дружков залезли в грузовик и приехали в Англию. Первые годы в Лондоне были очень тяжёлые. Сдались они без проблем и жильё получили в отеле, не в общаге, как в Бельгии, но дружки Левана были наркоманами и клептоманами, с героина они не слазили и обнесли все местные универмаги и супермаркеты. Леван тоже иногда воровал, но героин не принимал, только курил траву. А Бесо и Кахо набивали себе чемоданы ворованной одеждой из дорогих магазинов, готовясь ехать домой. Леван домой возвращаться не собирался и вовремя от них он откололся, дружков депортировали, даже не дав вещи собрать. Через год Леван заговорил по-английски и устроился работать в "телесейл". Работа ему эта нравилась, и он по сей день трудился там.

- Хороший трава, укусный, - сказал Махо и потянулся к бокалу. - Давай позвоним твой барыга.

- А кто туда поедет? - удивился Леван. - Ты что ли?

- Могу.

- Далеко ехать придется, он в Эссексе живёт. Перестань, Махо, у нас и так травы хватит, сканк ещё есть.

- Окей, - сказал Махо, выпил глоток вина и задумался. - Плохо, что у нас баба нет на празднике.

- Зачем они тут нужны? - удивился Варан.

- Надо нам всем жениться! - заявил Махо и посмотрел на реакцию. - А то живём, как собака безидомный - ни жена, ни детей нет!

- Вот ты и женись, - сказал Вартан, - а мы посмотрим...

- Чё пасмотрим? - злобно взглянул Махо на него.

- Как ты жить будешь, - зевнул Вартан и потянулся к бутылке. - Бездомный ты наш...

- Нету баба хороший, - почесал Махо подбородок. - А то б я женился.

- Да-а, это дело не хитрое, - вставил Леван.

- А ты в Грузию съезди, - сказал Гога. - Там баб много, и все замуж хотят...

- У меня там эсть девочка, - ухмыльнулся Махо, - но молодой и очень глупий.

- А сколько ей лет? - спросил Леван.

- Девятнадцать.

- Хороший возраст, - подметил Вартан. - В самый раз...

- Она меня за паспорт любит, - покачал головою Махо. - Уехать из Грузии хочет.

- Ну, так забери её, - посоветовал Леван.

- Куда?

- Сюда!

- А чё потом? - развёл руками Махо. - Она ведь на дискотека убежит, танцевать...

- Ну и пусть себе бежит, - фыркнул Вартан. - Велика потеря!

- Э-э, биджо 4 , я так не могу, - прохрипел Махо. - Семья - это святое!

- А может, она не сбежит, - сказал Леван. - Откуда ты знаешь.

- Убежит, не нужен я ей, - сказал с грустью Махо. - Ей паспорт мой нужен...

Когда в Грузии начались беспорядки, родители отправили Махо к их дальнему родственнику в Грецию - от греха подальше. Уж больно они волновались за него в это тяжёлое время, только это его и спасло, а то гнил бы он с пулей во лбу на помойке. С детства Махо был особый ребёнок. Папа его был партийный работник и очень уважаемый человек в Тбилиси. Всё у Махо было: деньги, машина, квартира и полный достаток, но вот с головой у него был непорядок. В развитии своём он остановился на уровне десятого класса, а может и ниже, вёл себя он порой, как мальчишка, хотя ему было за тридцать. Иногда, конечно, и он прозревал, говорил умные вещи и даже философствовал по поводу жизни, но это случалось не часто, как правило, тогда, когда у него не было работы, и он сидел дома один и думал о смысле своей жизни. Это были самые трудные и невыносимые дни в его жизни. Подумывал он и о самоубийстве, и о родных, и о любимой Грузии. Тяжёлые мысли не покидали его ни на минуту, и впадал он в глубокую депрессию и паранойю. Лучшим лекарством против этого была работа, и когда она появлялась, он полностью в неё уходил - забывался...

В девяносто шестом году Махо стал гражданином Греции и на радостях поехал домой, а там уже выросли соседские девки, и он был для них завидный жених - иностранец. Заветным его желанием было иметь семью и много детей. Детишек он очень любил, вероятно, потому, что они смотрели на него снизу вверх, и уважали, как взрослого. У Махо была мания маленького человека, роста он был невысокого, метр семьдесят в кепке, и из-за этого он всё любил большое и грандиозное. Женщины ему нравились высокие, грудастые - модели или певицы. У себя в столовой он повесил плакат принцессы Дианы во весь рост, он очень её уважал и приравнивал к лику святых, а любимая его певица была Селин Дион, что очень настораживало. Машины соответственно он тоже любил большие: Ягуары, Мерседесы, Роллс-ройсы и, конечно, Феррари - любимая масть. Но больше всего любил Махо раздуть вокруг себя туман таинственности, выставляя себя в роли крестного отца. Хотел он быть похожим на Тони Монтано из "Человека со шрамом", но, увы, работал он столяром, а по ночам мечтал стать мафиози. По натуре своей Махо был трус, поэтому он всегда носил с собой нож, боялся, что его изобьют...

- Ну, тогда не женись, Махо, - сказал Гога. - Тебе что, плохо живётся?

- Плохо, - сказал грустно Махо, - я семья хочу, и детей тоже. Я уж не такой молодой, Гоги...

