Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




ОБЖИРАЛОВО


Шашечке бессовестной

- Аккредитовывай, - говорит в трубке Серж и связь прерывается. У него мобильный телефон. Промедление смерти подобно. Каждая секунда на вес золота.

Все из-за того, что вечером я не могу встретиться со своей любимой. Она учится, ей поступать надо. А мне теперь надо как-то убивать вечер. Как-то без нее. Вот я и решил взять Сержа на ресторанную вечеринку. Или вечеринку сети ресторанов.



* * *

- Слушай, да тут не парк, а лес какой-то! - говорю я. - Где этот выставочный центр находится? Ноги уже болят.

- Не бзди, Юрасик. Уже скоро.

Действительно скоро. Минут через пять мы видим толпу, состоящую из толстосумов и их расфуфыренных телок. Пока никого не пускают. Толпа ждет сигнала.

Мы подходим к столику регистрации. Нам выдают корочки с надписью "Пресса". Толпа все увеличивается.

- Идем походим, - говорит Серж.

- Нет, - говорю я. - Давай посмотрим.

- Юрасик, - говорит Серж. - Сейчас все равно не пускают.

- Зато, - говорю я, - когда начнут пускать, мы будем первыми.

В конце концов, Серж побеждает. Правда, далеко мы не отходим. Толпящиеся в пределах видимости. К нам присоединяется журналистка какого-то женского журнала. Знакомая Сержа. Рот у нее не закрывается. Какой-то муж. Какие-то поездки. Какие-то дети. Я пытаюсь отвлечься от ее болтовни, разглядывая богатых телок. А Серж, похоже, влип. Ему нельзя отвлекаться и терять нить беседы, это его знакомая.

Мог бы сейчас здесь стоять с любимой, думаю я. Или лежать с ней дома. Она не очень любит бывать со мной на тусовках. Хотя со своими друзьями ходит. Может, дело во мне? Как-то не так выгляжу?

- О, вон Лариса идет, - говорит журналистка женского журнала и исчезает.

- Слава богу, - вздыхаю я.

- Базарит без перерыва, - вздыхает Серж.

Мы замолкаем.



* * *

Толпа пришла в движение. Начали запускать. Из динамиков зазвучала музыка приглашенной рок-группы.

- Это что, рок-концерт? Они же приступом двери берут!

- Я тебе говорил: погуляем. Пусть они там потусуются. Мы зайдем позже. Еда не кончится.

Толстосумы, кажется, иного мнения. Подталкивая своих телок под жопу, они норовят оказаться внутри раньше всех. Но здесь большая конкуренция. Они пихаются и пытаются сохранять достойный вид.

- Блядь, у них же куча бабок, а смотри, как за халявой ломятся!

- Пусть ломятся, Юрасик. Мы зайдем позже.

Серж сохраняет олимпийское спокойствие. А я вот начинаю нервничать. Толпа рассосалась, но по главной аллее беспрерывным потоком идут все новые и новые бизнесюки в надежде на бесплатный ужин.

Где ты моя ненаглядная, где? Моя принцесса юная. Ты учишься. Я же пробираюсь к дверям. Передо мной толкаются три шикарные шмары. На входе стоит седой дядька. Начальник охраны?

- О, смеются шмары. - И вы здесь?

- Привет! - разевает пасть седой. - Заходите! Другим звоните, всем хватит!

Щедрый какой.

Чуть дальше мне вручают дисконтную карточку. Подарок. Серж этот счастливый момент упустил. В огромном зале яблоку упасть негде. Счастливчики уже чего-то жрут, а некоторые держат в руках бокалы.

- Серж, праздник начался. Но где его источник?

- Где-то должны быть столы.

- Не вижу нихуя.

На сцене рубятся популярные рокеры.



* * *

Один из столов найден. Его плотной стеной обступили дядьки и тетки. Они не желают отходить, пока не сметут все подчистую. Сержу удается найти лаз. Он протягивает мне рюмку водки.

