Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



СТЕКЛЯННЫЙ  САД


Из цикла " ДЗУЙХИЦУ" (Cледуя за кистью)   Из цикла "БУКВЫ И ПОДОБИЯ"
  • УМАНЬ



      • Из цикла "ДЗУЙХИЦУ"
        (Cледуя за кистью)


        ТАЛИСМАН

        Я носил рубаху с чужого плеча,
        Я ходил за неправду в бой,
        Но хранил от пуль меня и меча
        Талисман в разлуке с тобой.

        Тёмный перстень, где щит и имя твоё,
        Наши судьбы взявший в залог,
        Ты шепнула: " Минует тебя вороньё,
        Вот он, пастырь твой и клинок".

        ...Нам пели герольды, как соловьи:
        - Герои, вам - исполать!...
        Рабу говорили: - Ты - часть семьи,
        Cтупай - за семью воевать.

        Я оставил тебя в печальном краю
        Среди чужих людей,
        А ты талисману за храбрость мою
        Жизнью платила своей.

        В хлеву рождённый, я богом не стал,
        Не ангелом шёл на войну,
        Но если б мог творить чудеса,
        Друзей бы к жизни вернул.

        Солдат неизвестный, живи сейчас:
        Минуту, день или год,
        Хозяева вещи меняют - нас
        Забудут - дня не пройдёт.

        И память казнит - страшней палача,
        И ты всё ярче во мгле,
        Ты - мой талисман и моя душа,
        Но нет тебя на земле.

        _^_




        АВРААМ

        За порогом - ночь и скользкий ветер
        С ледяной крупой,
        Ты ли сыплешь снег и звёзды эти
        Над моей тропой?

        Ослик медлит, он седой, как иней,
        Ветки по костлявой бьют спине,
        И веду Тебе я в жертву сына,
        "К всесожженью", как велел Ты мне.

        С именем Твоим мне всё под силу,
        Помоги же муку побороть:
        Страшно мне не то, что будет с сыном -
        Что с Тобою станет, мой Господь?

        Только ли меня Ты лечишь болью,
        Ангелом, что нож удержит мой?
        Вижу гнев Твой, смешанный с любовью,
        В лезвии - щербатый путь земной,

        Где уже на смертном изголовье
        Вдруг пойму, зачем я родился:
        Чтобы Ты мог стать со мною вровень,
        На распятье сына принеся.

        _^_




        МАККАВЕЯМ  (165 г. до н.э.)

        Стекает по лицам жара, словно жир по армейским котлам,
        Походные деньги звенят - пересчитаны, в пальцах согреты,
        Война в Иудее, но что бы не выпало нам,
        Героев средь эллинов больше, чем жриц и поэтов.

        Величье и власть мы в громовом несём кулаке,
        Не зная усталости и не взыскуя награды,
        Вдоль скудных селений под тёмным невидящим взглядом
        Собаки пастушьей ли, девочки в чёрном платке.

        Здесь бани не жди - научись умываться песком,
        Здесь спрос на живых - жаль, что жизнь не дороже цикады
        Или стрелы, что из раны ты вырвешь с куском
        Мяса, когда уцелеешь - один из попавших в засаду.

        ...И вышвырнет Зевса из Храма восставшая чернь,
        Веря в нелепую сказку, что избрана богом,
        (Только, если бы он оказал наглецам эту честь,
        То, разглядев, не пустил бы их дальше порога).

        Смерти колёса гремят, павших сжирают костры,
        Небо несёт на плечах, изнемогая, пехота,
        И усмехаются вслед смуглые дети Торы,
        Зная, что бог их спасёт, а мы сгинем за тем поворотом...

        Яд пораженья разбавим, уйдём в забытьё,
        Но ни вино, ни гетеры израненных нас не излечат,
        Кончен поход, но вонзается в сны, как копьё,
        Свет Иудеи и талесы в сумерках,
        Как негасимые свечи.

        _^_




        BRIGHTON  BEACH

        До старости был жене и подругам полезный,
        На то и еврей.
        А теперь они жили: она со своей болезнью,
        Он - со своей.

        Прошлое рассыпалось,
        С памятью стало плохо,
        В карты играли - всё время он был "дурак".
        По столу бы в ярости грохнул -
        Не сжимался кулак.

        И тоска, как ссадина под коростой,
        Неизвестно на что искала ответ,
        И назло водителям
        Он тащился сквозь перекрёсток,
        Изведя их зелёный
        И красный растратив свет.

        Теперь он - сидящий на фото с краю -
        Кричал в интернет, поминая "мать",
        Что скоро, крестом себя осеняя,
        Будет Европа ислам принимать.

