Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



КРУГОВОРОТ


* Прижмись ко мне! Пока мы рядом спим...
* 3 NOCTURNES
* В сонном воздухе хрустальном...
* Пока за окном опадает...
* Мне дивная награда...
* Одолев полгорода с наскока...
* ДВА РАКУРСА
* По талому городу шалый борей...
* Перелетная песенка спета...
* Глубокая осень - шкатулка с секретом...
 
* Мокрым снегом листву занавесило...
* ЯНВАРСКИЙ ДОЖДЬ
* Опять зимы метаморфоза...
* Перехлестывая дыханье...
* Шагнешь в нутро ночной аллеи...
* Пока ручей чернильным соком...
* Этот город-мулат...
* ВЕСНА
* парфенон кристаллической серы...
* На дворе - юра, на юре - триас...



    * * *

    Прижмись ко мне! Пока мы рядом спим,
    мы капилляром связаны одним...

    ...как два неоперившихся листа
    нас ветер отрывает от куста
    и носит по бульварному кольцу,
    а лето приближается к концу,
    и облако на нитке дождевой
    клубится у тебя над головой.

    _^_




    3  NOCTURNES

          М.Ц.

    Седых волос лауреат,
    натерший гаммами плечо,
    продемонстрируй, чем богат
    твой настороженный смычок!

    Каким неистовством врасплох
    ты окатить меня готов?
    Его паял маэстро Блох
    из сгустка ржавых желобов,

    пока рояль ревел впотьмах,
    что страхом пригород пропах,
    катая ливень в рукавах
    тугих смирительных рубах.

    _^_




    * * *

    В сонном воздухе хрустальном
    вся из отблесков костра
    Polygonia c-album,
    опаленная кора.

    Словно в зеркале двоится
    лист, планируя к траве.
    Невесома черепица
    тонких крыльев в синеве.

    Просветляет зренье осень,
    и теряют речь леса
    там, где тряпкой в купоросе
    ветер вытер небеса,

    где от искры раскаленной
    в направлении Стожар
    по верхам берез и кленов
    занимается пожар.

    _^_




    * * *

    Пока за окном опадает
    заката брусничный пирог,
    нам осень, бубня, погадает
    на контурных картах дорог.
    Их линии с ливнями слиты,
    укрыты пиковой травой,
    червовыми листьями липы,
    трефовой дубовой листвой...

    _^_




    * * *

    Мне дивная награда
    дарована судьбой:
    по кромке листопада
    бродить вдвоем с тобой.

    Опавший парк просторен,
    отмыт до синевы,
    и слышен шорох моря
    за шелестом листвы.

    Волной листву качает,
    и бриз не облака,
    а вереницы чаек
    несет издалека,

    и в растворенных настежь
    базиликах аллей
    поскрипывают снасти
    воздушных кораблей.

    _^_




    * * *

    Одолев полгорода с наскока
    и застряв в воронке жестяной,
    дождь щекочет горло водостока
    за моей простуженной стеной,
    запоздалой пяденицей с лёту
    о стекло стучится дотемна,
    пальцами ведет по переплету
    наугад раскрытого окна.

    Занавеску сбитую расправлю -
    пробежит по пальцам чуткий ток:
    это мир, прочитанный по Брайлю,
    безвозвратно хлынул в водосток,
    паруса листвы в ручье полощет
    и уносит тайну в глубину,
    выболтав грядущее на ощупь
    первому открытому окну.

    _^_




    ДВА  РАКУРСА

    1

    В оффшорные мутные воды
    с партийным призывом на лбу
    уходит титаник завода,
    к губам прижимая трубу.
    Под звуки "Прощанья славянки"
    откат распилили уже,
    зияют пробитые склянки
    на нижнем его этаже,
    на вахте звенят стеклотарой,
    сквозь льды пролагая пути,
    и с кепкой в руке пролетарий
    чугунный - опять впереди.

    2

    Под желтками светофоров
    барабаня во всю мощь,
    струпья краски от заборов
    отколупывает дождь,

    и чернеет сквер, ощерясь
    частоколом в пол-лица,
    как запущенная челюсть
    африканского жреца,

    и немые истуканы,
    вброд листву переходя,
    воздевают под тамтамы
    ветви к статуе вождя.