- А сколько тебе? - спросил Гога.

- О-хо-хо, - взялся руками за голову Махо. - Тридцать три.

Махо выглядел на свой возраст, но по нему нельзя было сказать, что жизнь его сильно потрепала. Была у него седина на висках, но выглядел он нормально, за собой он следил и был всегда чистый.

- Ты так сказал, - усмехнулся Гога, - будто тебе за сотню перевалило. Ты ещё молодой!

Махо вздёрнул головой и грозно посмотрел на Гогу. Он думал, что он самый старший, Вартану и Левану было по двадцать семь лет. Гогу он не знал и думал, что он их ровесник, выглядел он молодо, лет так под тридцать, но на самом деле ему было больше.

- А сколько тебе лет, Гоги? - спросил Махо, и прищурился хитро, как узбек.

- Тридцать шесть. А что?

- Я думал, тебе меньше, - сказал Махо и посмотрел на Левана.

- Хо 5 , Махо, - сказал Леван.

- Мы с тобой ещё юноши, - сказал Гога. - В сорок лет жизнь только начинается. Мой прадед две войны прошёл и в сорок лет женился, а потом восемь детей ещё сделал.

- Давайте выпьем за детей! - сказал Махо и поднял бокал.

Никто бокала не поднял, и ему пришлось пить самому.

- С ними одни проблемы, пусть их мамы воспитают, - сказал Гога. - Так будет лучше для всех.

- А у тебя дети эсть? - спросил грозно Махо и стукнул бокалом по столу.

- Есть.

- Мальчик или девочка? - спросил Махо.

- Два пацана, старший джигит, а младший казак.

- Какой казах? - удивился Махо.

- Моя вторая жена казачка из Краснодара, - сказал Гога.

- А первий?

- Из Кутаиси.

- Так ты Кутаисский, Гоги? - удивился Махо.

- Да.

- Я думал, ты из Тбилиси.

- В Тбилиси я жил, но потом...

- А где ты жил в Тбилиси? - перебил Махо.

- На Вере.

- Правда?! - вскликнул Махо. - Я тоже там жил...

- Очень хорошо, - сказал Гога и понял, что сейчас начнутся расспросы о тех, кого он знает и кого не знает. - Я в России жил последние годы.

- А когда ты уехал из Грузии?

- В конце восьмидесятых.

- А ты Гиви Пузатый знал в Кутаиси? - спросил Махо.

- Кого?

- Гиви Пузатый?

- А кто он такой?

- Вор в законе! - вскрикнул Махо.

- Не, не знал, я с ворами не общался, - сказал Гога и подкурил косяк. - И тебе не советую...

- Э-э-э, Гоги, он мой друг.

- А у него мандат был, что он вор? - усмехнулся Гога. - Да ещё и в законе...

- Какой мандат? - удивился Махо.

- А как ты узнал, что он вор?

- Э-э, биджо, его вся Грузия знает.

- А я вот не знаю. В Кутаиси в каждом дворе по два вора в законе жило, и вообще, не люблю я эти разговоры о ворах...

- Почему?

- Потому что вор, - задумался Гога. - Не всегда вор, а вот дурак - это пожизненно!

- Не понял? - скривился Махо. - Что ты имеешь в виду?

- Ничего, - смеялся Гога. - Так сказал Бельмондо.

- Какой Бэльмундо? - возмутился Махо.

- Французский вор! - ржал Гога. - В законе!

Леван и Вартан держались за головы и беззвучно смеялись.

- Бэльмундо! - упал Вартан на софу и засучил ножками. - Ой, не могу, вор в законе...

А на самом деле Гога был вор, но не в законе. Иногда он даже подрабатывал "гопстопом", чтобы форму не терять и помнить, как это делать. Но грабил он людей не простых, как правило, это были сами же преступники; спекулянты и торговцы наркотиками. Любил Гога их грабить, так как знал, что жаловаться они не пойдут. С виду он был худенький парень, среднего роста и весил килограмм семьдесят от силы. Одевался он всегда в тёмно-серые цвета, что придавало его фигуре щуплый вид, но это был зрительный обман. В детстве Гога занимался вольной борьбой и был до сих пор в хорошей форме, просто высох от жизни блатной. В юношестве он бросил спорт и подался в воры. Блатная жизнь была нелёгкая, но интересная и разнообразная. Многое Гога увидел, сквозь огонь и воду прошёл, и выжил - закалился, стал хитрый и продуманный, как койот. Он был дважды женат и в советское время отсидел три года в колонии общего режима за воровство. Ну, а когда освободился, продолжал свою деятельность на том же поприще, но уже более осторожно, без свидетелей и лишних подельников. Так называемых "воров в законе" он презирал и ненавидел. Гога был беспредельщик и авторитетов никаких не признавал. На грабеж он предпочитал ходить сам, без подельников, людей он вышибал с двух чётко поставленных и отработанных ударов, но часто случалось и с одного, второй пролетал в воздух. Иногда, конечно, попадались "слоны", которые держали удары, тогда Гога с ними боролся, бросал через себя головой в землю...