        ...Но суп опять удался на славу,
        Океанский ветер нёс благодать
        В синие сумерки, и к тёплой лавочке
        Бабочка прилетала - с ним поиграть.

        А ещё ворчал на жену: зачем купила ему -
        Ведь он не носит костюмы,
        На какую свадьбу его надевать?

        Потом простыл на ветру
        И от простуды умер -
        От чего-нибудь надо ведь умирать.

        _^_




        ОТРЫВОК

        То не свадьба скачет шляхом
        В юбке расцыганской,
        Не стаканы бьют с размаху
        С бешеным шампанским,

        То не поле бирюзою -
        Ветер гнёт ромашки,
        Это море камни моет,
        Малахит и яшму.

        Отогрелось, отоспалось -
        И готово к бою,
        Плещет неба синий парус,
        Выгнулся дугою.

        То не золото и тучи
        В тигле оплывают,
        То не тигр иглой колючей
        Рану зашивает,

        То не ветер под иглою
        С треском рвёт заплаты
        По зелёным перелескам,
        Желтым перекатам,

        Отползают от прибоя
        Домики и пашни:
        Это море камни моет,
        Малахит и яшму.

        Между небом и водою,
        Всплеском и веками
        Камни-люди, камни-гномы,
        Камни-великаны..

        Море, ты меня не знаешь,
        Ты меня забыло?
        Всё, что было между нами,
        Между нами - было.

        Я пришёл по красной соли,
        По гнильце лимана,
        Ничего-то я не стою,
        Если без обмана.

        Я б с тобою породнился,
        Слился бы, разбился -

        С пряной коркою прибоя,
        С тёмной глубиною,
        С этой белою хмельною
        Ледяной водою...

        _^_




        ЭЛЕГИЯ

        Ветер, и в жёлтых листьях больница,
        Где больные с врачами едва знакомы,
        Старуха, уже почти невесома,
        Щурится вслед пролетевшей птице,

        Ходит вороной по краю крыши -
        Боком, подпрыгивающей прытью -
        Между столовкой с пустым чаепитьем
        И самолётом, что крестиком вышит.

        Богом оставлена в мире застряла,
        Меряя жизнь - от указа к указу,
        Пальцы сгибает - скольких потеряла,
        И разожмёт их как-то разом -

        Пусто. За речкой погост покатый.
        И медсестра, словно парус, белеет.
        И прилепились люди-заплаты
        К длинной скамейке в конце аллеи.

        День осыпается в сад синькой и мелом,
        День перекаленной лампою вспыхнет в забытом восторге...
        И тогда приходит последний, кому до неё есть дело -
        Это я, молчаливый прозектор местного морга.

        Это я в инструментах с похмелья шарю нетвёрдо,
        Господи, только вот здесь распрямляются спины и лица!
        Я же сутул и горбат, потому что - сам - ни за мёртвых,
        Ни за живых не сумел за них заступиться.

        _^_




        * * *

        Ax, берёза белотела
        Сладким соком истекла,
        Я любила, как умела,
        Всё до капли отдала.

        Не сама к тебе вязалась,
        Что ж по стёклам - босиком?
        Что ж любовь твою слизало,
        Как корова языком?

        Мне ж кукушка обещалась
        Про счастливое быльё -
        Что ж лицо на мне сбежалось,
        Как на солнышке - бельё?

        Ах, молочных струй биенье,
        Вы, дояркины труды,
        Вишня - косточка - варенье -
        Отшумели те сады,

        Отсырели те поленья,
        Залежались у плетня.
        С предыдущей точки зренья
        Не узнал бы ты меня.

        Не загадывай же встречу:
        Лет прошло - не сосчитать,
        Я приду к тебе под вечер -
        На погосте постоять.

        Помолчу с тобою мирно,
        Не браня и не скорбя,
        И траву худую вырву
        Окружившую тебя.

        _^_




        * * *

        Осторожней лети, одуванчик:
        Много пышных причёсок у дам.
        Эй, дождя берегись!

        _^_




        * * *

        Птицы, едва прилетев,
        Собираются в путь.
        Такое недолгое лето.

        _^_




        * * *

        Две снежинки, сцепившись, кружат.
        Падают. Небо свободно.
        Неужели кончается снег?

        _^_




        * * *

        Выронил кисть на бумагу - молния распласталась:
        Белый ворон на ветке.
        Чёрная клякса Луны.
        Ветер сдвигает сосны
        И вытесняет свет.

        _^_




        * * *

        Припорошена
        Снегом земля.
        В окошке напротив
        Женщина пудрит лицо.
        Видно, любимого ждёт.

        _^_




        ИЗ  ИСПАНСКОГО  АЛЬБОМА

        В своих талантах разуверясь -
        Не донкихот, не донжуан -
        Я вас любил, мои mujeres,
        Пока стоял в стакане херес
        И мелочью звенел карман.

