Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




c e t e r a

Манифест Сетевой Литературы,
или Личный Опыт Поэтической Независимости


0. Что и почему

Написать какой-нибудь манифест - искушение. Гонишь призрак, но он снова приходит, мешает заниматься делом. Прорывается в беседах, в письмах. А другие еще подзуживают - мол, верно, и мы того же; за этим, мол, у тебя целая теория с практикой чувствуются...

Но писать манифест - грязное дело. В лучшем случае скажут: "ну вот, еще один открыл и без того известную Америку". В худшем - свяжут твое имя с призраком, заявят, что ты его породил, хотя ты всего лишь описал его, чтобы выкинуть из головы.

Поэтому я сделаю то, чему научился то ли у американских студентов, везде вставляющих "IMHO", то ли у японских дзен-буддистов, призывающих верить лишь в собственный опыт, то ли у арабских путешественников, привыкших добавлять к своим описаниям чудес фразу: "я, раб, сам видел". Я опишу свое понимание сетевой литературы на основе личного опыта участия в ней. Я буду писать в основном о современной поэзии (или просто о своей собственной), а также о тех тусовках и явлениях, в которых я участвовал, и о тех людях Сети, с которыми как-то знаком (а не о всех или лучших сетевых авторах/журналах). Так что если кого обошел - не обижайтесь: я здесь не экскурсовод, просто прохожий.

1. У парадного подъезда литературы: сто рублей или сто друзей?

Какие причины заставляют людей издавать художественную литературу? "Новые условия..., создавшиеся в России, выдвинули на очередь вопрос о... литературе. Различие между нелегальной и легальной печатью... начинает исчезать... При существовании различия вопрос о... печати... решался крайне просто." Если так причесать цитату, не всякий догадается, кто написал это в 1905 году. Но именно в той статье 1905 года был сформулирован принцип: вопрос о распространении литературы - это вопрос о распространении идеологии группы людей (партии). Были и свои шедевры этого метода - все ведь в курсе, что делал с телом глупый пИнгвин (сам Буревестник запомнился хуже). Бывает ли иначе? Конечно. Где-нибудь в XII веке, в Японии, какой-нибудь микадо, сам большой поэт, повелевает издать изборник лучших песен. В частности, чтобы на века прослыть тонким ценителем. И издают. И тоже получается шедевр, с росой на цветах сливы и мокрыми рукавами (имя самого правителя при этом помнят лишь специалисты).

У нас же сейчас книгоиздание - это бизнес. Вложил деньги - получил деньги. Вкладывать, конечно, надо в стоящее. Любой современный русский издатель скажет вам, что издание поэзии сейчас - неприбыльно. А поэзии молодых и неизвестных - убыточно. Но чтобы стать известным, надо хоть раз опубликоваться - замкнутый круг. Можно, конечно, стать известным хулиганом/диссидентом/миньетчиком/самоубийцей/etc (выберите сами, что вам нравится). Но с литературой весь этот скандализм не связан - а хочется чистоты эксперимента.

Значит, попробуем опубликоваться. Просто так, в лоб. Звоню (еще в Штатах) в издательство "Эрмитаж". "Издаете?" - "Издаем... А вы вообще кто?" - "А я... да так, конь в пальто, фамилия такая-то." - "Да, странная фамилия... Никогда не попадалась... А кто вас послал к нам?! Где вы взяли наш телефон??!!" - "Да никто не послал... Телефон в телефонной книге нашел." - "А,... знаете, мы молодых не издаем."

Может, в журналы? Уже в Питере, нахожу телефон журнала "Постскриптум". "Приносите, конечно, и побольше!" - многообещающий голос редакторши. Принес. Перезвонил "через пару неделек". Потом еще через пару. С ноября по март. В марте, уже с мыслью "а на хрена мне вообще..." презвонил снова - получил "увы, не подошло". Пошел, купил журнал - что же, думаю, подошло? А журнал начинается с десятка стихов самой редакторши. Ясно. И это подтверждено другими - нечего по журналам, особенно по старым и толстым, ходить. Иногда, впрочем, везет - из меня тут обещали пару-тройку маленьких стишков напечатать в "Речитативе". Или даже пяток, "если поместится". Правда, не раньше, чем через полгода.

