Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



        В  ПУНКТАХ  РАЗНОСТЕЙ


        * От верхнего "ля" и до самых низин...
        * Выше голову, брат...
        * Не лишённый харизмы...
         
        * Упирается рост в поперечную даль...
        * Отечество опального поэта...


          * * *

          От верхнего "ля" и до самых низин
          Я в городе этом преступно один.
          Не схвачен, не мечен, не встречен, не лечен, -
          В тени пробиваюсь к подножьям седин.

          Уверенный в каждом движении рот,
          Так часто лепечет, так много берёт
          Тонов полукружных от колкостей южных,
          Пока неизбежностью не изойдёт.

          А в каждом штрихе возведённой строки
          Дыханья осознанных мер так легки,
          Что запах ложбины далёкой долины
          Касается в танце молекул руки.

          От верхних порогов до нижних границ
          Развеяна синяя синь небылиц,
          Рассказанных ясно, напетых прекрасно
          С амвонов забытых и новых страниц.

          И нет ожиданий, и нет - чего нет.
          Открылся - и снова закрылся брегет.
          От стрел золочёных и цифр неучтёных
          Остался в архивах шнурованный след.

          _^_




          * * *

          Выше голову, брат, в этом радостном мире печали!
          Ты, я вижу, не рад набежавшей весенней тоске.
          Ты такой же, как я, - нас с тобою уже распинали,
          И родная земля ловко ладила доску к доске.
          Твой простуженный вид воскресенье твоё не украсит.
          Он молчит и кричит на холодном и тёплом ветру.
          Нынче совесть и стыд где-то в море далёком баркасят.
          Не спасу я тебя - завтра сам от удушья умру.
          Мы не первые здесь и не завтра последними станем,
          А соблазны и спесь есть не то, чем нас можно кормить.
          Из самих же себя на самих же себя и восстанем,
          Если сами себе не позволим внутри себя быть.
          Неизбежность во всём - от источника до поворота,
          Где и ночью, и днём перелётная носится пыль.
          А ворота в степи - это просто в степи те ворота,
          За которыми вход в изумительный наш водевиль!
          Мы играем с тобой, как положено просто актёрам.
          Мы вдвоём и они! И они тоже с нами вдвоём!
          Драматургом, оркестром, рабочим кулис, режиссёром -
          Будем сами, и сами все песни в спектакле споём!
          Выше голову, брат, я с тобой - до последней минуты!
          Хорошо то что есть! То что будет - милей во сто крат!
          Как Сократ, будем несть свои маски до встречи с цикутой
          И ещё одну песню споём у невидимых врат.

          _^_




          * * *

                      В.Гандельсману

          Не лишённый харизмы, по пятнам асфальтовым вдруг,
          из глубин неопознанной этой страной шевелюры,
          из отсутствия жестов и свиты поклонниц вокруг,
          без апломба, тоски и размазанной фиоритуры
          появился, шутя, из-за прутьев немодных ворот,
          отороченных кладкой лишённых камней переулков,
          разливая по полкам фрагменты того, что народ
          потребляет, как таинство таинств души закоулков.
          Обозначенный мелом в изгибах своей седины,
          многоявленный короб из книг и прозрений Востока,
          при котором никак мы ему никогда не равны -
          хоть все зубы за зуб, хоть все очи за тихое око.
          Подхватил и повёл, не читая и не говоря,
          по подземным, окольным и прочим большим переходам,
          где сыреет, тучнеет и в срок плодоносит земля
          и своим, и чужим по бессмыслию знаков народам.
          Из оливы звучащих в классических па кастаньет
          извлекая узорно пророчески правые гимны,
          не приемлет пустот и не требует вовсе ответ
          на предъявленный иск, как всегда добровольно-взаимный.
          Землемерный посол. Гармонический, сольный квартет
          из души, новизны, парадоксов и речитатива.
          Присягаю публично по правилам, коих здесь нет,
          на любовь и на верность тому, что чертовски красиво.

          _^_




          * * *

          Упирается рост в поперечную даль,
          ты не кутай меня в дорогую печаль
          из бесценного ворса природы причин,
          в этом что-то не так для неброских мужчин.

          Лучше дом разрисуй мне помадой своей
          и улыбчивость струй непременно разлей.
          Мы успеем ещё окунуться в "Ау-у!"
          за которым - ничто из известных в миру

          всех причин и посланий гусиным пером
          на копирок углях. Мы всегда о своём
          размышляем, не зная, что это - сейчас,
          может быть, в предпоследний свершается раз.

          _^_




          * * *

          Отечество опального поэта
          Есть место, где земле не предают.
          За славу. За слова. За "то". За "это".
          За ежедневный, еженощный труд.

          Изгой в своём отечестве огромном,
          Взывая с распростёршихся небес,
          Воспев свою державу многотомно,
          Лежит великий Герцен в Пер-Лашез...

          И Грибоедов, ставший "Грибоедом",
          В пословицы растасканный пиит,
          Посмертно уязвлённый мироедом,
          В холмах печальной Грузии лежит...

          В погосте итальянском Сан-Мигеле,
          Где Нобелей уже не раздают,
          Себя испепелив в словесном деле,
          Иосиф Бродский свой нашёл приют...

          В земле Господней Иерусалима
          В тигровой шкуре Витязя певец
          Неслышно, неоправданно, незримо
          Нашёл всей жизни жертвенный конец...

          Под камнем с надписью "Поэт-изгнанник"
          Карл Вольфскель во чужом почил миру,
          Новозеландский Вечный Жид и странник,
          Германии он был не по нутру...

          Назон - у Понта, Дант - в чужой Равенне
          Наметили последний свой салют.
          За песни предвосхищенных знамений
          Расплату непомерную берут.

          Таков удел немеркнущего света.
          И истово означенных минут -
          Отечество опального поэта
          Есть место, где земле не предают.

          _^_



          © Эдуард Хвиловский, 2002-2017.
          © Сетевая Словесность, 2002-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сергей Сутулов-Катеринич: Наташкина серёжка (Невероятная, но правдивая история Любви земной и небесной) [Жизнь теперь, после твоего ухода, и не жизнь вовсе, а затянувшееся послесловие к Любви. Мне уготована участь пересказать предисловие, точнее аж три предисловия...] Алексей Смирнов: Рассказы [Игорю Павловичу не исполнилось и пятидесяти, но он уже был белый, как лунь. Стригся коротко, без малого под ноль, обнажая багровый шрам на левом виске...] Нина Сергеева: Точка возвращения [У неё есть манера: послать всё в свободный полёт. / Никого не стесняться, танцуя на улице утром. / Где не надо, на принцип идти, где опасно - на взлёт...] Мохсин Хамид. Выход: Запад [Мохсин Хамид (Mohsin Hamid) - пакистанский писатель. Его романы дважды были номинированы на Букеровскую премию, собрали более двадцати пяти наград и переведены...] Владимир Алейников: Меж озарений и невзгод [О двух выдающихся художниках - Владимире Яковлеве (1934-1998) и Игоре Ворошилове (1939-1989).] Владислав Пеньков: Эллада, Таласса, Эгейя [Жизнь прекрасна, как невеста / в подвенечном платье белом. / А чему есть в жизни место - / да кому какое дело!]
Словесность