Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



        БРОНЕПОЕЗД


        * 1. Бронепоезд
        * 2. Туман
        * 3. (ты моя зеленая поляна...)
        * 4. (В списке тех, кто хулил...)
         
        * 5. (Мы снова таем в отраженьях...)
        * 6. Покаяние
        * 7. (Наконец я закончил работу...)
        * 8. Кадр №6


          1. Бронепоезд

          Я почти бронепоезд. Я плачу лишь черной смолой.
          Ничего не боюсь, кроме времени и революций.
          Если рядом враги - я стреляю из сотен стволов.
          Если рядом приятели - верю, успеют пригнуться.

          У меня сорок тысяч залитых известкой окон.
          У меня хриплый рык, у меня - порыжевшая шкура.
          Кто не верит в меня - тот, конечно, еще не знаком
          С пепелящим дыханьем из недр моей амбразуры.

          Я раскрашен цветами. Я - вечнозеленый букет.
          Словно музыка сфер - дребезжанье моих переборок.
          Мои губы - в дыму, я лечу, разгонясь, налегке,
          И на каждой развилке я - самый стремительный скорый.

          Для моих железяк нет усталости. Масло и спирт
          Пропитали меня. Я поверил, что я - бронепоезд.
          Я лечу под откос. И во мне, оглушенная, спит
          Моя бедная жертва, моя одинокая совесть.

          _^_




          2. Туман

          Я выдумаю тысячи причин
          и хитростей -
          хочу тебя увидеть.
          А ты найдешь две тысячи уловок -
          и от меня успешно улизнешь.
          ... Но падает туман на черный город.
          И даже этот круг готов замкнуться -
          чтоб в глубине возникшей подворотни
          твое пальто мелькнуло желтым бликом.
          Я подбегаю - сердце бьется в горле -
          пустой туман, распотрошенный ветром.
          Отеки фонарей.
          Лишь на руке
          холодных капель бледное свеченье.
          К глазам поближе - и твое лицо
          из каждой сферы смотрит. Как икринка,
          как глаз стрекозий, пена водопада -
          твой образ, повторенный многократно!
          Меня туман тобою окружает,
          твое лицо глядит из каждой капли,
          И вижу я - смеется надо мной!



          * * *

          моя смерть не нужна ни тебе ни другим ни природе
          я прошу тебя только вернись разберемся потом в мелочах
          никогда никого не затащит забытая прорубь
          если тянет наверх а не вниз

          я уже догадался, что страх
          не блестящие крылья не скрученный строп парашюта
          не убитый костыль не объедки с чужого стола
          кто кому опостылел достаточно глупая шутка
          поснимаем посты
          я поверю что ты
          не ушла

          _^_




          3.

          ты моя зеленая поляна
          до тебя мне только бы добраться
          если мои крылышки дотянут
          если я не поверну обратно
          я опять без веры и без крова
          голый и обобранный до нитки
          я дойду мне не попасть бы снова
          под обстрел очнувшейся зенитки

          вновь свои зализываем раны
          раньше это рассказал бы кто нам

          я с тобой как вечный новобранец
          и всегда недоукомплектован

          _^_




          4.

          В списке тех, кто хулил, твое имя начертано белым.
          Мне не надо прощать, я уже не плачу по счетам.
          Все мои костыли сожжены - стали углем и пеплом,
          На котором опять всходит свежая поросль. Там

          Из ветвей и стволов сочетаются новые руны -
          Кто прочтет их, тот веку простит, а не только тебе -
          Отражение слов, и увядших, и трепетно юных,
          И давно беззаветно погибших в неравной борьбе.

          _^_




          5.

          Мы снова таем в отраженьях
          Там, наверху. И под ногами
          Едва приметное движенье
          Домов, окутанных снегами.

          Мы все летим в прозрачном лифте,
          Наш город спит, почти в полете.
          Не слышен звон опавших листьев,
          Заснул палач на эшафоте.

          Он видит сладкие картины
          Лужаек, свежих и зеленых.
          Стоят в тумане паутинном
          Полуразбуженные клены.

          И ветерок над ним качает
          Не труп на виселице синий,
          А зацепившийся случайно
          Платок на дереве бузинном.

          И все оставлено до завтра,
          Портной заснул над черным платьем.
          Еще царит над миром запах
          Незавершенного объятья.

          Спит клерк, почти одушевленный,
          Среди гроссбухов и закладок.
          Спит свет неоново-зеленый
          В витринах узких и прохладных.

          Качает створки расписные
          Недоуменный март несмело.
          Вороны съежились, босые,
          Дыша в карниз обледенелый.

          Летит земля, себя пугая,
          Пытаясь вырваться из плена,
          Пока горит звезда другая
          алмазным гвоздиком вселенной.

          И я под мертвый звон трамвайный
          С улыбкой сонной и несмелой
          Еще привычно обнимаю
          Твое исчезнувшее тело.