Опыт показывает, что первая публикация лучше всего удается через нелитературные приемы. "Сто рублей" - на свои деньги, или "сто друзей" - по блату. Первый способ, самый независимый и честный на сегодняшний день (если есть деньги), я уже испробовал - была лишняя тысяча баксов, сделал книжку "Песенка Шута". Она уже почти вся разошлась, однако и распространением ее я занимался сам - наши магазины ее не берут (своего много!); так что если кому она нужна - рекомендую сходить в "Borders" в Питтсбурге. Сейчас у меня денег нет, новые книжки "в столе". Что до знакомств - я ужасный хам и плохо завожу знакомства. Даже когда встречался с Евтушенко - не мог подлезть за автографом, как все нормальные люди, а сказал: "У вас, наверно, рука устала автографы давать... хотите, я вам сам дам?!" Он конечно, сказал "Ну давай!", но потом неглядя схватил мою книжку и быстренько со мной распрощался.

2. В поэзию через окно: легкость необыкновенная!

Это не просто заголовок. Мне правда так сказали: "Твои стихи - это словно попытка влезть в поэзию через черный ход или окно." А по-моему, настоящие поэты во все века влезали к своим дамам именно через окно, поскольку в двери их не пускали (значит, было что охранять?). Я начал с X-Windows, теперь лазаю через MS Windows, но в общем - через ИНТЕРНЕТ. Вот результаты этого лазанья за тот "отчетный период", что я дозванивался в один бумажный журнал - с ноября по март. Как говорят алкоголики - почувствуйте разницу:

- мне сообщили о первом месте в ТЕНЕТА (за стихи, которые в 1995 году публиковались на Usenet'e);
- на фидошном ОВЕС-КОНКУРСЕ дали третье место за "Цветок Красоты";
- на хайку-конкурсе токийской газеты Mainichi Simbun дали второй приз и опубликовали в антологии (10000 иен, конечно, не нобелевская, но приятно; а о конкурсе я узнал в одной сетевой тусовке);
- появились мои стихи в "Журнале.Ру", в "Chaba" и в "Anthologie haiku", а также в антологии "Haiku World", вышедшей в Японии, и в американском журнале "Frogpond" (последние две публикации - на бумаге, но "выход" на них - тоже через Сеть).

Думаю, достаточно, хотя возможно я что-то и позабыл. При этом замечу, что организаторы всех вышеперечисленных лит.явлений - очень разные люди из разных стран, руководствовались очень разными принципами, и практически ничего обо мне не знали. Таким образом,

Сеть - это

а) возможность свободно публиковаться и не зависеть при этом от различных нелитературных аспектов материального мира, связанных с расходами на публикацию и распространение, со знакомствами и исповедуемой идеологией, и пр. Более того - автор может хранить полную анонимность, что позволяет ему раскрыть те стороны своего таланта, которые в реальной жизни человека часто подавляются (даже чисто психологически, самостоятельно) «рамками» и «ролями» материального мира.

б) возможность - читателям - оценивать "чистый текст" независимо от имени автора и других его нелитературных атрибутов (возраста, пола, национальности, социального статуса).
Кстати, прошлый литературный опыт - это тоже часто нелитературный атрибут: если человек написал хорошую вещь, это вовсе не означает, что все его следующие произведения будут хорошими.

3. О Feedback'е, летучих мышах и коллективных играх

В бумажной литературе существует понятие рецензии. Но рецензии - это, опять-таки, бизнес. Даже если критик не занимается рекламой (что ныне очень популярно), он все равно на кого-то работает, поддерживает какие-то общие стандарты. Я уж не говорю о том, что далеко не каждая книга (тем более - одиночное стихотворение) удостаивается даже ОДНОЙ бумажной рецензии, написанной ОДНИМ критиком.