- Сок возьми, - даю инструкцию. - Я чистую не пью.

- Юрасик, сока нет. Есть минералка.

Я морщусь, но делать нечего. Смешиваю водку с минеральной водой. Вкус, конечно, говно. Успеваю цапнуть канапку.

Пока я допиваю свой минеральный коктейль, на столе остаются только пустые бокалы, рюмки и подносы. И сразу оказывается, что таких столов в зале много.



* * *

- На тот край идите, - говорит Кока, единственный знакомый, вынырнувший к нам из толпы. - Там, блядь, народу меньше.

Мы отправляемся в плавание. Капитаном Кока. Где-то по дороге Серж теряется. Тонет. Ведущий объявляет о начале жёрлова. Стены, закрытые прежде занавесами, оказываются не стенами, а раздаточными.

На приступ!

Меня прибивает к раздаточной по-кавказски.

- Побольше мяса, - говорю официанту. - Птицу маленькую положи!

- Перепела?

- Да какая мне хуй разница, как она зовется?

С тарелкой, полной мясистостей, я отгребаю в сторону.

- Где это дают? - объявляется Серж.

- Там.

Серж исчезает. Зато появился Кока.

- Там вон бухло наливают, - указывает на соседнюю раздаточную.

- У меня руки заняты, - я просто в растерянности.

- Чего тебе взять?

- Коньяку.

- Сейчас.

Выплывает Серж.

- Серж, как жрать птицу, если одна рука все время занята?

- Я сам в шоке.

Кока приносит коньяк. Чем взять бокал? Я устремляюсь к пустым столам, сбросить тарелку к чертовой матери. По дороге успеваю сожрать две кавказские сосиски и половину птички.

Возвращаюсь к Коке.

- Сколько телок красивых сюда напихали, - радуется он.

Было время осмотреться?

Забираю у него коньяк, смотрю по сторонам.

- Да, дохуя!

- Возвращаемся на тот край, - командует Серж, вытираясь салфеткой. - Там японская кухня.

- Не знаю, не знаю, - говорю я. На прошлой неделе довелось побывать на презентации китайского ресторана. Пожрал собачьих ушей и остыл к экзотике.

- Идем, - Серж не унимается. - Хочу японского.

Теперь капитаном он.

Где ты любимая? Как ты там без меня?



* * *

Мне удается бросить якорь у вино-водочной стойки.

- Коктейль, - говорю.

Серж взял водку.

- Я твоим запью.

Пьет свою водяру, выхватывает мой коктейль.

- Эй, все не выпивай!

- Я вижу японское!

- А я пиццу. Серж, ну их в пизду, твоих японцев! Давай пиццы нормальной пожрем.



* * *

- Зачем я тебя послушал? - вздыхает Серж.

Мы вышли на свежий воздух. В руках тарелки с пиццей и какими-то коржиками.

- Пойду отолью, - говорит Серж и удаляется в сторону временных сортиров. Тарелки мы опустили на асфальт.

Снова появляется Кока.

- Сколько телок! А ты где бухло брал?

- Да там, прямо возле выхода.

Кока исчезает, но нарисовывается Серж.

- Я все-таки японской кухни попробую.

- Подожди, давай бухнем. Сейчас Кока подойдет.

Подходит Кока.

- Позвоню своим, - говорит. Он сюда пришел с барышнями, но где-то в толчее они потерялись. Начинает мучать свою мобилку. - Никто не отвечает.

- По лесу разбрелись, - говорю я. - Ебутся, наверно.

- Наверняка, блядь.



* * *

- Сергей!

К нам подходят две малолетки. Одна из них заводит оживленную беседу с Сержем. Другая смотрит на меня в упор, выпятив под рубашкой свои сиськи и с удовольствием их поглаживая.

- Хочу выпить, - говорит.

Даю ей свой коньяк.

- Хочу горячий, - капризничает.

- Пойди да возьми.

- Хочу твой.

- На.

- Хочу горячий.

- Малая, мы так хуй договоримся.