В Англию Гога попал совершено случайно, поехал в Голландию воровать и там задержался, понравилось, через год приехал в Лондон и "сдался", якобы беженец из Чечни. Как ни странно, но ему поверили и через полгода дали полный статус беженца и двухкомнатную квартиру. Ко всему прочему его признали инвалидом войны - психопатом и наркоманом. У него даже было повышенное пособие и бесплатный проездной в транспорте, как у ветерана.

- Ох, ты и бомбу забил, Вартаныч, - закашлялся Гога и передал косяк по кругу.

- Да-а, - протянул Вартан. - Махо, а как Киборг поживает?

Махо подавился вином, начал громко кашлять и говорить сквозь смех.

- Ой, бла, ой бла, забил вам сказать.

- Что случилось? - спросил Вартан.

- Варлам Киборга спалиль, - смеялся Махо. - Пузырь на бороде, во-о!

- Кого спалил? - недоумевал Вартан. - Какая борода? Что ты мелешь?

- Гие спалиль борода!

- Так ведь у него нет бороды, - удивился Леван.

- Ну, не борода, а вот это, - показал Махо на подбородок. - Как это називается, чё это?

- Ох, ты и чукча, Махо, - охнул Вартан. - Подбородок это называется. Где ты русский учил?

- Сам ты чукча, Ара! А русский я не учил. На хуй он мне нюжен!

- Махо, - задумался Вартан.

- Чё?

- Скажи труба.

- Зачем?

- Ну, просто скажи.

- А зачем? - изогнул бровь Махо.

- Ну, скажи, что тебе трудно?

- Ну, - подумал Махо, - тюруба.

- Всё понятно, - взвизгнул Вартан.

- Чё тебе понятно, Ара?

- Всё!

В Армении так проверяли азербайджанцев, просили их сказать слово по-русски с двумя согласными. По-армянски многие азербайджанцы говорили хорошо, без акцента, а вот с русским у них были проблемы.

- Ты говоришь, как турок, - смеялся Вартан.

- Э-э, Ара, сам ты тюрок! Вы, армяне, все персидские цыгане!

- А вы, грузины, - кто? - спросил Вартан.

- А как он ему подбородок спалил, Махо? - спросил Леван.

- Варлам что-то начудил, а Гия дал ему за это по жопе.

- О-о-о, - покачал Леван головой. - Знаю я, как он по жопе дает...

- Потом Гия музыка вкулючил, - продолжал Махо, - наушник одел и в крёсло сел.

- Зачем? - удивился Вартан.

- Чё зачем?

- Зачем наушники одел?

- Варлам так орал, что музыка било не слышно.

- А-а-а, понятно, - покачал головою Вартан. - А что такое крёсло?

- Ну, крёсло! - вскрикнул Махо. - Там где сидеть.

Все рассмеялись.

- А чё, - улыбался Махо, - неправильно сказал?

- Нет, - покачал головою Леван.

- А как правильно будет?

- Кресло, а не крёсло, - сказал Вартан.

- Ой, какая разница, Ара! - всплеснул Махо руками. - Кресла, крёсла - одна мать!

- Да-а, а Варлам стрёмный мальчик, - сказал Леван. - Как-то раз я к ним в гости пришёл, так он меня чуть сковородой не убил.

- За что? - удивился Махо.

- За то, что я ему подзатыльник дал, - сказал Леван.

- А зачем ты ему подзатыльку дал? - спросил лукаво Махо.

Вартан и Гога начали ржать.

- Подзатылька, - охал Вартан. - Ещё одно новое слово...

- Да его вообще убить надо, - прошипел Леван. - Или в спецшколу отдать.

- Э-э-э, Ливан, - протянул Махо. - Перестань, он мой племяш...

- Короче, мы с Гией сидели в столовой и разговаривали, а Варлам бегал и орал, я попросил Гию его успокоить. Ну, он его и успокоил - дал по жопе, да так звонко, что у меня в ушах заложило, и Варлам с воем в спальню исчез. Только Гия ушёл на кухню, этот чертёнок из спальни выскочил и начал мне язык показывать и матюкать меня по-русски. Кстати, Махо, а откуда он русские маты знает?

- Гия научил.

- Понятно...

Варлам был очень активный ребёнок, на месте он спокойно сидеть не мог и постоянно носился, как метеор. Его папа был двухметровый грузин - Киборг, так его прозвали. Он был очень большой и сильный человек, бывший борец и регбист. Двоюродная сестра Махо Лейла вышла за него замуж, и у них родился Варлам - крупный мальчик, весь в папу. Когда Варламу было три года, он носил вещи шестилетнего возраста.

- Короче, - продолжал Леван, - отпустил я ему подзатыльник и он убежал, а через пару минут выбегает из кухни со сковородкой в руках, и бежит на меня...

- Ох, и мальчик, - удивился Гога.

- Хорошо, что Гия его перехватил, а то я не знал, что делать - хотел уже ногой его ударить.

- Э-э, Ливан, перестань, - покачал головой Махо. - Он же рыбёнок!

- Да какой он рыбёнок?!! - заорал Леван. - Он Киборг - Второй!

- Рыбёнок, - хихикал Вартан. - От рыбы... не от рыгбиста...

- Я детей очень люблю, - сказал Леван и задумался, а потом добавил: - В жареном виде...

- Во-во, во фритюре, - гоготал Вартан, - и с яблочками во рту.