Опубликовавшись на Сети, автор может получить комментарии
1) немедленные (сразу же по публикации),
2) многочисленные и разнообразные (от людей разных возрастов и профессий),
3) честные (сетевые читатели ничем не обязаны автору; более того, они с ним не встречаются лицом к лицу - значит, могут говорить ВСЕ что хотят):


>Spasibo!!! Ochen' verno, ochen' zdorovo i ochen'
>professional'no...
>I

>IMHO is Alexeja-1991 Sasha Chernyj na porjadok luchshe chem
>Alexandr Blok is Alexeja-1995.
>Fraer

>Nel'zia li eshe?...
>MP

>   Udarenie nepravil'noe (povtOrish'), rifma banal'naya
>   (moikh/drugikh), sintaksis neuklyuzhij (slova drugikh)
>
>   - M

> >   Andreevu svojstvenno nesovershenstvo stixotvornoj
> >formy.
> > - Smirnov
>
>V korne neverno
>Kostin

В общем, я видел рецензии всех мастей - от короткого "Ca va :)" Паши Афанасьева до многокилобайтных, пословных наездов и ядовитых пародий Димы Манина. За что всем им большое спасибо!

Иногда говорят - "мне все равно, что думают о моем творчестве другие, я не собираюсь под общество подстраиваться". Это очень незрелая позиция, и так обычно говорят закомплексованные люди, которым как раз "очень не-все-равно". На "обратной связи" основаны все обучающиеся системы - в том числе молодые поэты, если они хотят совершенствоваться. И вовсе не обязательно подстраиваться. Когда летучая мышь ловит отражение своего сигнала от стены - она делает это вовсе не для того, чтобы в стену врезаться. А чтобы, например, облететь. Или - вот что очень интересно в случае Сети! - чтобы встретить другую летучую мышь. Здесь в ответ на свой "звук" можно встретить и такое:


>...mogu adresovat' vas na svoj Russian Poetry Square,
>gde yest' dva zamechatel'nyh japonskih stihotvorenija.
>Pravda, oni ne v forme tanok ili hajku - no vse ravno horoshi.
>
>http://vipe.technion.ac.il/~alik/poets.html

Это было письмо от Алика Готлиба, который наткнулся на мои творения на Сети. Первыми человеком, с которыми я таким образом познакомился в 1994 году, был Леня Делицын, создатель первого русского литературного Web-журнала. А вот некоторые недавние знакомые (далеко не все): Линор Горалик, с которой мы встретились в "Словесности" Журнала.Ру; Вадим Гущин, собиратель палиндромов, которому я предложил взглянуть на мою коллекцию; Дмитрий Кузьмин, работающий над "Антологией русского моностиха" - с ним мы пересеклись на моностихах-хайку.

Тут, кстати, всплывает еще одна черта сетевой "обратной связи" (5) - она не только помогает совершенствоваться в литературном деле, но и восстанавливает одну из забытых функций литературы. Сетевая литература - это не наркотик "индустрии развлечений" и не орудие пропаганды, а форма взаимодействия, с помощью которой люди делятся мыслями, впечатлениями, улыбками, фантазиями - т.е. форма ненавязчивого общения.

И общение это более плодотворно, чем разговоры о погоде среди людей, объединенных только лишь единством места/возраста/рода-племени/etc - поскольку в Сети можно сойтись на единстве интересов. И не только "один-на-один", но и в виде целого семинара - причем такое коллективное размышление может уйти очень далеко от начальных "рамок" (что не всегда плохо). Из шумных и не всегда пристойных, похожих на вокзалы ньюс-групп soc.culture.russian или rec.art.poems можно попасть в более элитарные списки рассылки вроде Shiki Mailing List. Или в такие места, где все происходит по правилам литературных игр: японская ренга, дуэли в рифмах, буриме и многое другое.

А если кто-то заметит, что это, мол, "просто игры, и не серьезная литература" - могу вам сообщить, что поэзия хайку, на протяжении веков восхищающая весь мир, родилась именно из "хайкай-но ренга" - коллективной игры в ренгу. И великий Басе был в первую очередь Мастером Игры, а не членом Союза Писателей-Буддистов.

И еще одна особенность feedback'а (6) - международность. На Сети можно получить совершенно оригинальный "взгляд с другой стороны" на свои творения, и узнать о многих "ненаших" формах и видах поэзии - например, о газели или о совсем малоизвестном санкане. Причем узнать не по переводам начала века, а по письмам и статьям тех, кто в этих формах пишет даже сейчас (если, конечно, вы владеете языками). Возможно, такие уроки вообще подорвут ваше традиционное понимание поэзии. Тем лучше - вы не будете писать тысяча первое стихотворение на рифмы "ты-цветы" в каком-нибудь заунывном ямбе, а придумаете что-то посвежее.