        _^_




        Из цикла "БУКВЫ И ПОДОБИЯ"



        ПОРТРЕТ

        Живот и грудь сошлись в ней буквой "В",
        И места не осталось голове.

        _^_




        МЕДОВЫЙ  МЕСЯЦ

        C утра поднимается буквою "Х",
        Раскинувшись крыльями, крик петуха,

        Чтоб лёгкой и розовой буквою "Ё"
        Стекало с кровати любимой бельё,

        Чтоб счастьем сияла, садясь на биде
        Упругой и пышною буквою "Д".

        _^_




        У  ЗЕРКАЛА

        Кто сглазил нас, скажи, мой друг,
        Что твёрдым "Т" пугал подруг?
        Ты в ночь свисаешь, отощав,
        Унылой, в складках, буквой "Щ".

        _^_




        * * *

        Мой друг, подбоченившись буквою "Ф",
        C невестой фланировал - дамою треф...
        Женился - и вот, как c ядром на ноге,
        Влачится покорною буквою "Г".

        _^_




        * * *

        Вот буквы "Р" и "Ь"
        Cошлись в одной строке
        И буквой "М" - от праздных глаз
        Ушли - рука в руке.
        Чтоб, покатившись по траве,
        В объятьях слиться - в букву "В".

        _^_









    Автор текста: Семён Бурда
    Музыка, исполнение: Борис Сихон
           УМАНЬ

    Грязь в колеях, домишки,
    Снег с песком на ветру,
    Спасибо тебе, Всевышний,
    Что дал нам эту дыру,

    Помним о горьких травах,
    В твой погружаясь свет,
    Чёрное носим - траур
    По Храму, которого нет.

    Умань, моя Умань:
    Рассвет на закат похож,
    Живи, как все, и не думай -
    Без Умани пропадёшь.

    Здесь, в синагоге ветхой,
    Лучшие дни зовут,
    И ангелы на прищепках
    Мёрзлые крылья рвут,

    Крошки сыплются сверху:
    Где-то режут пирог,
    Жизнь - всего лишь примерка
    Платья, что шьёт нам Бог.

    Умань, моя Умань,
    Как подо льдом река,
    Знай, я ещё не умер,
    Я еще жив, пока...

    Пока по чужим квартирам,
    Не изгнанный из своей,
    Снова пройду пол-мира
    Своим и чужим - еврей.

    Мы в землю ляжем, как зёрна,
    И прорастём в золе,
    В небо уходят корни,
    Листья шумят на земле.

    Умань моя, Умань,
    Неси меня, как река,
    Знай, я ещё не умер,
    Я ещё жив, пока...

    _^_



    © Семен Бурда, 2013-2017.
    © Сетевая Словесность, публикация, 2013-2017.





     
     


    НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
    Алексей Смирнов: Братья-Люмьеры [...Вдруг мне позвонил сетевой знакомец - мы однофамильцы - и предложил делать в Киеве сериал, так как тема медицинская, а я немного работал врачом.] Владимир Савич: Два рассказа [Майор вышел на крыльцо. Сильный морозный ветер ударил в лицо. Возле ворот он увидел толпу народа... ("Встать, суд идет")] Алексей Чипига: Последней невинности стрекоза [Краткая просьба, порыв - и в ответ ни гроша. / Дым из трубы, этот масляно жёлтый уют... / Разве забудут потом и тебя, и меня, / Разве соврут?] Максим Жуков: Про Божьи мысли и траву [Если в рай ни чучелком, ни тушкой - / Будем жить, хватаясь за края: / Ты жива еще, моя старушка? / Жив и я.] Владислав Пеньков: Красно-чёрное кино [Я узнаю тебя по походке, / ты по ней же узнаешь меня, / мой собрат, офигительно кроткий / в заболоченном сумраке дня.] Ростислав Клубков: Высокий холм [Людям мнится, что они уходят в землю. Они уходят в небо, оставляя в земле, на морском дне, только свое водяное тело...] Через поэзию к вечной жизни [26 апреля в московской библиотеке N175 состоялась презентация поэтической антологии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой творчеству и сложной судьбе поэтов...] Евгений Минияров: Жизнеописание Наташи [я хранитель последней надежды / все отчаявшиеся побежденные / приходили и находили чистым / и прохладным по-прежнему вечер / и лица в него окунали...] Андрей Драгунов: Петь поближе к звёздам [Куда ты гонишь бедного коня? - / скажи, я отыщу потом на карте. / Куда ты мчишь, поводья теребя, / сам задыхаясь в бешенном азарте / такой езды...]
    Словесность