- В чём? - удивился Махо.

- В масле, - сказал Леван. - И с мочёными яблочками во рту, как у гуся.

- Какого гуся? - не понимал Махо.

- Тебе надо новый язык сотворить, - сказал Вартан.

- Какой язик, Ара?

- Какой? - задумался Вартам, - Мудиш!

- Чё это за язик, Ара? - удивился Махо. - И почему Мудиш?

- От слова Махо, - смеялся Вартан.

- Я недавно проезжал возле Киборга дома, - сказал Леван, - и видел, как Варлам детишек резиновым шлангом бил.

- А сколько ему лет, Махо? - спросил Гога.

- Семь.

- А одежду на двенадцать носит, - подметил Леван.

- А друзья у него есть? - спросил Гога.

- Эсть, - сказал Махо, - один, негр.

- А почему? - удивился Вартан.

- Чё почему?

- Почему один и негр?

- Все маленькие, а негр большой.

- Понятно, - сказал Вартан. - Так, а как он ему бороду припалил, чем?

- Зажигалкой, Гия музыка слушал и глаза от кайфа закрыл, а Варлам взял его и припалиль...

- Как? - удивился Вартан.

- Подошёл к нему и зажигалка зажёг под борода. У него вот такой пузырь, - показал Махо на глаз. - Как мой глаз.

Гога и Леван начали похрюкивать от смеха.

- Подожди, - запротестовал Вартан. - Не могу понять, как это могло случиться? Он что, боли не чувствовал?

- До него боль туго доходит! - выкрикнул Леван, сквозь смех. - Он же рыгбист!

- Ох-ху-ху, - стонал Гога. - Ой, не могу...

- Всё равно мне не вериться, - не успокаивался Вартан. - Как так не почувствовал? Это ж кожа горит - лицо!

- Не почувствовал, - улыбался Махо, - говорит, что спал...

- Мда-а, - покачал Вартан головой. - Так и кремировать могут... хороший сынок...

Во время гражданской войны в Грузии Киборги уехали в Москву и на время там задержались. По Гие невозможно было сказать, что он чёрный кавказец, и в Москве у него не было проблем с властями - он был рыжий голубоглазый великан. Отец его был грузин, тоже очень большой человек, а мать была русская женщина - богатырь. В Москве они просидели около года и поехали в Англию, как бы на экскурсию, всей семьёй. В Лондоне у них жила мама Лейлы. Она приехала в Англию в девяностых годах и получила вид на жительство, - то ли вышла замуж, то ли рабочую визу получила, непонятно. Постепенно она вызвала немало родственников к себе, открыла ресторан и создала грузинскую диаспору. Всё у неё было подготовлено к приезду детей. Адвокат был заранее предупрежден и на второй день после приезда они поехали "сдаваться". Дело у Киборгов было выигрышное, так как они взяли кое-какие бумаги из Грузии, и Гия имел свежие пулевые ранения. Всё это их адвокат так ловко преподнёс и запротоколировал, что им в течение года дали полный статус беженцев.

- А ты слышал, Ара, как Варлам собака укусил? - спросил Махо.

- Какой собака, Махо-джан? - передразнил Вартан.

- Бельгийский собака.

- Может, всё наоборот? - усомнился Гога. - Собака его укусила?

- Не-е, он собака укусиль, - засмеялся Махо. - Ливан, ты слышал эта история?

- Да-а, мне Нико рассказал...

- О-о! - вскрикнул Вартан. - А почему я об этом ничего не знаю? Махо, а ну-ка, расскажи.

- Короче, дело било так, плыли они на пароходе в Англию. Лейла хотел покормить Варлама, но он не захотел кушать и начал пилевать.

- Хороший рыбёнок, - причмокнул губами Вартан.

В дверь дважды позвонили.

- Кто-то должен прийти? - спросил Махо.

- Да-а, это Костик, - сказал Вартан и пошёл открывать.

В комнату вошёл высокий, светло-русый парень и поздоровался. Махо Костика не знал, поэтому он встал и представился.

- Махо, - сказал он и протянул руку.

- Очень приятно, Константин.

- Привет, привет, Константин, - передразнил Гога. - Как твои дела?

- Не плохо. А у тебя как дела, mate 6 ?

- Окей, mate! - усмехнулся Гога и подвинул свободный стул к столу. - Присаживайся, азартный ты наш...

- Жрать хочешь? - спросил Вартан.

- Конечно, - сказал Костик и посмотрел голодными глазами на стол.

- Ну, тогда не стесняйся, - сказал Вартан и дал ему тарелку. - Жри, кашалот!