Теперь кое-что о минусах сетературы.

4. Физики, а не лирики.

Сеть, а особенно в России, действительно пока является достоянием околопрограммистских кругов.
На это можно ответить лишь одним: подождем - увидим. Однако добавлю, что

А) Ликвидация безграмотности - дело рук самих безграмотных. Есть ведь люди, которые и на машинке стучать не любят, а надиктовывают тексты секретарше. Ну так могут и web-мастеру надиктовать.

В) Если посмотреть на тех поэтов, кого называют "кумирами" 60-х или 70-х, то среди них - от Евтушенко с Вознесенским до Макаревича с Гребенщиковым - далеко не все были дипломированными лириками. Я вообще не верю в профессиональное писание стихов. Профессионально можно, наверное, анализировать поэзию, а создавать ее - это все равно что делать детей: последнее, как известно, веками делалось "по-любительски", без высшего медицинского или биологического образования, и вроде бы не так плохо выходило.

5. Кого карает Сopyright

В одном из "Вечерних Интернетов" обсуждались негодования писателя Войновича по поводу свободного распространения его текстов по Сети. Я совершенно согласен с Антоном Носиком, который в ответ на это сравнил Сеть с библиотекой. Туда, значит, можно пройти и снять ксерокс со всей книги, а по Сети прочесть то же - это плохо? Кроме этого,

а) Чересчур щепетильный автор может сам пойти на Сеть и посмотреть, не лежит ли чего из него у кого-то другого. Достаточно ввести ключевые слова в "искалки". А потом предъявить свои права и судиться - законы тоже есть. Так даже плагиат можно отследить (что нелегко сделать в бумажной литературе).

б) На вопросе свободного распространения можно отличить настоящего "человека литературы" от халтурщика. Тот, кто хочет иметь стабильный процент от своих книг и соответственно контролировать их распространение - честно признает, что сам процесс писания, общение с читателем и пр. ему не так интересны, как доходы. Вроде такого врача, которому выгоден дефицит лекарств. А то и хуже - человек продает "котов в мешке" и не хочет, чтобы этих котов заметили до того, как он их распродал. Сетература, конечно, подрывает всю эту систему - здесь о тексте судят по самому тексту, по его интересности, а не по рекламе или имени автора. И я, честно говоря, не помню, чтобы кто-то из моих знакомых прибегал с криком: "О-о, Войновича достал! Прочел - О-о-о!" Вот если бы так возмутились Борхес или Кавабата...

6. Насколько хаотичен Хаос

Это, пожалуй, самый интересный вопрос об Интернете. Иначе как "бардаком" его в определенных кругах и не называют. Люди теряются в хаосе несерьезных сайтов и уходят обратно домой, под лампу, читать свой "порядочный" детектив из ближайшего ларька. Здесь я должен сказать вот что: я на самом деле не литератор. Я занимаюсь Хаосом, точнее, моделированием Самоорганизации. А то, что мне дали призы в конкурсах поэзии - это просто удачные эксперименты, вот и все. Я не буду читать длинные лекции о синергетике, но приведу некоторые идеи по поводу хаоса в Сети.

Известно, что наивысшая степень организации, в частности жизнь, имеет место в системах "на грани" между порядком и хаосом. Каждая из таких систем имеет компоненты порядка (отбора), поддерживающие стабильность, и компоненты хаоса (генерации), предлагающие новые решения. Слишком свободная система гибнет от нестабильности; слишком упорядоченная, "закристаллизованная" - от инертности, неспособности адаптироваться к изменяющимся условиям. Либо - не гибнет, а изменяет свои правила, выбирая новое решение в ответ на изменение условий. В общем, происходит отбор - почти по Дарвину, только выживает не "сильнейший", а "подходящий", вернее "подошедший".

Этот "подошедший" - очень неопределенная штука. Во-первых, неопределенность возникает из-за высокой активности и необратимости: если маленький камешек вызывает огромную лавину, то можно долго обсуждать тот факт, что это сделал именно красный камешек, хотя на самом деле мог сделать и желтый; красный просто был первым, кто "разгрузил" накопленный потенциал. Во-вторых, имеет место глобальная взаимосвязь разных систем: то, что кажется на одном уровне случайным - может являться следствием какого-то закономерного процесса упорядочивания на другом уровне. Скажем, мы видим, что кто-то сносит дом или перерывает двор - для нас это выглядит бессмысленным, но если посмотреть с вертолета, может оказаться, что здесь строится улица, которая вполне вписывается в "сетку" города.