          _^_




          6. Покаяние

          Я полжизни учился без промаха бить и стрелять,
          Глядя прямо в глаза, правду-матку рубить без боязни.
          И хотя бы строку записать ежедневно в тетрадь,
          Как последнее слово на случай неправедной казни.

          Я полжизни ходил c автоматом и без костылей,
          Твердо зная, что выше и чище всего справедливость.
          А потом я случайно нашел в нашем старом столе
          Два письма, начинавшихся так: "Ваша милость... "

          Я читал эти письма - прошения высшим чинам
          О каких-то делах, абсолютно неясных в итоге,
          И столетья в минуты сгущаясь, ложились под ноги,
          Превращаясь в дорогу, еще не понятную нам.

          Там в холодном презрении длинные речи велись,
          Я повелся на них, как мальчишка на кубики Лего,
          И моя беспримерная жизнь показалась мне будто не жизнь,
          И ее заносило годами, как снегом.

          Я спустился во двор - там чернела предзимняя хлябь,
          Кувыркались синицы, беспечно звенели в терцетах,
          И была мне чужой, но моей - плоть от плоти - земля,
          И светился на ней огонек от моей сигареты.

          И пришло кое-что как наследство потерянных лет -
          Непонятных времен - отнесенное к вечности знанье.
          Я отбросил свой меч. И решил принести покаянье
          В том, что я воевал, пусть за правду, на этой земле.

          _^_




          7.

          Наконец я закончил работу. Вокруг -
          онемевшее утро туманом в бездонной посуде -
          перевязка на сердце - я вечно сдираю кору
          свежих ран, не прикрытых еще словоблудьем.

          Снова тонкая ночь утекает в дыру -
          бледный вытканный шелк сквозь отверстие вскрытой аорты.
          Здесь светает так рано, что я не пойму поутру -
          это светится ночь, или истина в капле реторты,

          для которой в безумной мирской суете
          ищешь слово, тревожа пустые вселенские страхи,
          спотыкаясь о пункты придуманных кем-то статей,
          совокупность которых приводит и к славе и к плахе?

          Что идти в одиночку? Товарищ, постой,
          у тебя сотня глаз, ты ведь знаешь, как складывать строки!
          Я ослеп, я оглох, я пронизан, прожжен пустотой.
          По колено в грязи на забытой дороге.

          _^_




          8. Кадр №6

          Опять разметила зима
          По крышам белые закладки.
          Стоят озябшие дома
          В урбанистическом порядке.

          Ах птичка, вечно вдалеке
          То мысль твоя, то взор туманный.
          Что за неведомые страны,
          Где ты с судьбой накоротке?

          Нам город - домом, снег - плащом,
          Свои заучиваем роли.
          Давай опять заправим ролик
          И щелкать заново начнем!

          И в этом городе твоем,
          На полотне старинных зданий
          Мы как всегда, обнявшись, встанем,
          И кто-то снимет нас вдвоем.

          Портрет поставим на столе -
          И будем видеть ежедневно:
          Вот это мы, а это - небо -
          На мачтах белых кораблей.

          _^_



          © Лариса Йоонас, 2002-2018.
          © Сетевая Словесность, 2003-2018.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Литературные итоги 2017 года: линейный процесс или облако тэгов? [Писатели, исследователи и культуртрегеры отвечают на три вопроса "Сетевой Словесности".] Владимир Гржонко: Три рассказа [Пусть Господь сделает так, чтобы сегодня, вот прямо сейчас исчезли на земле все деньги! Она же никогда Его ни о чем не просила!..] Владислав Кураш: Серебряная пуля [Владимир поставил бутылку рома на пол и перегнулся через спинку дивана. Когда он принял прежнее положение, в его руке был огромный никелированный шестизарядный...] Александр Сизухин. Другой ПRЯхин, или журчания мнимых вод [Рецензия на книгу Владимира Пряхина "жить нужно другим. журчания мнимых вод".] Чёрный Георг: Сны второй половины ночи [Мирно гамма-лучи поглощает / чудотворец, святой Питирим, / наблюдая за странною сценой двух мужчин, из которых в трусах - / лишь один.] Семён Каминский: Ты сказала... [Ты сказала: "Хочу голышом походить некоторое время. А дальше будет видно, куда меня занесёт на повороте"...] Яков Каунатор: Когда ж трубач отбой сыграет? [На книжной пристенной полочке книжки стояли рядком. Были они разнокалиберными, различались и форматом и толщиной. И внутренности их различались очень...] Белла Верникова: Предисловие к книге "Немодная сторона улицы" [Предисловие к готовящейся к изданию книге с авторской графикой из цикла "Цветной абстракт".] Михаил Бриф: Избыток света [Законченный дебил беснуется в угаре, / потом спешит домой жену свою лупить, / а я себе бренчу на старенькой гитаре, / и если мимо нот, то так тому...] Глеб Осипов: Телеграмма [познай меня, построй новые храмы, / познай меня, разрушь мою жизнь, / мой мир, мои идеалы, мечты. / я - твоя земля...]
Словесность