Костик подвинул поближе тарелку и начал нагружать туда салаты и всё, что попадалось ему под руку. Аппетит у него был завидный, кушать он очень любил, несмотря на то, что был тощий и длинный, как жердь. Родом он был из Москвы. С первого взгляда Костик был похож на студента-аспиранта: носил он реденькую бородку, как у Ильича, и очки с толстыми линзами, что придавало его лицу интеллигентно-умный оттенок, но это была его вуаль. Все границы и полицейские посты он проходил под этой вуалью, показывал потёртую обложку паспорта и проходил, как ни в чем не бывало. В девяностом году Костик поехал в Югославию на толчок. Продав там какой-то товар, он решил домой не возвращаться и побродить заграницей. Было тогда ему двадцать лет, добрался Костик до Австрии и там впервые "сдался". В Австрии уже в то время к беженцам относились плохо, в города не селили, держали в отелях в сельской местности, вдалеке от людей - он попал в горы. Через десять месяцев Костику отказали, он решил не ждать депортации и свалил в Голландию. Там он тоже долго не задержался, около года скитался по Европе и, в конце концов, добрался до Кале - перевалочный пункт беженцев. Просить политическое убежище во Франции он уже не хотел, отказывали очень быстро, а жить нелегально не имело смысла. Решил Костик ехать в Англию и там "сдаваться". Английский язык он знал хорошо, учился в спецшколе, а во Франции среди эмигрантов ходили слухи, что в Англии можно остаться надолго, так как система у них непродуманная и некоторые иммигранты по несколько раз "сдаются" и получают пособие за двоих. Нашёл Костика себе подельника - молдаванина, и поехали они в Англию на пароме. При высадке молдаванина взяли, а Костик прошёл без проблем, показав обложку паспорта, потом он нашёл адвоката и вместе с ним пошёл в Хоум Офис 7 .

- Эй, джигиты, давайте выпьем! За нас! За вас! И за любимый Кавказ! - вскрикнул Махо и осушил бокал залпом.

- Ну, ты и разошёлся, Махо, - сказал Вартан и отпил глоток вина. - А чем твоя история закончилась?

- Какая, Ара?

- Про рыгбиста и рыбёнка.

- А-а-а, так вот, Лейла говорит Варламу, эсли кушать не будешь, тебя собачка укусит...

- Нашла дура, что сказать, - фыркнул Леван.

- Ну, а он что? - спросил Вартан.

- А он говорит, не буду эсть, не хочу! - улыбался Махо.

- И что дальше? - спросил Вартан.

- А дальше Варлама отпустили гулять, и он укусиль этот собака.

- Как укусил? - удивился Гога.

- Схватил её за спину и укусиль, - засмеялся Махо.

- Какой ужас! - оторвался Костик от тарелки. - Кто этот мальчик?

- Мой племянник, - сказал гордо Махо.

- А зачем он кусает собак?

- Чтобы его не пугали, - ответил Махо.

- А кто его пугал? - не врубался Костик.

- Мама.

- А зачем?

- Эсть не хотел, - сказал Махо.

- Что не хотел? - удивился Костик.

- Эсть, кушать.

- А-а-а, понятно...

Леван, Вартан и Гога упали на софу и катались в истерике.

- А собака большая была? - спросил Костик.

- Не-е, не очень, - сморщился Махо, - маленький такой, урод, морда плоский.

- Плоский? - задумался Костик. - Как у утконоса?

- Ну, - Махо что-то сказал по-грузински. - Как это, Ливан?

- Не знаю, - смеялся Леван.

- Пекинес! - заорал Гога. - Ох-ох-ох...

- Боже мой, - покачал головой Костик. - Бедная собачка...

- Этот бабка так испугался, - продолжал Махо, - чё попросил её увести на другой палуба.

- Какая бабка? - спросил Костик.

- Собачкина.

- Хозяйка?

- Да-а.

- Господи, какой кошмар, - запричитал Костик. - Дети кусают собак...

- Костик, а ты вчера в казино был? - спросил Вартан.

- Да-а, был.

- А Гарик там был?

- Был. Ночью с пьяной девкой приехал...

- Что за баба? - спросил Вартан.

- Откуда я знаю, Вартаныч.

Костик и Вартан были членами казино. В Англии не такие казино как в Америке, выигрыш и ставка ограничены, и, чтобы попасть в казино, надо быть членом или иметь друга с членской карточкой. Вартан был не очень азартный игрок, но Костик был просто больной Парамоша. Все игры он перепробовал и играл практически во всё: скачки, карты, гонки, аппараты, автоматы - было его хобби на всю жизнь.

В девяносто седьмом году его положили в психушку и лечили, но не сработало. Этот год для Костика был невезучим, масть не шла и не пёрло. Все деньги он моментально проигрывал и даже не успевал толком поесть, хорошо, что в казино еду давали бесплатно. Влез Костик тогда в большие долги, а масть всё не шла и не пёрло. Решил он обратиться к врачу. Гамблинг, то есть азартность - это болезнь, такая же пагубная, как и наркотики. У Костика оказалась в тяжёлой степени и его сразу же госпитализировали. Дурдом был кайфовый: в палатах по два человека, телек с дистанционным управлением, и еду сам выбираешь на завтра. Около месяца Костик там проторчал и в игры не играл, но присел на метадон 8 . С ним в палате лежал наркоман и пил этот "шампунь" большущими кружками, и Костику всегда что-нибудь доставалось. Любил Костик все виды наркотиков, но сильно не злоупотреблял. Когда он много выпивал, он становился невменяемым: в драку лез и получал по очкам. Очки у него были сломаны на дужке и перемотаны клейкой лентой. Костик нигде никогда не работал, подрабатывал изредка и сидел на пособии, его основным доходом был гамблинг, ему часто везло и, когда он был в выигрыше - гуляли все!

- Плохо, что у тебя садика нет, Вартан, - сказал Махо.