Вот примерно с такой точки зрения я смотрю на Сеть - это тоже открытая динамическая система со своей "свободной генерацией новых решений" и своими "правилами отбора". Они просто не совсем такие, как то, к чему мы привыкли. Впрочем, есть и похожие.

КОНКУРСЫ представлены (и я надеюсь, будут еще представлены) на Сети во всем разнообразии. Начиная от тех, где голосуют читатели (ОВЕС-КОНКУРС в ФИДО) или только участвующие авторы (Shiki Haiku Contest) - и до конкурсов с хитрой системой номинаций и коллегией знатных судей, назначающих оценки ( ТЕНЕТА и конкурс в АРТ ПЕТЕРБУРГЕ). Или, скажем, судья сравнивает стихи попарно - "Sea Shell Game".

СЕТЕВЫЕ ЖУРНАЛЫ И ИЗДАТЕЛЬСТВА - могут быть не хуже бумажных. В них тоже есть редакторы, осуществляющие отбор. По-разному - ведь сетевой редактор на думает о том, как подыскать "жареное" или "наиболее приятное для всех". Он как хочет, так и судит. Может собирать все, как Леня Делицын - но при этом вести статистику посещаемости. Или отбирать из каждого по чуть-чуть, как Санжит в Reflections. Или - только что-то особенное, как Макс Немцов, собирающий переводы в "Speaking In Tongues".

Довольно перспективное направление - совмещение Сети и бумаги, как это делает издательство "A Small Garlic Press". Они издают бумажную версию своего электронного журнала, а также книжки стихов, в основном "сетевых" поэтов. Мою книжку мы сделали, наверное, за неделю - четыре человека во главе с Мареком Луговски, одним из корифеев rec.art.poems - все при этом сидели в разных штатах за своими компьютерами.

Подобное совмещение практикуют не только любители. National Library of Poetry проводит конкурсы поэзии - и тут же издает антологии со стихами лауреатов (правда, с классической американской хитростью - бесплатных авторских экземпляров не дают, но предлагают авторам самим купить антологию с собственными стихами; лично я ответил на одно такое предложение классической русской хитростью - угадайте, как :)). Редакторов американских журналов поэзии Woodnotes и Frogpond, я тоже нашел именно на Сети. Они используют преимущества, которые дает Сеть как средство коммуникации (быстрота и широта), сохраняя при этом традиционную солидность оценок и всего «бумажного» подхода к литературе (см. например статью Мишеля Уелша "About Publication"). И когда я посылаю им стихи на публикацию, они нередко сообщают мне свое мнение, рекомендуемые поправки или просто новую информацию о журнале - и посылка, и ответ по электронной почте не особенно обременительны:


>Dear Alexey:
>
>A haiku of yours is in the Spring issue of *frogpond*,
>which was published late because I was quite ill for some time.
>I want to check your postal address so that I can send
>your contributor's copy.

К сожалению, у нас в России таких выходов серьезных литераторов на Сеть пока не наблюдается (за исключением разве что Александра Николаевича Житинского, редактора "Нового Геликона", который переквалифицировался из Рок- в Web-Дилетанта). Потому рукописи у нас посылаются по почте с перезвоном раз в полгода, "не рецензируются и не возвращаются", и возможно, не читаются. Даже попав на Сеть, бумажные журналы поворачиваются к авторам, мягко говоря, боком. Вот как написано на Web-странице «Нового Мира»: «...Журнал независимый. Доступ журнала к Internet и электронной почте предоставлен фирмой Data Express Corporation.» А о доступе авторов к журналу - ничего. Сама «независимая» электронная почта, видимо, используется журналом исключительно для общения с фирмой DEC, которая ее предоставила.

