Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Dictionary of Creativity

   
П
О
И
С
К

Словесность


Тартуское культурное подполье 1980-х годов
Роман Лейбов

        ДВА  СЛУЧАЯ  ИЗ  ЖИЗНИ,
        ПРОИЗОШЕДШИХ  В  КИЕВЕ

        Посвящается Е.А. Горному


        * 1. Подол. Красная площадь. 1980
        * 2. Инфекционная больница им. Щорса. 1984



          1.  Подол.  Красная  площадь.  1980

          Когда школу мы кончали,
            Нас построили в каре;
              Перед нами выступали
                Секретарь и токаря,
          А в начале, а в начале
            Вышла старенькая тетя,
              Вышла пьяненькая тетя,
                Черноморский ветеран.
          На груди ее лежали
            Настоящие медали
              И другие ордена.
          И сказала эта тетя
            Настоящие слова:
          ЖИЗНЬ СЛОЖНА И МНОГОКРАТНА -
            Так сказала ветеран.
          Я запомнил: мы стояли
            Перед зданием райкома
              Комсомола, и светило
                Солнце слева на асфальт.
                  Пух стелился тополиный,
                    Флаг пылился полотняный.
          Тетя пьяный ветеран
            Не была совсем буддисткой,
              Просто выговорить слово
                "Многогранна" не смогла...
          Но ведь это и не важно,
            Это частное явленье,
              И она сказала правду:
                Жизнь сложна и многократна,
                  Как цветение и тленье -
                    Это знает каждый школьник,
                      А не то что ветеран.

          _^_




          2.  Инфекционная  больница  им. Щорса.  1984

          Со Славиком Лифановым в больнице я лежал.
          А он работал грузчиком, и он принадлежал
          К таким спец'альным людям,
          С которыми мы будем
          В хороших отношениях среди любых пижам.

          К нему ходила смуглая восточная жена.
          Она была, как всплывшая персицкая княжна.
          ... Под окнами больницы
          Толклись худые птицы
          И ждали свежей порции больничного пшена.

          А к Славику Лифанову еще ходила блядь.
          И рад-бы по-другому, но не знаю, как назвать:
          С лицом наштукатуренным
          И с голосом прокуренным,
          Звалась она Оксаною. А надобно сказать,

          Что нас не выпускали из больницы никуда,
          Чтоб мы не понаделали опасного вреда:
          У нас была инфекция,
          И строгая инспекция
          Следила, чтоб сидели по палатам мы всегда.

          И Славик страшно мучался, выглядывал в окно,
          И все с утра до вечера он говорил одно:
          "Ну, если, суки, встретятся,
          Уж лучше мне повеситься,
          Чем вследствие впоследствии расхлебывать говно."

          Но нет, они не встретились, и не пересеклись,
          В тот день на пять минут они друг с другом разошлись,
          А было воскресение!
          Подобное везение
          Бывает очень редко - Евгений, согласись.

          Но Славик был не радостен и щастлив не вполне.
          В пижаме бледно-розовой сползал он по стене.
          Поскольку обе кисочки
          Прислали по записочке,
          В которых сообщали, что беременны оне.

          И Славик выкинул в окно помятых три рубля,
          И он велел купить вино седому дяде в шля-
          Пе, что и сделал дядя;
          И мы напились ради
          Такого неприятного события, и для

          Лифанова для Славика гитару я достал,
          И пел весь вечер песни я, и к полночи устал.
          И слушал я внимательно,
          Как он ругался матерно
          И две свои записки с выражением читал.

          С тех пор прошло немало, точнее, много лет.
          И там, где был я некогда, меня давно уж нет.
          И надо б в заключение
          Прибавить поучение,
          Но кончилось лечение, и выписан сосед.

          _^_



          © Роман Лейбов.
          © Сетевая Словесность, 2001-2017.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Семён Каминский: "Чёрный доктор" [Вроде и не подружки они были им совсем, не ровня, и вообще не было ничего, кроме задушевных разговоров под крымским небом и одного неполного термоса с...] Поэтический вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой в арт-кафе "Диван" [В московском арт-кафе "Диван" шестого мая 2017 года прошёл совместный авторский вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой.] Радислав Власенко: Из этой самой глубины [Между мною и небом - злая река. / Отступите, колючие воды. / Так надежда близка и так далека, / И мгновения - годы и годы.] Андрей Баранов: В закоулках жизни [и твёрдо зная, что вот здесь находится дверь, / в другой раз я не могу её найти, / а там, где раньше была глухая стена, / вдруг открывается ход...] Александр М. Кобринский: К вопросу о Шопенгауэре [Доступная нам информация выявляет <...> или - чисто познавательный интерес русскоязычного читателя к произведениям Шопенгауэра, или - впечатлительное...] Аркадий Шнайдер: Ближневосточная ночь [выходишь вечером, как килька из консервы, / прилипчивый оставив запах книг, / и радостно вдыхаешь непомерный, / так не похожий на предшествующий...] Алена Тайх: Больше не требует слов... [ни толпы, ни цветов или сдвинутых крепко столов / не хотело и нам не желать завещало столетье. / а искусство поэзии больше не требует слов / и берет...] Александр Уваров: Нирвана [Не рвана моя рана, / Не резана душа. / В дому моём нирвана, / В кармане - ни гроша...]
Словесность