- Да-а, плохо...

- Можно било бы шашлик сделать, - сказал Махо, - и пострелять...

- Где пострелять? - удивился Вартан.

- В саду, - сказал Махо.

- Из чего?

- Из пистолета.

- У меня нет пистолета, - усмехнулся Вартан.

- А у меня эсть, - сказал Махо.

- С собой? - поинтересовался Костик.

- Не, дома...

- Настоящий? - спросил Вартан.

Гога изучающее посмотрел на Махо.

- Конечно, Беретта, - сказал Махо.

- Да ну? - удивился Вартан.

Вартан был родом из Еревана, и гулянка эта проходила в его квартире. Приехал он в Англию в девяносто четвёртом году и сразу же "сдался" в аэропорту. Он заранее был подготовлен одним из его друзей, который уже жил в Англии. Через полтора года ему отказали, и после этого начались все его бедствия и скитания. Уезжать домой Вартан не хотел и решил апеллировать, а это дело не лёгкое и долгосрочное. Со всех пособий его сняли, и очутился он на улице. Где он только не ночевал: летом в парке две недели спал, в ночлежке для бездомных тоже побывал, короче, хлебнул он горя с лихвой, и с работой ему пришлось очень туго. Разрешение на работу у него не было, и легально он работать не мог. Два года адвокат добивался для него официального разрешения на работу, но так толком ничего и не добился. В девяносто восьмом году Вартану дали статус беженца, после семи апелляций в Верховный Суд.

- А где ты Беретту купил? - спросил Вартан.

- У негра.

- Зачем тебе пушка, Махо? - спросил Леван.

- Надо.

- Зачем? - удивился Леван. - Тебе что, на воле плохо живётся?

- Э-э, Ливан, воля - волей, а оружие надо ыметь.

- Зачем? - удивился Леван. - Мы ж не в горах - тут нет медведей...

- Так, на всякий случай, - сказал Махо.

- Тебе кто-то угрожает? - удивился Леван.

- Ну, било дело, на разборки ходил.

Гога изменился в лице и внимательно посмотрел на Махо.

- Какое дело?! - усмехнулся Леван. - Ты за эту хлопушку пять лет получишь - это без применения, а только за хранение. Ты это знаешь?

- Не получу, не боись, Левашка, уйду, не от таких уходил...

- Куда ты уйдёшь, в Грузию?

- В Грецию, - сказал Махо.

- А где ты патроны покупаешь? - спросил Вартан.

- Патроны?

- Да.

- А я когда во Франции бил, там купил, - покраснел Махо. - В Англии не продаются...

Все знали, что Махо был врунишка, но пистолет он мог купить. В Лондоне можно купить реплику в магазине и револьвер со сточенным бойком на антикварном рынке, да и каждый второй торговец героином может помочь в этом.

- Я один баба им чуть не убил, - сказал Махо.

- Как? - усмехнулся Вартан. - Ранил?

- Нет, Ара, короче, дело било так, у меня кобура нет, и я спрятал пистолет в кукурузный коробка.

- Какой кукурузный коробка? - спросил Вартан.

- Из-под хлопьев.

- А-а, корнфлекс.

- И поставиль я эта коробка в кухонный шкаф.

- А зачем ты её туда поставил? - спросил Вартан.

- А куда, Ара?

- Ну, под ванную мог бы спрятать.

- Там мокро - ржавеет...

- Понятно-о, - протянул Вартан.

- Короче, захожу я домой, а в квартире тишина.

- А что, должно быть громко? - удивился Вартан.

- Э-э, Ара, не перебивай, дай мне слово сказать, - возмутился Махо. - У меня тогда баба жил.

- А-а-а, баба, понятно, - сказал Вартан. - А хорошая баба?

- Хороший, хороший...

- А где она сейчас?

- Выгнал.

- За что? - удивился Вартан.

- За три губьки, - сказал Махо.

- За три чего? - перестал жевать Костик.

- Три губьки, - повторил Махо.

Вартан и Леван схватились за головы и начали повизгивать.

- Губьки, - смеялся Вартан. - Ещё одно новое слово в Мудиш пришло. Только что это?

- Да-да, губьки, - улыбался Махо.

- А что это такое, Махо? - спросил сквозь смех Леван.

- Э-э, биджо, - развел руками Махо, - губька, посуда мыть.

- ГУБКА! - сказал Леван.

- А почему ты её за три губки выгнал? - спросил Костик. - И для чего тебе эти губки нужны?

- Для посуды и плиты, - сказал Махо.

- Ну, две, а третья зачем? - недоумевал Костик.

- Третья? - задумался Махо.

- Для хуя! - вставил Вартан.

Началась истерика.

- Ой, Махо, прекращай, - смеялся Леван. - Живот болит...

- А третий губка у меня для стола бил, - смеялся Махо.

- А как ты их отличаешь? - спросил Костик. - Они у тебя под номерами?

- По цвету отличаю...

- По цвету! - удивился Вартан. - Во бля! Ну, и что дальше то было?

- Вы не даёте мне слово сказать, - возмутился Махо. - Перебиваете...

- Больше не будем, - успокоил Вартан. - Рассказывай.

- Короче, я ей всё показал, чем - чё мыть надо, а она не понимает, всё одной губькой моет и посуду, и плита...