ДРУГИЕ МЕТОДЫ ОТБОРА. Как мы выбираем, что почитать, если это не классика, не нобелевские лауреаты, и не в любимом журнале? Иногда приносят знакомые. А если закончил институт, растерял всю компанию, уехал в другой город или страну? Тогда фактически - случайный поиск. И он определяется только лишь прозрачностью той воды, где мы пытаемся разглядеть, "какая рыба плавает быстрее". На Сети в этом смысле довольно "прозрачно" - есть "искалки", каталоги, и даже целая армия обозревателей. Но по-моему, наиболее интересное явление - это "самоорганизация звезд". Понравилась кому-то страничка - он поместил линк на нее в своих "Cool sites" или "Мои друзья". Или, если это одиночный текст из Usenet'а/ФИДО/просто от знакомого - сохранил ее у себя на Web-странице. Другой прочитал - тоже понравилось, тоже прилинковался. В результате через некоторое время популярный автор "виден" почти отовсюду (раньше сказали бы - имя его на слуху). Я, например, не помню, как я попал к Роме Воронежскому или к Алексею Верницкому. Или в Электронный Сундук. Они просто "были видны". При благоприятном стечении обстоятельств дальнейшее развитие «звезд» можно описать такой схемой-циклом: рост популярности => положительный feedback (отзывы, новые материалы, даже новые люди для работы над проектом) => рост проекта (качественно и количественно) => рост популярности =>... Таким образом из простой персональной странички может потихоньку вырасти журнал. Или творчество автора, начавшись на одной страничке, постепенно распространяется по Сети - причем последнее происходит не как напряженный self-promotion, а как естественная цепная реакция:


>Alexey,
>
>I am compiling an international haiku anthology for Internet,
>including poets from various countries..
>Are you interested to enter in this anthology?
>Andre Duhaime  (Canada)
>...

>Today, the WWW Haiku Anthology is on line, but still under
>construction. New items will be added progressively...
>http://www.atreide.net/rendezvous/
>...

>privet ot philippe caquant, glavnyi redaktor gazeti
>poezii europoesie,frantsia
>ia potchital vashi haiku na atreide.net i oni mne nravilis'
>esli vy jelaete, mojete otpravliat' mne neskolko tekstov
>(haiku ili drugie) dlia gazetu
>izvinitie moy plokhoy russkyi iazik
>...

Тут, конечно, можно спорить о том, насколько такие "самоорганизованные" сильнее тех, кого планомерно навязывают. Но вот вам аналогия - песни Владимира Высоцкого при жизни не очень-то крутили на радио и телевидении - однако он был всем известен по "самокопирующимся" записям. А если с детства перекармливать людей «чудными мгновеньями» да «торжествующими крестьянами», а народную тропу превратить в бетонный хайвей (чтоб не зарастала!) - тогда нечего и удивляться, что Пушкинский сайт делают не русские, а какие-то иностранцы. Потому что он им любопытен, а у нас он и так в каждом углу. «Для знаний - каждый день по чуть-чуть добавляй, для мудрости - каждый день по чуть-чуть убавляй», как верно заметил один древний китаец.

Сказанное выше не означает, конечно, что "все идет по плану" и дойдет куда надо само, даже если мы не вмешиваемся. Скорее, наоборот - я хотел проиллюстрировать тот факт, что зарождение "новой классики" происходит у нас на глазах, и каждый может принять участие в ее отборе. А если вы остались в стороне - не удивляйтесь, если эта "классика" возникнет на основе чьих-то субъективных оценок (т.к. не всегда можно "посмотреть на весь город с вертолета"), или если победит не "лучшее", а "первое подошедшее" (тот самый случайный камешек, который первым вызвал лавину, т.е. разгрузил какой-то дефицит). Мой Лягушатник, на который уже намекалось выше - возможно, не лучший журнал поэзии, но он пока единственный по своей теме; на него и будут линковаться те, кому эта тема интересна. Если кто-то сделает лучше - буду только рад. А сам к тому времени еще какой-нибудь камешек кину.

7. My Way or Highway

Выше я много писал об отборе - дескать, есть и на Сети законы, хорошие и разные. Но напоследок хочется сказать, что их пока мало, и это хорошо. Свобода Сети, ее вседоступность, активность - это очень полезно именно для сегодняшней русской литературы, которую за одну ногу уже прихватил шустрый рынок («талант - ничто, реклама - все!»), а за другую держат костлявой рукой «традиции классики». О традициях скажу особо. Как-то в Штатах меня пригласили в студенческую театральную студию консультантом. Они ставили "Трех сестер", и я добросовестно нарисовал им, как выглядит самовар, и показал, как играется загадочная русская песня "Ah my porch, my porch!" А потом стал и на репетициях критику наводить - дескать, руками у нас так не машут, у Чехова этой кошки не было, и т.п. И когда я совсем достал их режиссера, он сказал: "Тебе важно, чтобы в точности по Чехову? А мне - нет. Мне важней, чтоб мои актеры себя выразили. Чтобы показали, что они сами... А Чехов уже умер, причем давно."