Подружка отвлекается от Сержа, берет мой бокал, дышит в него. Та, что хотела горячий, прикладывается к коньяку. Потом смотрит на меня, вот, мол, как надо.

Узнавшая Сержа представляет нам сисястую подругу. Имена обеих мгновенно вылетают у меня из головы. Да они и не долетели, в общем.

- Ой, мы только что с показа.

- С какого?

- С модельного.

- Модели, что ли?

- Ага.

А мог бы быть сейчас с любимой. Иду за бухлом.



* * *

- Что можно посмотреть в Киеве? - она стоит без подружки, выпячивает сиськи.

- Ну, безусловно, это Печерская Лавра.

Я трезвею, смотрю на Сержа. Он говорит серьезно, без тени улыбки.

- Безусловно? - переспрашиваю я, но на меня никто не обращает внимания.

- А ты откуда? - интересуется Серж, забывший о японской кухне, у малолетки.

- Из Симферополя.

- Родители военные?

Взгляд Сержа выражает понимание.

- А?

- Родители военные? - переспрашивает.

- Родители судимые.

Легкая пауза.

- О, - говорю. - А у меня друг судимый.

- И у меня, - тянет на себя одеяло Серж. - Это жизнь. Бывает.

- Хочу коньяк, - говорит чувиха из семьи судимых.

- На, - говорю.

- Хочу горячий, - капризничает.

Охуела, думаю. Но, как последний мудак, дышу в бокал перегаром.

- На.

Та пьет и не морщится.

- Холодно.

Ну, это к Сержу. Я свою куртку не сниму.

- Давай я тебя согрею, - Серж снимает с себя куртку.

- Блядь, где они все? - Нервничает Кока, издеваясь над мобилкой.

- Да ебутся в лесу, - успокаиваю его.



* * *

- Домой поеду, - говорю.

- Да подожди!

Серж обнимает сисястую малолетку. Она доверительно склонила голову на его грудь моряка. Служил-то он на флоте.

- Не, пойду.

Может, мне там любимая в это время звонит.

- А где моя подружка? - мутный взгляд.

- Да у нее свои дела. Вернется, - говорит Серж.

- В лесу ебется, - тихо говорит Кока.

- Пошел я, - говорю я.



* * *

"esli ti es4o ne spish, naberi menya. ya sbezal ot titskatih tyolok, 4tobi uslishat tebya", - отправляю эс-эм-эс любимой, добравшись домой. Она, конечно, не звонит. Включаю порнуху. Жалею себя.




© Юрий Никитинский, 2002-2018.
© Сетевая Словесность, 2002-2018.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Мария Косовская: Жуки, гекконы и улитки [По радужным мокрым камням дорожки, по изумрудно-восковым листьям кустарников и по сочно-зеленой упругой траве медленно ползали улитки. Их были тысячи...] Марина Кудимова: Одесский апвеллинг [О книге: Вера Зубарева. Одесский трамвайчик. Стихи, поэмы и записи из блога. - Charles Schlacks, Jr. Publisher, Idyllwild, CA 2018.] Светлана Богданова: Украшения и вещи [Выхожу за первого встречного. / Покупаю первый попавшийся дворец. / Оглядываюсь на первый же окрик, / Кладу богатство в первый же сберегательный...] Елена Иноземцева: Косматое время [что ж, как-нибудь, но все устроится, / дождись, спокоен и смирен: / когда-нибудь - дай Бог на Троицу - / повсюду расцветет сирень...] Александр Уваров: Убить Буку [Я подумал, что напрасно детей на Буку посылают. Бука - очень сильный. С ним и взрослый не справится...] Александр Чусов: Не уйти одному во тьму [Многие стихи Александра сюрреалистичны, они как бы на глазах вырастают из бессознательного... /] Аркадий Шнайдер: N*** [ты вертишься, ты крутишься, поёшь, / ты ввяжешься в разлуку, словно в осень, / ты упадёшь на землю и замрёшь, / цветная смерть деревьев, - листьев...]
Словесность