- Ну и что? - удивился Вартан.

- Э-э, Ара, плохо это...

- Почему? - удивился Костик.

- Э-э, посуда одно, плита совсем другое. Порядок должен в доме быть. Короче, тупой баба бил - поэтому и выгналь...

- Ох, ты и деспот, Махо, - сказал Леван. - Ты что, баб на губках тестируешь? Типа, если пройдёт тест, то будет достойна меня.

- Да-а, - улыбался Махо. - А чё, плохо?

- Да-а, Махо, так ты никогда не женишься, - покачал головой Вартан. - А что случилось с коробкой из-под корнфлекса?

- А-а, да, вхожу я домой, а она сидит на софа тихо так, и лицо такой умный сделала. Уходил - весёлый бил, пришёл - грустный сидит и молчит.

- Не удовлетворил, наверное, - сказал Вартан.

- Э-э, Ара, у меня с этим проблем нэт... Короче, смотрю, а у нее на лбу красный пятно. Спрашиваю, что случилось, что за пятно? А она мне говорит, что проголодалась и полезла в шкаф, а когда коробка брал, оттуда пистолет на лоб упал.

- Ох-ох-ох! - заржал Вартан. - Ой-й, не могу!!!

- Вай-вай-вай, - схватился Леван за голову. - Береттой по лбу получила!

- Не верю я тебе, Махо, - смеялся Вартан.

- Чему ты не веришь, Ара?

- Нет у тебя никакого пистолета.

- А давай поспорим, что ЭСТЬ! - вскочил на ноги Махо.

- Не хочу я спорить, смысла не вижу...

- Тогда не пизди, Ара!

- Сам не пизди!

- Прекращайте спорить! - сказал Леван. - Какая разница.

- Я могу пистолет принести показать, - сказал Махо.

- Неси, - сказал Вартан, - постреляем.

- Мы тебе верим, Махо, - сказал Гога. - Давайте лучше выпьем за всех собравшихся тут.

- Давай, - согласился Махо.

Кавказцы выпил, закусили и постепенно забыли о пистолете. К концу вечера Махо сдружился с Гогой, и они договорились встретиться на следующей неделе. Встретились они в пивнушке, посидели там пару часов и разбежались, кто куда. Два часа Махо рассказывал Гоге, каким он был мафиози в Греции, и как ему пришлось оттуда бежать. Гога делал вид, что слушает его, понимает и восторгается. Он даже начал называть Махо "батоно", что дико понравилось тому. Гога прикинулся простым слесарем, сказал, что ходит на курсы водопроводчиков и мечтает купить себе красный джип.

Через неделю Гога как бы невзначай проезжал рядом с домом Махо и решил ему позвонить. Махо был дома один и пригласил Гогу зайти.

- Комарджопа, Махо-батона 9 .

- Комарджопа, Гоги, - строго сказал Махо и впустил его в дом.

- Как дела?

- Неплохо. У тебя?

- Хорошо. Я тебе травы принес, мне вчера один тип в колледже дал.

- Давай покурим, только не долго, мне надо в семь уходить - дела...

- А куда ты идёшь?

- На разборки.

- Правда? А с кем?

- С чеченом.

- И тут они есть? - удивился Гога.

- Конечно, он на наш ресторан наехал, хочет, чтобы они ему платили, а они уже мне платят.

Гога подкурил косяк, в который он наложил: сканк, героин, кокаин и гашиш, - ямайский коктейль. Сделав пару затяжек, он передал косяк Махо.

- Хороший трава? - спросил тот.

- Неплохая.

Махо курнул пару раз, забылся и начал попыхивать косяком, как сигаретой.

- А что, и здесь рэкет есть, Махо-батоно?

- Конечно, биджо, он везде эсть.

- А сколько они тебе платят?

- Э-э, биджо, о таких вещах не говорят.

- Почему? - наивно спросил Гога.

- Я же у тебя не спрашиваю, сколько ты зарабатываешь...

- Буду зарабатывать триста фунтов в неделю, когда колледж закончу.

- Э-э, таких денег мне и на мороженое не хватит.

- А ты один на разборки пойдёшь? - заискивающе спросил Гога.

- Хо!

- Не боишься?

- Ара. А чё это за трава такой странный? - спросил Махо и передал косяк, его бросило в жар, а потом в холод. - Вкус не такой...

- Ямайский сканк, - сказал Гога и сильно затянулся. - Импортный.

- Хороший трава, мне нравится.

- На, ещё покури.

- Давай.

- А ты не боишься сам на разборки идти?

- Э-э, Гоги, мне не впервой.

- А хочешь, я с тобой схожу, прикрою?

- Не-е, не надо, со мной пистолет - он надёжней...

- А если чечен не один придёт?

- Постреляю, как шакалов! - вскрикнул Махо.

- А если они с автоматами будут?

- Отстреляюсь...

- Давай, я с тобой схожу, подстрахую, Батоно!

- Не-е, Гоги, нельзя, это дело опасное, могут убить.

- А я тебя сзади прикрою, и буду стоять в стороне.

- Не, нельзя, я с чеченом один на один разберусь, мы так договорились, по нашим обычаям. По-кавказки!