    _^_




    * * *

    По талому городу шалый борей
    тасует лежалые листья.
    Трепещет фонарь, в паутину ветвей
    заманенный тактикой лисьей.

    И рад бы слинять, да тенета тесны,
    удавкой сплетаются хитрой.
    Минуты его до конца сочтены
    безжалостной звездной клепсидрой.

    Он будет растерзан к утру, чародей,
    толпой разъяренных растений
    за то, что за каждым приставил теней,
    а сам - не отбрасывал тени.

    _^_




    * * *

    Перелетная песенка спета,
    приземленным метаться поздняк.
    Облетевшую летопись лета
    на скамейке мусолит сквозняк:
      то запойно листает страницы,
      то, отбросив ажурную вязь,
      к небесам воздымает глазницы,
      сокрушительной влагой давясь.
    Отчего этот странник понурый
    с волосами седыми вразлет
    от склоненной над книгой фигуры
    мне глаза отвести не дает?
      Я ведь тоже свидетель распада,
      избежавший холщовой сумы.
      И в мою слюдяную ограду
      бились беженцы черствой зимы.

    _^_




    * * *

    Глубокая осень - шкатулка с секретом -
    ржавеет в саду, как забытая лейка:
    мелодия листьев истаяла с летом,
    когда исчерпала заряд батарейка.

    И стало так тихо, как будто на свете
    у всех потребителей вышибло пробки -
    и в ночь, как плотва через рваные сети,
    снег хлынул в прорехи на нерест короткий.

    _^_




    * * *

    Мокрым снегом листву занавесило,
    притянуло к земле провода.
    Окунувшись в метельное месиво,
    не вернешься вовек никуда.
    В эту мутную мглу благодатную
    стоит сделать доверчивый шаг -
    и уже не пойти на попятную:
    пропадешь, зажимая в кулак
    палый лист опаленного золота,
    что в ногах распластался без сил...
    Млечный путь закружит тебе голову
    ледяной каруселью светил.

    _^_




    ЯНВАРСКИЙ  ДОЖДЬ

    На сгорбленный ватман двускатный
    глядящее снобом стекло
    единственной светлой заплатой
    шпалерное мажет тепло.

    Застыли пустые растенья,
    в часах испарился песок.
    Свернулось калачиком время,
    лишь тикает тихо висок,

    да редким петитом по цинку
    просеется просо из рук
    бредущих невольничьим рынком
    в монашьих салопах старух.

    _^_




    * * *

    Опять зимы метаморфоза
    сдает пропущенный зачет,
    кристаллографию мороза
    в оконный тиснув переплет,

    и ты прервешь дыханье, глядя,
    как гладью замершей воды
    на полотне стекольной глади
    проступят хрупкие цветы.

    Пусть им не далее рассвета
    мерцать трехгорным хрусталем,
    едва ли вычурное лето
    таким похвастает шитьем.

    _^_




    * * *

    Перехлестывая дыханье,
    ляжет лед на гортани рек.
    Перелетными мотыльками
    фонари облепляет снег.

    Припорошенные ресницы
    фонарей раздвигают тьму.
    Насторожены половицы
    под стопами зимы в дому.

    В ослепительном хлопке кружев,
    свитой хлопьев окружена,
    все пронзительней смотрит стужа
    в перекрестный прицел окна.

    _^_




    * * *
        Сергею Слепухину

    Шагнешь в нутро ночной аллеи -
    застынешь немо:
    зовет метро Кассиопеи
    спуститься в небо.

    Над входом - талого неона
    холодный прочерк.
    Застрял кристалл у Ориона
    в часах песочных.

    Колоду жизней, словно веер,
    разложит Лира -
    но не держись за ручку двери
    иного мира:

    там та же ночь, и звезд в тумане
    перекличка,
    но так непрочна между нами
    перемычка.

    _^_




    * * *

    Пока ручей чернильным соком
    в коре проталины горчит,
    ушные раковины окон
    напряжены в глухой ночи.