Есть, конечно, некий экстремизм в этой их любви к независимости и к лозунгу "express yourself!". Но у нас чаще проступает другая крайность - любовь ко всеобщим долгоиграющим идолам. И не только в политике. Когда я вернулся в Питер, зашел в "Дом Книги" и посмотрел там литературные журналы - у меня было ощущение, что я вернулся на десять лет назад. Все те же имена - Кушнер, Рейн, Кривулин, Шефнер, Кибиров, ... После смерти Бродского наши журналы вообще открывать не хотелось - очередная волна "всенародной некрофилии" (термин моего приятеля Сереги Бельца). А ведь и сам Бродский в "Less Than One" заметил эту особенность нашей жизни - при диктатуре, писал он, система ценностей отдельного человека тоже формируется "иерархической", с всеподчиняющим авторитетом-интеллектом наверху. Значит, есть и другие миры, с другими системами ценностей. И сейчас, когда Империя развалилась, стоит к ним присмотреться - хотя бы для того, чтобы они не застали вас врасплох. А дорогу себе они сами проложат - ведь даже десять лет назад молодежь уже не особенно читала "Неву", "Новый Мир" и что у нас там еще выходило - вместо этого слушали "Аквариум", "Кино" или "Наутилус". Как до этого слушали бардов, а не телеэстраду. И неудивительно - поэзия, как живое существо, всегда ищет более независимой среды для жизни и распространения. Когда-то она вышла на пленку в песнях бардов и рок-групп. Сегодня выходит на Сеть. Потому что действительно интересно, что такое "мы сами". Потому что, как это не прискорбно, Чехов действительно умер. И Бродский тоже. А я - еще нет. Или, если хотите, ИНТЕР-НЕТ.



...а чуть остыла - и уже мертва.
Лишь миг назад - переливалась, пела,
дрожала лилией, в разгуле карнавала
форелью, выплеснувшейся из рукава
танцовщицы. Теперь - застыла

пустышкой. Склянкой. Вазой для комода.
Игрушкой модника... Нет, лучше молотка!
Удар - короткий стон - и в звон осколков
вплетаясь - еле слышная усмешка
беглянки хитрой: нет, не умерла,

но спряталась, оставив хвост фальшивый,
калейдоскоп с застывшим отраженьем,
и дразнит из угла: "Ах, дурачок!

Порезался... Еще одну расквасил...
Ну, лезь опять в огонь, дуй снова в трубку,
да не обугли губки, дурачок!"

      («Жидкое Стекло», 1997, Питер)



© Алексей Андреев, 1997-2017.
© Сетевая Словесность, 1997-2017.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Ростислав Клубков: Апрель ["Медленнее, медленнее бегите, кони ночи!" – плачет, жалуясь, проклятая человеческая душа. – Каждую ночь той весны, – погруженный в нее, как в воздух голода...] Владислав Кураш: Особо опасный [В Варшаву я приехал поздней осенью, когда уже начались морозы и выпал первый снег. Позади был год мытарств и злоключений, позади были Силезия, Поморье...] Сергей Комлев: Что там у русских? [Что там у русских? У русских - зима. / Солнца под утро им брызни. / Все разошлись по углам, по домам, / все отдыхают от жизни...] Восхваления (Псалмы) [Восхваления - первая книга третьего раздела ТАНАХа Писания - сборник древней еврейской поэзии, значительная часть которой исполнялась под аккомпанемент...] Георгий Георгиевский: Сплав Бессмертья, Любви и Беды [И верую свято и страстно / Всем сердцем, хребтом становым: / Мгновение было прекрасно! / И Я его остановил.] Игорь Куницын: Из книги "Портсигар" [Пришёл из космоса... Прости, / что снова опоздал! / Полночи звёздное такси / бессмысленно прождал...]
Словесность