- Понятно... Я никогда на разборках не был и хотел посмотреть.

- О-о, на это лучше не смотреть, опасное это дело.

- Ну, ладно, а пистолет покажешь? - спросил Гога.

- Э-э, конечно, биджо.

Они докурили косяк, и Махо закрыл глаза. Десять минут он спал, а Гога бодрствовал, но глаза тоже прикрыл, на всякий случай.

- Махо, - сказал Гога. - Я пойду, тебе скоро идти на разборки.

- Да-да, - очнулся Махо.

- Может, вместе всё-таки сходим?

- Нет, нельзя, я же тебе сказал.

- Ладно, - тяжело вздохнул Гога. - Ну, а пистолет покажешь?

- Хорошо, - сказал Махо и подошёл к кухонному шкафу.

Поковырявшись там минуту, он извлёк из шкафа коробку из-под корнфлекса и достал оттуда какой-то свёрток. Развернув свёрток, Махо взял пистолет в руку.

- Во-о, смотри, - сказал он, и наставил пистолет в сторону Гоги.

- Ой, не наставляй на меня. Не дай Бог, выстрелит.

- Там патрона нет.

Но обойма была в пистолете, и Гогу это смутило. "А где патроны?" - подумал он.

- Нравится?

- Красивый, - сказал Гога и ближе подошёл. - Дай подержать.

- На, - сказал Махо и протянул пистолет. - Только ничего не нажимай...

Только Гога взял пистолет в руку, Махо получил прямой удар в подбородок и рухнул на пол.

- Где патроны? - зашипел Гога и ударил его ногой между ног.

- О-о-о! - заорал Махо и схватился за яйца.

Гога осмотрел пистолет, обойма была запаяна.

- Вот хуйня! - сказал он и слегка ударил Махо пистолетом по лбу. - Мафиози! Где твой кошелёк?

- Ара 10 .

- Чево?!! - заорал Гога и сильно ударил его по лбу пистолетом.

- Ой!

- Не ори, Аль Пачино, - злобно сказал Гога, засунул пистолет за пояс и начал пробивать его карманы.

- О-о-о, - выл Махо, пытаясь закрыть карманы, но кошелёк уже был у Гоги в руках.

- Столько времени зря потерял, - потрошил кошелёк Гога. - Пидар!

Махо успокоился и только тихо постанывал.

- Эй, фраер, если в полицию заявишь, скажу, что твоя пушка была, и ты меня ей пугал. Понял?

- Хо-о-о, - простонал Махо.

- Смотри, мафиози, - сказал Гога и кинул пустой кошелёк на пол, затем спокойно вышел из дома и сел в машину, припаркованную за углом.

- Ну как? - спросил Костик.

- Порожняк! - сказал Гога, чиркнул проводами, и машина завелась.

- Почему?

- Обойма запаяна и боёк наверняка сточен.

- Понятно...

- Поехали к барыге, - сказал Гога и надавил на газ. - Я деньги у него взял.

- Сколько?

- На лекарство хватит.



Лондон, 2004



    Пояснения:

     1  Кличка армян, а также "нет" по-грузински.
     2  Генетически модифицированная конопля.
     3  Попросить политическое убежище.
     4  Дружок по-грузински.
     5  Да по-грузински.
     6  Дружок, свой парень, - сленг рабочих в Ист-Энде.
     7  Министерство внутренних дел Великобритании.
     8  Синтетический заменитель героина, в жидком состоянии похож на шампунь.
     9  Здравствуй, Махо, уважаемый.
     10  Нет - по-грузински.




© Алексей Попов, 2004-2017.
© Сетевая Словесность, 2005-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Рабинович: Рассказы [Она взяла меня под руку, я почувствовал, как нежные мурашки побежали от ее пальчиков, я выпрямился, я все еще намного выше ее, она молчала - я даже испугался...] Любовь Шарий: Астрид Линдгрен и ее книга "равная целой жизни" [Меня бесконечно трогает ее жизнь на всех этапах - эта драма в молодости и то, как она трансформировала свое чувство вины, то, как она впитала в себя войну...] Марина Черноскутова: В округлой синеве стиха... (О книге Натальи Лясковской "Сильный ангел") [Книга, словно спираль, воронка, закрученная ветром, а каждое стихотворение - былинка одуванчика, попавшая в круговорот...] Дмитрий Близнюк: Тебе и апрелю [век мой, мальчишка, / давай присядем на берегу, / посмотрим - что же мы натворили? / и кто эти муаровые цифровые великаны?..] Джозеф Фазано: Стихотворения [Джозеф Фазано (Joseph Fasano) - американский поэт, лауреат и финалист различных литературных премий США, в том числе поэтической премии RATTLE 2008 года...] Николай Васильев: Дом, покосившийся к разуму (О книге Василия Филиппова "Карандашом зрачка") [Поэтика Василия Филиппова - это место поворота от магического ли, мистического - и в равной степени чувственного - начала поэзии, поднимающего душу на...] Александр М. Кобринский: Безъязыкий одуванчик [В зените солнце. Час полуденный. / Но город вымер. Нет людей. / Жара привязана к безлюдью / невыносимостью своей.] Георгий Жердев: В садах Поэзии [в садах / поэзии / и лютик / не сорняк]
Словесность