    Когда рассвет ланцетом узким
    вскрывает Азии живот,
    их обитатели - моллюски
    всплывают из утробных вод,

    дома выплевывают пасту
    не пережеванной еды,
    и растекаются по насту
    шершавых щупалец следы.

    _^_




    * * *

    Этот город-мулат
    рушит мертвые снежные башни.
    На маневрах весны
    истрепался его маскхалат.
    Если ночи тесны
    неосознанным мыслям вчерашним,
    отпусти мои сны,
    отставной оловянный солдат!

    Растопи парафин
    в застоявшихся легких бульваров,
    подбородки дворов
    отскобли от щетины седин -
    зашевелится кровь
    в гулких венах ночных тротуаров:
    звонкий пульс каблучков,
    лейкоциты проворных машин...

    _^_




    ВЕСНА

    1

    Весне не сидится на стуле,
    ей джинсы оврагов тесны.
    Хрустят карамелью сосулек
    молочные зубы весны.

    В бурлящий гольфстрим океана
    свершать кругосветный поход
    из недр потайного кармана
    отправился спичечный флот.

    У солнца характер бикфордов:
    не брать неприятеля в плен!
    И рушатся снежные фьорды,
    цунами подняв до колен.

    2

    Обугленный лед обочин
    грызет первобытный страх:
    петарды набухших почек
    взрываются во дворах.

    Стремительнее тротила
    врываются на свету
    колонии хлорофилла
    в застывшую высоту,

    и там, в оглушенной выси,
    рассыпавшись, как салют,
    зеленые клювы листьев
    горячее солнце пьют.

    _^_




    * * *

    парфенон кристаллической серы
    целестина стилет голубой
    кто рубил в доломите пещеры
    чтобы вывести вас за собой
    через все серпантины инферно
    за спиной вельзевула тайком
    чтобы брызнула соком каверна
    под склевавшим века молотком
    чтобы шлиман от палеозоя
    и толмач доегипетской тьмы
    до прорвавшихся лавой мозолей
    высекал вас из вечной тюрьмы

    _^_




    * * *

    На дворе - юра, на юре - триас,
    на триас налегает пермь.
    Если смотришь вечером в рыбий глаз,
    заводной чешуе не верь:
    он пузырит щеки, как стеклодув,
    но не дай себя обмануть, -
    это время, в зеркало заглянув,
    повернуло в обратный путь,
    и когда по швам литосферных плит
    затрещит коры полотно,
    ты свернешься в шарик, как трилобит,
    и уйдешь на морское дно.

    _^_



© Александр Брятов, 2007-2017.
© Сетевая Словесность, 2007-2017.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Семён Каминский: "Чёрный доктор" [Вроде и не подружки они были им совсем, не ровня, и вообще не было ничего, кроме задушевных разговоров под крымским небом и одного неполного термоса с...] Поэтический вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой в арт-кафе "Диван" [В московском арт-кафе "Диван" шестого мая 2017 года прошёл совместный авторский вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой.] Радислав Власенко: Из этой самой глубины [Между мною и небом - злая река. / Отступите, колючие воды. / Так надежда близка и так далека, / И мгновения - годы и годы.] Андрей Баранов: В закоулках жизни [и твёрдо зная, что вот здесь находится дверь, / в другой раз я не могу её найти, / а там, где раньше была глухая стена, / вдруг открывается ход...] Александр М. Кобринский: К вопросу о Шопенгауэре [Доступная нам информация выявляет <...> или - чисто познавательный интерес русскоязычного читателя к произведениям Шопенгауэра, или - впечатлительное...] Аркадий Шнайдер: Ближневосточная ночь [выходишь вечером, как килька из консервы, / прилипчивый оставив запах книг, / и радостно вдыхаешь непомерный, / так не похожий на предшествующий...] Алена Тайх: Больше не требует слов... [ни толпы, ни цветов или сдвинутых крепко столов / не хотело и нам не желать завещало столетье. / а искусство поэзии больше не требует слов / и берет...] Александр Уваров: Нирвана [Не рвана моя рана, / Не резана душа. / В дому моём нирвана, / В кармане - ни гроша...]
Словесность